Поделиться:

Казус Кукоцкого

ISBN: 978-5-17-090297-2
Год издания: 2015
Издательство: АСТ, Редакция Елены Шубиной
Серия: Эксклюзивная новая классика

Время действия романа «Казус Кукоцкого» - сороковые-шестидесятые: излет сталинской эпохи, разгром генетики, смерть тирана, оттепель, первые джазмены. На фоне всех этих событий - жизнь Павла Алексеевича Кукоцкого, гениального врача, наделенного даром «внутривидения». Телесность и, казалось бы, самая грубая физиология (здесь автор не боится подойти к самому краю) тесно сплетаются с темой судьбы - в высоком, почти древнегреческом ее понимании.
Людмила Улицкая - одна из самых уважаемых и читаемых авторов современной России, чьи произведения переведены более чем на 20 языков; по мотивам ее книг снимают фильмы, ставят спектакли. Лауреат престижных российских и зарубежных литературных премий, в 2014 году награждена Орденом Почетного легиона Франции.

читать дальше...

Дополнительная информация об издании

Мягкая обложка, 512 стр
Формат: 76x100/32 (120x180 мм, карманный)
Тираж: 5000 экз.
Возрастные ограничения: 16+

История

Казус Кукоцкого роман (2001 г.) описывает жизнь семьи профессора Павла Алексеевича Кукоцкого на фоне истории Советского государства от момента его создания и до середины 60-х годов XX века. Роман состоит из четырёх частей. В первой части описывается жизнь до 1960 года членов семьи Кукоцких: жены Елены, приёмной дочери Татьяны, взятой под опеку Таниной одноклассницы Томы и бывшей монахини Василисы Гавриловны, с давних пор живущей в семье Елены. Вторая часть — сон Елены о промежуточном состоянии между жизнью и смертью. Третья часть охватывает жизнь семьи после 1960 года вплоть до Таниной смерти. Четвертая часть, самая небольшая по объёму, выступает в роли эпилога и описывает несколько эпизодов из жизни Таниной дочери Жени.

Л. Улицкая: "… Казус — это случай. Я рассказала о случае Кукоцкого — о человеке и его судьбе. Этот казус кажется мне казусом каждого из нас. Любой человек — это конкретный случай в руке Господа Бога, в мировом компоте, в котором мы все плаваем... В данном случае это Кукоцкий. Но он может быть казусом каждого, кто внимательно наблюдает жизнь, бесстрашно и честно смотрит на мир..."

еще...

Сюжет

События книги описывают судьбу потомственного медика, профессора-гинеколога Павла Алексеевича Кукоцкого. Талантом диагноста он был обязан особому дару, «внутривидению», благодаря которому Павел Алексеевич «видел» поражённые внутренние органы пациентов. В 1942 году в небольшом сибирском городке он спас от смерти свою будущую жену Елену Георгиевну, у которой ему пришлось удалить матку. После выздоровления Павел Алексеевич увёз Елену к себе вместе с двухлетней дочерью Таней и бывшей монахиней Василисой Гавриловной.

Первые послевоенные годы были удачными и в профессиональном плане, и в личной жизни. Супруги вместе растили горячо любимую дочь, Павел Алексеевич лечил пациенток, занимался наукой и даже, обладая государственным умом, писал проекты по организации здравоохранения, стремясь, в том числе, добиться легализации абортов.

Елена выросла в толстовской общине, на курсах чертёжников познакомилась с первым мужем (он был преподавателем) и искренне полюбила выбранную профессию. Временами ей снились странные чертёжные сны, в которых возникали невыразимые словами связи между вещами.

Первые проблемы в жизни Кукоцких появились в период, предшествовавший началу кампании против генетики. Павел Алексеевич нашёл оригинальный способ уклоняться от нежелательных мероприятий: в нужный момент он честно напивался, создав себе репутацию пьяницы. А вскоре пришёл конец и семейному счастью. Причиной размолвки послужила смерть дворничихи, дочь которой, Тома Полосухина, училась в одном классе с Таней. В пылу спора по поводу смерти Томиной матери Елена осудила Павла Алексеевича, ратующего за разрешение абортов, а он напомнил об отсутствии у неё матки. Взаимные жестокие слова создали непреодолимую пропасть между супругами. И хотя внешне жизнь семьи почти не изменилась, никогда больше не были они счастливы, хотя, в глубине души продолжали любить и уважать друг друга. Тома осталась жить в семье Павла Алексеевича. А у Елены постепенно начала развиваться странная болезнь, проявлявшаяся в рассеянности и полном отсутствии внимания.

После школы Таня, обожавшая отца, поступила на вечернее отделение биофака, а также устроилась в лабораторию по изучению развития мозга, где на удивление быстро освоила методы приготовления гистологических препаратов. А спустя несколько лет, летом 1960 года, произошло событие, навсегда отвратившее Таню от науки: она поймала себя на готовности сделать препарат из живого ребёнка… Не дождавшись нужных слов от отца, Таня ушла с работы и начала вести богемный образ жизни. А болезнь Елены, до сих пор умело скрываемая, привела к длительной потере памяти.

