Поделиться:

Пена дней

ISBN: 5-352-01399-5
Год издания: 2005
Издательство: Азбука-классика
Серия: Азбука-классика (pocket-book)

Борис Виан писал прозу и стихи, работал журналистом, писал сценарии и снимался в кино (полтора десятка фильмов, к слову сказать), пел и сочинял песни (всего их около четырех сотен). Редкий случай, когда интеллектуальная проза оказывается еще и смешной, но именно таков главный роман Бориса Виана «Пена дней». Чего стоят только шпильки в адрес идола французского авангарда Жана-Поля Сартра! Напечатанная первый раз шестьдесят с лишним лет назад, «Пена дней» и в начале XXI века выходит во всем мире миллионными тиражами. Неслучайно Ф. Бегбедер поставил этот роман в первую десятку своего литературного хит-парада.

читать дальше...

Содержание

Интересные факты

L'Écume des jours est classé à la dixième place des cent meilleurs livres du XXe siècle.

[...] А возникла идея романа "Пена дней" так: в 1943 издательство Галлимара учредило премию Плеяды для начинающих писателей. Победитель получал крупное денежное вознаграждение и право публиковать свое произведение в любом парижском издательстве. В 1944 эту премию присудили Марселю Мулуджи, известному исполнителю песен, за роман "Энрико"; последнюю премию (в 1946) получит Жан Жене за пьесу "Служанки".

Секретарем премиальной комисси был назначен Жак Лемаршан, которого Борис помянет доброй шуткой в "Осени в Пекине", членами жюри - Андре Мальро, Поль Элюар, Марсель Арлан, Альбер Камю, Жан Полан, Рэймон Кено, Жан-Поль Сартр и еще несколько человек. Виан решил попытать счастья и в марте засел за работу. К маю роман был готов: озорная, остроумная и в то же время грустно-чарующая сказка. Мишель плакала, перепечатывая "Пену дней". Рукопись понравилась Кено, который нашел, что Виан опередил свое время; ее одобрил Лемаршан. Доброжелательно отозвалась о ней и Симона де Бовуар, которая успела прочесть ее до Сартра; она даже задумала опубликовать отрывки в новом литературно-философском журнале "Тан Модерн".

У Виана практически не было литературных соперников, премию сулили ему. И совершенно неожиданно присудили ее далеко не начинающему автору - поэту и аббату Жану Грожану, в его пользу прозвучало восемь голосов из двенадцати. Против "Пены дней" вели активную кампанию Жан Полан и Марсель Арлан, за что были сурово наказаны Вианом той же "Осенью в Пекине" и в новелле "Примерные ученики".

Борис был совершенно убит известием о своем провале, и Гастон Галлимар поторопился заключить с ним договор на издание "Пены дней". Роман вышел в престижной "белой серии" в 1947 году. И все же в течение нескольких месяцев после истории с премией во всем, что писал Борис, сквозила обида [...]

/из биографического очерка М. Аннинской/

еще...

Экранизации

Spray of the Days
Франция, 1968

Планируется: The Foam of the Days

"Пена дней", 2013 год.

еще...

Книга в подборках

Домашняя библиотека
Всё, что есть у меня в бумажном варианте, прочитанное или нет.
Будет пополняться по мере покупки чего-то нового или нахождения чего-то старого.
Alaestra
livelib.ru
Галерея славы «Игры в классики»

Победители "Игры в классики" 1-7 туров
Julia_cherry
livelib.ru
Книги, которые изменили вашу жизнь
На протяжении всего 2014 года создатели замечательной французской передачи про литературу La Grande Librairie задавали своим гостям, знаменитым актерам,…
Tlalok
livelib.ru

Рецензии читателей

24 марта 2016 г., 20:42
4.5 /  3.990

Ожидала я от этой книги чего угодно, но только не того, что получила в итоге. Весь роман – один сплошной эксперимент с формой, миром, метафорами и карикатурами. В силу моей неглубокой осведомленности в истории Франции второй половины 20го века, я уверена, что не уловила и половины тонких намеков, рассыпанных по тексту, как конфетти по новогодней елке. Но, то что мне удалось опознать - порадовало чрезвычайно.

