Поделиться:

И пели птицы...

ISBN: 978-5-905891-38-0
Год издания: 2014
Издательство: Синдбад

«И пели птицы…» — наиболее известный роман Себастьяна Фолкса, ставший классикой современной английской литературы. С момента выхода в 1993 году он не покидает списков самых любимых британцами литературных произведений всех времен. Он включен в курсы литературы и английского языка большинства университетов. Тираж книги в одной только Великобритании составил около двух с половиной миллионов экземпляров. Это история молодого англичанина Стивена Рейсфорда, который в 1910 году приезжает в небольшой французский город Амьен, где влюбляется в Изабель Азер. Молодая женщина несчастлива в неравном браке и отвечает Стивену взаимностью. Невозможность справиться с безумной страстью заставляет их бежать из Амьена… Начинается война, Стивен уходит добровольцем на фронт, где в кровавом месиве вселенского масштаба отчаянно пытается сохранить рассудок и волю к жизни. Свои чувства и мысли он записывает в дневнике, который ведет вопреки запретам военного времени. Спустя десятилетия этот дневник попадает в руки его внучки Элизабет. Круг замыкается — прошлое встречается с настоящим. Этот роман — дань большого писателя памяти Первой мировой войны. Он о любви и смерти, о мужестве и страдании.

читать дальше...

Дополнительная информация об издании

Тип обложки: Твердый переплет
Формат: 145x215 мм (60х90 1/16)
Вес: 695 гр.
Страниц: 600
Тираж: 3000 экз.

Экранизации

Birdsong / Птичья песня (2012, Великобритания)

Birdsong / Птичья песня (2012, Великобритания)

еще...

Книга в подборках

Провинциальная хроника начала осени
Четыре Сезона, 3-й год
ГОД БЕЗ ГРАНИЦ
Разрешено:
- книги, в которых главные события развиваются осенью;
- книги, в названиях которых…
LANA_K
livelib.ru
Обнимашки на обложках
Абсолютно бестолковая подборка, где все обнимаются друг с другом :)

olgasnufkin
livelib.ru
«ОТКРЫТАЯ КНИГА мая 2016» 40 тур
Подборка создана

в рамках 40 тура игры


«ОТКРЫТАЯ КНИГА»




Правила: Каждый участник игры «Открытая книга» должен выбрать…
svetaVRN
livelib.ru

Рецензии читателей

14 декабря 2015 г., 22:15
5 /  4.085

Казалось бы, что может быть банальней схемы: мирное прошлое+любовь+война+будущее, где потомки пытаются разобраться в происходящем. Война оглушает, вставки про мирное время показывают, насколько этот мир хрупок, незначителен и важен. А Фолкс совершил небольшое, но чудо - царапнул по равнодушному металлическому боку большой Литературы и, на удивление, оставил глубокую царапину. Такую, что не сойдёт, надеюсь.

Некоторые говорят о конъюнктурщине (не удосужившись проверить дату написания, впрочем), о том, что роман намеренно приурочен к годовщине одной из войн, что любовные сцены "порнографичны", "описания смертей неправдоподобны", а кровавые описания читать "скучно".
И, слава богам, что эти некоторые, как правило, книгу не дочитывают.
Ну и не надо, вот и славно, вот и хорошо. Зачем же разбазаривать такой мощный катарсис и вынимающее внутренности торжество жизни на тех, кто не в состоянии это ощутить. Книг много, развлекательных книг тоже, а Фолкс не обидится.
У него ведь есть я. А торжество жизни - это такой очень личный опыт, его нужно на себе перенести, он набрасывается в неподходящий момент как болезнь. Но он не эпидемия, а больше единичная вспышка.

Хочется сравнить "И пели птицы.." со "Смертью героя" Олдингтона. Вроде бы вот вещи одного плана и одной длины волны, обе очень сильные, а какие разные по наполнению. Джордж Уинтерборн из "Смерти героя" тоже побывал в самом аду мясорубки, и с равнодушием тех, кто вне войны, тоже столкнулся с лихвой, а ненависть, обида и одиночество его в конце концов иссушили и сломали. Как пустой сухой стебелёк. А вот Стивен Фолкса выстоял. Вышел из огня на двух ногах. Да, переломанный внутри, но с жизнью не расставшийся. Хотя и были моменты, когда проще было просто лечь и ждать смерти, и она казалась единственным желанным выходом. Вела ли его любовь (практически воображаемая, правда, но) или просто невиданной силы инстинкт выживания? Разобрать трудно, очень уж они сплелись.