В этот момент и приснился ей длинный сон о промежуточном мире, с персонажами из прошлого и из будущего, о глубинной сути людей и связях между ними…

Не встретив настоящей любви, Таня выходит замуж за одного из братьев Гольдбергов, сыновей единомышленника и друга Павла Алексеевича. Забеременев, она уезжает на юг, где встречает талантливого саксофониста Сергея. Оба быстро понимают, что созданы друг для друга и после окончания южных гастролей Таня уезжает в Ленинград, где и появляется на свет дочь Евгения. Некоторое время они живут счастливой жизнью, наполненной музыкой и взаимным согласием. Счастье её омрачает только непонятная болезнь матери и осознание своей ответственности за стареющих членов семьи. Вторая, желанная, беременность Тани оканчивается трагически: она погибает в одесской больнице из-за не оказанной вовремя медицинской помощи. Елена так никогда и не узнала о смерти дочери…

В эпилоге выясняется, что Елена, лишь на короткое время выходящая из состояния беспамятства, пережила своего мужа и живёт вместе с семьёй Томы. Её регулярно навещает внучка Женя.

Почти все герои романа встречаются в промежуточном мире. В том числе и те, о которых Елена не знала.

еще...

Награды

2001 год — премия Русский Букер
2006 год — премия Пенне (Италия)

еще...

Книга в подборках

РАН рекомендует прочесть каждому 357 книг
По мнению ученых-академиков РАН, каждый должен прочесть эти книги. В 9-10 лет: 1. А. Погорельский «Черная курица или Подземные жители».
2. Андрей Некрасов…
NonaSaps
livelib.ru
Подборка по игре Ламповый флэшмоб 2017!
Группа Ламповый флэшмоб
Работают:
НЕ пишите, что вы работаете над подборкой, если на самом деле не работаете! Участники: Omiana , BookSwan ,…
Tayafenix
livelib.ru
Филфак. Современная русская литература. Программа 4 курса.
В подборке представлены книги второй половины 20 века - начала 21 века.
Varya23
livelib.ru

Рецензии читателей

9 декабря 2014 г., 04:33
3 /  4.199

Я в растерянности. Чуть ли не впервые начинаю писать рецензию до того, как поставила книге какую-то оценку. Надеюсь, что к концу этого текста все-таки определюсь, что я думаю по ее поводу.

Вообще-то у меня к «Казусу Кукоцкого» целый ворох претензий.

Начну с того, что мне не понравился слог Улицкой, категорически. Он какой-то, простите, старушечий. Конечно, Улицкая писала роман уже в зрелом возрасте, но это ни о чем само по себе не говорит: я читала романы, написанные женщинами и постарше, но тексты этого не выдают. А тут прямо перед глазами сморщенное грустное, почему-то деревенское лицо в шерстяном платке.

С первых страниц роман показался жутко скучным. Я втянулась только под конец первой части, а это четверть романа, не меньше.

И только я, значит, втянулась как бац! вторая часть на голову свалилась. К чему она, зачем, за что, доколе? Сама-то по себе эта вставка интересная, я бы, может, почитала какое-то отдельное произведение в таком духе с большим удовольствием. Но из этого романа она выпирает, как малиновый шрам от ожога на теле нежной белокожей барышни. Ощущение такое же, как при просмотре фильма, который вдруг прервали рекламой на полуслове. Даже если это интересная реклама, даже если это реклама другого фильма, тоже весьма многообещающего – это жутко бесит. И даже если скрепя сердце предположить, что такой шок-эффект был задуман автором, все равно вторая часть, на мой взгляд, недоработанная. И стоит не на своем месте – часть персонажей невозможно узнать, поскольку они еще не появились в романе, а когда появятся, уже забудутся их «тени» в «потустороннем мире», или что там за метафизическое пространство имелось в виду. И слишком уж вычурно местами. И «Бритоголовый» - самое идиотское погонялово для ПА, какое можно вообразить.

Кстати, о Бритоголовом и о его блаженной супруге. Эта их семейная «фишка» с ясновидением, которая раскрывается в первой части, хороша – но она ведь ни к чему не ведет. Такое впечатление, что про нее попросту забыли ближе к концу текста – и поэтому непонятно, к чему же она, собственно, была. Как и многое другое в романе. Не чувствуется за нагромождением смыслов какой-то общей идейной канвы.

Некоторые поступки персонажей показались совсем уж неправдоподобными. Ну не бывает, чтобы люди менялись вот так, по щелчку пальцев. (Сейчас будут спойлеры).

Дальше...

5 мая 2015 г., 13:43
3 /  4.199

Особенности национального реализма

Оставив тяготившее меня предубеждение, отвергнув доводы рассудка и скрепив сердце, я решил воплотить в жизнь свой замысел - одолеть за этот год всех лауреатов премии Русский Букер. Затея, как и предполагалось, потребовала основательных усилий, а ведь начал я с той книги, о которой слышал множество раз, и отзывы были в общем и целом неплохими. Даже моя школьная учительница литературы однажды обмолвилась, что из современных писателей она предпочитает как раз Людмилу Улицкую, и её мнение для меня до сих пор авторитетно. Роман "Казус Кукоцкого" любопытен даже своим слегка нелепым названием, к тому же когда на полке с современной российской прозой видишь умное слово "казус" среди "духлессов" и "рублёвколайфов", вера в будущее русской литературы возрождается аки птица Феникс.