Пена дней – книга о формализованной реальности, которая отторгает и вытесняет человека, как только он выходит за рамки привычной роли. Как только Колен перестает быть золотым мальчиком и задумывается о деньгах, его жизнь меняется в худшую сторону прямо на глазах. Самое явное проявление отвращения реальности по отношению к герою – медленное, но верное превращение шикарной многокомнатной квартиры в темную, сырую и затхлую нору, где нельзя даже выпрямиться во весь рост. Мир отторгает человека, которому нет в нем места. И все отчаянные попытки преодолеть сопротивление сложившейся системы обречены на провал. Представители Золотой молодежи Колен и Хлоя просто немыслимы в ролях героев, которые отважно борются с нищетой и несмотря ни на что живут долго и счастливо. В их астрологическом прогнозе в принципе не предусмотрена ситуация, когда они больны или бедны. Это невозможно, немыслимо, невыносимо. И самый простой, даже единственный способ разрешить эту дилемму – смерть, удаление раковых клеток из организма мира.

Отдельно хочется отметить персонажа Шика, думаю большинству книголюбов было интересно наблюдать за его книжным маньячеством и коллекционированием произведений Жана Соля Партра да,да, вам не показалось, это тонкий, но узнаваемый троллинг, причем одобренный самим Сартром. Было крайне любопытно, до какой грани дойдет герой в своем помешательстве и сможет ли он любящую самоотверженную девушку поставить выше своей пагубной страсти к экзистенциализму и главное его главному проповеднику. Лично я сравнила свою одержимость книгами с фанатизмом Шика и пришла к выводу, что не безнадежна, пока не безнадежна… Правда мне никто и 25 тысяч инфлянков не предлагал)

Отдельно стоит отметить завораживающую игру слов и образов, несочетаемое в обычной жизни выглядит настолько уместно в романе Виана, что начинаешь недоумевать, а почему таким метафорам, вещам или действиям не появиться в нашем мире. Давно бы пора, к примеру, изобрести пианококтейль. Сыграешь на нем «Show must go on» Queen и получится бодрящий и вдохновляющий на свершения коктейль. Так что для меня роман стал этаким литературным артхаусом, экспериментом со здоровой долей иронии и изящной пародией на человеческое общество, которое и по сей день, всех сбитых с ног сгребает в утиль, не разбираясь кто жив, а кто нет.

ИТОГО: Литературный артхаус, изящная пародия на человеческое общество, повальное увлечение экзистенциализмом и заимствования из американской культуры, имевшие место в послевоенной Франции. Необычно, интересно, но не для всех.

P.S. Очень хочу теперь посмотреть экранизацию)

10 октября 2011 г., 14:58
5 /  3.990

А у Синдея были дома, но не все,
А у Синдея была белка в колесе,
И тапером экзотический тапир,
И жирафом был кассир,
И приглашал всех нас в синематограф...
И Синдей собирал серебро,
Благо за ночь его намело,
И на улице было светло от того серебра.
Детворе на ура, и Синдею добро в закрома.
<...>
Но остался он без серебра,
Без кола и без двора,
И сказал: значит, время мое еще не пришло.
Но пришли доктора и сказали: пора...

                                         Веня Д'ркин



    Признаюсь, читая чужие рецензии, поленился глянуть, что ж за один этот Виан. И решил, что это очередной современный русский постмодернист. t1807.gif Поэтому, когда девочка из "Книгомании " после моего вопроса потащила меня к отделу "Классической литературы" и достала с полки книжицу с тангующей (вальс -- вальсирующая, танго -- тангующая, да!) парой на обложке, я малёх удивился. Когда же, полистав, узнал, что автор -- француз и писал это в 1946, энтузиазма ещё поубавилось. Ну, купил -- читаю.

    Книга начинается знакомством с молодым ловеласом, праздно существующем на нетрудовые доходы заколоченные предками сотни инфляков (туземные тугрики). Сладкая жизнь, вечеринки, девочки, личный повар с замашками Вудхаузовского Дживса, стильные интерьеры, богемные развлечения, дорогая одежда. Сюрреализм проявляется в угрях, которых повар ловит в водопроводных трубах, людях с голубиными головами, диких рецептах, умных мышах и удвоенном Солнце. Первая мысль -- герой видит все сквозь призму помутившегося разума, типа как Вождь у Кизи. Но окружающие видят все так же, и ни чему не удивляются, значит... А что это значит? Хм, почитаем-увидим.

