Рецензии на книгу «Пойди поставь сторожа»

ISBN: 978-5-17-092966-5
Год издания: 2015
Издательство: АСТ, Neoclassic
Серия: XX век — The Best

Многие годы одна из величайших книг XX века - "Убить пересмешника" - считалась единственным произведением Харпер Ли, и лишь недавно открылись неожиданные подробности появления этого романа. В действительности первой книгой писательницы был роман "Пойди поставь сторожа", действие которого разворачивается спустя 20 лет после событий, описанных в "Убить пересмешника". Редактор издательства, к которому обратилась Харпер Ли, предложил ей написать еще одну книгу, развернув воспоминания главной героини о детстве в полноценный роман. И именно эту книгу под названием "Убить пересмешника" узнали и полюбили читатели всего мира. А рукопись "Пойди поставь сторожа", казалось, была утрачена навсегда.
В романе "Пойди поставь сторожа" взрослая Скаут вынуждена бороться со множеством проблем, она пытается понять отношение своего отца к обществу и его устройству, а также осознать свои истинные чувства по отношению к месту, где родилась и выросла. Миллионы читателей во всем мире снова встретят любимых героев, и погрузятся в атмосферу предрассудков и клаустрофобии маленького городка, столь блестяще описанного Харпер Ли.

Показать все

Лучшая рецензия на книгу

Рецензия на книгу Пойди поставь сторожа
Оценка: 3.5  /  3.6

Я, конечно, знаю, что не полагается говорить «негр». Что теперь вместо «слепые» говорят «слабовидящие». И тем не менее негр белым не стал, а слепой как ни хрена не видел, так и не видит.
Умберто Эко

Началось мое знакомство с произведением Харпер Ли явно не так, как задумывал автор. Уже спустя десять страниц мне кто-то насыпал в глаза песочек, еще через десяток - повесил на веки по пудовой гирьке. Ощущая близость человеческой рекреации, подоспел и мой полугодовалый котик. Уютно курлыкая, он забрался на диван, впихнулся на руки вместо книги и крепко заснул. На том чтение стремительно закончилось, а мы отправились воевать с драконами. Я проявил отвагу.

Как оказалось, подобные сонные (читай скучные) ловушки расставлены по всей книге - они везде, где нет диалогов - но, к счастью, диалогов хватает. В этом смысле «Пойди поставь сторожа» можно выделить только с позитивной стороны – Харпер Ли абсолютно великолепно строит бытовую коммуникацию между героями, балуется с флэшбеками в детство (там тоже все хорошо), создает эмоциональные конфликты на разные темы, в основном, конечно, расизма и сегрегации. И если бы не излишнее внимание сегодняшних читателей к этой нормальной для того времени теме, то роман бы воспринимался совершенно по-другому. Но нет, какой все это имеет смысл, ведь АТТИКУС РАСИСТ, о Боже, как же так, что же делать, как же быть.

Да, так вот, расизм. Давайте сразу кое-что уясним. Старый, страдающий от артрита юрист (они вообще никого не любят) на старости лет (когда уже сложно кого-то любить), нет, не ненавидит, а крайне снисходительно относится к неграм (на американском Юге, где это было в порядке вещей чуть ли не до 80-х прошлого века). В общем, так себе расизм, ребята. Скорее отвыкание от обычных южных привычек. Кто бы что ни говорил, главная героиня все равно раздражает больше, чем Аттикус с его так себе расизмом. Просто мы то знаем по «Убить пересмешника», что мистер Финч абсолютно нормальный мужик, а вот его дщерь Джин-Луиза (что за имя мама дорогая) хоть и здравомыслящая, но взбалмошная и дурная. Вызывает так себе симпатию, не больше. А иногда не вызывает даже ее. В общем, это совсем не о расизме книга, ребята. Он, как противоречивое явление, конечно, занимает важное место, но является строго вторичным в отношении Возвращения домой и той самой тургеневской проблемы "отцов-детей". В некотором роде он просто символизирует замшелые взгляды мужиков из американской глубинки середины прошлого века и является катализатором основного конфликта романа. Не более. Не так, чтобы АТТИКУС РАСИСТ. Аттикус нормальный, просто время такое было.