Улицкая пишет ни много ни мало настоящую семейную сагу, взяв за основу историю потомственного медика, профессора-гинеколога Павла Алексеевича Кукоцкого. А вот парадокс, или вернее, казус Кукоцкого заключается в горькой насмешке судьбы, иначе и не скажешь. Талантливый врач, обладающий сверхъестественным даром диагностики, помогший появиться на свет тысячам детей, так и не стал отцом своих собственных. Взяв к себе жену Елену с маленькой дочкой Таней, он уже знал - общих детей у них не будет, потому что после операции в суровом 42-м году Елена осталась бесплодной. Однако Павел Алексеевич искренне полюбил не только свою жену, но и её дочь, которая стала для него родным и бесконечно близким существом.

Жить бы им поживать, но в дело вмешался роковой случай. Причиной бесповоротного разлада в семье становится одно-единственное событие, превратившее некогда близких людей в совершенно чужих друг другу. Что удивительно, совершенно так же всё происходило в романе Дом духов Исабель Альенде, где вспыльчивый Труэба в порыве неконтролируемого гнева ударил свою жену, и даже полное боли, искреннее покаяние мужа не смогло разрушить выросшую в мгновение ока стену отчуждения. Павел Алексеевич тоже наносит удар, пусть словесный, но имеющий такую же разрушительную силу. В итоге, Елена, как и её альтер-эго из романа чилийской писательницы, до конца жизни не скажет мужу ни слова. С этого рокового момента семейная жизнь героев идёт наперекосяк, но что гораздо печальнее для читателя - вместе с этим вкривь и вкось расползается сюжетная линия романа.
Вторая часть начинается совершенно нелепым повествованием о каком-то потустороннем мире, который существует лишь в воображении Елены. Безразличная пустыня, несколько странников, бредущих вперёд с непонятной целью, ожившие манекены, - всё это непременно что-то символизирует, как и синие шторы в хрестоматийном примере глубинного смысла, якобы заложенного автором в описание комнаты. Хорошо, пусть мы имеем дело с модным направлением магического реализма, но перегибать палку-то зачем? Неужели вся эта громоздкая фантасмагория нужна, чтобы выдавить у читателя признание: "да, как всё тут метафизичненько"? Разве избыток потустороннего - тот главный критерий, по которому мы определяем. что перед нами яркий пример магического реализма? Я-то всегда полагал , что гораздо важнее вплетение сверхъестественного в обыденный ход событий. А от метафизического бурлеска Улицкой остаются в недоумении и читатели, и, похоже, сами герои.

Вообще, начиная с третьей части романа меня преследовало ощущение, что Улицкая, совсем как Джордж Мартин в "Игре престолов", зачастую не знает, что же ей делать со своими персонажами. Вроде и предыстория уже показана, прописаны текущие события, мысли, переживания, расставания и встречи, но дальше - а-а, ну его, само как-нибудь допишется на 400 с лишком страниц.
Однако даже на таком пофигистском фоне история Тани, дочери Кукоцкого, отличается особой нелогичностью. Начав карьеру врача-лаборанта, Таня успешно потрошила грызунов до одного далеко не прекрасного момента, когда она поймала себя на мысли, что готова сделать препарат из мёртвого человеческого эмбриона. Тогда девушка повесила белый халат на гвоздь и пошла морально опускаться, вступать в беспорядочные связи и глушить портвейн с бомжами.
А что же Павел Алексеевич? Его хватило лишь на один-единственный разговор с дочерью, в ходе которого он лишь цитировал научные тезисы и пожимал плечами, не понимая, отчего ж любимая дочурка вдруг покатилась по ступеням социальной лестницы. И это всё, что сделал любящий отец, который с самого Таниного детства души в ней не чаял? Что-то не верится мне в такое, товарищ автор.
Но дальше - больше. Вместо превращения в опустившуюся бомжиху Татьяна внезапно демонстрирует чудеса восприимчивости к музыке, находит себе партнёра-саксофониста в джазбанде, рожает дочь (естественно, не от него) и гастролирует по стране. Обдумывая впоследствии сложный вопрос в духе "чего б ещё с ней сделать?", Улицкая решает устранить её из сюжета, и делает это с деликатностью неопытного палача. Фраза "живой её больше не видели" оставила меня в ещё большем недоумении, хотя я до этого думал, куда уж непонятнее. Именно здесь меня посетила интересная мысль - тот, кто критикует Джорджа Мартина за нелогичные смерти героев, просто ещё не читал "Казус Кукоцкого".

Ей-богу, остановись писательница только на первой части романа и поставь в этом месте окончательную точку, я без раздумий оценил бы книгу высшим баллом. Советская действительность прописана на удивление правдиво и без штампов, философские диалоги Кукоцкого и его коллеги-генетика хочется цитировать бесконечно, проблема легализации абортов, затронутая в романе, актуальна и по сей день, и сага, по крайней мере первая её часть, действительно заслуживает такого названия. Но почти все положительные моменты романа перечеркнула игра в поиск глубинного смысла, которую затеяла Людмила Улицкая.
Неисповедимы пути русского магического реализма.