А это чёрное желание Стивена зарядить парочкой снарядов по мирной Пикадилли? Трудно понять постороннему, невозможно понять, тяжело признать, что я его понимаю.
Те, кто на войне, не поймут тех, кто в мире, не могут. Им завидно, понимаете? И обидно, что они тут, а жизнь - там. Человек же, живущий свою обычную жизнь в мире, никак не поймёт эту окопную крысу. Я такое наблюдала, не в прямом смысле, но очень похожую ситуацию: те, кто живет на линии фронта и те, кто за ней. За - обычная жизнь, полная забот, развлечений и огорчений тем, что доллар скакнул и, пожалуй, не получится в этом году заграницу слетать. Или не получится слетать туда, куда хотелось, а придётся ограничиться чем попроще. У людей с другой стороны не получится вообще ничего. Там люди озабочены решением проблем, которые вообще не существуют в миру. Их нет просто. И когда мирные не хотят пачкаться негативчиком и говорят: "ой, давайте не будем о грустном, о войне", человеку с войны перестает хватать воздуха. Давайте забудем, что он тоже есть?

Над романом проделана огромная работа. Я, как и один из персонажей, человек будущего - Элизабет, не знала о той войне ничего. Ничего. Да, мы учили ее в школе, сколько-то часов было этому посвящено, какие-то даты писали под диктовку. Но это всё. Искра не родилась, потонула в скуке и тоске. Невозможно представить себе масштаб этих смертей и разрушений, особенно в школьные годы. Сейчас совсем другое дело. Жизненный и книжный опыт наполняют призраков подобием жизни, чтобы хоть ненадолго показать мне, что и как. Хотя бы издалека.

Мощная и великолепная вещь. Осторожно, может расплющить.
Никому не советую, уйдите. А то вдруг скучно станет и кровища надоест.

30 октября 2014 г., 12:22
5 /  4.085

История любви должна быть такой красивой, чтобы от ее красоты слезились глаза.
И пусть все читатели хором говорят, что роман "И пели птицы..." - не столько о любви, сколько о жизни, - я хочу сказать, что в основе жизни, которую описывал Себастьян Фолкс лежит любовь. С нее и начинается действие романа... ей он и заканчивается.
С первых строк, с первых глав роман просто смывает читателя волной страсти, чувств и бесконечного подлинного счастья, которая сначала сбивает тебя с ног, заставляя откашливаться, отфыркиваться от соленых брызг, мешая сделать вдох, а потом поднимает и с невероятной скоростью несет куда-то вперед. А вдохнуть все так же нереально, - но уже от того, что просто захватывает дух.
Вместе с этим история эта как будто мягко обволакивает душу, согревает ее теплом домашнего очага. Она такая трогательная, такая наивная и чистая, что невольно зажмуриваешься на пару секунд, как от яркого солнечного света. И одновременно это настолько глупая, настолько необдуманная в своих действиях любовь, что хочется стучать кулаками по столу, рвать на себе волосы и неистово злиться на главных героев. И как же хочется им помочь! Как хочется утешить каждого: шепнуть на ушко что-нибудь успокаивающее, ободряющее, обнять, погладить по голове и даже сказать, подсказать, как нужно правильно сделать, - уберечь от неверного шага, который разрушит жизни. Но ты - всего лишь читатель. Тебе суждено мучиться вместе с ними, глядя на их ошибки, проступки, на неусмиренную гордыню или недальновидность.
Где-то на середине романа, чуть даже дальше, чем на середине, возникает почти непреодолимое чувство - отложить книгу. Невозможно наблюдать за тем, что происходит в душе этих людей. Невозможно не помочь им, но и помочь тоже невозможно. В метро я на несколько секунд подняла глаза от книги, посмотрела сквозь стекло отъезжающего от станции поезда и поймала себя на мысли: "Даже если бы герои книги не были бы вымышленными, они уже все равно умерли. Оглянись! Первая Мировая уже закончена. Она была настолько давно, что в воздухе уже несколько десятилетий не слышно ее отголосков. В любом случае Стивен это все уже пережил".
Больно. Неимоверно больно за всех, на чью долю выпало испытание войной. Жизнь и так найдет, к чему придраться, за что зацепить и как побольнее ударить каждого из нас. Но война - это что-то за гранью жизни с ее испытаниями. Отдельное явление,которое вдоль и поперек режет сердце и душу, вскрывая потом нарывы от нанесенных ран. И именно это... испытание? выпало на долю главных героев романа "И пели птицы..." Как будто без этого им мало было уготовано.