Можно только догадываться, что сподвигло Харпер Ли (издатели, родственники, фисташковое мороженое) дать согласие на выпуск «Пойди поставь сторожа». Сравнивать эту книгу с классическим «Убить пересмешника» как-то странно, вроде и герои те же самые, но если одна книга - эталон силы духа и красоты человеческой добропорядочности, то вторая - немного аляповатая семейная зарисовка с мусоливанием так себе расизма. Поэтому, «Сторожу», очевидно, суждено остаться в литературе лишь в виде лакмусовой бумажки для более зрелой и сильной книги американской романистки. Такое случается, что поделать.

К слову, 19 февраля Харпер Ли ушла из жизни, и я очень сильно надеюсь, что ее родственники не будут находить в пыльных закромах третий роман (Генри должен войти в ку клукс клан, а Джин Луиза родить от негра). А еще я искренне рад, что существует такая светлая и добрая книга как «Убить пересмешника», которую я насильно дам прочитать своим (и, если надо, чужим) детям.

Кот ее уже, кстати, прочитал и довольно курлычет. К слову, он ЧЕРНЫЙ.

Ваш CoffeeT

Поделитесь своим мнением об этой книге, напишите рецензию!

Текст вашей рецензии

Рецензии читателей

Рецензия на книгу Go Set a Watchman
Оценка: 3.5  /  3.6

Представьте себе, что завтра в России выйдет, скажем, продолжение поэмы «Москва–Петушки». Найдут утерянный шедевр Венички Ерофеева и напечатают. И выяснится, что главный герой вовсе не трагически спился, а напротив, протрезвел, доехал до Петушков, закодировался, открыл студию йоги и сейчас готовится бежать полумарафон. Или обнаружится, что Гоголь второй том «Мертвых душ» жег, жег и не сжег, книжку недавно восстановили по пеплу, а там — Чичиков ехал в Н-скую губернию, попал в Дамаск, полностью преобразился и организовал систему кормления грудью сироток с дальнейшим трудоустройством, совершенно бесплатно и безо всякого подвоха. И бричка в Казань доехала.

Примерно это позавчера случилось с американской литературой. У романа «Убить пересмешника», который пятьдесят лет преподавали в американских школах как роман с безупречной моральной подложкой, появилось продолжение «Пойди поставь сторожа», откуда о героях практически национального американского романа теперь можно узнать много того, чего о них лучше бы вообще не знать. Внезапная смерть одного из персонажей, обвинения в расизме другого, сексуальное становление третьей — в общем, учителя уже пожаловались в твиттер. Мол, кому каникулы, а кому учебный план переписывать — спасибочки, Харпер Ли, удружила.

Все это ворчание, конечно, несерьезное. «Пойди поставь сторожа» попала в список бестселлеров еще до выхода в печать — в последний раз так ждали только седьмой том «Гарри Поттера». В 1960-х годах, после успеха «Убить пересмешника», в издательстве Lippincott шутили, что с радостью издадут и счета из прачечной Харпер Ли, дай им только шанс. Но перед этим книга «Пойди поставь сторожа» попала в руки к очень хорошему редактору Терезе (Тей) Хохофф, которая сразу признала в Ли талантливого автора, но вместе с тем отсоветовала Ли публиковать именно этот вариант и велела сосредоточиться на сценах из детства главной героини романа — Джин Луизы Финч. Тей именно что сражалась c писательницей, по кусочкам вытягивая из нее шедеврального «Пересмешника». Известно, что Харпер Ли как-то в отчаянии вышвырнула страницы рукописи в окно, а потом, рыдая, позвонила Тей, утверждая, что она никудышный автор и ничегошеньки у нее не получится. Тей велела ей прекратить истерику и отправила в ночи ползать под окнами и собирать по мартовскому снегу промокшие страницы рукописи. «Пересмешник» у них удался, но вторую книгу Тей Хохофф из Харпер Ли так и не выудила.

Итак, была ли права Тей Хохофф, когда весной 1957 года отправила Харпер Ли выкраивать новый роман из старого? Ответ — да. Если бы «Пойди поставь сторожа» напечатали бы в том виде, в котором его напечатали сейчас — с легчайшей корректорской правкой, — это был бы еще один безмерно талантливый и трогательно неуклюжий дебют, по которому крайне сложно судить, станет ли его автор пулицеровским лауреатом или какой-нибудь незаметной Барбарой Пим.