18 июня 2017 г., 12:29
3 /  4.199
От сакрального зачатия до мгновенной жертвы в мире

Людмила Улицкая написала страшную книгу. Страшную даже не потому, что основная ее тема связана с абортами и материнской смертностью, а из-за очень физиологичного описания происходящего. Самым страшным, до слез практически, становится дневник Елены, пытающейся с помощью записей ухватится за уходящую память. Медики и биологи на страницах "Казуса Кукоцкого" становятся кровавыми жрецами со своими особыми священными дарами. У Кукоцкого старшего чуть ли не сакральный дар внутривидения, который очень капризен к чистоте его носителя от греха. А вот его дочь Таня, одаренная различными талантами девушка, уже более приземленна в своих умениях, владение которыми пускает на самотек альтернативной жизни в контексте реалий Советского Союза.

Книга дает какую-то свою, биологическую теорию смены поколений. В самом начале Павел Алексеевич вспоминает красивый миф о вавилонской богине Ламассу, богине плаценты, жрецы культа которой по рождающимся младенцам определяли, как в небесных пространствах переписываются судьбы человечества. Учитель Павла Алексеевича отметит, что в начале века рождались расслабленные, "гипотонические" дети, а вот уже сам Кукоцкий за свою работу стал отмечать в младенцах страх. Чуть позже Таня родит заражающе сонного ребенка, а закончится книга рождением правнука, о свойствах которого будет сказано мало... Эти рождения и описание совершенно странным образом образующихся семей вокруг детей, как будто связаны с тем, как формировались поколения людей Советского Союза: людей, который сдались демонам революции; людей молчаливых, живущих в страхе из-за своего прошлого; людей дела и людей пустой мысли; людей, замеревших во сне... От настоящих родителей осуществляется переход к воспитанию приемными, о которых не говорится. Танины "семьи" это демонстрация разрушения священного института. Брак с близнецами, один из которых вроде как муж, а второй вроде как сожитель, но это уже признак вырождения брака, бессмысленность гражданской росписи, нацеленной на то, чтобы одного из братьев не забрали в армию. Позже она, замужняя, живет с женатым же мужчиной, к которому просто лежит душа, и он вполне считает ребенка от братьев-близнецов своим... Впоследствии этому ребенку предстоит жить в коммуналке среди непрямых родственников и соседей.

Возможно, именно вот такой переход от брака, заключенного на небесах, до гражданского брака и брака по собственной, личной прихоти и заключает основу жанровой канвы. Название только ей не очень соответствует. Ведь казус, скорей всего, состоял в том, что, обладая уникальным даром просматривать организм насквозь, Павел Алексеевич не видел, как его жена теряет память и считал, что оставленные везде записки не напоминания, а признак хозяйственности супруги. Не понял он и проблему Тани, возведенной в жрицы науки ритуалом отрубания голов крысиным деткам, которая случайно преодолела порог, который запрещал бы проделать нечто подобное и с человеческим плодом. Не видел он и сугубо гинекологическую проблему Василисы, хотя это как раз его профиль работы. Вообще, после первой главы становится не совсем ясно, куда пропадает этот дар, о котором писательница вспомнит еще только пару не очень значительных раз.

Особый дар был и у Елены - названной жены Кукоцкого. Она по-своему воспринимала мир. Ее работа чертежницей, все рисующей и видящей в трех измерениях, тоже перевела ее восприятие на иной уровень. С трех сторон она могла представлять совершенно абстрактные, нерисуемые вещи. Это была ее собственная троица, личное мировоззрение, на которое повлияло отцовское толстовство, превращавшее истинную веру в теорию о нравственности. Быть может именно поэтому она заболевает совершенно немыслимой болезнью беспамятства, никак не связанной ни с физиологическими болезнями, ни с психическими. Это отклонение уносит ее в пространство сна, где читателю предстоит поугадывать, кто есть кто. Если первая глава - это экспозиция жизни главных героев, то вторая - сон Елены - это что-то вроде интерпретации настоящего и пророчество будущего, а возможно, нечто вроде интерпретации окружающих событий сознанием Елены. Мы же не знаем, спит ли она или бодрствует, когда пытается как-то общаться с родными. В этом странном пространстве существует какая-то странность литературного пространства конца девяностых - начала нулевых. В нем, как и в пелевинской пустоте, созданной не менее сумасшедшим сознанием главного персонажа, тоже есть точки с кострами. Что это, какой-то мировоззренческий знак времени? Какая-то дань появлению русского постмодернизма в литературе и некая сопричастность ему? Так или иначе, здесь точно так же, как и на протяжении всей книги говорится об извращении морального, извращении идеи рождения (перерождения?) и идеи спасения. Потусторонние врачи лечат труп, труп духовный или же труп души... Кукоцкий в своих спорах о важности жизни детоубийцы во избежание ее самоубийства проигрывал святой истине - занимался спасением виновных в одном грехе...