Снова появилась Жанна.
— Все в порядке, месье. Входите.
Она ободряюще коснулась его руки и ушла по коридору.
У Стивена вдруг пересохло во рту. И горло перехватило так, что не сглотнуть. Он положил ладонь на дверь, толкнул ее. В комнате было темно. Горела лишь одна лампа на тумбочке у стены, да и ту накрывал плотный абажур. В дальнем конце комнаты стоял круглый столик из тех, за какими играют в карты. За столиком сидела Изабель.
Стивен вступил в комнату. Вот это и есть страх, думал он: тот, что заставляет солдат прятаться в снарядных воронках или стреляться.

Манера повествования Э.Фолкса завораживает. С одинаковой реалистичностью ему удается описать неспешные прогулки по парку, тайные встречи, полные страсти, военные действия, раненых, убитых, умирающих... Ни на секунду не покидается ощущение полного погружения. Стоит только начать читать книгу - и ты уже участник событий. Каждая сцена, каждый диалог, любая эмоция героев, - и в голове возникает мысль: "Да-да, я тоже пережила подобное... Я знаю, каково это..." И тут же ловишь себя: "Так, стоп! Как пережила? Когда ты успела побывать на войне? А когда ребенка родить? И когда это у тебя на руках умирал твой расстрелянный друг?" А потом понимаешь - да вот только что! Вместе с офицером я держала на руках раскуроченное тело солдата. Вместе со Стивеном влюблялась. И только что... кажется... держала в руках гранату.
Себастьяну Фолксу удалось совместить исторические факты и хроники военных действий Первой Мировой с непростыми, но очень интересными судьбами вымышленных персонажей. Книга "И пели птицы..." лишена той сухости и черствости, которые присущи произведениям, где описывается история той или иной войны. Нет в ней и ни капли занудства или тяжелого "на слух" текста. Все лаконично, плавно и даже мелодично. Задав роману яркий и острый полет описания, Себастьян Фолкс не отступает от него ни на шаг: ни один абзац, ни одна глава не могут похвастаться серостью и наличием в себе голых исторических фактов. И это поразительно. Автор не просто сумел утонченно и красиво изложить на бумаге реальные события того времени, он нашел еще и настолько интересные факты, настолько невероятные случаи, которые действительно имели место быть в то время, что остается просто от всей души поблагодарить его за проделанный труд и с упоением приступить к чтению этой потрясающей книги.

30 ноября 2014 г., 18:08

К столетию начала Первой Мировой войны в Великобритании и США относительно большим тиражом переиздали роман Себастьяна Фолкса "И пели птицы...", а у нас его перевели и издали в первый раз. Большой поклон издательству "Синдбад", всего лишь во второй раз после "Золота" Криса Клива обратившихся к литературе Великобритании, и на этот раз попавших в самую точку. Этот роман - то, чего действительно не хватало на русском языке. Сказанное не означает, что "И пели птицы..." - шедевр, нареканий у меня много, но, похоже, они имеют личный характер.

Переводчик - Сергей Ю. (Б.?) Ильин - имеет на счету такие работы, как "Подснежники" Эндрю Д. Миллера, "Плоть и кровь" Майкла Каннингема, "Осень в Петербурге" Джозефа М. Кутзее. "Гиппопотам" Стивена Фрая. Существует некоторая путаница - статья в русской Википедии о Сергее Борисовиче Ильине (1948-, Саратов) упоминает практически тех же авторов. Отчество "Ю." - с Литмира. Надеюсь, это просто ошибка, а не два разных человека.

Итак, первая часть романа - примерно четверть - разворачивается в Амьене в 1910 году. Автор учудил что-то среднее между "Госпожой Бавари" Флобера и "Любовником леди Чаттерли" Лоуренса. Молодой англичанин - Стивен - приезжает во Францию по делам фирмы, останавливается в доме владельца текстильной фабрики, влюбляется в его жену Изабель, соблазняет её. Процесс соблазнения, собственно, был достаточно скоротечен, поскольку Изабель охотно откликнулась. Вообще, я пишу сейчас пост в состоянии некоторого разочарования автором. Слишком уж проста композиция. Центральная часть - война Стивена и Джека в 1916-1918 - написана превосходно. Но вот Амьен в 1910 и обстоятельства внучки Стивена в конце 1970-х - это, конечно, не было лишним, но мне было бы как-то привычнее воспринимать всё в мозаичной совокупности. Вот до чего меня постмодернисты довели - я уже не могу читать обычную прямую незатейливую прозу.