Нужно ли вообще читать роман — независимо от того, любим ли мы «Пересмешника» или нет? Ответ — да. Вытянутый по ниточке из Харпер Ли «Пересмешник» — чистый, ясный и понятный южный текст о расизме глазами ребенка — был скроен как несомненный коммерческий успех. Но если бы Тей Хохофф все-таки доточила первый роман Ли в его взрослом виде, то, возможно, «Сторожа» ждал бы успех, несравнимый даже с «Пересмешником». Потому что если «Убить пересмешника» — это роман еще и о том, как хорошо любить хороших людей, то «Пойди поставь сторожа» — о том, что иногда людей не любить невозможно, даже если они плохие.

Книга начинается c того, что двадцатишестилетняя Джин Луиза Финч, которую теперь почти никто и не зовет Глазастиком (в оригинале — Scout), приезжает в родной Мейкомб повидать отца. Джин Луиза теперь вполне себе эмансипированная молодая женщина, которая работает в Нью-Йорке, много курит (сразу видно, что роман написан в пятидесятых, курят здесь постоянно и без предупреждений минздрава), спит почти что голышом, а потенциальный секс с другом детства Хэнком пугает ее куда меньше, чем брак с ним же.

Ее обожаемому отцу Аттикусу — семьдесят два года, его мучает артрит, и он с трудом может самостоятельно есть. Домом ведает тетка Александра, затянутая в тугие корсеты из китового уса и устаревших манер. Джим умер. Дилл бродяжничает где-то в Италии. За Джин Луизой по две недели в году теперь торжественно ухаживает ее кузен и преемник отца – Хэнк Клинтон, реднек, которого тетя Александра презрительно зовет швалью, подобно леди Кэтрин де Бэр, приходя в ужас от одной мысли о том, что семейство Финчей может с ним породниться.

Вообще, по первой половине романа достаточно заметно, что Харпер Ли хотела быть Джейн Остин Южной Алабамы, и даже становится жаль, что дальше роман уходит в остросоциальную проблематику, практически в памфлетность, резко оставив за кадром метания Джин Луизы на тему того, можно ли выйти замуж, не выйдя при этом от отчаяния в окно. Увещевания тетки Александры, чаепития с дамами, которые бывают только двух категорий — те, что уже вышли замуж, или еще только на это надеются, разговоры о том, когда приучать детей к горшку и отлучать от груди, едкие замечания о том, что мужчины нынче «ходят к любовницам как к психоаналитикам, только обходится им это дешевле», — все это отдает удивительным цельным и немножко недобрым юмором, который в «Пересмешнике» был слегка приглушен ярким, золотым светом самого детства, а тут — местами — развернулся в полную силу.

Но на середине романа Джейн Остин Южной Алабамы незаметно вянет и отходит в тень, уступая место то ли Тургеневу, то ли публицистической колонке. Оброненную в прошлую субботу The New York Times бомбу — поистине коровью — теперь, пожалуй, ничем не скроешь, и запах основательно просочился в СМИ еще до выхода романа.

Аттикус Финч оказался расистом — он председательствует на собрании сторонников сегрегации, читает дрянные памфлеты, называет негров «неполноценными гражданами» и ни в какую не желает отступаться от своих взглядов. Но, несмотря на то что последняя четверть романа фактически превращается в многостраничный бой разных точек зрения — кто за сегрегацию в школах, кто против, что такое американский Юг, почему это, по сути, государство в государстве, в которое так сложно влезть со своим нью-йоркским уставом, — роман, как бы парадоксально это ни звучало, не так заострен на теме расизма, как «Убить пересмешника». Аттикус с изъяном, Бог Отец, съежившийся до уровня человека, нужен книге для того, чтобы на этом — самом ужасном — примере показать всю невозможную, практически уродливую, но неубиваемую силу любви к родителю, которого и любишь сильнее всего, когда он всего нелепее.

Джин Луиза этой любви проигрывает. Нельзя быть сторожем отцу своему.

И от этого бесконечно, бесконечно жаль того, не случившегося пятьдесят с лишним лет тому назад взрослого романа об отцах и детях, о мужьях и женах, об узеньких границах маленького городка, где нельзя и шагу ступить, чтоб не стукнуться о чужую — предельно чужую — точку зрения. Вместо этого у нас есть «Убить пересмешника», где небо ярче и мораль понятнее, отец лишен полутонов и не поворачивается к нам задом, а дети остаются детьми.

Равноценная ли это замена? Как знать. Аттикус-расист предшествовал Аттикусу идеальному, и Харпер Ли прятала его пятьдесят лет в темном углу — фактически как Страшилу Рэдли, но теперь он выскочил на нас, и обратно его уже не засунешь, а значит, финал близок — и детство точно кончилось.

