Цитаты из книг — Эдвард Люттвак

Именно в этом заключается суть вооруженного принуждения: когда объективную истину подменяет масса впечатлений, тогда возникает множество ошибок и торжествует обман.

По классическому определению, великие державы — это государства, достаточно сильные для того, чтобы вести войну собственными силами, то есть не полагаясь на союзников. Но это определение ныне устарело, поскольку сегодня вопрос заключается не в том, как можно воевать, с союзниками или без оных, а в том, можно ли вообще…

Наиболее бескорыстное вмешательство в войны других народов — это оказание гуманитарной помощи. Оно же оказывается и наиболее разрушительным.

Когда солдаты США прибыли в Боснию после Дейтонских соглашений 1995 года, им был отдан строгий приказ избегать вооруженных столкновений, и именно в силу этого приказа в последующие годы они не смогли арестовать известных военных преступников, проходивших через их контрольно-пропускные пункты. Говоря более обобщенно,…

Уинстон Черчилль находился точно в таких же обстоятельствах; человек сильных и неудержимых чувств, он, видимо, попал в тот же вихрь эмоций, усугублявшийся куда более значительной личной ответственностью. Ведь именно его отказ принять мирные предложения Гитлера в июне 1940 года вызвал гибель 93 000 британских мирных…

Такова парадоксальное следствие отказа от ядерной войны, внушавшей жуткий страх, но все таки малоразрушительной в случае использования зарядов малой мощности. Этим последствие могло стать еще больше разрушений - неядерных, конечно, однако чрезвычайно болезненных для затронутого войной населения.

Увещевание всегда было прерогативой лидеров противоборствующих сторон; устрашение может оказаться успешным лишь в том случае, если политики верят в угрозу и при этом считают, что наказание превзойдет потенциальные выгоды.

Мир может послужить истоком войны разными способами, несмотря даже на то, что мир есть лишь отрицательная абстракция, которая не может содержать в себе никаких саморазрушительных явлений, тогда как война содержит в себе разрушение, которое постепенно разрушает саму войну.

Иными словами, вследствии ослабления собственного позитивного действия можно потерять больше,чем выиграть в результате ослабления новой угрозы со стороны противника.

На войне способность к дальнейшему продолжению действий в конце концов ограничивается саморазрушением войны: будь то вследствие систематических бомбардировок промышленных предприятий, как во Второй мировой, или в силу преобладания числа убитых над естественным ростом населения боеспособного возраста, как в битвах…

Но в ходе войны перспективы смещаются. Итоги, на которые надеялись изначально, все чаще сравнивают не с уже принесенными жертвами, а с теми жертвами, которые, как представляется, придется принести, если сражения не закончатся. Даже если «партия войны» или ее лидер остаются у власти, их амбиции могут уменьшиться или даже…

Война может стать началом мира благодаря полной победе одной стороны над другой, или из-за полного истощения обеих, или (чаще всего) потому, что конфликт целей, изначально вызвавший войну, разрешился в силу преобразований, которые сама война несет с собою. Пока сражения продолжаются, ценность всего того, что можно…

Враждебные отношения национальных лидеров и правительств друг с другом точно так же подчиняются логике стратегии, как и взаимодействие сражающихся вооруженных сил. Но национальным лидерам несравненно труднее понять эту логику за всеми хитросплетениями многообразных уровней войны в целом.

Гораздо более обычным делом является чрезмерность успешной защиты в военных действиях на суше. Аванпост, укрепленный район или город с гарнизоном, сознательно оставляемые впереди главных оборонительных линий или же остающиеся отрезанными в ходе отступления, вполне могут служить защитой, обеспечивая предупреждение,…

Например: хотя вооруженные силы являются крупнейшей из всех социальных институций, они не могут свободно добиваться экономии за счет эффекта масштаба роста серийного производства, приобретая вооружение и экипировку. Удручающее единообразие — проклятие современного индустриального общества, но также и ключ к его благам: на…

Обязывающий к действиям вывод для воюющих стран ясен: в условиях ограниченных ресурсов, принимая решение о том, в какие из новых разработок нужно вложиться, имея выбор конкурирующих научных концепций и инженерных решений, безрассудно полагаться исключительно на суждения ученых и инженеров. Хотя и среди них встречаются…

Полезный срок действия технических нововведений определяет полезность их эффективности — вот мысль, приводящая в крайнее замешательство ученых и инженеров, для-которых обычно полезность (utility) и эффективность (performance) — одно и то же. Но это верно лишь в том случае, если эффективность воздействует на неодушевленные…

Несколько менее очевидна связь между самим успехом новых устройств и вероятностью их возможной неудачи: ведь любой внимательный противник сосредоточит усилия в первую очередь на том, чтобы выработать контрмеры против того вражеского оборудования, которое кажется в данное время самым опасным.

Поражение — гораздо лучший наставник, чем победа. Неудача обостряет критические способности и ослабляет сопротивление переменам, свойственное защитникам статус-кво, поэтому предложение способа исправить ситуацию, скорее всего, не вызовет сильного отпора.