Непонятно, почему 20-летний пацан был отправлен в другую страну по достаточно серьезным финансовым делам. Создалось впечатление, что писатель просто не придумал ничего лучше.

При описании любовных сцен между Стивеном и Изабель автор использовал ишервудское "I am a camera", что выразилось в итоге в излишнем подчеркивании силы страсти. Когда достаточно неуклюже описывалось, как Стивен ласкает Изабель губами (короче, речь идет о куннилингусе) - это я еще мог принять. Неуклюжесть слов оправдывалась как бедностью интимного словаря в русском языке, так и неуклюжестью первых объятий влюбленных, на что, они, впрочем, не обращают внимания. Они не обращают, а я обратил, меня покоробило. В данном случае нужна не камера, а живопись. Ладно, описание орального секса от мужчины женщине в более изощренном и лиричном ключе уже встречалось мне, я призвал на помощь как это, так и свои представления. Но совсем "добила" сцена в которой Стивен кончает от ласк Изабель рукой, при этом автор решил дать героине инстинкт "не оставления следов", и последние капли Стивена Изабель принимает в рот. Смысл? Я отложил книгу на пару минут, сделал глубокий вздох, пошарил в голове, но ничего там не нашел этакого живописного, кроме порнографии.

Это было волнующе, всё же, и я продолжил читать.

Изабель и Стивен уехали. Изабель скрывает беременность. Изабель убегает из-за чувства вины. Это были такие явные клише, что я просто-таки вздохнул с облегчением, когда началась война, уж простите.

Идет война. Стивен - холодный и отчужденный человек - волей неволей сближается с товарищами по оружию, в частности с примечательным капитаном Уиром, который командует группой британских минеров. Они делают подкопы, роют туннели, чтобы заложить взрывчатку под позиции немцев. В туннелях происходит значительная часть действия. Туннели становятся важнейшим символом романа, даже важнее птиц, хотя автор, видимо, так не планировал. На первый план выходит другой главный герой - минер Джек. Тоже весьма сдержанный человек. Как и многие персонажи романа, Джек погибает. Несмотря на множество смертей, несмотря на мрак, та часть романа, где описывается война - самая ЧИТАЕМАЯ. Пока вокруг все умирают, я прощаю Стивену его неуклюжесть несколько лет назад. Боже, да это такая ерунда! Главное - вернись домой живым, солдат. Но этого мало. Оставь войну позади, забудь, стань снова собой. Ведь если ты этого не хотел - значит, этого не было.

Главное достижение автора - описание того, как люди подобно слепым кротам рыскали по туннелям в поисках друг друга, чтобы убить. Есть два пути - вперед и назад - и всё. Деться некуда, но пусть будут прокляты те люди, которые заварили эту кашу, а расхлёбывают простые парни, которые теряли любимых, теряли детей от болезней. Как будто этого мало...

Финальная по хронологии, но не композиции, часть романа, где описывается жизнь 38-летней внучки Стивена - бизнес-леди Элизабет - оставила меня равнодушным. Я не понял, зачем она вообще была нужна. Молодые люди, не знавшие ужасов обоих мировых войн, расшифровывают дневник Стивена. Это меняет что-то в них? Нет. Элизабет больше волнуют ее феминистские идеи. Хотя, отсутствие смысла - тоже смысл, хотя радости это и не доставило.

Возможно, мне стоит вернуться к практике, когда я писал посты спустя месяцы после чтения книги. Эта книга так меня взъерошила, что даже как-то трудно собраться с мыслями. Простите, что нет глубоких и умных сентенций.

Но это первое впечатление - тоже ценное. По крайней мере, такого давно уже не было.

3 ноября 2015 г., 07:16
2 /  4.085
Чего изволите?