Рецензия на книгу Пойди поставь сторожа
Оценка: 4.5  /  3.6
Пора взрослеть!

И снова только пара слов на память
Книга, как оказалось, мало связана с "Убить пересмешника" сюжетно, больше - эмоционально и территориально. Поэтому у меня получалось читать её практически независимо от той, любимой. Этот роман посвящен известной в психологии проблеме "сепарации" подростков, необходимого для взросления каждого человека этапа, когда дети должны низвергнуть родителей с пьедестала, и ощутить их равными себе, живыми людьми с недостатками, а вовсе не идеальными богами, способными разрешать любые проблемы по мановению руки. Это и всем-то трудно, а уж детям хороших родителей - вдесятеро труднее. И иногда они всеми силами пытаются избежать такого трезвого взгляда на близких, оттягивая необходимый процесс взросления на максимально дальний срок, так и оставаясь счастливыми безответственными инфантами, причем зачастую уже тоже становясь родителями...
Именно такую проблему и решает Джин-Луиза, которая приезжает к своему любимому Аттикусу не то в отпуск, не то на каникулы из Нью-Йорка. Автор, кстати, слабо продумала то, кем Джин-Луиза стала, об этом говорится как-то мельком, но вот возраст её указан довольно точно - 26 лет, то есть спустя 20 лет после событий "Пересмешника", после Второй Мировой, ядерной бомбардировки, различных культурных и социальных перемен, которые существенно изменили Большое Яблоко, и теперь вот докатились до Мейкомба, штат Алабама. Глазастик Финч повзрослела физически, научилась носить платья и сводить с ума мужчин, но совсем не выросла психологически, по-прежнему наделяя своего постаревшего отца всеми привычными качествами божества. Проблему, которая по воле автора разделяет отца и дочь, предугадать несложно. Что еще больнее и важнее может быть для американского юга, как не рабство, неравенство, расовая сегрегация? И вот как раз по этой опасной черте проводит Харпер Ли необходимую разделительную линию. Именно эта тема вызовет взрыв негодования, непонимание и необходимую сепарацию. А попутно, как бонус к столь нужному взрослению, позволит героине поставить перед собой простые вопросы: Что правильнее - уметь отстаивать свое мнение? - сбежать от неприемлемого? - признать право другого ошибаться и быть несогласным?
Мудрая Харпер Ли готовых ответов не дает. Она предлагает повзрослеть, задуматься и принять собственное решение. И быть готовым к тому, что оно не совпадет не только с мнением родителей, но даже - о ужас! - со временем будет оспорено детьми.

Рецензия на книгу Пойди поставь сторожа
Оценка: 4.5  /  3.6

Снова мы на печально известном рабовладельческом Юге вместе со старой героиней, только она теперь совсем не тот Глазастик, проныра с острым языком. Теперь она двадцатишестилетняя Джин-Луиза, которая не можем позволить себе ходить в одном комбинезоне на голое тело. У нее есть постоянный воздыхатель и большое бремя опыта за спиной. Однако несмотря на возраст героини эта книга о взрослении. Мир в "Убить пересмешника" с позиции детских глаз был всего лишь загадочен, но не сложен. В этой же книге Глазастик сталкивается с тем, что заставляет ее взрослеть быстро и мучительно. Ведь что такое взросление? Это нигилизм в чистом виде, моральное убийство всего, что пахнет возрастом. За сутки Джин-Луизе пришлось откреститься от отца, семьи, дома и будущего мужа. Тяжело, но необходимо.

Немного исторического фона. Джин-Луиза на каникулы приезжает в родной Мейкомб, в один из последних оплотов "старого" южного мышления, который также захлестнула волна противостояния белых и цветных. Стоит помнить, что в каждом штате свой набор законов, принципов и стереотипов поведения, соединенных на уровне страны всего лишь одним крайне коротким документом - Конституцией. В послевоенное время всю Америку захлестывает волна борьбы с сегрегацией. Эта борьба кровавее всего должна проходить на Юге, последнем оплоте "англосаксонского" мышления, как охарактеризовал это доктор Финч. По всем сегодняшним нормам кажется, что южане должны были понять всю справедливость происходящих процессов. Однако они наоборот начали яростное сопротивление, отстаивая старые нормы. Джин-Луиза, приехав домой спустя большой перерыв, без всякой подготовки к происходящему, становится свидетельницей этой самой борьбы, воспринимая её с позиции "бесцветного" мышления. Вот тут и начинается болезненный процесс ломки идеалов. Если о Мейкомбе героиня с самого начала была невысокого мнения, то отца она боготворила. От этого и больно.

