13 лет помогаем находить
интересные книги
  • 20 700 000оценок книг
  • 1 100 000рецензий на книги
  • 44 500 000книг в коллекциях
Зарегистрируйтесь или войдите
Пароль будет создан автоматически и отправлен вам на почту, или ввести пароль самостоятельно
3324 552 149
Daniel Pennac
Добавить в избранное в избранном 50 3678

Даниэль Пеннак — о писателе

Биография

Даниэль Пеннак (наст. имя — Даниэль Пенначиони (Daniel Pennaccioni) - французский писатель.

Родился в 1944 году в Касабланке (Марокко), в семье военного. По происхождению корсиканец. Детство и юность он провел в гарнизонах во французских колониях — в Африке и в Юго-Восточной Азии.

Образование Пеннак получил в Ницце. В школе Даниэль был плохим учеником, однако под конец учёбы стал делать необыкновенные успехи благодаря влиянию четырёх преподавателей, которых Пеннак вспоминает в своей книге «Chagrin d'école», и любви. Итогом всех влияний стал сначала бакалавриат, а затем и лицензиат по французскому языку и литературе, который дал право Пеннаку преподавать в колледжах. Лицензиат Пеннак получил…

Изображения автора

Библиография

Титулы, награды и премии

2007 — Премия Ренодо (Prix Renaudot). Та еще премия - её материальное выражение выражается вот в чем: год спустя после присуждения премии в честь лауреата устраивается веселый обед, что вполне в духе лауреата и его литературы.

Интересно еще вот что: книга Пеннака «Школьная тоска» (Chagrin d'école) не значилась в шорт-листе, но председатель жюри Патрик Бессон подсунул ее на десятом туре голосования, а другой член жюри Жан-Мари Гюстав Леклезио (нобелевский лауреат 2008 года, между прочим) очень энергично её поддержал.

Это первая престижная премия для Пеннака, который одно время был самым продаваемым писателем во Франции с циклом романов о Бенжамене Малоссене.

Интересные факты

«Я постоянно слышал этот семейный анекдот, что мне понадобился год, чтобы выучить букву а. Буква а — за год. Просторы моего невежества начинались с непреодолимой буквы б.
— Без паники, к двадцати шести годам он будет знать алфавит в совершенстве, — шутил мой отец».
(«Chagrin d’école»)

В 1985 году преподаватель мировой литературы Даниэль Пеннак заключает пари с другом, что сможет написать детектив из «черной серии». Так появляется первая книга из «Саги о малоссенах» «Людоедское счастье» («Au bonheur des ogres»). Уже в самом названии проявляется сущность преподавателя литературы. Название книги – это аллюзия на название романа Эмиля Золя «Дамское счастье» («Au Bonheur des Dames»), в котором…

Ссылки

Премии

Лауреат
2002 г.Премия Гринцане-Кавур (Международная премия)
1987 г.Премия Мишеля Лебрена (Премия за детективный роман на французском языке от города Ле-Ман, Фея Карабина)

Рецензии

Оценка the_mockturtle:  5  

Милый дедушка Константин МакарычДаниэль Пеннак,
и пишу тебе письмо. Книжка твоя и впрямь как роман. Научно-фантастический. Особенно когда твой лирический герой "Парфюмера" старшеклассникам читает, и ни одна зараза по смартфону вконтактике не чатится, с соседом не шепчется и капусту на волшебной ферме не выращивает. И всем в детстве непременно читают вслух, а чтоб родитель заявлял во всеуслышанье, что сроду книжек в руках не держал и ничо, в люди выбился, такого в ваших Франциях в помине нет. И оценки по литературе у вас там, похоже, не ставят, а если ставят, то всем пятерки, чтоб, значит, интерес к чтению не отбить.
А у нас в вузе за такое сразу выволочка. То деканат шпандырем отчешет, а то министерство образования как возьмет типовую программу и давай ейной содержательной частью в харю… Развернуть 

Оценка Obright:  5  

Это эссе я читала с улыбкой и соглашалась с каждым словом автора. Обязательно к прочтению всем родителям и учителям литературы)
Автор составил 10 прав читателя:
1. Право не читать.
2. Право перескакивать страницы.
3. Право не дочитывать книгу.
4. Право перечитывать.
5. Право читать что попало.
6. Право на боваризм.
7. Право читать где попало.
8. Право втыкаться.
9. Право читать вслух.
10. Право молчать о прочитанном.