Больше всего я не люблю ощущение, когда читаешь роман, и у тебя стойкое ощущение дежа вю. Фолкса можно сравнивать с чем угодно – и с классическими французскими романами девятнадцатого века (ни до одного из которых он и близко не дотягивает), и с современными псевдоисторическими романами, сдобренными большим количеством околопорнографических сцен, типа Капеллы (вынуждена признать, последний в миллион раз увлекательнее), и с романами Макьюэна и Бойна о Первой Мировой (не являюсь поклонницей ни того, ни другого, но опять же они куда как убедительнее).
Главный недостаток Фолкса – в нём нет ничего самобытного. Стёртый язык, надуманные персонажи, раздутые до небес страсти, кровавые описания – скучно, страшно скучно становится уже в самом начале, а впереди ещё туча хренова страниц.
Плюс сильнейшее ощущение пошлости всего происходящего. Чувство, что роман написан к определенной дате, что всеми возможными способами он старается понравится публике опять же возникает в самом начале и не оставляет в процессе.
Удивительное дело, герои, которые должны, по идее, вызывать сочувствие, не вызывают ничего. И виной тому крайне небрежное и отстраненное авторское описание. Что особенно отвратительно, роман постоянно прикидывается тем, чем не является. Он словно хочет казаться значительнее и умнее, чем есть на самом деле. А мыслей-то – с гулькин нос. И опять же ни одной оригинальной.
В общем, итог чтения прост – я выкинула «Неделю декабря» г-на Фолкса из хотелок и надеюсь никогда не возвращаться к его творчеству.

1 июня 2015 г., 15:34
5 /  4.085

Признаюсь честно, я немного побаиваюсь брать в руки следующую книгу. А все потому, что роман "И пели птицы..." - это очередной шедевр, с которым я познакомилась благодаря совету друзей на ЛЛ. И так не хочется, прерывать чреду замечательных книг.

Невероятная история, длиной в несколько жизней, длиной почти в сто лет, начавшаяся еще в начале 20 столетия, и закончившаяся почти в его конце. Автору удалось объединить под одной обложкой то, что кажется совершенно несовместимым. Война, которая занимает не одну главу, а точнее даже несколько глав, тут предстает еще более в безжалостном обличие на фоне тех отношений, которые возникли между Стивеном и Изабель.

История начинается задолго до трагических событий Первой мировой войны. И уже тогда понятно, что чувствам двух влюбленных не имеют шансов сохраниться, ведь своим они полностью противоположным тем моральным устоям, которые царили в то время в обществе. Хотя, с одной стороны, это выглядит по-ханжески. Ведь завести любовника, любовницу и скрывать свои отношения от окружающих было простительно, а вот уйти от мужа к любимому человеку - это большой грех.... Но это лишь первые две главы книги.

События потом развиваются не совсем так, как можно предположить в начале книги. Ничего об ужасах войны, или о дальнейшем развитии отношений Изабель и Стивена писать не буду. Да, дневники Стивена были найдены потом внучкой Элизабет и они повлияли не ее жизнь.

Хочется отметить также прекрасный язык автора, его желание показать наиболее точно то, как все происходило в окопах, и в домах того периода заслуживают по крайней мере уважения к его таланту. Кстати, лично мне было интересно читать об войне под землей, о которой в нашей литературе дано не так уж и много информации. По крайней мере так подробно я о ней не читала, лишь смотрела парочку документальных фильмов.

Книга большая по объему, но очень легко читается, несмотря на тяжелую судьбу ее героев. Однозначно советую всем.

3 октября 2015 г., 01:57
4.5 /  4.085

Отличный роман. О любви и о войне.
Мне очень понравился главный герой - Стивен. Речь во всех семи частях книги идёт о нём. О том, как он любил, как воевал. О том, как его внучка спустя 60 лет пытается разузнать о его военных подвигах.
О войне всегда тяжело читать, не важно - Первая Мировая она, как в этой книге, или Вторая Мировая. Автор очень интересно описывает занятия и душевное состояние солдат, обстановку в местах военных действий. Его герои пытаются найти ответы для себя на вопросы вроде таких: "А есть ли смысл в войне, в смертях товарищей?! Почему люди должны идти друг на друга с оружием, должны ненавидеть друг друга по мановению волшебной палочки кого-то более могущественного?!"
О любви читать, напротив, легко. Даже если её история, мягко говоря, не безоблачна. Очень волнующую историю любви рассказал Фолкс. Но я совершенно не понимаю Изабель, ближе к концу романа она меня стала просто раздражать. Хотя, как я могу её понять, если между нами сто лет?!
Неожиданный финал, удивили некоторые подробности послевоенной жизни Стивена. Должно же было сбыться то, о чем он мечтал во время бомбежек, то, что, помогало ему выжить. Должно, но...

13 ноября 2015 г., 00:29
4.5 /  4.085

Почему-то когда о книге особо нечего сказать, часто говорят, что она - «атмосферная». Но хотя про «Птиц» С.Фолкса мне определённо есть что сказать, начать всё равно стоит с того, что она - атмосферная.