    Юмор автора по началу сводится к беззлобным шуточкам, построенным на игре слов и стебе над стереотипами -- например, когда один гомосексуалист обвиняет другого в извращенных вкусах за то, что тому нравятся женщины. Пример игры с фразеологизмами -- рецепт приготовления колбасуся (суси из колбасы, да?)

"    Возьмите живого колбасуся и спустите с него семь шкур, невзирая на его крики. Все семь шкур аккуратно припрячьте. Затем возьмите лапки омара, нарежьте их, потушите струёй из брандспойта в подогретом масле и нашпигуйте ими тушку колбасуся. Сложите все это на лёд в жаровню и быстро поставьте на медленный огонь, предварительно обложив колбасуся матом и припущенным рисом, нарезанным ломтиком <...> Смажьте форму жиром, чтобы не заржавела, и уберите в кухонный шкаф"



    Забавно, но не более. Чуть веселее становится читать, когда дело во всей этой сентиментальной истории доходит до свадьбы. Пьяномарь и Священок, джаз-бенд в церкви, оформленной в психоделических тонах, аттракцион "пещера страха" в той же церкви -- все это задает игриво-мажорный дух, чем-то неуловимо напоминающий о "Bohemian Rapsody" в исполнении "Queen". Да, о музыке. Нею книга пропитана (фу, какой банальный оборот. Может, лучше "прозвучена"?) целиком и полностью. Тут и множественные упоминания отдельных композиций, и бульвар Луи Армстронга, и улица Джимми Нуна, и разговоры персонажей о блюзе и бугги. Прогрессивным для своего времени дядькой был Виан!

    Отгремела свадьба, свадебное путешествие, аллегорические виды промышленного производства из окна дорогого лимо, идиллия придорожного отеля...

    Дорога была что надо, с наведенным фотогеничными бликами муаром, с совершенно цилиндрическими деревьями по обеим сторонам, со свежей травой, солнцем, с коровами на полях, трухлявыми загородками, цветущими шпалерами, яблоками на яблонях и маленькими кучами опавших листьев, со снегом там и сям, чтобы разнообразить пейзаж, с пальмами, мимозами и кедрами в саду отеля <...> С одной стороны дороги был ветер, с другой не было. Выбирали ту, которая нравилась.
Тень давало лишь каждое второе дерево, и только в одной из двух канав водились лягушки.



    Но в этом моменте что-то ёкнуло внутри. Казалось бы, чем плохо?

255846.png

    Солнце подпекало упавшие в траву яблоки, и из них, прямо на глазах проклёвывались новорожденные зелененькие яблоньки, которые тут же зацветали и начинали плодоносить крохотными наливными яблочками. Яблоньки третьего поколения выглядели уже розрво-зеленым мхом и из них то и дело сыпались на землю красные яблочки-бусинки..



    Мирная уютная картина, но в ушах почему-то зазвучала депрессивно-тягучая мелодия "Shine On You Crazy Diamond" старых пердунов добрых "Pink Floyd". И всплыла в памяти мультипликация из "Стены" (кто видел -- поймёт о чем я)

    С этого момента... Что-то пошло не так. Незаметно добренький юморок Виана переростает в гротеск, упоминаемые композиции всё депрессивнее, шуточные аллегории в описаниях забав на катке незаметно подменяются мозгодробильными индустриальными зарисовками

    Над головой у него по большим трубам, выкрашенным в серое и красное, с храпом пробегали жидкости <...> Внизу перед каждой приземистой машиной бился человек,сражаясь, чтобы не быть искромсанным жадными зубчатыми колесами. У каждого на правой ноге было закреплено тяжелое металлическое кольцо. Его отмыкали дважды в день: в середине дня и вечером.
     Зрелище это было хорошо знакомо Шику. Он работал на краю одного из цехов и должен был следить, чтобы машины оставались на ходу: он давал указания рабочим, как вновь запустить их, когда они останавливались, урвав у трудяг очередной кусок мяса.



