Поделиться:

Овод

ISBN: 978-5-389-06889-6
Год издания: 2014
Издательство: Азбука
Серия: Мировая классика

Он был молод, наивен, влюблен, полон свободолюбивых идей и романтических иллюзий. Он оказался обманут, оклеветан, отвергнут и презираем. Он исчез, имитировав самоубийство, и вернулся на родину лишь спустя тринадцать лет — под чужим именем, с изуродованной внешностью, исковерканной судьбой и исстрадавшимся сердцем. Он предстал перед людьми, которых когда-то знал и горячо любил, насмешливым циником со звучным и хлестким журналистским псевдонимом Овод.

И мало кто сумел разглядеть под этой маской страстную, порывистую, благородную натуру человека, по-прежнему верного прекрасным идеалам своей юности... «Овод», первый и, как справедливо считается, лучший роман английской писательницы Этель Лилиан Войнич, и сегодня увлекает своим сюжетным драматизмом, связанным с образом главного героя — ярким, сильным, трагическим.

читать дальше...

Содержание

Дополнительная информация об издании

384 стр.
Формат 135х205
Твердый переплет
Возрастные ограничения: 16+

Интересные факты

Предыстория написания книги. Известно, что прототипом главного героя Артура стал близкий друг писательницы Михаил Войнич - её будущий муж, что в своё время работал провизором в аптеке г. Гродно. Белорусский литератор и библиофил, участник польского восстания 1863 г. был арестован и отправлен в ссылку Сибирь, откуда совершил удачный побег и переселился в Англию, где в 1890 г. женился на Этель Буль, тогда ещё не ставшей на писательскую стезю. Так что как минимум эта книга не была бы написана, а то Войнич и вовсе не взялась бы за перо, если бы Этель не повстречала свою вторую половинку родом из белорусского Гродно.
Более подробно о вкладе Гродно в мировую литературу в этой подборке.

еще...

Книга в подборках

Галерея славы «Игры в классики»

Победители "Игры в классики" 1-7 туров
Julia_cherry
livelib.ru
Розовый фламинго
Цвет обложки как правило располагает к своеобразному настроению, что-то обещает, интригует, или предостерегает. И все это еще до того как книга будет открыта,…
Virna
livelib.ru
Подборка по игре Ламповый флэшмоб 2017!
Группа Ламповый флэшмоб
Работают:
НЕ пишите, что вы работаете над подборкой, если на самом деле не работаете! Участники: Omiana , BookSwan…
Tayafenix
livelib.ru

Рецензии читателей

4 июня 2016 г., 15:27
5 /  4.353

История одного сильного человека

Вот бывают такие книги, которые после прочтения долгое время тебя не отпускают, они вдохновляют, заставляют задуматься и кое-что переосмыслить. Именно такой книгой для меня стал «Овод» - это поистине невероятная, удивительная, сильная история, которая производит неизгладимое впечатление и западает в душу.

Эту книгу я прочитала по совету своих друзей, но честно сказать я была совершено, уверена, что она мне не понравится. Я не люблю историю, революции и ничего не знаю про подпольные организации, не интересуюсь тайными обществами и мне совершенно не близка тема религии в литературе. Но Овод, Артур, Феличе называйте его, как хотите, именно из-за этого удивительного человека я читала эту книгу. Ведь Овод - невероятный человек, в котором есть как плохое, так и хорошее. С одной стороны это обаятельный, остроумный, порывистый. С другой эгоистичный человек, который не умеет прощать и все воспринимает очень резко и серьезно. Но взглянув на все то через, что прошел этот человек со стороны, можно будет понять, почему он стал таким.

История Овода начинается с того момента, когда он был молодым, наивным, но и счастливым юношей, которого звали Артур. Тогда Овод еще не знал, что ему предстоит столько вытерпеть, предстоит перенести предательство близкого человека, принять отказ от любимой женщины и бежать. Артур бежит в Южную Америку и больше о нем уже никто не услышит. Но через тридцать лет Овод опять возвращается туда, откуда все началось, дабы помочь Италии освободиться и объединиться в один единый народ. Здесь же Овод и встречает свою бывшую возлюбленную Джемму…

Джемма – прекрасная девушка, настоящая леди, Мадонна. Красавица, каких еще поискать надо. И надо сказать она сильная личность, которая может за себя постоять, справиться и переосмыслить те ошибки, которые она допустила в юности. Внутри она полна печали и обиды, но внешнее это все такая же прекрасная и терпеливая женщина в которую влюбился Артур. Джема – поистине великолепная женщина, которой невозможно не восхищаться.

Овод – это история о выборе, о предательстве, о поиске самого себя в жизни, и конечно о вере. О вере в лучшее.

