Цитаты из книги Профессор и чудовища

...поэтический гений, а именно это нам хотят объяснить, был истрачен на бесполезную тему. Так, словно Мильтон попытался бы изложить историю о Джеке и Бобовом Стебле возвышенным стихом. Даже если бы Мильтон это сделал (а он был способен и на худшее), нам следовало бы задуматься и решить, действительно ли его поэтическое мастерство не оказало никакого влияния на тривиальный сюжет, как алхимия подействовала на простой металл, и остался ли он по-прежнему простым и ничтожным, когда процесс трансмутации был завершен. Величественный тон и чувство достоинства — одно это говорит, что над «Беовульфом» трудился ум возвышенный и созерцательный. Кто-то возьмется утверждать: невозможно, чтобы подобный человек написал более трех тысяч строк, доведенных до совершенства, на сюжет, который не заслуживал бы самого серьезного внимания и который остался слабым и приземленным даже после того, как труд был завершен. Или что в подборе материала, в расстановке приоритетов он мог продемонстрировать детскую простоту, которая по уровню уступает образу мыслей героев, выведенных им в своей поэме. Мне кажется куда более вероятной любая теория, которая подразумевает, что у созданного им был план, выстроенный достаточно прочно, чтобы выстоять и по сей день.

Тем не менее у нас есть возможность наблюдать, как по сцене, увешанной коврами преданий об упадке и гибели, шествуют hæleð [герои]. Читая его поэму именно как поэму, а не как собрание эпизодов, мы обнаруживаем, что тот, кто написал hæleð under heofenum (словарь дает значение «герои под небесами» или «могучие мужи, ходящие по земле»), возможно, подразумевал - и так же думали его слушатели - eormengrund - великую землю, окруженную garsecg - безбрежным морем под недосягаемой крышей неба; и там, словно стоя в круге света, озаряющего их жилища, храбрые мужи вступают в битву с враждебным миром и исчадием тьмы, и эта битва кончается для всех, даже для королей и героев, полным поражением и гибелью.

По выражению Кера, «северным богам присуща бьющая через край невоздержанность в ведении войны, которая роднит их скорее с титанами, чем с олимпийцами; но они находятся на правой стороне, хотя эта сторона и терпит поражение. Побеждает сторона Хаоса и Безумия» — мифологически представленная чудовищами — «но побежденные боги не считают свое поражение ниспровержением». И люди в этой войне — избранные соратники богов, способные, будучи героями, разделить это «идеальное сопротивление, совершенное, ибо безнадежное».

He who in those days said and who heard flæschama 'flesh-raiment', ban-hus 'bone-house', hreðer-loca 'heart-prison', thought of the soul shut in the body, as the frail body itself is trammelled in armour, or as a bird in a narrow cage, or steam pent in a cauldron. There it seethed and struggled in the wylmas, the boiling surges beloved of the old poets, until its passion was released and it fled away on ellor-sið, a journey to other places 'which none can report with truth, not lords in their halls nor mighty men beneath the sky' (50-52). The poet who spoke these words saw in his thought the brave men of old walking under the vault of heaven upon the island earth beleaguered by the Shoreless Seas and the outer darkness, enduring with stern courage the brief days of life, until the hour of fate when all things should perish, leoht and lif samod. But he did not say all this fully or explicitly. And therein lies the unrecapturable magic of ancient English verse for those who have ears to hear: profound feeling, and poignant vision, filled with the beauty and mortality of the world, are aroused by brief phrases, light touches, short words resounding like harp-strings sharply plucked.