    Дружелюбный, чудаковатый сюрреалистический мир внезапно показывает свою обратную сторону: враждебную, чуждую "возвышенным" героям. Почему "возвышенным" в кавычках? А хотя бы потому, что за их напускным эстетизмом, манерами, тягой к контр-культуре кроется абсолютная пустота. Столкнувшись с проблемами -- болезнью, бедностью и социальным неравенством -- три влюблённые пары не делают никаких попыток порвать цепь неудач, изменить наклон плоскости, по которой они катятся. Вместо того, чтобы повернуть против течения, или хотя бы пытаться грести, оставаясь на месте, они как-то дружно отдаются на поталу волнам, и взмахи их рук нацелены только на то, чтобы огибать крупные валуны, часто разбросанные по течению бурной реки времени. На мелкие камешки внимание уже не обращается. Болезненное настроение героев незамедлительно отражается на окружающих их предметах, душевный упадок необъяснимо переносится на запущенность жилья, удары судьбы старят героев -- в паспорте Николя меняется на более раннюю дата рождения... Игра слов а-ля Станислав Лем переходит в игру смыслов и уж тут явно пахнет Кафкой.
    Финал... Финал -- во истину шекспировский. Всё, достаточно спойлеров.

    Что есть в этой книге? Быт и мировоззрение послевоенной неформальной молодёжи, экстаз, в который её приводит экзистенциализм Сартра и дух нового времени, несбыточность надежд и вечная любовь, разочарование и крах духовности перед материализмом. Трогательная, вопиюще трогательная (ой, чет меня на высокопарность понесло!) история.

    Это -- первая книга, которой я ставлю пять из пяти. Придраться не к чему. Блестяще, учитывая, что писалась она всего два (!) месяца и удачный (сравнивал с Ляпицким) перевод Лунгиной не в полной мере передаёт все тонкие полумёки Виана. Да, кстати, вот уж чего не понял -- так это зачем было переводить имя доктора Magestylo (дословно "скушай-ручку") как Д'Эрьмо. Наверное, единственный минус.

    Спасибо, Yrimono за, как всегда, дельный совет, Виана обязательно буду читать и рекомендовать всем.

10 марта 2015 г., 21:12
4 /  3.990

Виана, как всегда, читать очень напряжённо. Не трудно, а именно вот так — мучительно (но приятно) в визуальном плане. Постоянно надо держать в голове картинку того, что происходит, с мельчайшими деталями, потому что стоит упустить что-то из вида, как цельная ассоциация рушится и начинает казаться, что происходит какой-то несвязанный между собой абсурд. На самом же деле у Виана всё всегда предельно логично, только логика эта и события развиваются не в мире сознания, а в мире подсознания, тех же ассоциаций. И если перепрыгнуть на этой другой уровень восприятия, то...

...то история будет вполне себе обычной и приличной. Мальчик и девочка, встретили друг друга, полюбили, потом их начали заедать болезни и бытовые трудности, так что закончилось всё весьма грустно. Плюс чудесная боковая линия с Жан-Соль Партром, точнее, с его фанатом. Против Жан-Поля Виан как раз ничего не имел, его всего лишь было очень удобно взять, как символ, ведь на экзистенциализме во Франции в то время действительно "помешивались" до маньячного коллекционирования, бездумного поклонения на волне фанатизма и моды, на самом деле ничего не черпая из, казалось бы, должного нести знания течения. Но вернёмся к главной линии. Наша счастливо-несчастливая пара варится в настолько солипсистском мирке, что всё окружающее время и пространство подчиняется их умонастроениям. В хорошие дни светит солнышко, птички поют, окна сияют чистотой, а чудеса так и прячутся, пританцовывая, за каждым углом. Как только яркость жизни начинает хиреть, то и блеск мира тускнеет. Окна зарастают паутиной, стены сдвигаются, люди становятся злобными, всюду грязь и даже вкусную еду уже не приготовишь. На самом деле, так и есть, вспомните какой-нибудь свой неудачный день, когда кажется, что автобус специально обрызгал тебя грязью, угол кровати нарочно пытался сломать твой мизинец, а все окружающие, видя, что у вас всё валится из рук, так и спешат преподнести неприятные новости, словно специально их к этому случаю копили. Отсюда и напряжение визуального ряда — внутренний мир героев выплёскивается в паутину, разруху, горелые сосиски и непрекращающийся ливень только у тебя над головой.