«Душа немая, у неё нет голоса, она не может кричать. Она должна терпеть, терпеть и терпеть…»

6 января 2014 г., 02:38
5 /  4.353

Когда-то в школе я впервые прочитала «Овода» и поклялась себя больше эту книгу в руки не брать. Все эти годы я упорно называла ее одной из самых любимых, с остервенением маньяка искала на полках книжных, но отчаянно боялась перечитывать. Но вечно бояться нельзя, нужно быть большим и смелым. Легко говорить, когда ты только в начале повествования…

Для меня эта книга очень личная, очень болезненная. Уж не знаю, по каким причинам. Просто каждая строчка как нож по сердцу. Красиво пишу, да? Пафосно, высокопарно. А знаете что? Хрен с ним! Пусть тут будут слезы, сопли и море пафоса. Да пусть весь мир утонет в этом море! Мне плевать. Как я в детстве рыдала на этой книгой, так рыдаю и сейчас. И последние строки приходится перечитывать, потому как от слез буквы расплываются.

Меня абсолютно не цепляет революционная нотка романа. Революций и войн много, все они ведутся отчаянными во имя свободы и ради лучшей (по их мнению) жизни. Если каждую войну воспринимать всерьез, то детей нужно рожать сразу в форме и с пулеметом. Меня не тревожит религиозная тема. Хотя я не верю ни в какого бога (да и в дьявола, пожалуй, тоже) и в годы юношеского максимализма частенько грешила фразами Овода, эта линия прошла мимо. Религия – личное, это не обсуждается. Верить или нет – решать не обществу, а конкретному человеку. И даже тема отцов и детей, тема застарелой вины, терзающей по ночам, тема обиды и раскаяния меня не трогает. У каждого свои тараканы. Если каждый будет о них писать, то мы умрем от жалости, читая все это.

И вот смотрю сейчас на скомканную мокрую салфетку и думаю, чего ж, я дура, рыдаю? Ведь по сути все проблемы и терзания в книге кажутся серьёзными тогда, когда тебе 16. Когда ты один против мира, как Овод. Когда ты хочешь любви, но боишься сказать об этом. Когда каждое обещание выцарапано ножом на руке. Это подростковая книга, максимальная и безапелляционная. Ее нужно читать не на третьем десятке, думая параллельно, что бы приготовить завтра на обед и где купить новую кровать. Ее нужно читать тогда, когда глаза полны любопытства, а сердце просит кумиров, когда хочется сделать что-то, что перевернёт мир и порушит устои.

Однако ж головой я это понимаю. А все равно плачу. Просто я люблю эту книгу. То ли за ту бессонную ночь, когда впервые прочитала и шептала казавшиеся тогда такими важными клятвы, стоя босиком на холодном полу. То ли за то, что все эти годы, стоило вспомнить название, становилось так тепло и хорошо, словно старого друга встретил после долгой разлуки. То ли просто за то, что история хорошая, а это сегодня – редкость.

А по фиг! Зачем разбираться в причинах любви, если можно просто любить?

В одном я уверена точно: если у меня будут дети, как-нибудь, когда придет время, я обязательно подсуну им эту книжку. Ее нужно прочитать. Обязательно.

20 мая 2012 г., 20:47
5 /  4.353

СПОЙЛЕРЫ!

1976468.jpg

Я сделал всё и всё оставил,
В моей игре почти нет правил,
И мой герой не держит строй
И лезет на рожон... (с)

Революционная книга, как часто это утверждалось. Ан нет, этого качества для меня в ней ни на грош. Хотя в свое время было популярным раздувать вокруг этого творения Войнич ненужный революционный огонь. Эта книга о разных аспектах людских отношений и о жизненном пути человека, о выборе и о любви.