P.S. так просто и так гениально)

Истории

Её величество Книга или о Любви к Литературе

Уважаемый мсье, Пеннак! Пишет Вам Алина, человек, которому очень близко всё то, о чём вы рассказываете в своём замечательном творении! Браво! Оно преисполнено любви к Книге, Чтению, Детям, Читателям, Слову! У меня не хватит слов, чтобы описать, сколько чувств и эмоций эта книга открыла и пробудила во мне! Этого не рассказать!

Дорогие друзья! Истории про это эссе я уже рассказывала (здесь и здесь). Иногда довольно полезно перечитывать книги, чтобы сравнить впечатления и эмоции по прошествии времени. Пожалуй, впервые за всё время обитания на этом сайте я написала настолько длинную рецензию на вот эту прекрасную книгу, что, видимо, она просто не умещается в стандартных рамках. Для того чтобы это исправить, часть текста я переношу сюда. Не сделать этого просто-напросто не могу, поскольку из неё я вынесла очень большое количество полезных мыслей, цитат и наблюдений.

Просто почитайте!

Рождение ЧИТАТЕЛЯ!

В этой части эссе автору удалось филигранно передать тончайшие эмоции, чувства и переживания читателя, его пошаговую эволюцию! Это просто волшебство! Магия!

Выводы:

1. Читать нужно исключительно по любви, ведь глагол «читать» не терпит повелительного наклонения.

2. Описания в книгах могут быть слишком длинными. Это может быть скучно, а может стать предметом дискуссии взрослых и детей.

3. Произошла значительная эволюция: мы живём в век аудио, видео и гаджетов, а в 19 веке писателям приходилось всё подробно описывать.

То же самое и с глаголом читать: от его употребления с частицей «не» в повелительном наклонении до обратного!

4. Близость родителей и детей, которую так важно сохранить, так приятно вспомнить:

Ах, какими мы были педагогами, когда и думать не думали о педагогике! Мы отменно разожгли в нём читательский аппетит. Единственной нашей целью было его удовольствие. С самого его пробуждения к языку мы рассказывали ему всякие истории. Нас вдохновляла его радость. Его восхищение нас подстёгивало. Мы создали ему целую вселенную. На пограничье дня и ночи мы становились для него писателями. Если мы просто читали вслух — мы всё равно были его личным романистом, единственным в мире рассказчиком. Мы помогали ему надеть пижаму грёз, прежде чем укрыться одеялом ночи. Мы были его Книгой.... С этой близостью мало что может сравниться.


Мы были его Книгой. А он был настоящим читателем. Мы составляли с ним в те времена чудесную пару!
Он узнал от нас о книге всё, когда сам ещё не умел читать. Мы открыли ему бескрайний мир фантазий, приобщили к радости путешествий со скоростью мысли, одарили вездесущностью, освободили от неумолимого Хроноса — Времени...

Этот вечерний ритуал чтения, когда он был маленьким, был сродни молитве.

Каждый вечер, в один и тот же час, после дневной кутерьмы наступало затишье, непременная встреча, вопреки любым обстоятельствам, миг сосредоточенного молчания перед первым словом рассказа...

Да, вечернее чтение выполняло самое прекрасное предназначение молитвы — самое бескорыстное, наименее отвлечённое, чисто человеческое. Мы возвращались в единственный рай, который чего-то стоит: близость. Мы открывали для себя едва ли не главное предназначение сказки, и в целом, — искусства... Любовь выходила из этого обряда обновлённой. Всё это давалось даром.



Даром. Именно так он и чувствовал. Подарок. Минута вне всех минут. Вопреки всему. Вечерняя сказка освобождала его от груза дня. Он отплывал в странствия с попутным ветром, ощущая несказанную лёгкость, а ветром был наш голос. За путешествие с него не брали ни гроша, ничего не требовали взамен... В той стране всё было даром. Дар, единственная валюта искусства. Из этих странствий он возвращался немым. Наступало утро, все брались за другие дела.