Прочитать её меня подтолкнуло введение, в котором автор описывал, как он, бродя по улицам и мысленно конструируя сюжет, выбирал локусы-топосы для будущей истории, и объяснял читателям свои писательские мотивы. Это показалось удивительным – разве автор вообще что-то должен объяснять и уж тем более заранее вести кого-то на экскурсию в собственную «творческую кухню»? Но, как оказалось, это был очень хороший и правильный приём - настроить сознание читателя на свою волну и на интересные ему хронотопы, заставив «в картинках» представлять, где, что и как происходило, и тем самым погружаться в сюжет с головой, соприсутствовать в нём. Бывая в разных уголках мира, я заметила, что стала иначе воспринимать переводную литературу: внутренним взором я часто представляю, где именно происходят события, из каких станций метро в какую сторону сворачивают герои, на каких улицах встречаются, в каких кафе пьют кофе… и это как-то по-иному оживляет текст и сближает с ним сознание. А здесь для меня была ещё и целая цепочка синхронистичностей, одна из которых – почти магическая: я дочитала эту книгу именно 11 ноября - в день заключения первого компьенского перемирия между Антантой и Германией, положившего конец военным действиям Первой мировой войны. Порой остаётся лишь удивляться, из каких необъяснимых мелочей складывается восприятие книги…

«Птицы» мне понравились с первых страниц и не разонравились до самого конца, хотя первая часть и способна ввести читателя в заблуждение относительно дальнейшего содержания. Меньше всего мне понравились современные части, связанные с Элизабет, но для чего-то же они тоже были нужны автору. В начале чтения у меня возникло ощущение, что я залпом выпила коктейль из Э.Золя, Д.Лоуренса, А.Д.Кронина, Дж.Харрис, Э.-М.Ремарка и… как путешественник во времени, просто очутилась в другой реальности, о которой нужно было не просто узнавать, а почти жить в ней. Происшествия сюжета сами собой понесли меня по нарративным волнам, не оставляя времени на подтверждение достоверности происходящего. И это удивившее меня ощущение не исчезало на протяжении всей книги: несмотря на трагизм описываемых в книге событий (особенно в конце второй части), она читается спокойно и даже чуть отрешенно, сначала, видимо, под влиянием восприятия и настроений главного героя, а потом – из-за ощущения облегчения и безопасности, рожденного тихой повседневностью 1978 года, когда никакой войны уже нет, хотя ещё живы те, в чьей памяти неоперабельной травмой застыла драма войны.

Сюжет, казалось бы, простой и не требующий от читателя какой-то уж особой вдумчивости – в нём всё строится почти архетипично: любовь-разлука, расставание-встреча, жизнь-смерть, радость-печаль, прошлое-будущее, судьба-случай, мир-война... и классическая зеркальность не обманывает читателя до конца. В книге нет каких-то дерзких поворотов ради придания остроты сюжету, и всё же от неё нельзя оторваться - она увлекает, и я ловила себя на том, что даже откладываю дела, только чтобы читать дальше. Всё дело - в этой самой атмосферности.

Почему же и чем она так зацепила моё сознание?

Во-первых, она мужская: как мне показалось, именно «мужская составляющая» автору удалась лучше всего - мужские переживания, мужское принятие ситуации «как есть», определённость мужского волеизъявления и внутреннее самообладание переданы так, что все мужские образы мне понравились, и особенно, конечно, Стивен – везучий «сумасшедший хладнокровный дьявол», чья жизнь, фактически, слилась с губительной войной и глубоким одиночеством. Почти никто из его окружения, разве что полковник, увлекающийся «венскими теориями», не замечает и не понимает, как выжжено всё у него внутри, как нужна ему чья-то любовь, как он хочет быть к кому-то привязанным, как безнадежно пусто в его душе. Эта пустота вытесняет даже любовь и инстинкт самосохранения, и он ощущает себя никому не нужным - ни женщине, ни Родине, ни Богу, ни даже самому себе... И я думала в который раз: да, это правда - война отнимает тебя прежде всего у самого себя. И хотя я не очень люблю литературные мужские судьбы с травмами, этот характер во мне отозвался болезненной идентификацией; мне самой было удивительно, что я, женщина, идентифицировалась именно со Стивеномл, а не с Изабель или Жанной. Меня бесконечно тронули письма солдат домой перед решающим сражением и те молитвенные эмоции, которые они переживали, понимая, что стоят уже даже не у последней черты, а за ней, и, фактически, неосознанно прощаясь с миром и со всем, что в нём было дорого… Некоторые авторские наблюдения показались мне очень пронзительными и точными, по крайней мере, подтверждающими какие-то мои собственные мысли о мужчинах и – особенно - о мужчинах на войне. Согласованность авторских концептов с моими мне всегда импонирует, не говоря уж о познавательных аспектах этого совпадения, так что я практически мгновенно опознала С.Фолкса (и/или его переводчика С.Ильина) как «своего» автора.