Тысячи раз до меня задавались вопросом, кто же неправ в истории отца и сына? На мой взгляд, оба. Повзрослев, увидев прочитанное новыми глазами, я поняла для себя одну вещь – ну нельзя, невозможно предать свое дитя. И душа моя полна негодования, когда перед моими глазами проходят сцены, где в темной камере сын просил отца, кричал ему в след: «Вернитесь, падре, я не вынесу!» Но падре не вернулся, он ушел подписать приговор своему ребенку. Да, так правильнее, так спокойнее, так его вера будет удовлетворена. Я не вижу в воззрениях Монтанелли истинной веры, ибо убить сына, предать военно-полевому суду, это еще одно предательство, это насилие, которого так боялся священнослужитель. Боялся, но совершил его в отношении своего сына. Ах, да... правильный падре не хотел разрушить свою веру, уйти из лона святой церкви, предать возложенную на него миссию. Но не предал ли он все свои убеждения, когда тридцать лет назад нарушил обет безбрачия? Не предал ли он свою веру, когда сын рос во лжи? Как жилось тебе, Монтанелли, когда ты считал, что твой сын утопился? Нелегко? И вот спустя долгих тринадцать лет сему сеньору дарована возможность всё исправить. Ребенок жив и он просит любви, просит поддержки, хоть вокруг него как шипы его острые, злые слова и непримиримость. Но шанс все исправить так и остался неиспользованным. Никогда не пойму, зачем на этот свет рожать детей, если ты потом не можешь дать им любви, поддержки, теплоты, если не можешь укрыть их от вьюг и зим? Да, Артур требовал многого, но надо было мир перевернуть, но освободить его, придумать что-нибудь, помочь своему сыну, и наконец-то проявить отцовскую любовь на деле, а не в пафосных словах... И еще ведь твой сын верил в тебя, как в честного человека, образец для подражания, на кого нужно равняться. Но оказалось и здесь ложь, в итоге впечатлительный мальчик отказался от веры, ведь сеньор Монтанелли врал ему. Можно бесконечно расписывать эту тему и негодовать, но проще признать тот факт, что Монтанелли просто недостаточно любил Артура. Слова, слова, пустозвонство, наносное и не более.

Недолюбленный, одинокий, покрывшейся броней цинизма, надевший маску, бросающий колкие и едкие фразы, прошедший через тяжкие испытания. Овод, Артур, Феличе... Изменившийся, ожесточившийся, но все так же ждущий в своем сердце любви, настоящей, искренней. Стоит только вспомнить его письмо к Джемме, как он поцеловал ее руку, как он бледнел при виде его любимого (все еще любимого) падре. Вот чего стоит быть настолько чистым, открытым, верящим в идеалы, в порядочность людей в девятнадцать. А потом раз... и в один день все разрушено. Джемма, которая даже не захотела выслушать, проще ударить по лицу, все разрушив этим, как будто мы живем сто раз на свете и потом это можно будет исправить. Как часто люди, не желая выслушивать других, губят и свою, и чужую жизнь. Этим грешили и Джемма, и сам Артур. Падре, который лгал, столько лет лгал, продолжая заниматься тем же, ведь тайна была скрыта, казалось довольно надежно, а объяснения – это отдельные сложности. Так что требовать от юноши, когда в раз все рухнуло в его жизни? Да, да, сбежать, далеко, отомстить всем, и сделав еще больнее этим самому себе. Смог бы Артур спустя такой долгий промежуток времени простить своих любимых, таких нужных ему людей? Я думаю смог. В его прощальном письме Джемма снова превратилась в Джим, а значит преграды из прошлых ошибок разрушены, хоть и возведены новые преграды, которые уже никогда не исправить. Ведь теперь Артур уж действительно умер. И Монтанелли, его предательство тоже могло бы быть прощено, не соверши он нового. Можно, конечно, считать, что максимализм Овода сам привел его к к такому финалу. Но не в ответе ли мы за тех, кого приручили (ассоциации с известной сказкой-притчей)? Не спорю, Овод во многом жесток, требователен, но не заслужил ли он за все эти годы любви? Настоящей любви, что сможет помочь своему ребенку, своему дорогому ребенку, по которому плакалось столько, о котором было столько снов, столько слез пролито. Оказалось, что нет.

Короткая, яркая жизнь, на надрыве, жизнь в постоянных поисках, в постоянной войне с самим собой, с врагом. Жизнь в стремлении быть любимым, что спрятано так глубоко. Быть любимым, искренне, по-настоящему и не только на словах. Но Артур умер, Овод умер. И осталась опустошенность от всего случившегося, пустопорожность всей жизни, всей потускневшей борьбы за идеалы . Суета сует, обычные будни, тяжелые, как жаркий, знойный летний день, что оглушает. И ни капли перемен. Пустота.

Then am I
A happy fly,
If I live
Or if I die. (с)

8 февраля 2014 г., 23:08
5 /  4.353

А он, мятежный, просит бури,
Как будто в бурях есть покой!

Очень эмоциональная книга. Книга, события которой происходят на фоне освободительной борьбы в Италии середины девятнадцатого века. Книга, которая была прохладно принята на родине автора - в Англии, но которая была любима поколениями советских читателей, провозгласивших "Овода" гимном революционного движения. Книга, которая понравилась более, чем 2500 читателей на ЛЛ, и которая была отмечена как любимая почти 400 читателями.