Итог: Три года вечерних сказок у детской кроватки — прекрасно. Тысяча девяносто пять сказок... 1095, ничего себе цифра!

5. Существуют целые книжные миры и они весьма разнообразны.

6. Чтение уводит нас от реальности, чтобы напомнить её смыслом.

7. Между книгой и кирпичами много общего. Был маленький читатель, жадный до информации, знаний и книг. Шло время. Он менялся. Здорово, если ребёнок, а впоследствии и взрослый человек останется активным читателем, жадным до знаний и полезной информации, любознательным и разносторонним. Однако, не всегда так бывает. Случается вот что:

И вот теперь он, подросток, сидит, закрыв дверь, в комнате за книгой, которую не читает. Перед ним окно, за спиной — закрытая дверь. Страница 48. Он не решается сосчитать, сколько часов добирался до этой сорок восьмой страницы. Хоть бы ещё диалоги были. Ага, щаз-з! Сплошные чёрные строчки между узенькими полями, абзацы громоздятся один на другой, да изредка то там то сям — оазис диалога — тире, которое означает, что один персонаж что-то говорит другому. Дальше — опять монолит на двенадцать страниц! Двенадцать страниц сплошной печати! Не продохнуть! Ну нечем же дышать! Книга — кирпич на голову; спрессованная вечность, материализовавшаяся скука. Вот что такое книга. Каждая книга — груз и тянет его вниз. Вот только что он уселся за стол — легко уселся. А уже через несколько страниц почувствовал до боли знакомую тяжесть — тяжесть книги. Веки тяжелеют. Книга тянет его ко дну. И они тонут вместе.


8. При чтении всё надо воображать. Это творческий процесс. Добавлю ещё, что книги — это магия, волшебство. Когда слова складываются в предложения, рисуют в воображении разные волшебные миры и уносят читателя. Ковёр-самолёт! Не меньше. В сказках столько ЧУДЕС, красивых слов... а чего стоят любимые эпизоды!

Не помню, кто именно сказал, что лучший кинотеатр в мире — это мозг, и ты это понимаешь, когда читаешь хорошую книгу.
Абсолютно согласна.

9. О современном телевидении:

— Глупость, пошлость, насилие, какую программу ни возьми... Прямо караул! Невозможно включить телевизор, чтоб не наткнуться...
— А японские мультфильмы... Вы видели японские мультфильмы?
— Дело не в программах... Само по себе телевидение... его доступность... пассивность телезрителя...
— Ну да, сел, включил...
— Знай щёлкай пультом...
— С программы на программу...
— Ну хоть от рекламы избавляешься...
— Да и того нет! Они же гонят её синхронно. Переключаешься с одного ролика, попадаешь на другой.
— А то и на тот же самый!

Молчание.



Одним словом, много чего можно сказать, пытаясь объяснить отчуждение между читателем и книгой. В этом виновато не одно только телевидение, общество или школа. Так что же всё-таки произошло? Куда девалась наша близость и откуда взялся он теперешний, уткнувшийся в книгу-стену, в то время как мы пытаемся его понять, обвиняя наш век и телевизор. Что же всему виной — телевизор? Слишком визуальный двадцатый век? Слишком описательный девятнадцатый?

10. Волшебное слово «Школа» и её роль в воспитании:

Школа подоспела как раз вовремя. Она взяла будущее в свои руки. Читать, писать, считать... Он горел истинным энтузиазмом. Неужели палочки, крючочки, кружочки и хвостики складываются в буквы? Здорово! А буквы — в слоги, а слоги, один к одному, — в слова... Чудо, да и только! Например, м-а-м-а, хвостик, два крючочка, кружочек, крючочек, опять хвостик и два крючочка, ещё один кружочек и крючочек, и получается «мама». А дальше — шеренги первых букв... Вот уж неудобная буква — с перекладиной, но это ещё цветочки по сравнению с двойным пируэтом «ф»... В одно прекрасное утро на белом листе, прямо тут перед ним безмолвно расцветает слово: «мама», написанное его собственной рукой...


