Отзывы о книге Книгоиздатель Александр Пушкин. Литературные доходы Пушкина

Взял тут на днях небольшого формата книжицу Михаил Файнштейн - Писательницы пушкинской поры. Историко-литературные очерки и с интересом начал читать. А после первого абзаца с долгим продолжительным хохотом закинул данную книгу в стопку с непрочитанным. Что меня так развеселило? Давайте лучше процитируем этот пресловутый первый абзац книги.

"Эта книга о писательницах, чей талант развивался в годы, когда вся Россия зачитывалась чудесными элегиями молодого Пушкина, затем "Евгением Онегиным", "Борисом Годуновым", "Полтавой", сказками, с нетерпением ожидала выхода его новых повестей, исторических трудов, номеров "Современника"..."

Вся Россия зачитывалась чудесными элегиями Пушкина. Вся Россия зачитывалась "Евгением Онегиным". Вся Россия с нетерпением ожидала выхода очередного номера "Современника". Да? Серьезно? Стоит только на миг открыть данную монографию Гессена, и вы узнаете, что подписка на литературные журналы в ту эпоху была в среднем где-то по 600-1000 человек, а тираж книжного издания приближался к 1000-1200 экз. 600 подписчиков. 1200 экземпляров. Вся Россия. Ладно, отставим смех, шутки и ерничание в сторону. Включим серьезность. А серьезность говорит нам, что через тысячекратное повторение вот таких мантр о всей России, которая 200 лет назад зачитывалась Пушкиным, некие личности полностью изменяют сознание, а главное, представление народа о прошлом своей Родины. Полностью. Современный человек под давлением стереотипов мыслит так. Сейчас все граждане, у всех есть равные возможности для получения начального и среднего образования. Все грамотные. Все образованные. Все читали Пушкина (пускай и через уроки Литературы в школе). Следовательно, так было всегда. И ничего удивительного в том, что и двести лет назад все читали Пушкина. Не. Не тут-то было. В Истории так не работает. И такие книги, как труд Гессена, популярно и доходчиво объясняют читателю всю издательскую специфику эпохи Пушкина. Какими были тиражи книг, как зарождался книжный "бизнес" и на каком этапе развития было авторское право. Начнем от истока. О продаже книг на стыке 18 и 19 веков.

"По свидетельству Карамзина, в Москве имелись всего две книжные лавки, с годовым оборотом в 5000 рублей ассигнациями каждая. Следовательно, обе лавки, в среднем, продавали книг на 25-30 рублей в день. Эта цифра крайне многозначительна... Иначе говоря, в Москве покупали не больше 5-6 книг в день. В Петербурге дело обстояло не лучше. "Многие помнят еще, - рассказывал М.Е. Лобанов, - что в Петербурге в 1786 году была одна только книжная Русская лавка, или, лучше сказать, будка..."

И только в 20-е годы 19 века география книжных лавок Северной столицы вышла из-под стен Гостиного двора и начала разрастаться по Невскому и центральным районам города. Ладно, понятно. Хоть какое-то развитие. Была одна будка. Прошло 40 лет и появились несколько книжных лавок. А что читала "вся Россия"?

"Если верхний аристократический слой общества услаждал свои досуги переводными французскими романами, то, существовавший уже на другом фланге, массовый читатель из купечества и мещанства потреблял литературу лубочную."

Кстати, вы наверняка встречали на своем пути людей прям с восторгом рассказывающих о некоторых советских читателях, которые читателям вовсе и не были, а скупали книги по красоте их обложек и заставляли свои шкафы ради блестящего интерьера. Вот, дескать, какими недалекими людьми были эти "совки". Уверяю вас, началась эта "мода" не сегодня. И не в СССР. А в Пушкинскую пору. Я даже больше скажу. Некоторые книготорговцы строили весь свой книжный бизнес именно вот на таких аристократах, покупающих книги только ради красивого позолоченного корешка.

"Так, книгопродавец Н.Г. Овсянников замечал по этому поводу: "Одна только мода иметь в аристократических и богатых домах библиотеки исключительно поддерживала торговлю..."