Если бы не ТТТ, вряд ли бы я взялась за чтение произведения о непримиримом революционере Артуре/Феличе/Оводе, который борется против Бога, высмеивая религиозные ценности, дерётся за освобождение и объединение неродной страны, участвует в народных восстаниях, контрабанде оружия для повстанцев. Сама идея революции и свержении богов чужда мне, а вспышки праведного негодования во имя чего бы то ни было - непонятны. Но так сложилось, что Ailuros посоветовала мне "Овода" в качестве книги с "язвительным дурнохарактерным ГГ, который не может не понравиться", что, как оказалось, в полной мере соответствовало моей заявке.

Видя все недостатки Артура/Феличе, всё же невозможно не сочувствовать ему, не любить его, как любит его Джемма, как любит его Монтанелли, как любит его практически каждый герой книги, недолго пообщавшийся с ним. Чем же это объясняется? Искренностью главного героя, наверное. Подкупающей искренностью, вектор и идеологическая основа которой совершенно неважны. В какой-то момент становится понятно, что Артур сам загнал себя в эту клетку отчуждения, выстроенную из невозможности простить, из гордыни, из обычного упрямства и заблуждений. Но это не в коей мере не умаляет его страданий и его мужества в борьбе с ними.

В книге выделяются три эмоциональных центра: сам Овод, Джемма и Монтанелли. Можно долго рассуждать о том, кто в чём и перед кем виноват. Читай я эту книгу лет в 13-15, я бы точно была целиком и полностью на стороне Артура, косвенно преданного своим окружением, любимой женщиной и отцом. Но я эту книгу прочитала в 30 лет, и именно этот факт объясняет слово "косвенно" в предыдущем предложении. И чем яснее я вижу ребячество в поведении юного Артура, тем болезненнее для меня его бегство и последовавшие за бегством годы унижений, мучительного труда, физических и нравственных страданий. В конечном итоге, всем трём главным героям приходится расплачиваться за свои неправильные решения; и расплата в разы превосходит масштабы их вины.

Дальше довольно пространные, неструктурированные размышления на тему кто виноват и о чём эта книга (СО СПОЙЛЕРАМИ)

Дальше...

10 мая 2016 г., 12:38
5 /  4.353
Мы не имеем права умирать только потому, что это кажется нам наилучшим выходом.


С этой классической литературой никогда не угадаешь, то ли ты будешь зевать от скуки и считать оставшиеся до конца книги страницы, то ли ты получишь такого морально-ментального пинка, что и физически не скоро оклемаешься. О чем это я? Ах да, о тех случаях, когда произведения оставляют после себя неизгладимое впечатление, когда они трогают сердце и душу. И да, на этот раз сие относится к данной книге. "Овод" - шикарная, незабываемая книга.

С классикой у меня вообще отношения напряженные, не всегда она у меня идет, а если и идет, то тяжело, со скрипом и муками. Но не в этот раз. Книга написана... непередаваемо легко. Я и не замечала, как мелькали страницы. Я не любитель истории, революции и политических распрей. Меня не интересуют тайные общества, шифры и контрабанда. Я более или менее далека от религии. Так как же, черт побери, Лилиан Войнич умудрилась заинтересовать меня своей книгой? Ответ один и он до гениальности прост, это и не ответ даже, всего лишь слово, всего лишь имя, но в нем - все. Овод. Феличе. Артур.

Овод. Потеснись-ка, огненная девушка Китнисс Эвердин, твой трон был занят намного, намного раньше, ты - лишь узурпатор, вознесенный на престол восторженными подростками. Овод - вот кто знамя революции, вот тот, кто раз за разом разжигал смертоносное пламя, вот тот, кто сгорел в нем дотла. Конечно, были у него и личные мотивы, но это после того, как жизнь его поломала. В самом начале, во времена юного, восторженного Артура, который упивался красотой природы, который благоговел перед своим наставником, который любил решительную, милую девчонку... в те времена он был готов гореть за свободу. Он и сгорел за нее, а еще за любовь и за правду. Какой же он удивительный, сильный и упрямый человек! Как сильна его воля! Возможно, в чем-то он слишком жесток, слишком резок, но он готов был простить! Если бы Монтанелли пошел за ним, если бы выбрал своего сына, а не сына Божьего... все могло бы быть иначе. Очень трудно сейчас собраться с мыслями, сейчас, когда книга отложена всего каких-нибудь пять минут назад. Сложно припомнить всю его жестокость и дерзкие, злобные выпады. Я помню лишь парня, которого обманули, оболгали и унизили. Я помню юношу, облик и душу которого изуродовали и растоптали. Я помню мужчину, который переплавил себя из осколков и возродился как феникс, горя огнем ненависти и любви. Он был отвратителен и очарователен одновременно, его хотелось и убить, и обнять. Даже те, кому он не нравился любили его, даже те, кто был вынужден убить его, не могли этого сделать. Он был необыкновенным, единственным и неповторимым. Странно, неверное, писать такое про книжного персонажа, которого и не было то никогда на самом деле. Вы уж простите, но я не могу остановиться. Одна моя знакомая, когда узнала что я читаю эту книгу сказала: "Зная тебя, я думаю ты будешь плакать". И она не ошиблась.