Кстати, как по мне, экранизация очень даже удалась, хотя финал и чуть-чуть отличен. Зато тем, кому не хватило собственного воображения, можно подглядеть сужение пространства и запустевание в чужих глазах. Очень наглядно.

Виан нам показывает, что какой бы мир вокруг нас ни был — абсурдный ли, символический ли, шизофренический ли, всё равно все истории суть один-два-три-четыре великих архетипичных сюжета. А кто хочет видеть бред и только бред, тот всегда его найдёт.

28 октября 2013 г., 21:49
4 /  3.990

Когда в первом же абзаце главный герой подрезает веки, хочется ущипнуть себя и перечитать предложение сначала. Когда дальше на тебя начинают сыпаться разумные мыши, парные солнца и шейкерояли (о, я бы себе такой заимела!), привыкаешь и принимаешь правила игры Виана (а иначе к книгам вообще нет смысла приближаться), а потом и вовсе осознаёшь, что твои веки не надо ни подрезать, ни поднимать, как у Гоголевского Вия, потому что - ну вот же она, реальность, пусть и перекорёженная под дивным углом.

Виан - злой волшебник. Сначала он обрушивает на вас мир, в котором всё прекрасно, утончённо и изящно, краски сочные, настроение преотличное, денег тьма, времяпрепровождение шумное и весёлое, а расстройства возможны только от того, что тебе не в кого влюбиться. Такой золотой век, мир вечной молодости и вечного счастья с поправкой на некоторую чертовщинку. И создаётся ощущение, что главные герои так и будут все двести-с-чем-то страниц легко и беззаботно порхать по жизни. От этого немного передёргивает, потому что, когда отвлекаешься от красивостей, которые тебя окружают со всех сторон, почему-то оказывается, что "король-то голый!". Весёлые ребята - не более чем прожигатели жизни, а прекрасные девушки - безмозглые создания, едва поддерживающие диалоги. Но на каждую стрекозу найдётся своя зима, да и свадьбы в сказках случаются ближе к концу, а не к середине. И вот начинает нарастать напряжение и беспокойство. "Люди не меняются. Меняются только вещи" (с). Декорации всё те же - безумные, абсурдные, сюрреалистичные. Но сквозь добрый пейзаж Яцека Йерки проступает мрачняк Дали. Помните череп, сложенный из прекрасных женских тел? Вот оно же, только в тексте. Ироничная улыбка превращается в оскал и рассыпается в пепел на последних страницах. Занавес. Дни прошли, пена осталась.

16 мая 2016 г., 15:40
3 /  3.990

"Пена дней" - не произвела на меня того впечатления на которое я рассчитывала! Вот чего-то мне не хватило в этой книге...
Конечно, если взглянуть, как говориться "с веру текста", перед нами самая обыкновенная драма о любви. Единственная особенность этой книги в том, что от неё исходит грусть и неизбежность происходящего. Местами она счастливая, местами - заставляет сопереживать героям, почувствовать боль утраты... Как и сама жизнь, то черная полоса, то белая... в общем и целом, мне кажется – печальная книга.
Я думаю, произведение это очень личное, интимное. Может быть, это мысли Бориса Виана о несовершенстве мира, может быть, в такой странной манере он думал выразить основные, как ему казалось, недостатки общества, в котором находился. Я конечно не уверена, но возможно, для того чтобы понять автора нужно прочитать не одну его книгу.
Главное, что я поняла, нужно внутренне настоится на такое чтение! Поймать это настроение!

1 ноября 2016 г., 21:03
5 /  3.990
Почти всегда у него было хорошее настроение, а в остальное время он спал.


Я не ожидала.
Я совсем не ожидала таких сильных эмоций после прочтения этой книги, учитывая то, что с самого начала она до того туго у меня шла. Я не могла понять, что имеет ввиду автор, какие мыши, какие солнца в коридоре, что происходит...
Но чем дальше я углублялась в историю, в жизнь богатого парня Колена, его повара Николя, его друга Шика, тем больше у меня открывались глаза и мой мозг начал воспринимать информацию совершенно по-другому.

Мышка пошла было за ними, но остановилась в коридоре. Она хотела поглядеть, почему солнца сегодня не сияли так ярко, как обычно, и при случае наорать на них за это.