Мне очень понравился этот конфликт "праотцов с детьми", завязанный на жуткой религиозной смеси, вековых предубеждениях, собственных иллюзиях. Рада, что прочитала это именно как продолжение, забыв об истории создания и отстранившись от всех доминант прошлой книги. Здесь уже совсем другой настрой, другое время, только проблемы все те же. Я бы даже с удовольствием прочла и третью, где бы Джин-Луиза столкнулась уже не с миром вокруг себя, а с самой собой. Все это осталось за страницей, лишь легкой тенью мелькнув в самом конце. Джин-Луизе придется вернуться домой и смириться с тем, что он - Финч, живущий в Мейкомбе.

Текст "Пойди поставь сторожа" какой-то изломанный - от шуток к воспоминаниям, а потом в прорубь разговоров с головой. Не чувствуется гармонии. Только это и снизило немного оценку.

Рецензия на книгу Пойди поставь сторожа
Оценка: 3  /  3.6
Только если рассматривать это как "чтение тайного черновика"

Главной героине 26 лет. Вот уже пять лет она живет в Нью-Йорке, и тут как раз приходит время взять двухнедельный отпуск на ежегодную поездку домой к папе.
За три дня отпуска, описанных в книге, она успевает обдумать:
- Как изменился город и люди;
- Как ее неправильно воспитывал отец;
- А может переехать «домой» насовсем?

Скажу сразу, книга мне не понравилась. Единственные моменты, которые вызвали у меня умиление и радость – это три истории из детства, которые были вплетены в повествование. Тут уж мой мозг бегал по черепной коробке с выкриками «старая добрая Харпер Ли! Вууухууу!».

Часть про «сейчас» (а ля отпуск) меня просто убила. Во-первых, главная героиня меня постоянно выводила из себя. Теперь она курит, водит за нос хорошего парня, психует по любому поводу, и самое стрёмное – теперь у нее хватает наглости называть отца «сукиным сыном»!!!! Я в шоке. Она постоянно строит из себя какую-то обиженную и оскорбленную тёлку, её бесят все близкие ей люди, потому что они ИЗМЕНИЛИСЬ. ДА КАК ОНИ ПОСМЕЛИ? На себя посмотрела бы лучше…

Еще одна составляющая моего негодования – длинные унылые разговоры об американской политике. Да, тут снова упоминаются чернокожие, неравенство рас, бла бла бла, и если бы разговор был лишь об этом, я бы была довольна как слон (мне эта тема интерсна). Но тут же мусолят такие скучные темыыы…Полная история становления органов местного управления на территории городского округа, конституция, гражданский совет, Америка-Америка.

Слишком мало действий, слишком много «дремучих» разговоров. Дискуссии, дискуссии, психи, обиды и оскорбления. Каждому герою надо вставить свои 20 страниц нудятины – помогите. В итоге, ответов на личные вопросы героини (женитьба? переезд?) писательница нам не даёт – дальнейшее развитие жизни главной героини автора явно не волнует.

За исключением моментов из детства, книга показалась мне дико скучной и депрессивной. В остальном, юмора – ноль, куча героев померло за 20 лет… Мда.

Рецензия на книгу Пойди поставь сторожа
Оценка: 5  /  3.6
Каждый человек - сам сторож своей совести.


Странные мы, люди, все-таки создания: когда малышка Глазастик не понимает, почему чернокожему парню в Алабамском суде ну никак не могут вынести оправдательный переговор в деле против белых людей – это воспринимается абсолютно правильно и вызывает в читателе исключительно поддержку и понимание; когда того же самого не понимает взрослая барышня мисс Джин-Луиза – восторгов звучит уже значительно меньше.