Монтанелли. Возможно, кто-то пожалеет его. Отца - потерявшего сына дважды. Но только не я. Однозначно не я. Как? Как, объясните мне, можно уничтожить свою родную плоть и кровь, выбрав вместо него свою веру. Я. Не. Понимаю. Наверное, я не достаточно верующая для этого. Возможно, я никогда к этому не приду. Пусть он раскаялся впоследствии, пусть он разочаровался в своей вере, пусть он пренебрег ей и разбил ее на глазах у тех, кто возвел его на этот пьедестал. Я его ненавижу. Если его ложь, его недомолвку можно было простить, да скрепя сердцем, но простить! То это... то, что он совершил, это второе, роковое предательство, его простить нельзя. Никогда. И смерть для него стала избавлением от муки, избавлением, которого, на мой взгляд он был недостоин. Он должен был жить и мучиться.

Книга подняла целую бурю в моей душе. После таких произведений хочется жить, действовать, чувствовать. Даже зелень за окном стала казаться ярче. Человек, который предпочел умереть, чем поступиться своими взглядами и убеждениями очень вдохновляет. Спасибо автору за Овода, спасибо за невероятную книгу, которую читаешь с удовольствием. Книгу, которая в очередной раз напоминает мне, за что я так люблю чтение)).

Все твои волны и бури прошли надо мной.
12 августа 2014 г., 03:24
5 /  4.353
Душа немая, у неё нет голоса, она не может кричать. Она должна терпеть, терпеть и терпеть…

Час назад, когда я только захлопнула книгу, мне казалось, что, наверное, я так никогда и не напишу ничего вразумительного. Сначала – потому что мысли будут путаться из-за того легкого хаоса, что остался во мне. Потом – потому что пройдет слишком много времени и я пойму, что постоянно что-то упускаю из того, что хотела сказать. И решу, что зачем тут после четырехсот двадцати четырех рецензий - моя четыреста двадцать пятая.
Но поговорить обо всем этом все же слишком захотелось; слишком, поэтому пойдем по свежим следам «Овода» - книги, о которой я, кажется, чаще всего слышала, что человек плакал над ней. Даже от своей бабушки, и, по ее словам, это единственная книга, залитая слезами в ее жизни, а это, знаете ли, серьезно, очень серьезно.
Наверно, именно поэтому она сперва вызывает такое неоднозначное отношение: что же там за драма такая, что люди так реагируют? И любопытно, и страшно, и даже несколько отталкивает от прочтения – ясно, что все будет плохо. А возможно, и слишком наигранно.
Так вот, скажу сразу – да, под конец было очень неудобно читать из-за расплывающихся в глазах букв. Впрочем, я тот еще любитель всплакнуть над чужими бедами – тогда не хочется оплакивать свои - но стоит отметить, что это было далеко не так, как я ожидала, а просто некоторое количество горьких слез. И пролитых не совсем в том месте, где их льют остальные.

Итак. Роман представляет собой три линии: революционную, религиозную и любовную.
Многие говорят как раз о последней, об Оводе и Джемме, о запомнившемся всем читавшем обращении «Милая Джим!». О том, какая сильная и грустная эта неслучившаяся любовь. Но мне тут сказать особо нечего, потому что, как по мне, пусть герои так и не сказали ничего вслух, Овод так и не открыл ей своей тайны напрямую, обоим все было ясно. И этот оттенок печали, пронизывавший их отношения, вовсе не нестерпимый. Хорошая любовь, спокойная, грустная. И роман не о ней.
Линия «Молодой Италии» и революционного дела – весьма симпатична, именно так, именно таким малоподходящим словом я бы описала свои впечатления. Революционеры показаны с разных сторон, но - горячими энтузиастами, братьями по духу, хорошими людьми. Пусть методы их и не всегда хороши. Что самое ценное – читателю не приходится тонуть в этой линии, она остается яркой, кипящей, но достаточно поверхностной; ровно настолько, чтобы не перестать быть фоном для Овода, его сильного, упрямого характера и мятущейся исстрадавшейся души.
А теперь мы подходим к самому интересному. К вопросу религии и, подспудно, отношениям Овода и его padre. Эта тема в последней трети ожила особенно ярко, безжалостно вклинилась в гармонию первых двух, и вот тут стало больно и хорошо, ух как хорошо. Но, стоит признать, я люблю подобное, и «Овод», пожалуй, почти эталон религиозных конфликтов, которые привлекают меня в литературе. Потому что это совершенно потрясающая возможность почувствовать себя в нескольких шкурах сразу, раздираемым на части. Даже если ты полнейший атеист. Дает почувствовать веру – такую, какой она когда-то была, когда церковь значила так много. Это, на мой взгляд, совершенно удивительное переживание. И тут эта линия сделана отлично, пусть с излишним драматизмом, но так ощущается даже крепче.
Это очень, как ни странно, красиво. Особенно, последняя проповедь padre Монтанелли, эти параллели с Христом, с его кровью, с кровью его сына. За одно это роману выставила пятерку недрогнувшей рукой, при том что большую часть книги я читала просто с благодушным интересом.