Единственный персонаж, который призван как носитель истины - Василиса. Она-то за другую детскую смертность - естественную в младенчестве... Описывается она как совершенно идеальное христианское существо, которое, разве что, Бог обделил талантами. Но именно этот факт дает повод не обращать внимания на ее служение общественной жизни, а служению Христу. Василиса обладает не только византийским ликом, но осознанием собственной неважности, благодарностью всему, отсутствием лишних, недеятельных мыслей. А ее идейной "преемницей" становится Тома, человек совершенно рядовой, средних, троечных способностей, стадного сознания, находящий родство с молчаливыми и так же незначительными растениями, человек, росший без любви, маленький человек. Но Тома - человек другой эпохи. Она средняя не чтобы сдаваться на Божью волю, а чтобы упорно трудиться на благо общественного равенства. И с мужем-то они делят все труды поровну.

Дополняет всю эту пессимистичную картину деградации человеческого сознания генетическая теория друга Кукоцкого Гольдберга, который описал, каким образом вырождается российская нация после ссылок, войн и репрессий. И если этот труд показывает чисто физиологические процессы, какими, собственно, и сам Кукоцкий видел, например, вопрос воспитания через влияние среды на растущий организм, дающий возможности для выхода потребностей, реализация которых способствует разностороннему развитию человека, то Людмила Улицкая показывает еще одну сторону сложившегося бытия - эдакое самовольное замыкание человека больших способностей, не желающего проявлять их там, где свершений ждут от людей совсем другого склада: посредственных, незначительных, лицемерных, с гибкой моралью... Но определенно образованных, даже интеллигентных... Таких людей дела, которых это дело и обезличивает, приравнивая к коллегам по эпохе, занимающихся умствованиями и пустословием. Таких людей, которых профессиональная деформация заставляет забыть себя и только радоваться рождению нового малыша с судьбой, прописываемой в безбожном мире жрецами Ламассу.

9 мая 2017 г., 18:36
4 /  4.199

Очень осторожно отношусь к современным отечественным прозаикам, особенно с кучей восторженных отзывов на их произведения. Слишком много чернухи попадается, поливания грязью всего и всех, особенно прошлого нашей страны. Модно сейчас это и, к сожалению, популярно и востребовано…
Людмила Улицкая смогла приятно удивить: имея вполне определенное отношение к советскому периоду, она описывает его темные стороны очень бережно, взвешенно, не выходя за разумные рамки и не скатываясь в злобную ненависть. Она даже не критикует, в скорее констатирует… так было… и так жили… Сложное неоднозначное время нашей истории в описаниях Улицкой выглядит живо, очень атмосферно, буквально погружает в себя.
Получала настоящее удовольствие от чтения: приятный, комфортный стиль письма, очень образный и откровенный, интересный сюжет, характерные герои… Ровное, жизненное повествование с большой смысловой нагрузкой, глубокое, заставляющее задумываться не читалось взахлеб, приходилось осмысливать, смаковать, что-то даже примерять на себя.
Это было почти идеально… до тех страниц, пока повествование не ухнуло в откровенную эзотерику, с которой у меня, надо признаться, сложные отношения. Готова признать, что в исполнении данного автора даже все эти сложносочиненные мистико-философские материи выглядят недурно: без излишних заумствований, доступно и со смыслом, но просто в бытовом контексте я все-таки предпочитаю голый реализм. Да и параллели не всегда угадывались.
Могу вполне понять тех, кто отзывается о данном произведении не слишком лестно. Да, содержание неоднозначно, многие поступки персонажей вызывают отторжение, что-то кажется странным, нелогичным, глубоко аморальным. Но тут все зависит исключительно от личного восприятия, поэтому, наверное, тут лучше читать самому, чем ориентироваться на чье-то мнение. Главное, что это книга не оставляет равнодушным, заставляет думать, анализировать.
В целом же знакомство с Людмилой Улицкой считаю вполне удачным. Можно во многом с ней не согласиться, но пишет она неплохо, хоть иногда и излишне многословно.

картинка Aleni11

15 августа 2012 г., 13:42
5 /  4.199

Настоящая Литература должна болеть и рвать душу на части, а иначе нет смысла в чтении. Понятно, что невозможно загружать свой мозг только высокоинтеллектуальными книгами. Я бы даже сказала, что лучше повседневно читать что-нибудь полегче, но хотя бы раз в месяц взяться за серьезную книгу, и тогда получается настоящая встряска, меняется восприятие мира. Через пару дней с очередной проходящей литературой эмоции улягутся. Но никогда уже читатель не будет прежним. Какая-то часть той Книги навсегда останется с ним. К писателям, способным творить именно такую Литературу, я и отношу Улицкую. А разброс мнений от откровенного отвращения к прозе писательницы до неприкрытых восторгов только укрепляют мое собственное мнение о ее творчестве.

У Улицкой нет счастливых книг. Всегда все плохо и тяжело, мучительно и больно, как для героев, так и для читателей. Я бы даже сказала депрессивно. Но то ли мое видение советской истории совпадает с ее описаниями у Улицой, то ли так все и было, только люблю я прозу этой писательницы преданно и нежно. Памятуя о налете безнадеги на всех творениях Улицкой, читаю ее крайне редко. Но когда уж доходит до дела, с самого первого слова, как литературный наркоман, ловлю кайф. И с каждой дозой все сильнее и сильнее моя зависимость от писательницы. Меня завораживает описание жутких сталинских времен в российской истории, впечатление от которого смягчается немного таким мелодичным и таким русским языком Улицкой. И темы, выбранные писательницей, такие близкие, такие знакомые. Наверное, в этом и есть секрет очарования ее прозы.

