"Наступит день, когда все несчастья умрут. И тогда родится Кахунша."
Умом я понимаю, что канадский писатель индийского происхождения написал эту книгу с целью хорошенечко дать поплакать чувствительным натурам. Судите сами: католический детский приют в Бомбее, который по определённым причинам закрывается, детей переведут в другое место, и один из мальчиков решает, что это - тот самый момент, когда надо уже убежать, после чего начинается его полная кошмарных событий уличная жизнь. При всей моей чувствительности, слезу из меня выдавить не получилось, потому что мальчик Чамди не показался мне настоящим. А вот то, что в очередной раз от описания Индии волосы стояли дыбом - это да. Если в подобных картинах есть хоть половина правды, я не очень понимаю, как они там вообще живут... Но оставим в стороне мои эмоции от грязи, инвалидов и преступников на улицах Бомбея и вернёмся к Чамди.
Почему он мне не показался настоящим? Потому что в приютских условиях, тем более в тех, которые описаны, мальчишка не мог благополучно дожить до десяти лет. Остальные мальчики - не бабочки и божьи коровки, и их отношение к мечтателю, легковерному и даже где-то, по мнению детей, подхалиму воспитательницы, вряд ли было бы просто равнодушным.
Однажды она при всех назвала его самым способным. Ярким, по ее словам. Сам Чамди объяснил детям, что «яркий» он потому, что верит в силу красок. – Всем вам надо каждый день смотреть на бугенвиллеи, – важно объявил Чамди. – И тоже станете яркими, как я. Но дети посмеялись над ним, будто он придурок какой-то. С того дня он решил держать свои секреты при себе.
Но допустим, дети там "вегетарианские", тёмную ему не устраивали. Чамди верит в Иисуса, искренне молится, но одновременно и гораздо сильнее верит в придуманный им самим мир, где все добрые, весёлые, а на улицах Бомбея люди посыпают друг друга разноцветным порошком, и в зависимости от цвета порошка, становятся ещё добрее и веселее. Когда Чамди сильно грустно, он идёт к зарослям бугенвиллеи, и они практически заменяют ему психотерапию (о которой он, конечно, в жизни не слыхал).
Бомбей существует где-то за стенами приюта, он его совершенно не знает и плохо себе представляет, что там происходит. А происходит там, помимо привычных, поэтому для местных как бы не ужасных ужасов, практически религиозная война. Это момент, предшествующий переименованию Бомбея. Я, кстати, до этой книги понятия не имела, зачем его вообще переименовывали.
– Отныне он будет называться по-другому. Этот остров принадлежит богине Мумбадеви, так вернем же его индуистам!
Чамди, со своей мечтой о городе Кахунши, в который должен превратиться Бомбей, когда все станут добрыми, оказывается в самом центре событий, когда взрываются храмы, а по ночам жгут в домах людей целыми семьями с детьми - как со стороны мусульман, так и индуистов. Местный бандит, метящий на место главного бандита города, влезает в эту войну безо всякий идейных соображений, преследуя свои личные цели: начиная с того, что сжигает свою несостоявшуюся невесту-мусульманку с мужем и новорождённым ребёнком... А Чамди в это время вместе со своими новоприобретёнными уличными друзьями уже является его собственностью...
– Чамди, пожалуйста, не молчи, – просит Гудди. – Ну и что, что мы работаем на Ананда-бхаи? Мы ведь все равно хорошие, правда?
От детей ничего не зависит. Но можно ли ещё о них сказать - хорошие? Особенно про Чамди, который был именно тем, кто кинул зажигательную смесь в дом...
Когда Чамди бежал из приюта, у него была Кахунша, Город без скорбей. Чамди так ясно видел его, словно он и вправду существовал. А теперь ему даже бугенвиллеи не помогли бы.
89 понравилось