Что же касается романа в целом, то, во-первых, легко проглядывается множество параллелей с любимым мной «Графом Монте-Кристо», но это было лично для меня чередой приятных открытий, так как эту весьма (а местами и чересчур) драматичную историю я люблю с детства. Тут мы плавно подходим к «во-вторых»: во-вторых, книга чем-то напоминает о детстве, так как тогда эта чрезмерная пылкость героев, яркость их жестов и драматичность поз казались не только волнующими, но даже необходимыми, чтобы почувствовать детским разумом все душевное напряжение героев, которое местами было не до конца понятно. Здесь весь роман пропитан этой легкой гиперболизированностью чувств и реакций: драма - так драма, гордость – так до глупого упрямства, раскаяние – так до слез. И к этому надо отнестись без раздражения или иронии, а просто опять поверить, что так и должно быть, что так – совершенно правильно для этих людей. И тогда и будет так, роман не пройдет мимо.

P.S. Очень многие рассуждают о том, кто виноват. И мне кажется, что это в корне неверный вопрос.
Потому что люди совершают ошибки.
Потому что по-другому у них и выйти-то не могло.
Грустно, больно, с надрывом, но как-то правильно. По крайней мере, с художественной точки зрения. А потому очень красиво, и лично меня это заставило лить слезы куда сильнее, чем просто безграничная человеческая глупость или удары судьбы.

6 апреля 2016 г., 12:43
3 /  4.353

Свой первый роман Войнич "творила" в течении 6 лет. Произведение это главным образом описывает деятельность революционной подпольной организации "Молодая Италия" в 19 веке. Автор 2 года жила в России, тесно сотрудничала с русскими революционерами. Возможно поэтому ее роман получил такую популярность именно у нас? Необычный сюжет, философские размышления о дружбе, религии и долге. В советское время этот роман толковался как книга о великом революционере и о том, что "религия - это опиум народа". На самом же деле роман этот вовсе не так прост и вмещает в себя многое. Религия здесь, можно сказать, основная тема, связующее звено между всеми событиями. В книге как бы три основные нити: собственно сама борьба Овода за освобождение, кардинал Монтанелли, отождествляющий церковь, и любовная линия с Джеммой.
Вообщем вроде как бы все хорошо, серьезная авторская работа была проведена.. НО... Но, мне реально было ужасно скучно читать я буквально с боем продиралась через каждую страницу. Очень редко я дочитываю книги которые настолько тяжело "идут". Я думаю, что "овод" попался мне в руки не в том возрасте(((... Прочитай я эту книгу годков так 10 назад, думаю история могла бы понравиться значительно больше. А вообще я рада что дочитала этот роман до конца, и теперь точно знаю, что с её автором я совершенно не резонирую. Навряд ли продолжу чтение произведений Войнич....

16 марта 2015 г., 23:21
5 /  4.353

Только во время чтения «Овода» вдруг осознал, каким в действительности было влияние на меня «Бесов» Достоевского и последовавшей за ними книги Людмилы Сараскиной. Восхищаться персонажами, как людьми, сочувствовать их глубокому человеческому горю, восхвалять их силу духа, — да; ощутить уважение или хоть малейший романтизм их революционной деятельности – нет. Слишком сильны в памяти даже по прошествии полугода всякие Верховенские-Нечаевы, чтобы забыть, что революционные идеалы всегда умыты кровью.

И всё-таки не стану критиковать книгу ни в чём. Войнич пишет не столько о революции, сколько о любимом-революционере, и все эти подвиги во имя великих целей, все жертвы кажутся только обрамлением вокруг идеализированного прототипа. Их любовь сама по себе была достойна книги. Момент первой встречи со своим будущим мужем описывает писательница в одном из сохранившихся документов:

— Не мог ли я видеть вас раньше? Вы не были в Варшаве на Пасхе в тысяча восемьсот восемьдесят седьмом году?
— Да, — ответила я. — Я направлялась в Петербург.
— Вы стояли в сквере и глядели на цитадель?
Когда я снова ответила «да», он сказал мне, что он был узником той самой цитадели и в тот день видел меня оттуда. Вскоре после этого его отправили в сибирскую ссылку.

