«Рождественские повести: Рождественская песнь в прозе. Колокола (сборник)» — цитаты из книги

ISBN: 978-5-9985-0900-1
Год издания: 2010
Издательство: Азбука
Серия: Азбука-классика (pocket-book)
Язык: Русский

Чарльз Диккенс - один из самых знаменитых английских романистов, прославленный создатель ярких комических характеров, искусный рассказчик и публицист. Принадлежащие его перу романы "Посмертные записки Пиквикского клуба", "Приключения Оливера Твиста", "Домби и сын", "Жизнь Дэвида Копперфилда, рассказанная им самим" являются шедеврами мировой литературы. В настоящем издании представлены "Рождественские рассказы" Диккенса, ставшие настоящим воплощением духа этого волшебного праздника. Рождество было для писателя временем примирения врагов и забвения обид, порой, когда с героями происходят удивительные преображения: в самых черствых сердцах зарождаются искры душевного тепла, а бедные и обездоленные обретают домашний уют. Вниманию читателей предлагаются повести "Рождественская песнь в прозе" и "Колокола".

Развернуть

Лучшая рецензия на книгу

Оценка karambolina:   5  /  4.3
Рождественский выбор Скруджа
Человека определяют не заложенные в нём качества, а только его выбор.
Дж.К. Роулинг. Гарри Поттер и Тайная комната

Рождество - это время, когда особенно хочется верить в чудо и истинную доброту этого мира. Осознание того, что у каждого человека, какими бы плохими качествами он не обладал, есть шанс, в какой-то мере помогало людям примириться с подчас суровой действительностью ещё со времен появления мировых религий. Но и теперь люди повсеместно ищут утешения. Ведь если у диккенсовского Скруджа получилось измениться, то и у любого другого получится.

Небольшая повесть от начала до конца пронизана христианской моралью, но она не преподносится в ультимативной форме, как это бывает в значительной части произведений околорелигиозного толка. Нет, “Рождественская песнь” - это произведение не… Развернуть 

Цитаты из книги

Тебе ли решать, кто из людей должен жить, а кто – умереть? Быть может, ты сам в глазах небесного судии куда менее достоин жизни, нежели миллионы таких, как ребенок этого бедняка. О боже! Какая-то букашка, пристроившись на былинке, выносит приговор своим голодным собратьям за то, что их так много расплодилось и копошится в пыли!

Болезнь и скорбь легко передаются от человека к человеку, но все же нет на земле ничего более заразительного, нежели смех и веселое расположение духа.

… известно, что только тот, кто не попадал в затруднительное положение, знает совершенно точно, как при этом нужно поступать, и доведись ему, именно так бы, разумеется, и поступил…

Если в груди у тебя сердце, а не камень, остерегись повторять эти злые и пошлые слова, пока тебе еще не дано узнать, ЧТО есть излишек и ГДЕ он есть. Тебе ли решать, кто из людей должен жить и кто – умереть? Быть может, ты сам в глазах небесного судии куда менее достоин жизни, нежели миллионы таких, как ребенок этого бедняка. О боже! Какая-то букашка, пристроившись на былинке, выносит приговор своим голодным собратьям за то, что их так много расплодилось и копошится в пыли!

Ну и сквалыга же он был, этот Скрудж! Вот уж кто умел выжимать соки, вытягивать жилы, вколачивать в гроб, загребать, захватывать, заграбастывать, вымогать... Умел, умел старый греховодник! Это был не человек, а кремень. Да, он был холоден и тверд, как кремень, и еще никому ни разу в жизни не удалось высечь из его каменного сердца хоть искру сострадания. Скрытный, замкнутый, одинокий — он прятался как устрица в свою раковину. Душевный холод заморозил изнутри старческие черты его лица, заострил крючковатый нос, сморщил кожу на щеках, сковал походку, заставил посинеть губы и покраснеть глаза, сделал ледяным его скрипучий голос. И даже его щетинистый подбородок, редкие волосы и брови, казалось, заиндевели от мороза. Он всюду вносил с собой эту леденящую атмосферу. Присутствие Скруджа замораживало его контору в летний зной, и он не позволял ей оттаять ни на полградуса даже на веселых святках.

Забота о ближнем — вот что должно было стать моим делом. Общественное благо — вот к чему я должен был стремиться. Милосердие, сострадание, щедрость, вот на что должен был я направить свою деятельность. А занятия коммерцией — это лишь капля воды в безбрежном океане предначертанных нам дел.

Мало ли есть на свете хороших вещей, от которых мне не было проку... Вот хотя бы и рождественские праздники. Но все равно, помимо благоговения, которое испытываешь перед этим священным словом, и благочестивых воспоминаний, которые неотделимы от него, я всегда ждал этих дней как самых хороших в году. Это радостные дни — дни милосердия, доброты, всепрощения. Это единственные дни во всем календаре, когда люди, словно по молчаливому согласию, свободно раскрывают друг другу сердца и видят в своих ближних, — даже в неимущих и обездоленных, — таких же людей, как они сами, бредущих одной с ними дорогой к могиле, а не каких-то существ иной породы, которым подобает идти другим путем. А посему...что на святках у меня еще ни разу не прибавилось ни одной монетки в кармане, я верю, что рождество приносит мне добро и будет приносить добро, и да здравствует рождество!

— Мало ли есть на свете хороших вещей, от которых мне не было проку, — отвечал племянник. — Вот хотя бы и рождественские праздники. Но все равно, помимо благоговения, которое испытываешь перед этим священным словом, и благочестивых воспоминаний, которые неотделимы от него, я всегда ждал этих дней как самых хороших в году. Это радостные дни — дни милосердия, доброты, всепрощения. Это единственные дни во всем календаре, когда люди, словно по молчаливому согласию, свободно раскрывают друг другу сердца и видят в своих ближних, — даже в неимущих и обездоленных, — таких же людей, как они сами, бредущих одной с ними дорогой к могиле, а не каких-то существ иной породы, которым подобает идти другим путем.

1 2 3 4 5 ...