А может, это я странная? Специально ведь перед знакомством со «Сторожем» перечитала «Пересмешника» – чтобы сравнить, ярче увидеть, как изменились любимые герои за прошедшие для них годы. И разницы не увидела: малышка Глазастик, конечно, прибавила пару десятков сантиметров росту, выучила много новых умных слов и научилась носить платья, но осталась все той же сорвиголовой, готовой сражаться за то, что считает правильным, до самого конца. Да и вся проблема не в произошедших с ней изменениях. Просто Джин-Луиза наконец-то выросла до такой степени, что Аттикус окончательно заговорил с ней на равных, не фильтруя произносимые вслух слова, не выбирая из них только те, которые позволят оградить его малышку от тех ужасностей жизни, с которыми он сам давно примирился, и многие из которых считает весьма правильными. К этому не готова ни Джин-Луиза, ни, как оказалось, многие читатели.

Ломать стереотипы, устоявшееся понимание того, что свойственно человеку, на чем он выстроен – невероятно сложно в любом возрасте. Взглянуть на Аттикуса, героя-Аттикуса, не побоявшегося выступить против большей части города, чтобы защитить невиновного парня, и услышать от этого, уже возведенного в ранг особенных, человека, что негры должны знать свое место, и равных с белыми прав для них быть не может – это шок. С другой стороны, а что мы вообще знали об Аттикусе? Только то, что слышала малышка Глазастик, с которой Аттикус никогда о сегрегации и не говорил – он говорил о законе, а закон для него свят, это неизменно. Не удивительно, что Джин-Луиза выросла, так и не поняв, что на том суде с Юэлами Аттикусом двигала вовсе не социальная справедливость, а уважение к закону, и именно вокруг этого не до конца понятого мотива она и выстроила свое восприятие отца, а через него и всего мира (прав Джек, все-таки мир обоих романов и Глазастика вращается исключительно вокруг Аттикуса, он ключевая фигура, на которую она равняется). И как же здорово, что через все это непонимание и разбитые ожидания и мировосприятия эти двое все равно могут друг друга понять и простить!

Еще более здорово, что именно через них Харпер Ли показала медленную, болезненную и тяжелую, но все-таки начавшуюся эпоху перемен: Аттикус-уходящий-мир, упершийся ногами в землю и изо всех сил сопротивляющийся изменениям, просто потому, что для него в этом нет ничего, хоть немножко встающую в его картину мира, и новый-мир-Джин-Луиза, не просто открытый переменам, но жаждущий их, уже даже начинающий забывать как это, жить в прошедшую эпоху. Удивительная история взросления целой страны и одной отдельно взятой уже не малышки Глазастика, которая хоть и подросла, но пока все так же не знает, куда себя в этой жизни деть, и как в нее встроиться.

Лучшего продолжения «Пересмешнику» и пожелать нельзя. Браво, Харпер Ли!

Рецензия на книгу Пойди поставь сторожа
Оценка: 4.5  /  3.6

Как же приятно было очутиться опять в маленьком пыльном Мейкобе! Всё-таки со времен "Унесенных ветром" очарование Югом всё сильнее и сильнее. Там свои правила, свои законы и я с ними далеко не всегда согласна, но, черт возьми, как же обаятельны эти консервативные джентльмены, как смешны и восхитительны южные леди, как атмосферны эти небольшие города!
В романе речь идет о 50-х годах XX века, а ощущение того, что Юг так и остался рабовладельческим не проходит. Более того, кажется, что наступает новая волна неприятия белых и черных. Отношение к неграм (неправильно, да, но так как-то привычней) никогда не было теплым в тех краях. Скорее, снисходительным и, конечно же, дистанционным. Но вот сейчас, похоже, градус накалился.
И в этот самый период в родной город возвращается повзрослевшая Глазастик. Повзрослевшая, но не взрослая. Тем более, что живет она уже давно в Нью-Йорке. По сути, она выросла там. И для неё расизм — худший из пороков. А устои и нравы городка детства Джин явно уже стала забывать...

Мне роман понравился. И почему-то даже больше Пересмешника. Скорей всего, соскучилась по атмосфере и героям.

Рецензия на книгу Пойди поставь сторожа
Оценка: 3.5  /  3.6
Нельзя всем быть идеальными (а так хочется)

Как бы не хаяли книгу, она мне понравилась.
Она стоит прочтения уже хотя б ради того, что героев ты то ненавидишь, то любишь, то презираешь, то готов расцеловать. Это противоречие, желание осмыслить поступки героев, анализ их слов, порой глубоких и правдивых , след остающийся в душе и памяти от прочитанных слов- самое ценное, что литература может дать человеку.
Здесь нет положительных и отрицательных героев, здесь нет розовых соплей и невероятных приключений, даже детективной сюжетной ниточки и таинственной загадки, как в "Пересмешнике", тут нет. Зато переживания героини настолько глубоки и остры, настолько точно ею сформулированы, что не можешь не восхищаться.
Однозначно лишь одно, что эта книга- не для веселого времяпрепровождения (хотя тут есть место и юмору ), а для вдумчивого и осмысленного чтения.