Стоит сказать, что разговор этот происходил примерно через три года после описанного случая, когда Михаил Войнич уже бежал из Сибири и прибыл в Лондон. Три года помнить лицо незнакомой женщины! Это кажется почти нереальным. Любовь ли, писательское мастерство ли, но Овод, родившийся из восхищения писательницы революционными идеями и мужем, получился, на мой взгляд, восхитительным образом.

Типичный байронический герой, каких литература знает не один пример, а всё-таки какой непохожий, яркий, запоминающийся. Антигерой с пером в руках, с пером столь острым, что ему не составит труда ранить сильнее кинжала. Потрясающий персонаж, чьи враги его любят, как кумира, а близкие люди в глубине души жалеют, что он не умер молодым. Как такое может быть? А вы почитайте. Когда понимаешь, что за жизнь он прожил, невольно склоняешься к той же мысли – умереть молодым было бы самым гуманным решением судьбы.

Одним из центральных в сюжете является противостояние Овода и религии, которую он винит во всех своих злоключениях. Сейчас, возможно, будет спойлер, хоть информация эта и даётся ещё в начале повествования, но осторожнее до конца абзаца. Самый дорогой человек, некогда бывший его духовным наставником, становится тем, кто навсегда закрывает Оводу путь к религии. И не столько он винит его во лжи, сколько его веру в том, что у него никогда не было настоящего, любящего отца. Финальная сцена книги будет стоять у меня перед глазами ещё долго. Религия сейчас и религия в XIX веке – это две совершенно разные вещи, но даже сейчас просто мурашки пробегают по коже от той ярой ненависти, с которой Этель Войнич, та самая, которая с такой любовью и нежностью писала до этого, уничтожает образ бога и Христа. И самое страшное, что всё, что говорит падре Монтанелли, кажется правдой.

Ужасно несправедливо на самом деле, что на те произведения, которые произвели большое впечатление, так сложно писать рецензии. Эту книгу определённо стоит читать, и только эту мысль я хотел донести. Что бы я ни написал, это никогда не сможет гарантировать, что ваши чувства будут такими же после прочтения. Просто попробуйте, есть большой шанс, что у вас станет на одну любимую книгу больше.

16 октября 2014 г., 14:03
5 /  4.353

Эта книга должна была мне не понравиться. Как ярый любитель психологичности, я должна бы написать, что не в моем вкусе книги, где все делятся на хороших и плохих, а также романтизированная литература века девятнадцатого; да и книжки с революционным порывом "сожжем весь мир и построим новый" я как-то переросла, еще будучи подростком. Кстати, прочти я "Овода" в том возрасте, это сразу бы пошло в любимые, любимые, безумно любимые.

Должна бы, но не могу. Потому что Овода нельзя не любить - настолько он обаятелен, порывист, остроумен и полон страстей, настолько притягательны его ум и сила воли. И странно говорить о революционности книги - она быстро уходит на второй план и становится фоном именно для того, про что я так обожаю читать: сильных и интересных характеров. Овод, Монтанелли, Джемма - они все прекрасны, все стоят передо мной, как живые. О самом Оводе можно говорить бесконечно, и тут могут быть разные подходы к этому персонажу. Романтичный золотоволосый юноша, пламенный революционер, едкий сатирик, все потерявшая душа... Да, наверное, не обошлось и без вины самого Овода: он эгоистичен, иногда чересчур злорадствует и не умеет прощать. Но разве можно его не понять? Он - натура тонкочувствующая, он до боли ярко воспринимает окружающий мир, да и пройдя через то, через что прошел он, любой будет кричать по ночам, лишь бы не было этой тяжелой, давящей, томительной тишины. Для меня Овод одним словом - это голос. Тот самый один голос, который может все изменить. Неслучайно он пишет в газетах, неслучайно много рассуждает, для него молчание - невыносимо.

Но история, которую они делят с Монтанелли, - наиболее яркая. И наиболее грустная, наверное. Может, потому, что это история любви и прощения. Прощения, которое не состоялось. И борьбы между любовью к земному, такому близкому, и любовью к абстрактному, далекому богу. Я не знаю, кто здесь прав, а кто виноват. Наверное, по-своему правы и виноваты оба. В конце концов, это вечный вопрос - можешь ли ты пожертвовать одним во благо многих, даже если этот один - самое близкое на земле существо. Да, Монтанелли делает свой выбор... и история возвышается от простой житейской драмы до библейского масштаба. Всего пара фраз - а история Монтанелли становится, пожалуй, даже трагичнее истории самого Овода: он разрывается между любовью земной и любовью небесной, и в конце концов эта любовь раздавливает его.