Во-вторых, она классическая по стилистике, а классику, даже в её современной, как кажется, в большей степени имитационной, чем оригинальной, версии, всегда читаешь с удовольствием. Почти живописная передача характеров, внимание к эмоциям и рефлексиям, попытка схватить ситуацию сразу в нескольких масштабах, многослойность, хороший язык… Конечно, книге не откажешь в тонком задействовании образных и эмоциональных триггеров. Сегодняшнего читателя, наверное, не так уж легко пронять декларациями о ценности человеческой жизни, любви, братства, но тут – получилось. Эпизод с канарейкой в завале туннеля, визит Уира к родителям в Норфолк, срывание креста падре, размышления Джека Фейрбрейса об умершем сыне, сцены сражения пробивали меня почти насквозь и, читая, я чувствовала, как в горле вставал ком. Чувствуется, что автор хорошо учился в университете и словом владеет мастерски, а «кембриджскость» текста (отлично переданная при переводе) для меня часто выступает в качестве ключа при выборе чтения.

В-третьих, эта атмосферность экзистенциальная, и это для меня - главная приманка в современных текстах. Я её узнаю с первых слов - с того, как именно автор говорит о вещах, которые для меня тоже значимы, какие слова он выбирает, чтобы реконструировать переживания любви, одиночества, решимости, выбора, горя, страха... По сути, вся эта книга даже не о войне, а о любви. О любви к жизни. О любви к ближнему. О сущности любви. Мои чувства откликались на то, как автор через хорошо знакомые ему и не знакомые мне переживания передаёт экзистенциальный импульс моему собственному опыту и пониманию того, что есть мир, что есть жизнь, что есть человек, что есть любовь. Я узнавала эти описания как знаки собственных переживаний, и это были ещё штрихи к моему «портрету» любви. Наверное, такое ощущение «сходства и родства» возникает из-за совпадения внутренних тезаурусов, из-за общности картин мира. А найти в авторе «брата по духу», на мой взгляд, очень важно – мгновенно понимаешь, насколько ограничен твой собственный опыт и как важно слушать других с иным опытом восприятия того, что происходит в жизненном мире и душе человека. Мне показалось, автору не изменяло чувство меры, он нигде не показался мне профанным, пошлым, нигде не пережал, выдавливая из читателя слезу, нигде не заставил его чувствовать себя «рядом, но не вместе».

В-четвёртых, она – динамичная. Хотя, вроде бы, всё читается спокойно, в глубине текут быстрые подводные течения - и эмоции время от времени прорываются наверх мощными, горячими катарсическими взрывами. В пространстве-времени книги много чего происходит, но ничто не утрачивает при этом ни глубины, ни объёмности, ни подробности. Она импрессионистская и экспрессионистская одновременно. Это – не поверхностный экшн, но и не вязкая квазирефлексивность. Читалось легко и быстро, хотя и слегка спорадически из-за перебросок событий в разные временные слои, но при этом внутри всё время рождалось и не гасло ответное горячее движение воображения и чувств. На мой взгляд, это ценное качество автора – умение соблюсти баланс между вертикалью (движением к апогею) и горизонталью (раскрытием сути и подробностей каждого момента) сюжета.

В-пятых, она – эмоционально «плотная». В ней всего было достаточно – и катарсисов, и расследований, и погружений, и побуждений, и даже тайм-аутов, «перебивок во времени», чтобы читатель получил передышку от сюжетного потока. Для меня всегда важно, чтобы после прочтения во мне ещё какое-то время звучало эхо сюжета, задающее направление размышлениям и даже выбору следующей книги. Так во мне отзывался «Солдат Великой войны» М.Хелприна, который, видимо, и привёл меня к «Птицам». Я вполне допускаю, что кто-то сочтёт эту книгу конъюнктурной, написанной на волне годовщины Первой мировой. Пусть так. Но кто-то же должен хорошо рассказывать и простые истории, верно? И… кто-то и сегодня должен быть способным доводить нас до слёз.