Рецензия на книгу Пойди поставь сторожа
Оценка: 5  /  3.6

Неожиданно, но эта книга для меня намного лучше "Пересмешника". Она - настоящая. В ней Аттикус уже не идеальный слащавый папаша, а настоящий гражданин, который борется не только за идеалы и принципы, но и за безопасность тех, за кого в ответе. А он такой, что чувствует себя в ответе и за семью, и за город, и даже за страну и штат.
Да, кто-то посчитает, что нельзя быть чуточку расистом, что Аттикус - "доброжелательный" расист. Я же считаю, что он - мудрый человек, который видит опасности и готов с ними бороться. Даже если эта борьба выглядит грязной для чистоплюев.
Главная героиня, которая мне не очень-то нравилась в "Пересмешнике", в этой книге и вовсе отвращает: она выросла, но не повзрослела. Впрочем, это ее беда, она не так уж плоха на самом деле - готова принять отца, несмотря на то, что болезненно свергла его с пьедестала.
Чему я позавидовала в этой книге? Тому, что Аттикус, отец, осознавал свое положение безгрешного кумира дочери и хотел, чтобы этот миф в глазах дочери был развенчан.
Увы, мой опыт показывает, что куда чаще родители жутко оскорбляются своим падением, и порой совершенно не способны его принять и простить. Дети уже готовы принят их "грешность", родители же продолжают требовать слепого и бескомпромисного обожания.

Рецензия на книгу Пойди поставь сторожа
Оценка: 3.5  /  3.6

В одном из своих малочисленных интервью Харпер Ли однажды призналась, что хотела бы стать «Джейн Остин Южной Алабамы», совершенствуя свой писательский талант от книги к книге – и здесь таилось одно из самых крупных разочарований для многомиллионных её читателей – как известно, Ли больше ничего не опубликовала, и даже более того – ушла в тень, перестала давать интервью, начала работать над документальным романом, пробуя и так и эдак стиль "новой журналистики", который с таким блеском испытал до неё её друг Труман Капоте в своем романе «Хладнокровное убийство», не закончила эту работу, а после вести о ней и вовсе перестали беспокоить литературные издания, разве что последних периодически и вряд ли основательно беспокоил вопрос, а не сам ли Капоте помогал писать «Пересмешника…»? «Пойди поставь сторожа» - роман, который наделал уже изрядно шуму, роман, рукопись которого была найдена при таких странных обстоятельствах, что ни агент Ли, ни её юрист до сих пор не определились, какой версии придерживаться о его поисках, роман, уже обруганный почитателями первой книги (уж лучше б вообще не публиковала! Так бы и оставалась писательницей одного романа! И проч.проч.проч.) – вышел и это действительно одно из самых важных литературных событий уходящего года, о чем действительно стоит говорить (даже несмотря на то, что у многих он, по разным причинам, лидирует в топе «разочарование года»).

Как многие знают, на самом деле «Сторож» появился задолго до «Пересмешника», был отложен в стол уверениями издателя – тот, увлечённый фрагментами рукописи о детстве Глазастика, убедил Ли написать предысторию и рассказать о детстве главной героини, об окружающих её жителях городка Мейкомб, штат Алабама, о той известной несправедливости, которая случилась с героями далее – и об успехе этой второй рукописи читающему (и не очень) миру известно очень хорошо. Но о чём же сам «Сторож»? Повзрослевшая мисс Глазастик возвращается в Мейкомб из Нью-Йорка – проведать отца, дядюшку и своих друзей детства. Перед ней, уже жительницей крупного города – ее друзья, родные, сам город, изменившийся до неузнаваемости так, что можно счесть, что он и не менялся вовсе, и здесь очевидный вопрос – кто всё-таки претерпел эти изменения – наблюдатель или объект наблюдений?