Также не могу не отметить Джемму. Она великолепна, неслучайно друзья зовут ее Мадонной. Она разительно отличается от обычных золотоволосо-голубоглазых романтичных героинь. Ей невозможно не восхищаться. Она полна терпения и милосердия, она скрывает глубоко в себе обиды и печали, хотя очень переживает из-за ошибки, которую допустила в юности. При этом она спокойна и отлично выполняет такую работу, с которой не справляются мужчины. И, хоть автор нигде этого не говорит, она - воплощенное достоинство. Именно таких женщин, мне кажется, воплощали на лучших портретах девятнадцатого века.

Эх, Овод, Овод...
Где же ты был раньше и почему так поздно ко мне пришел...

5 декабря 2014 г., 08:31
3.5 /  4.353

Эта книга будет "пострашнее Фауста Гете". Она отчетливо отдает едким пеплом на вкус, прогорклым ладаном в нос и аккордами органных басов в уши. Мощная, темная, мрачная, как католический собор в дни без мессы. Что еще добавить про атмосферу? Читать эту книгу хочется под григорианские хоралы проекта Era. Помните?
Dori me Interimo adapare
Dori me Ameno, ameno latire
Latiremo
Dori me.

"Овод" наполнен религией по самую маковку, от хвоста до кончиков ушей, какой бы антирелигиозной и атеистической книга не казалась, она маскируется. Повторюсь, она насквозь пронизана религией, и такое ощущение, что достигает противоположного задуманному. А кто вообще придумал, что она о революции? Революционные настроения Италии первой половины XIX века для меня оказались лишь фоном одной семейной трагедии, тем более собственно революции так и не случилось.

Тяжелая, тяжелая книга об ошибках, которые на ошибках едут и ошибками погоняют. Вся трагедия и драма этой книги - в ошибках, у кого-то в ошибках легковерия или даже недоверия, как у Джеммы, у другого - в юношеской истеричности и максимализме, а у третьего просто сын - идиот. Кажется, этот сын, главный герой, ни одного разумного решения не принял, что в изнеженной юности, что в революционной зрелости. Все у него на эмоциях, все резкое, все махом. При малейшей проблеме он сразу бросается обрубать концы, крушить, рушить, как двухлетний малыш надуется, все, "не играй в мои игрушки и не писай в мой горшок", или, что точнее отражает суть произведения, "злые вы, уйду я от вас"! Эй, Артур, а поговорить? Попробовал и получил пощечину? Ну это же все, конец света, теперь и на одном поле не присесть.

Роман четко разделен на две не совсем равноценные части, первая где-то треть - детство и отрочество Артура Бертона, младшего сына в семье богатых судопромышленников, нежного, лилейного мальчика, поведшегося на студенческие разговоры о революции и попавшего в результате в ловушку властей. И все почти хорошо кончилось в этой скучной истории, если б вот не случилась пощечина от любимой девушки, да анонимное письмо о настоящем отце, священнике, любимом padre. Ну а дальше как по нотам обиженных младенцев все пошло-поехало. Вторая часть - о мести, чисто граф Монте-Кристо. Уйду, пусть все страдают, вернусь, увижу, как все страдают, и мне будет хорошо. Вот ушел, а меня тут бьююююют, притесняюююююют, меня никто не любиииииииит, это они во всем виноваты, что я ушел. Вот вернусь, и всем покажу, всех накажу! Неправильный вывод следует за неправильным выводом, неверный выбор за неверным выбором. Это все религия виновата! Padre виноват. Джемма виновата. Чуть-чуть Джемма виновата. Вообще все виновны, кроме я. Неспособность обратить взгляд на себя самого удивляет.

И какой же нечеловеческий выбор Овод предлагает своему отцу после всех своих ошибок - ты, пап, откажись от своих убеждений, от своей веры, от себя самого - ради меня, разрушь свою жизнь - ради меня, вот же он я, твой блудный сын. Я-Я-Я такой хороший, Я-Я-Я вернулся, люби меня-меня-меня. Или ты, или я, пап.

Финал известен.
Просто иногда бывает поздно исправлять ошибки.

все 412 рецензий

Читайте также

• Топ 100 – главный рейтинг книг
• Самые популярные книги
• Книжные новинки
121 день
вызова
Я прочитаюкниг Принять вызов