Вы читали повесть Гоголя Николай Гоголь - Шинель и другие повести Гоголя (сборник) Напомню жалованье главного героя повести Акакия Акакиевича. 33 рубля. Автор добавляет, что месячное жалованье среднестатистического чиновника той эпохи не превышало 60-80 рублей. А вот приведенные в книге Гессена цены на книги и журналы. Не поленитесь и прикиньте, сколько тысяч книг мог купить Акакий Акакиевич. Что у вас получилось? Я так прикинул и понял, что ни одной книги не сможет купить Акакий Акакиевич. Через этот незамысловатый пример автор показывает нам главную особенность николаевской России. Книги и журналы в ту пору являлись элитарным продуктом. Именно книги, а не лубочные картинки за три копейки. Книги печатались только для элиты, только для аристократии. И покупались только аристократией. А теперь, друзья, к вам вопрос. Если опираться на современные цены и тиражи на умные исторические монографии примерно в 200-500 экз. не приближаемся ли мы к этой самой гоголевской "Шинели"? Вся Россия читала Пушкина? Вся Россия читает Пушкина сейчас? Не обольщайтесь. Я проработал на заводах много-много лет и не видел ни одного рабочего, который бы в перерыве читал книгу. Ни одного. Никто не читает. Только вы живете в райских кущах лавлиба и думаете, что и остальные читают. 200 лет назад Пушкина читали несколько тысяч аристократов. И сейчас набралось бы столько же, если бы при Советах Пушкина не поставили бы в школьную программу. Вся Россия читала Пушкина только во времена Сталина. Когда его издавали миллионными тиражами по цене буханки хлеба. Тогда вождю нужна была умная и образованная общность людей, которые бы сами поняли всю ценность построения государства без эксплуатации человека человеком. И сами бы своими руками захотели такое общество построить. Сейчас это не нужно. Подумалось, вот сейчас надо бы накатать несколько стандартных для всех рецензий фраз. Что-то вроде, книгу Гессена очень советую к прочтению, что труд Гессена стоит прочесть для понимания эпохи. Что Гессен очень интересно рассказывает о зарождение в Российской империи авторского права. И все это перемежается большим количеством цифр, статистики. И сколько было типографий, и сколько было изданий, и каковы были цены на книги. И как Пушкин пытался "воевать" с недобросовестными книгоиздателями, которые без разрешения и без перечисления гонорара автору просто брали и переиздавали его книги. И как ловко книгопродавцы использовали имя поэта в рекламных целях, обещая в очередном журнальном выпуске новый роман Пушкина, который конечно же после покупки читатели не находили. И что, по сути, Пушкин, разбираясь с плутом - книгоиздателем Ольдекопом (чье дело очень подробно рассмотрено в данной книге) сделал первые и главные шаги на пути к законам об авторском праве в Российской империи. Но, вот по чесноку, кому это будет интересно? Кто в ближайшие 10 лет после меня прочитает данную книгу? Никто. Еще один штрих к теме о всей России, которая ждала выхода романов Пушкина. Изданная отдельной книгой первая глава "Евгения Онегина" из-за высокой цены на нее частично не распродавалась и лежала на складах пока на нее не последовала 20% скидка. Вот так вся Россия читала Пушкина.

Нонфикшн.

Время действия: первая половина 19 века. Место действия: Москва - Петербург.

Сюжет. О роли Пушкина, который совершил переворот в издательском деле, ввел в обиход понятия авторского гонорара и авторских наследственных прав. До него барствующие авторы, как правило, денег за свои литературные труды не получали, и, будучи дворянами, жили либо на доходы со своих имений, либо были принуждены служить чиновниками, либо в армии.

У поэта не было возможностей получать деньги с имений, которые промотал его отец, литература была единственное средство существования его всё возрастающей семьи, поэтому Пушкин был вынужден сначала вступить в борьбу за свои авторские права с алчными книгоиздателями, а потом самому приступить к изданию своих произведений. Кроме того, Пушкин потребовал от государства обеспечить защиту литературной собственности, благодаря чему в 1828 году законом авторам были предоставлены исключительные права на продажу и изданий их сочинений.

В книге подробно рассказывается сколько стоило печатание и какой принесло доход автору продажа следующих произведений: - поэмы "Руслан и Людмила"; - поэмы "Кавказский пленник"; - поэмы "Бахчисарайский фонтан"; - романа в стихах "Евгений Онегин"; - поэмы "Цыганы"; - цикла "Повести Белкина"; - поэмы "Граф Нулин".

Впечатление. С интересом читала об этой стороне деятельности величайшего русского поэта, многое узнала об его друзьях, помогающих в издании и продаже пушкинских сочинений: Плетнёве, Соболевском, Вяземском, о брате поэта Льве Пушкине, об издателях Погодине и Смирдине. О последнем я решила потом почитать подробнее, уже присмотрела историческую книгу о нём.

Но кое-чего в этой книге мне не хватило. Автор С.Гессен намеренно ограничился рассказом об издании собственных сочинений Пушкина, не упоминая, что поэт издавал и чужие. Впервые об этой стороне книгоиздателя Пушкина я прочитала в "Записках кавалерист-девицы" Надежды Дуровой, которой поэт редактировал эти записки и издал их в своем журнале "Современник". Что ещё посоветуете почитать об издании Пушкиным чужих трудов?

Это переиздание книги, вышедшей впервые в тридцатые годы скромным тиражом, повествующей о молодом Пушкине. Он был достаточно влиятельным человеком для того чтобы перевернуть восприятие обществом творцов. В отличие от других писателей, он нуждался в деньгах, и поэтому он много внимания уделял изданию и продаже своих книг, пиратским копиям и нелегальным переводам. Благодаря ему в России появилось авторское право и авторский гонорар. В некоторых местах, конечно издатели перегибали палку и драли с покупателей по три шкуры, но как бы то ни было, этическую оценку Гессен оставляет читателю.

Брала в библиотеке. Очень понравилось, читать было легко и интересно. Книга рассказывает о зарождении авторского права в России, об особенностях издательского дела в  начала 19 века и о роли Пушкина в его профессионализации (роль эта как оказалось весьма значительна).  Особенно мне понравилрось, что автором было приведено большое количество цитат, выдержек из писем, журналов, дневников,  прошений и т. д. Видно, что была проведена подробнейшая исследовательская работа.

Книга дополнена предисловием  В. В. Кунина и подробнейшим приложением.