Цена блокады в рублях
Девочки-подростки Нина Николаева и Валя Волкова на сборке автоматов ППД на заводе имени С.П. Воскова в блокадном Ленинграде. 1943 год.
Завершаю тему северо-запада в 1941-43 годах на книге Анастасии Валерьевны Зотовой, доктора исторических наук, доцента кафедры международных отношений на постсоветском пространстве СПбГУ и просто очень красивой женщины. Судя по отдельной главе об историографии вопроса, тема экономики блокадного Ленинграда всегда была предметом научных исследований, но тема оставалась совершенно академической, ни одной книги на эту тему, например, в моей библиотеке не было. Так что я с интересом проштудировал Экономику блокады, поднявшей не очень исследованную тему деятельности народного хозяйства Ленинграда во всем его многообразии: это и банковская система, и труд больших заводов и маленьких артелей; это очень важная работа коммунальных служб, почты, телефонных станций и неприметных тружеников научно-исследовательских институтов. Сразу предупреждаю, что книга является также академическим исследованием по теме и достаточно суховатой на чтение, пусть и очень широкой по охваченным темам. В условиях блокады и военного времени Ленинград сформировал уникальную модель экономической деятельности с использованием ограниченных ресурсов, в том числе направленную на изыскание источников продовольствия и витаминов: изготавливали суррогатный кофе из кукурузных ростков и горелой сои, сыр из казеина, витамин С из хвои, сбор в боевых условиях пищевых водорослей и морской капусты. Четверть миллиона ленинградцев стали огородниками в 25 совхозах и более 600 подсобных хозяйствах. И на фоне всего этого для ленинградок не забывали делать помаду, кремы и даже духи "Боевые подруги", которые из-за отсутствия тары разливали в бутылочки из-под лекарств. А продажи книг в денежном эквиваленте в 1942 году превысили довоенные показатели, видимо сказалось, то что многое было сожжено в страшную блокадную зиму, но тяга к чтению была и есть вечной. В целом 1941 и 43 годах бюджет города Ленинграда был профицитным, и только в 1942-м потребовалась помощь в дотациях из республиканского бюджета - которые вернули уже в следующем году. И это не говоря уж о военном производстве, с которым Центр не делал никаких скидок и требовал выполнения планов. Сотни самолетов и танков, тысячи артиллерийских орудий, сотни тысяч и миллионы снарядов и мин было произведено только за первые полгода войны. Все это за счет мужества и стойкости ленинградцев, и твердости управления со стороны руководителей обороны и местных властей.
Насколько я понял по отдельным публикациям автора, самой любимой темой автора до примерно 2017 года была банковская система и отдельно Ленинграда, и сей страны в условиях войны. Финансовая тема превалировала и на страницах книги. Банки - а их было неожиданно много для социалистической экономики по нашим представлениям и все со своей четкой специализацией - были полноправными участниками военной экономики, а не только сбор-выдача вкладов, но и кредитование перестройки экономики, от гигантских заводов до маленьких артелей на военный лад. Были примеры и просто человеческого подвига отдельных работников банков, вроде управляющего одного из пригородных отделений, вынесшим из оккупированного города деньги и ценности. Сдав их в городской банк он... вернулся в родные места и партизанил всю блокаду. Параллельно банки участвовали в такой жизненно важной для экономики страны как распространение военных займов, где они одновременно были и агитаторами и бухгалтерами процесса.
За чей счет существовала экономика города? За счет подвига простых жителей, потому что экономили прежде всего на них. Блокадный город свернул прежде всего траты на то, что мы называем социалкой - детские сады, образование, здравоохранение. Отчасти это было связано с тем, что всех кого можно было, из города эвакуировали всю блокаду, и прежние объемы оказания поддержки было просто не для кого поддерживать. Так поступали и с ненужными в условиях военного города производствами, администрация нещадно "раскулачивала" остатки и оборотные средства второстепенных производств для перевода их к более важным производствам, точно так же обращаясь с рабочей силой, роль которой в блокаду в основном играли женщины и подростки. Сама жизнь обычного блокадного труженика была, кажется, вовсе лишена каких-то возможностей для привычных нам накоплений или трат на капризы. Военные займы, которых в войну было аж восемь разных штук, регулярно пылесосили все текущие и будущие заработки тыловых военных и тружеников, и их довоенные накопления. Смотришь, например таблицу подписки на второй военный госзайм среди подразделений МПВО - просто поголовные цифры участия тысяч людей, из полутора тысяч человек личного состава не участвовали единицы, а на сами займы при фонде з/п в полмиллиона рублей в месяц подразделение подписывалось на 800 тыс. -1.1 млн рублей, то есть не только текущими, но и будущими жалованиями. Тут было и искреннее стремление сделать все для победы, и страх показаться нелояльным гражданином. И уж совсем иезуитской выглядит плата за... содержание в детских садах и школ-интернатов эвакуированных из Ленинграда детей, ее начисляли по дифференцированной ставке в зависимости от среднего дохода на одного члена семьи в месяц. Если таков был в размере 200 рублей, то 142 рубля, примерно треть зарплаты родителей, уходило на оплату. Семьям военных были льготы, но все равно, жизнь простого ленинградца в тисках голода, лишенного обычных коммунальных удобств и еще под дамокловым мечом обстрелов и бомбежек была тяжела. Видимо, кроме как работой и надеждой ничем иным нельзя было отвлечься от печальной окружающей действительности, и этот труд стал смыслом жизни, основой выживания и залогом Победы.
UPD: У меня в каментах к фб-посту знакомые историки книгу ругают, так что внесу и это обсуждение сюда для истории.
19 понравилось