Удивительный, остроумный, талантливый Борис Виан познакомит вас с новой Вселенной, которая, как по мне, представлена обычным нашим миром, но немного искаженным, или даже можно сказать, более правдивым.

Вдоль всего перехода с обеих сторон тянулись огромные вольеры, где Городские Уборщики держали запасных голубей для Скверов и памятников. Там находились также питомники для воробьев и питомников для воробушков. Люди избегали пользоваться этим переходом, потому что все эти птицы махали крыльями, и от этого возникал невероятный сквозняк, вздымавший белые и сизые перышки.

Спойлеры. Простите.

16 декабря 2016 г., 12:35
3.5 /  3.990
...история эта совершенно истинна, поскольку я ее выдумал от начала и до конца...

На удивление. Я обычно терпеть не могу абсурдизм, сюрреализм и иже с ними, а "Пена дней" Виана мне почти что понравилась. Это редкое явление для представителей этого жанра. И кто знает, что сыграло свою роль - три дня с температурой 38,7, заставивших меня почувствовать себя овощем и спокойно отнестись к разумным мышам вне жанра фентези и лилиям в легких, или все-таки искусство Виана, которому удалось написать грустную взрослую сказку, чем-то напомнившую мне керроловскую Алису.

Перед нами сюрреалистичная история влюбленной пары, окруженной абсурдом, гротеском, иронией. Ради любви они могут пожертовать чем угодно, даже потерей собственной свободы. И хотя история любви безусловно находится на первом плане, Виан затрагивает еще множество вопросов, касающихся других сфер нашей жизни: роль денег в нашей жизни и то, на что мы их тратим, превращение людей в производственные машины ради те же самых денег, влияние церкви, гомосесуализм... Брутальность тесно переплетается с юмором и благодаря этому "Пена дней" из драмы превращается в волшебную сказку из разряда тех, в которых есть намек и добрым молодцам урок.

Получилось абсурдно, но красиво и поэтично. И именно эта красота-поэтичность меня подкупила. Хорошая книга, актуальная и сегодня, несмотря на то, что была написана в 1946 году. И ситуация та, когда я разумом понимаю, в чем заслуга Виана перед литературой, а сердце шипит: "Поставь 3,5, ты же не любишь абсудизм". Послушаюсь сердца)

P.S. Больше всего в романе понравился шейкорояль)))

234/300

9 июня 2013 г., 17:19
5 /  3.990
-А чем вы вообще-то занимаетесь?
-Учусь жить, - ответил Колен. – и люблю Хлою.


Знаете, почему я люблю джаз? Потому что он шустрый, вульгарный, веселый, и в то же время грустный и душевный. «Пена дней» похожа на джаз. Она бодрая и местами откровенно смешная, местами похожа на мультик, местами – на комикс, но в основном на современную комедийную сказку: мышки помогают по домашнему хозяйству, из крана в ванной льются рыбы и угри, влюбленные уединяются от прохожих в нежных облачках, а прекрасные девушки (пусть будут принцессы) страдают от водяных лилий, поселившихся в их легких. Главный герой (пусть будет принц), богат, мил и по-няшному нелеп. Но за всей этой блестящей мишурой пьяных плясок и дурманного смеха прячется одиночество, за шиком – темнота, за миражом солнечного дня – дождь и туман, а принцессы и принцы в итоге такие же смертные, как и все люди, а все люди – идиоты.

В мире Виана все метафоры оживают. Все неразумные существа и неодушевленные предметы – обретают разум и душу. И только люди и их проблемы, к сожалению, остаются такими же, как и в жизни. Кого только не высмеял Виан: и богатых мужчин, раскидывающих деньгами направо и налево, как правило, несчастных в личной жизни, и цветочных девушек, и дворецких, которые идеальнее своего хозяина, и фанатичных библиофилов (да и вообще фанатов в принципе).

Однако насколько бы сатиричными и грубо высмеивающими не оказались аллегории Виана, мне кажется, что это самая лучшая история любви, прочитанная мною за последнее время. Какой бы приземленной она не была.

23 августа 2013 г., 22:22
5 /  3.990
Колен вооружился щипчиками для ногтей и косо подстриг края своих матовых век


0_о Что он подстриг? Глюки, у меня определенно глюки!

Ему часто приходилось это делать — веки быстро отрастали.


