Цитаты из книги Самый сумрачный сезон Сэмюэля С

Смит. Официант. Официант. Да, сэр. Смит. Коктейль. Официант. А именно, сэр, какого вида и свойства. Смит (застигнут врасплох. Этим неожиданно заботливым отношением, каковое прежде ему в поездах не встречалось). А что бы вы могли посоветовать. Официант. Хотите стриптиз — наши ночные пассажиры очень любят. Смит. Простите, не понял вас. Официант. Я сделаю вам стриптиз, сэр. Смит. Ни в коем случае. Официант. Дело в том, что так называется коктейль, с вашего позволения. Смит. В таком случае сделайте его двойной крепости.

Энн Мартин. Ладно. Поеду. Смит (улыбка, теплая, как вечная весна). Мисс Мартин. Мне было бы жаль, если б вы не решились. Энн Мартин. Ох, как бы потом мне не было жаль.

*** (Непринужденный возврат к проблемам реальности при снисходительном сознании того, что тело — одно, другое ли — не так уж важно, когда красивых тел перевидано вдоволь.)

* Ширл. Где-то мои тут вещи. Сумочкa. Мне нaдо включить свет. Смит. Кaк ты вошлa в темноте, тaк и уйдешь отсюдa непросветленной. * Смит. Звучит, конечно, пакостно и даже подловато. Особенно в этой тьме. Но я не мог не спросить, потому что, не сделай я этого, вселенная помчится дальше уже без нас. *** Вы знаете, это важный момент в моей жизни. Знакомство с вами. Нет, правда-правда. Это же колоссально: все лезут вон из кожи лишь бы показать, как они хорошо устроены в жизни. И вот те раз. Увидеть человека, который хочет показать, как он хорошо устроен в смерти.

Ты извини меня опять-таки, Всевышний, но как же ты меня допустишь-то к себе, ведь я пришел из той страны внизу, где ни разочка даже не пролил слезу. Ну что ты, сын мой, я же вижу, ты же никому и никогда не причинил вреда, одна бутылочка шампанского туда, одна сюда, так это разве повод для стыда.

***

Ночами Альфонс А спал как убитый и воскресал, только когда пора было вставать. И снова двигаться сквозь освещенные просторы Восточного Бронкса. Но прежде встать в нижнем белье неописуемого вида перед открытой дверцей холодильника. Ноги скрестив, в позе задумчивости сжевать ломтик ананаса и кофейного кекса с орехами.

***

На ступеньках станционной платформы Франц — четкий черный силуэт, закованный в одиночество и викторианский костюм.

***

Так, сидя в городском саду, Франц говорил с Арлингтон-стрит, а она обращалась к кварталам Бойлстона. Исповедальня под открытым небом. По мере продвижения беседы Франц оживлялся. Она сказала, что приехала сюда с той стороны Земли. Известие, которое ожгло Франца испугом. Однако той стороной Земли оказалась Новая Зеландия; Франц был о ней наслышан. Еще она сказала, что ее муж бостонец. Такое Францу тоже слышать приходилось.

***

(Входит мисс Мартин, ей идет двадцать шестой год и серое шерстяное платье.)