7 марта 2016 г., 16:33
5 /  4.085

Любая война когда-нибудь заканчивается и остаётся потерянное поколение тех, кто в ней участвовал. Что мы знаем о Первой мировой? Только то, что она была не менее жестокая и кровавая, чем Вторая.
При чтении первой части книги о любви, страсти и семейных перипетиях, не верится, что вторая часть будет иметь к любви лишь отдаленное отношение в отголосках прошлого.
Жизнь в окопах, опасный труд под землёй, гибель товарищей, душевное напряжение и смерть, стоящая за спиной, – от всего этого впору сойти с ума, что со многими и случалось уже после войны.
Автор проделал огромную исследовательскую работу во время создания книги, а потому очень точно описал как происходящее вокруг, так и чувства и мысли людей, участвовавших в этой мясорубке.
Символичен поиск внучки главного героя сведений о своём деде, ее желание узнать и понять, что он пережил, и сохранить эту память для будущих поколений. Прекрасна концовка романа, ознаменованная рождением нового человечка. Обещание выживших своим павшим друзьям рожать и растить детей за себя и за них исполнено. Жизнь, прерванная 60 лет назад, снова смотрит на этот мир широко распахнутыми глазами. Земля продолжает своё вращение, люди сменяют друг друга, всё начинается сначала.

5 января 2016 г., 22:32
4 /  4.085

Книги о первой мировой меня никогда не впечатляли и старалась я о ней читать как можно реже. Но тут как всегда бес меня попутал: увидела книгу, прочла аннотацию, пробежалась глазами отзывы и загорелась немедленно прочитать произведение.
Я одновременно восторгаюсь и плююсь, честно. История любви. Не верю, не верю! И я глазам своим не поверила, когда автор начал описывать совокупление персонажей. Да так, что ему впору печататься наравне с авторами книг, на обложках которых красуются томного вида парни и девушки. Автор хотел показать, что Стивен раскрыл затаившуюся сексуальность и раскрепощенность у Изабеллы? Или немного возбудить читателя перед началом кровавых событий? А восторгаюсь я описанием, детальным раскрытием боев и подготовке к военным действиям. И нет там бравадных "со штыком наголо", криками "ура". Есть страх, животных страх, инстинкт самосохранения. Есть много подробных описаний увечий и смертей. Есть погибшие враги, товарищи, друзья. И никто не помнит, какова на вкус мирная жизнь, но позже попробовав ее опять теряешься. Мне сразу вспомнились произведения Ремарка, описанное им "потерянное" поколение, и поведение героя стало понятным. Пустота, обволакивающая пустота. Остальные события, происходящие в книге, также достойны внимания. Любви нет. Увы, не любви.
Так вот, произведение достойно своего читателя. И даже не удивительно, что книга вошла в программу университетов. Приятный перевод, волнующая тема - большой палец вверх.
Теперь смотрим экранизацию.

4 марта 2016 г., 12:48
4.5 /  4.085
Важны не десятки тысяч смертей, но то, что они доказали: ты можешь быть человеком и всё же поступать вопреки всем законам природы.

Скажу честно. После ужасно не понравившейся мне "Неделя в декабре" я долго боялась снова браться за Фолкса. За "Неделю..." я взялась исключительно потому, что давно хотела прочитать роман Фолкса признанный о Первой мировой войне, признаный одним из лучших, написанных в ХХ веке. Но перевода хорошего не было, под руку попалась "Неделя..." И ждало меня огромное разочарование :( Поэтому к "Птицам..." я подбиралась долго и с опаской. Но я зря боялась.

"И пели птицы..." - это действительно отличный роман. О любви, о жизни, об ужасах войны. О тех нелегких испытаниях, которые человеку приходится пройти на пути к счастью и мирной жизни, о забытых и брошенных людях, которые проводили годы в окопах, защищая своих близких и своих сограждан, о том, как война ломает психику людей, о жесткости, о покорности своей судьбе... Я могла бы продолжать этот список еще очень долго, потому что на первый взгляд не слишком объемная книга оказалась очень глубокой.

История, начавшаяся с любовной интрижки, сквозь десятилетия ведет читателя через время, заставляя сочувствовать героям, вместе с ними сжиматься в клубок при звуке артобстрела, переживать о тех, кто находится на линии огня и о с грустью вспоминать о тех, чья безымянная могила осталась далеко позади, а память о них потихоньку начинает угасать.

После "И пели птицы..." Фолкс полностью реабилитировался в моих глазах. И я с удовольствием почитала бы у него что-то настолько же мощное и берущее за душу. Посоветуете что-нибудь?

все 46 рецензий

Читайте также

• Топ 100 – главный рейтинг книг
• Самые популярные книги
• Книжные новинки
Осталось
129 дней до конца года

Я прочитаю книг.