А нет, не показалось. А ведь это всего лишь первый абзац! То есть мне на протяжении всей книги читать ПОДОБНОЕ? Ну что ж... замечательно!))

У этого произведения потрясающая атмосфера, которая затягивает, создает у читателя нужное настроение. В самом начале книги все так легко и непринужденно. Хотелось вместе с Коленом, Хлоей и Николя кататься на коньках, летать на облачках, ловить угрей в ванной. Да что там, я даже была бы не против подстричь веки, все равно они бы скоро отросли! Хотелось также влюбиться, также беззаботно тратить инфлянки на близких людей и ни в чем себе не отказывать.

А потом что-то произошло, в один момент все поменялось. Заболела Хлоя, и из-за болезни угасала не только она, но и все вокруг. Будто какая-то зараза распространялась в воздухе и отравляла Колена, Николя, мышек, даже квартиру. Даже мне становилось неуютно в этих постепенно тускнеющих стенах, хотелось залезть под одеяло и свернуться калачиком. Весь этот абсурдизм из начала книги никуда не делся, но если раньше он был ярким и задорным, то теперь он стал пасмурным. И тучи сгущались, и ветер завывал и вскоре грянул гром.

Вы знаете, я не филолог, не литературовед, не критик, я обычный читатель. Я не хочу проводить анализ того, что же автор хотел сказать своим произведением и правильно ли я его поняла. Поняла я его по-своему, и для меня моя версия является верной. Эта книга показала мне как болезнь близкого человека, будь она физической или психической (а может даже не болезнь в привычном смысле этого слова), затрагивает жизни окружающих людей. Она показала мне последствия, показала то, что хотелось бы избежать, что порой избежать трудно, но что нужно пережить. Наверное, благодаря этой книге я стала сильнее внутренне. Поэтому от меня просто большое человеческое спасибо Борису Виану.

11 июня 2015 г., 09:05
4.5 /  3.990

Флэшмоб 2015
5/11

Где-то посреди флэшмоба меня накрыл сюр...
Собственно, этой фразы вполне достаточно для того, чтобы объяснить моё впечатление. В книге удивительно яркие образы, изумительные символы и потрясающие сравнения... При этом она грустна и музыкальна, насыщена запахами цветов и несчастливыми героями.
Такие книги нужно или читать в первоисточнике, или доверять уж самым сильным профессионалам перевода. Мне повезло. Этот роман Виана переводила Лилиана Лунгина, а она, как оказалось, не только интересная и сильная женщина (что я узнала недавно из её автобиографического повествования), но и блестящий переводчик, что стало ясно сразу же, как только я открыла первые страницы этого романа.
Многие предыдущие рецензенты весьма ярко описали свой шок от первых фраз романа, и я признаюсь, что несмотря на свою готовность к нестандартности текста, тоже не ждала такого лихого разгона. Начинается книга просто пиршеством образов, ярких персонажей, неожиданных характеристик и вообще всей этой музыки и пустозвонства. Первые несколько страниц я хохотала в голос. Постепенно история становится романтичной, нежной, а в конце - и вовсе печальной. Но игра слов, невероятные сочетания смыслов, удивительные фразы - на мой взгляд, были главными героями книги. Словом, я не претендую на абсолютную истину, и просто обозначу, что меня в этом романе прежде всего покорил язык. Все эти волшебные сравнения, все эти абсурдные события. Линия фанатизма по отношению к Жану-Солю Партру задела меньше. На мой взгляд, её здесь многовато, как и всех отсылов к реальным личностям типа герцогини де Будуар. Уверена, что тут хватило бы двух-трех намеков, а уж если Виану так необходимо было излить свою желчь (или иронию), он легко мог посвятить этой теме отдельную историю.
А книга эта - безусловно - о любви. О времени, в котором нет у человека иной точки опоры, кроме любящего близкого. О невозможности жить без такой опоры. О том, что дар любви щедро раздается разным людям - не только достойным уважения серьезным писателям, но и разгильдяям, пустышкам и вертопрахам. И любовь обогащает. Наполняет смыслом и светом жизнь тех, кому она дарована...

все 396 рецензий

Читайте также

• Топ 100 – главный рейтинг книг
• Самые популярные книги
• Книжные новинки
203 день
вызова
Я прочитаюкниг Принять вызов