Есть такие книги, которые до боли знакомы по ощущениям: вот возвращение «блудного сына» домой. По комнатам можно ходить долго, узнавая или нет их, но чувствуя при этом, как щемит сердце - это узнавание и есть в «Стороже» - но изменилась не только Глазастик, изменился и сам читатель – мы повзрослели вместе и именно оттого нам во многом больно видеть результат такого взросления – со стороны-то оно куда проще. Джин-Луиза действительно изменилась, но это всё равно что сетовать, что дети в принципе растут. Она курит, у неё вздорный характер, она до сих пор не замужем, что является предметом горести её тётушки, она привыкла к шумному Нью-Йорку и его толкотне, спешке и равнодушию (которое ей кажется толерантностью, возможно и справедливо), она повзрослела, но так и не выросла – это тот самый рубеж возраста, когда подростковый максимализм ещё не искоренён жизненным опытом, а детские убеждения ещё не сменились мудростью и взвешенностью. Джин-Луиза бродит по городу и наблюдает за ним, город замер и наблюдает за ней - и неизвестно, чем закончится эта игра в гляделки. Харпер Ли затрагивает те же самые больные темы, тот самый нарыв, который ей удалось столь виртуозно вскрыть в последствии в «Пересмешнике», вынужденно расшифровывая происходящее в «Стороже» - городок Мэйкомб не терпит перемен, он – «государство в государстве», в нём, в отличие от гиганта Нью-Йорка, ещё не научились не замечать афроамериканцев в одной очереди с белым и потому заведомо – Человеком (большая буква, ирония). Но только ли такой Мэйкомб? Только ли из этих людей он состоит – нетерпимых, разбрасывающихся словами «черномазый», «бывшие рабы» (а на дворе пятидесятые, ещё бурлящие в таких вот Мэйкомбах расовой сегрегацией)? Поначалу кажется именно так – ведь в «Стороже», как и в «Пересмешнике» создаётся впечатление, что мы смотрим на происходящее глазами Джин-Луизы, однако это несколько обманчиво – ведь в обоих романах за её спиной есть и такой вот сторож, второй голос –

Верно, я слепая. Я жила с закрытыми глазами. Мне и в голову не приходило заглядывать человеку в душу — я смотрела только в лицо. Вчера в церкви сказали: "Пойди поставь сторожа". Ко мне тоже надо сторожа приставить. Сторожа и поводыря, чтобы водил меня и каждый час сообщал, что видит. Чтобы говорил мне: это вот человек сказал словами, а это - имел в виду, чтобы провел черту посередине и показал - вот здесь эта справедливость, а вон там - та, а потом объяснил, в чем разница.

Этот сторож и есть голос Харпер Ли, такой знакомый и чуть ли не родной. И он говорит – Очень просто оглянуться и увидеть, какими были мы вчера или десять лет назад, но куда трудней увидеть, кто мы сейчас. Он говорит о том, что каждый сам сторож своей совести. Он говорит о том, что смотреть по верхам и выносить суждение, такое смертельно-категоричное – это неизбежный удел молодости, которая сталкивается со взрослением, с миром, таким, каков он есть, он кричит голосом Глазастика – вы мне врали! – и утверждает после – нет, это была правда. Он и не подумает много внимания уделить любимому многими Джиму – потому лишь, что это всё жизнь, это прожито, пережито и улеглось (и если учесть хронологию написания «Сторожа», вопросов этот момент мог бы и не вызвать, но неизбежно вызывает – и можно ли осуждать в этом Ли?). Этот голос поясняет – каждый человек только лишь человек, он вправе ошибаться, он вправе жить так, как ему хочется, но может ли другой человек осуждать так бескомпромиссно другого? И именно он говорит – она ещё изменится, она всё поймёт, она не смирится (никогда не смирится), но хотя бы поймет, и это также неизбежно, как и в последствии случившиеся исторические события в США. Мир побурлит-побурлит, да и успокоится – равно как и эта дикая кровь, воспитанная лучшим из лучших юристов по версии не одного подростка, читавшего «Пересмешника» в годы своей юности. (И да, никогда ещё книжная пощёчина не была такой нужной и желанной, почти достойной облегчённого «ну наконец-то хоть кто-то!..»).

Поэтому всё же стоит признать - Харпер Ли вышла из списков писателей одной книги. У неё их две - разных, но похожих - всё равно как фотография одной и той же девочки, с разницей лет в пятнадцать. За этот промежуток времени выросло не одно поколение, и "Пойди поставь сторожа" именно для них - повзрослевших, но ещё помнящих, что пересмешников убивать - грех.

1 2 3 4 5 ...

У вас есть ссылка на рецензию критика?

265 день
вызова
Я прочитаюкниг Принять вызов