«Казус Кукоцкого» - семейная сага с советскими реалиями. Наглядный пример того, что в мире нет справедливости. Какие-то дикие средневековые законы бытия, по которым живет Василиса, как будто и правда имеют силу. Все несут «заслуженное» наказание. Больше всего меня расстроила судьба Тани – очевидный показатель того, что нет действенной формулы воспитания. Сколько бы ни вкладывал любви и моральных ценностей наряду с материальными благами – все впустую. Наверное, сама Таня была вполне счастлива, и эта единственная мысль, которая успокаивает. Но как мать, я бы не хотела такую судьбу для своей дочери. Поэтому даже хорошо, что Елена не осознавала действительность. Что касается остальных героев романа, то они, по-моему, тоже были вполне счастливы. Может, со стороны грустно наблюдать такой «распад», но на деле все так живут. Более того, уверена, если бы им предложили что-то изменить в своей жизни, вероятнее всего изменения коснулись бы времен их молодости, а не старость. В общем, если и книга и производит какое-то давящее впечатление, то тут скорее тяжесть мысли о всемирной бренности: все заканчивается, все умирают. Но ведь так и есть на самом деле.

Откровенно говоря, русская литература откровенное «не мое». Потому что хорошо писать о России можно только в достоевских красках: мрачно и безнадежно. Но очень опасно «перечитать» Литературу Настоящую и впасть в депрессию. Или же боль и страдание начнут притуплять душевное восприятие, и будет как у Тани Кукоцкой с наукой: размоется граница. Но все-таки очень нужно хотя бы изредка погружаться в атмосферу безнадеги и вселенской скорби, которая и есть РЕАЛЬНОСТЬ.
В общем, советую в качестве встряски и открытия для себя новых истин. А я пойду и разгружу свой мозг чем-нибудь полегче.

12 февраля 2017 г., 15:04
4 /  4.199

Людмила Евгеньевна Улицкая — имя в современной русской литературе громкое и заслуженное. Автор шести больших романов и множества рассказов, обладатель «Русского Букера», дважды «Большой книги» и номинации на престижного международного Букера. Её любят и ненавидят, обвиняют в графомании и превозносят до небес, её книги переведены не менее чем на 25 языков, по ним ставят спектакли и снимают фильмы. «Казус Кукоцкого», пожалуй, самый известный из романов Людмилы Улицкой, семейная сага, удостоенная премии «Русский Букер» и экранизированная Юрием Грымовым.

В центре сюжета Павел Алексеевич Кукоцкий — гениальный врач, гинеколог, наделенный уникальным даром, «внутривидением», помогающим ему в работе. Однажды в небольшом сибирском городке Кукоцкий спасает от смерти красавицу Елену, и с тех пор Елена, её дочь Таня и малограмотная нянька Василиса, становятся его семьей. Кукоцкие — семья интеллигентная, правильная, на первый взгляд идеальная. Но только что происходит за закрытой дверью души каждого члена семьи? Какие монстры жрут каждого изнутри? Какие ангелы стоят за их спинами? Что происходит в спальне супругов Кукоцких? Какой вырастет их дочка?

На эти и другие вопросы Людмила Евгеньевна ответит обстоятельно и подробно. Структурно роман поделен на четыре части, одна из которых явно выделяется, выпирает и представляет собой стостраничный сон жены Кукоцкого, Елены. Сон этот перемещает почти всех героев романа в некоторый «срединный» мир, мир между жизнью и смертью, раскрывая личность каждого героя с новой стороны. Зачем была введена эта часть? Почему она помещена почти в самое начало романа, в то время как многие герои, появляющиеся в этом сне, в реальном мире еще не встретились читателю? Странная, мрачная, почти бесконечная как сама пустыня, по которой бредут герои, часть. Ярко выражены в ней библейские мотивы, громко звучат мысли о реинкарнации. Все упомянутые во сне герои узнаются лишь в конце романа, а смысл сна прекрасно отражает эпиграф: «Истина лежит на стороне смерти» © Симона Вайль.

Трагичный, глубокий и очень серьезный роман. Проза Улицкой крепка как камень, её голос пожилой женщины звучит уверенно и твердо. Зря говорят, что Людмила Евгеньевна не любит своих героев, они не любят себя сами. Каждому из нас дана возможность изменить свою судьбу, вопрос только в том стоит ли её менять?

Случайная цитата: Совместная двадцатилетняя жизнь, в которой один помнит одно, другой — другое... В какой же мере она была совместной, если воспоминания об одном и том же так различаются?

29 июня 2015 г., 21:54
5 /  4.199

Вот уж интересная вещь- спорили мы много на заседании книжного клуба, обсуждая эту книгу. Несколько раз бралась за рецензию, тема мне близка, есть что сказать...
но не пишется.
Мысли в разные стороны...А я ведь и материал подобрала про аборты. И кое-что из личной практики хотела написать...Почему не выходит? Почему так трудно?
Может, потому что столь многогранно и неоднозначно?
Буду "созревать".
Книга не отпускает.Много в ней всего. Жизнь в ней.