Вспомнилось, как меня в своё время не слушалась буква «в» — рисовалась в другую сторону и всё тут!

Появляется неимоверная радость от самостоятельно написанных слов! Ура! Восторг и неподдельная радость от достижений!

Очень важно: поймав энтузиазм ребёнка, поддержать его и продолжать читать. Вместе! Не бросать!!! Ведь это как и с ходьбой.

Ошибочно думать, что

Теперь он был «большим», мог читать сам, мог один, без поддержки, идти по территории знаков...


Важно помнить: первоначально, читая ребёнок неосознанно угождает родителям, заглушая свою возможную внутреннюю неуверенность. А это не обязанность. Это должно быть удовольствием! С пользой! Для развития!

Что ещё важно? Проявить ТЕРПЕНИЕ. НЕ БРОСАТЬ. ШАГ ЗА ШАГОМ. СЛОВО ЗА СЛОВОМ. ОТ НАЧАЛА ДО КОНЦА. СНОВА И СНОВА. НЕУСТАННО. Сотни, а то и тысячи раз.

Важно сохранить контакт, узнавать и интересоваться, понимает ли он смысл прочитанного? Что ты сейчас прочёл? Про что здесь говорится?

11. Взгляд родителей на происходящее:

Мы не забыли о своих родительских обязанностях, ничего подобного. Мы не забросили его, доверив школе. Напротив, мы неусыпно следили, как идут дела. Учительница знает нас как родителей внимательных, не пропускающих ни одного собрания, «идущих на контакт». Мы помогали с домашними заданиями. Нужно непременно прочитывать вслух положенную страницу в день и понимать смысл прочитанного. Иногда мы тревожились. Тревога очень скоро заставила нас сравнивать его с другими детьми его возраста.


Важно понимать ребёнка, ему тоже непросто.

С ним всё в порядке, просто он движется в своём ритме, вот и всё, а этот ритм не обязательно тот же, что у кого-то другого. Не существует всегда равномерно поступательного движения жизни, есть ритм ученика-читателя. В этом ритме бывают свои ускорения и свои внезапные откаты, свои периоды ненасытности и долгие сиесты переваривания, своё стремление к успеху и свой страх не оправдать надежд...

Важно помнить:

Ребёнок — изначально хороший читатель, каким и останется, если окружающие взрослые поддержат его энтузиазм, поощрят его желание учиться, будут сопутствовать ему в его усилиях, согласятся жертвовать вечерами, заставят заиграть настоящее, не потрясая угрозой будущего, не позволят себе превратить в повинность то, что было удовольствием, будут поддерживать это удовольствие, заложат в основу этого процесса бескорыстие и вместе найдут в нём радость.


12. Надо признать, что в отсутствии желания читать виноваты не только школа, общество, телевизор. Зададим себе вот какой вопрос: что мы то сделали с идеальным читателем, каким был наш ребёнок в те времена, когда сами мы были сразу и сказителем, и книгой? Мы же предали его! Да ещё как! Мы составляли нераздельную Троицу — он, сказка и мы. Теперь он оставлен один на один с враждебной книгой. Лёгкое течение нашей речи делало его невесомым. А теперь перед ним непроглядное кишение букв душит саму попытку почитать. Мы приобщили его к путешествиям со скоростью мысли, а теперь он раздавлен усилием. Мы одарили его вездесущностью, а теперь он — узник своей комнаты, класса, книги, строки, слова.

И в довершение всего — телевизор, возведённый в ранг награды, а чтение, низведённое в ранг повинностей.Так делать точно НЕ НАДО!!!

13. Интересная мысль о чтении:

Ребёнку не слишком интересно совершенствовать инструмент, посредством которого его мучают; но, если постараться, чтобы этот инструмент служил ему для получения удовольствия, он скоро и без вас им увлечётся. Придают большое значение поиску наилучших методик обучения, изобретают письменные столы особой конструкции, всевозможные таблицы. Средство, куда более верное, чем все вышеупомянутые, и о котором всегда забывают, — это желание научиться. Любая методика сгодится. Живой интерес — вот великая движущая сила, единственная, которая ведёт в правильном направлении и далеко.


