Цитаты из книги Тайная дипломатия во время первой мировой войны

В начале января 1915 г. папа издал декрет о том, чтобы «во всем католическом мире воссылались смиренные молитвы к богу, чтобы его милосердие ниспослало столь желанный мир».

Когда французские епископы стали рассылать этот наказ в свои епархии, правительство запретило его размножение и распространение.

Но этот запрет был сразу же отменен, когда архиепископ Парижа и другие французские прелаты, как сообщил русский посланник в Ватикане, «без колебаний разъяснили в пастырском послании, что под миром, о коем молит папа, вовсе не надо непременно разуметь мира немедленного, во что бы то ни стало, мира ради мира, а мира как нормы человеческого бытия, мира прочного и длительного. А такой мир может быть основан только на справедливости, на уважении взаимных прав; а потому всякий верующий волен понимать его как осуществление стремлений именно своей родины и государства».


Среди крупных магнатов были священнослужители, из числа которых в Венгрии большинство епископов владело более 35 тыс., а некоторые — более 100 тыс. акров земли. Вместе с землями, принадлежавшими монастырям, церковные владения в общей сложности составляли в 1914г. 2250 тыс. акров.

В Европе самой богатой, пожалуй, была австрийская римско-католическая церковь с ее несметными владениями и огромными доходами. Годовой доход архиепископа Ольмюцского достигал 60 тыс. фунтов стерлингов и, по-видимому, был самым большим в Европе.

Однако последним и для того времени наиболее при-мечательным поборником этого лагеря из представителей левых кругов был редактор газеты «Аванти». Незадолго до этого он метал громы и молнии против «давнишнего штампа», при помощи которого «за последние тридцать лет отечество объявлялось в опасности» и таким образом «выкачивалась кровь из обреченного на нищету пролетариата». Он презрительно объявлял национальный флаг «тряпкой, которую надо водрузить на навозной куче», и бранил «международный милитаризм» за его «оргии разрушения и смерти». 27 июля 1914 г. он требовал, «чтобы наш нейтралитет был полным». В августе он предупреждал: «Рабочие... люди, которые подстрекают вас к войне, предают вас». 8 сентября он глумился: «Нас призывают оплакивать мученичество Бельгии. Мы являемся свидетелями сентиментального фарса, инсценированного Францией и Бельгией.
Все воюющие державы одинаково виновны...» Но уже 19 октября он возвеличил этот «фарс» до уровня «великой и трагической драмы», по отношению к которой «социалистам невозможно оставаться простыми зрителями», и стал одним из главных глашатаев Антанты. Этого человека звали Бенито Муссолини.

Оттоманские турки спешат спасти других представителей своей расы, живущих в рабстве и невежестве. Ирредентизм... есть политическая и социальная необходимость для турок... Если бы все турки в мире сплотились в одну огромную общину, образовалась бы сильная нация...»

Среди «объектов турецкого ирредентизма» фигурировали «Сибирь, Кавказ, Крым, Афганистан... долины Волги и Камы в Европейской России.., населенные четырьмя или пятью миллионами турок...»

Следовательно, «пантюркистские устремления не могут быть полностью осуществлены, пока не сокрушен московский исполин... Если русский деспотизм... будет уничтожен храбрыми армиями Германии, Австро-Венгрии, Турции, тогда от тридцати до сорока миллионов турок получат независимость. Вместе с десятью миллионами оттоманских турок они образуют нацию.., которая так продвинется вперед к великой цивилизации, что, вероятно, сможет сравниться с германской цивилизацией... В некотором отношении она достигнет превосходства над вырождающейся французской и английской цивилизацией».

Свержение феодального режима Абдул-Хамида младотурецким комитетом «Единение и прогресс» в 1908 г. представляло собой буржуазную революцию. Ее начало ознаменовалось обещаниями и ожиданиями либеральных реформ. Но так как народные массы не приняли самостоятельного, активного участия в ней, не выдвинули какой-либо политической и экономической программы, движение привело лишь к незначительным переменам. В октябре 1911 г. конгресс комитета принял решение о том, что «создание новых партий... должно пресекаться, а появление новых «либеральных» идей — предотвращаться».