4 мая 2016 г., 21:24
3 /  4.199
Кукоцкие и иже с ними

Признаюсь честно, я непатриотично отношусь к русской современной литературе. Поэтому когда мне приходится сталкиваться с очередным произведением отечественного книжного мира, я всегда заведомо переживаю о возможных разочарованиях. Но не буду забегать вперед…

Итак – Людмила Улицкая «Казус Кукоцкого»


Очень люблю семейные истории, которые живо показывают витиеватые отношения между женой и мужем/ детьми и родителями / между детьми. Поэтому я быстро втянулась в историю Павла Алексеевича и становления его необычной семьи. Кукоцкий – потомственный врач с необычным даром живого рентгена. Он – специалист своего дела, человек с четкими убеждениями, слишком новаторскими для своего времени. Вторая мировая война сводит его с девушкой Еленой и ее маленькой дочерью Таней. Их взаимная любовь разгорается мгновенно, и вот уже рождается новая семья Кукоцких. Трепетное отношение, нежные чувства – всё это мы видим в начале, но одно событие, которое, казалось бы, должно сплотить семью еще больше, потушило пламя и заволокло всё туманом, ослепив семейство. Хотя, конечно, они были слепы давно, но в мире и покое их недуг был незаметен. Как лекарь от Бога Павел Алексеевич не обратил внимание на состояние любимой жены и растущих проблем своей маленькой дочурки? Потому что был слеп от своего самолюбования и самовосхваления, да и одна вредная привычка не разрешала его глазам хоть иногда смотреть на окружающих его людей под правильным углом. Его сжирали амбиции, но в своей слепоте он был не одинок. Елене ее неспособность защищаться не дала шанса побороться за здоровье, Тане – избалованность и вседозволенность – найти свое место в этом мире, Василисе – ее маниакальная вера – осознать, что происходит в семействе Кукоцких. Лишь Тома, маленькая замухрышка-сиротка, отлично поняла, какой шанс ей выпал и как нужно его реализовывать.

Первая часть книги действительно заинтриговала меня. Я с нетерпением ждала продолжения, перелистывая страницу. Но наступила Вторая…. И добро пожаловать, психоделика и царствование какого-то своеобразного символизма. Что делает хорошую книгу действительно достойной? Правильная подача материала, на мой взгляд. Всё должно быть логично, информативно и с нотками интриги. Здесь вторая часть повергла меня в ступор. Это будто ты преспокойненько сидишь в поезде, который везет тебя в Кельн, а тут на середине пути тебе сообщают, что машинисту захотелось в Амстердам, поэтому теперь поезд едет туда. И ты в шоке, не понимаешь, что тебе делать дальше с таким поворотом событий. Вот и тут такая же ситуация. Зачем было превращать семейную сагу в фантасмагорию вперемешку с библейскими мотивами? Я понимаю, Улицкая рождала «Казус Кукоцого» длительное время, но от этого его не нужно нагромождать всеми своими любопытными мыслями. Я была удивлена и почему-то представила себе такую картину. Гарри, Рон и Гермиона из известного всем нам волшебного мира ищут себе спокойненько крестражи Волан-де-Морта, мы переворачиваем страницу, новая глава и тут бах – Гарри с Дамблдором идут по пустыне, оживляют манекенов и разговаривают с Львом Николаевичем Толстым об естествознании (хотя в их случае, наверное, с Оскаром Уайльдом). Сумасшествие, ведь так? Но не переживайте – это всего лишь на сто страниц. Я с усилием преодолела это расстояние и снова вернулась в дом Кукоцких, но уже не с таким энтузиазмом. Видимо, чтобы читатель отошел от содержимого второй части, Улицкая решила наполнить продолжение эротической составляющей и сокращением медицинской терминологии до минимума. Я назвала эту часть «искуплением слепоты». Герои продолжают жить слепо внутри себя, но теперь им придется платить за это. И вот тут мы и познакомимся с грустным и наполненным болью казусом Кукоцкого… Это история не могла кончиться семейным обедом у камина, разливающимся по квартире детским смехом и признаниями в любви друг к другу. Для этого Павлу Алексеевичу нужно было вмешаться в чужой мир и изменить его, но он так ничего не предпринял …

В этой книге поднимаются различные спорные, сложные, но важные вопросы: что есть аборт: страшный грех или свобода выбора; где грань врача-ученого и безумного ученого-мясника; что есть любовь, а что есть распутство… НО! Все эти вопросы канут на дно под давлением простой бытовухи. Именно с ней в книге, на мой взгляд, перебор, особенно в последней части. Павел Алексеевич, обладающий супердаром, частенько забывал про него, когда он был очень нужен. И кстати, зачем нам вообще про этот дар говорили? Эта идея не была никак раскрыта, зато были представлены другие пороки Кукоцкого, которые никак не связываются у меня с уважаемым доктором и легендарной личностью. Девочка Таня, которая выросла в… Нет, правда, зачем Улицкая так с ней? Конечно, родительская халатность в одних вопросах и настойчивая требовательность – в других должны были пробудить в девушке бунт, но это было чересчур. Абсолютная беспринципность и безграничная дурость после доказательств нормальных умственных способностей – даже как-то обидно за Таню, честное слово…. Своих героев надо любить, а загружать их трудностям логично, но в меру.

Вот у меня всегда так с современной отечественной литературой. Я мечусь между «вроде, понравилось» и «кажется, не понравилось». Много хорошего, достойного, интересного, но и хватает лишнего, пошлого, бессмысленного… Ведь у классиков было не так. Всё логично, всё к месту. Да и современная литература зарубежья тоже не обделена шедеврами… А у нас… Пойду я Лермонтова почитаю, расстроилась что-то

12 января 2011 г., 18:17
2 /  4.199

Возвышенные чувства, возвышенные люди...
Самая показательная сцена в романе - выросшая воспитанница Таня ведет в баню ослепшую служанку Василису. У старухи между ног свисает какой-то мерзкий мешочек. Это выпавшая матка, которую она приноровилась ловко вставлять на место. И так и работала годами, десятилетиями в доме гениального гинеколога-Кукоцкого и его милых, интеллигентных родственниц. Тягала тяжести, мыла, убирала, готовила. И вправляла матку руками. И все у них так.
Сам доктор спивается.
Светлая, умница и красавица Таня, практически бомжует, живет и спит с кем попало, рожает в отвратительных условиях, отчего и погибает.
Усидчивая, трудолюбивая Тоня сживает со свету впавшую в беспамятство приемную мать.
Замечательные супруги Кукоцкие, один раз поругавшись, годами не могут извиниться друг перед другом, даже не пытаются.

А виноваты в этом упадке и разложение интеллигентной русской семьи власть, да общество. Ни разу Кукоцкие не задумываются о том, что они, возможно, тоже чем-то нехороши. Им незачем. Интеллигенцию, вопреки стереотипам, вовсе не гложет никакая вина. Автор отправляет своих героев прямиком на дорогу в Рай. Центральная часть книги, кажется, совершенно искренне посвящена снам-видениям жены Кукоцкого, в которых она этот самый рай и видит.
Ну и действительно, что тогда волноваться за Василису. О ней легко забывают, и мы не знаем, сводила ли ее Таня к врачу. Знаем только, что со временем ее каморка освободилась.

23 августа 2013 г., 20:46
4 /  4.199

Пока читала эту книгу в голове кружила целая буря эмоций, в первую очередь конечно восторг от авторского слога, такого, на мой взгляд, правильного, понятного, меткого, русского. Вот умеет Улицкая захватить читателя с первых строк, не каждому автору дан такой талант, а она может. Так ловко берет в оборот, при этом чувствуешь себя в ее плену так по-домашнему уютно и тепло, что вырываться совсем не хочется. Слова за слово, глава за главой, ты проникаешь в атмосферу книги, вплетаешься в судьбу главных героев и вот ты уже не сторонний наблюдатель, а чуть ли не главный герой. Ты чувствуешь боль, плачешь от горя, улыбаешься во весь рот и радуешься маленьким победам. Ты живешь там, в этой книге. И как тут оторваться, как переключиться на ту, другую жизнь, которая и есть твоя настоящая, реальная жизнь за пределами книги.

Книга сложная, тяжелая, временами жестокая, хоть и читается легко, в этом и есть талант автора. Это семейная сага, о жизни врача-гинеколога Павла Александровича Кукоцкого, его семьи и близких им людях в непростое советское время. Случайная встреча, Она на операционном столе, Он оперирующий ее врач, один его взгляд и их судьбы тесно переплелись в один тугой узел. Счастливая семейная жизнь, беззаботная, радостная, но вскоре все рушится в один миг. Много ли нужно, чтобы разрушить крепкую семью? Нет, не много, в данном случае достаточно одного неверного слова, жестокого, правдивого. Это не была тайна, об этом они оба знали, но предпочитали не упоминать, старались забыть и могли бы, но видно не судьба. Как карточный домик рушится красивая, идиллическая картинка, семья разбивается на осколки. Живут все так же вместе, но уже каждый сам по себе. Каждый замыкается на своем, уходит в свой мир. Одному притупить боль помогает алкоголь, другого выручает помутнение рассудка, а кто-то просто бежит из семьи, стараясь своими руками создать свой мир, свое счастье. И вот оно, казалось бы получается, птица удачи практически в руках, одно мгновение и бац... так нелепо, так просто, так глупо.

В книге затронуто много волнующих вопросов, и время не простое, и судьбы разные, и решения не однозначные. Но главное в ней люди, они такие понятные и узнаваемые, живут обычной жизнью, совершают типичные ошибки, ищут и находят ответы на вопросы, которые ставит перед ними жизнь. Не скажу, что все в романе понравилось, был момент, когда мне захотелось просто закрыть книгу и не возвращаться к ней никогда, потому что показалось, что автора занесло, все настолько бессмысленно и невероятно (да, я про вторую часть). Но все-таки я выдержала, дочитала главу, правда признаюсь дочитывала ее по диагонали, и поняла, и приняла, что такой поворот возможен, ведь чего только в этой жизни не случается.

Знакомство с Улицкой буду продолжать. Она потрясающая.

все 178 рецензий

Читайте также

• Топ 100 – главный рейтинг книг
• Самые популярные книги
• Книжные новинки
180 день
вызова
Я прочитаюкниг Принять вызов