14. Поль Валери, выражая величайшее почтение к школьному образованию, говорит самое главное, что можно сказать о любви к книге:

Милые барышни, не со словаря и синтаксиса начинается для нас Литература. Вы просто вспомните, как Словесность входит в нашу жизнь. В самом нежном возрасте, едва перестают нам петь колыбельные, под которые младенец улыбается и засыпает, наступает эра сказок. Ребёнок пьёт их, как пил материнское молоко. Он требует продолжения и повторения чудес; он — публика, неумолимая и совершенная.


15. Что делать, если радость чтения вдруг отлучилась? Она совсем рядом. Вернуть её легко. Нужно только не ждать, чтобы прошли годы.

Сделать нужно вот что: достаточно дождаться вечера, войти к нему в комнату, сесть на кровать и возобновить наше общее чтение.

Читать.
Вслух.
Даром.
Его любимые сказки.

Что вас ждёт: поначалу он ушам своим не поверит. Мы не спрашиваем ни о чём. Мы просто читаем. Даром. Мало-помалу он расслабляется (мы тоже). К нему возвращается выражение мечтательной сосредоточенности, и мы узнаём его привычное вечернее лицо. А он узнаёт нас. По голосу, снова нашему. Наконец-то. В первые минуты он уснёт, почувствовав такое облегчение...

На следующий вечер мы снова вместе и читаем ту же сказку. Он попросит почитать ему её, ту же самую, желая удостовериться, что вчера ему не привиделся сон. Повторение успокаивает. Оно — свидетельство близости.

— Ещё!

По большому счёту это означает «ведь мы с тобой любим друг друга, нам достаточно без конца перечитывать одну сказку!»

Перечитывать не значит повторяться, это значит давать каждый раз новое доказательство неутомимой любви.

Итог: вернулось таинство Троицы: он, книга и мы. И так до тех пор, пока он не пресытится текстом и не потребует перейти к другому. Он снова открыт любому повествованию!

Надо читать (догма). Если сказать об этой части эссе в двух словах, то такой подход к чтению не работает и крайне непродуктивен. Автор продолжает делиться с читателем интересными мыслями и наблюдениями, размышляя о самых разных вещах и аспектах педагогики. Здесь мы с Вами видим уже повзрослевшего, большого читателя, наблюдаем за эволюцией его поведения и развитием.

Это выглядит примерно так:

Дом опустел, родители легли, телевизор выключен, он снова один... один на один со страницей 48. Он храбро берётся за дело. Страница подгоняет страницу. Слова книги так и пляшут между наушниками его плеера. Безрадостно пляшут. Ноги у них как свинцовые. Одно за другим они падают, как загнанные лошади. Он продолжает читать, не оглядываясь на труппы слов. Слова испустили смысл, мир их буквам. Эта гекатомба не пугает его. Он читает, будто идёт на врага... Долг — вот что им движет.


Можно ли при таком подходе чего-то добиться? Можно!

Книга для него — как пустая тарелка.

Малыш растёт, точнее, теперь он уже подросток. Его заботливые родители переживают. Они пытаются понять в чём причины разрыва между некогда идеальным читателем и книгами, выяснить, чем можно помочь и что с этим делать.

Выглядит это так:

— И что самое странное, ребёнком он очень много читал... прямо запоем. Правда, дорогой?
Дорогой кивает: запоем.


Дальше очередная педагогическая супернаходка: телевизор мы ему смотреть запретили! Никакого телевизора на протяжении учебного года, таков наш твёрдый принцип!

Ну да, ну да... А что взамен? А взамен — фортепиано с пяти до шести, гитара с шести до семи, танцы в пятницу, дзюдо, теннис, фехтование в субботу, лыжи с первого снега, парусный спорт, керамика в дождливые дни, ритмика...

Ага! Чудесно! Просто супер! Можно конечно понять родителей, которые стараются обеспечить ребёнку всестороннее развитие.

Получаем в итоге: но вот литература... Как вы думаете, он не останется на второй год из-за неуспеваемости по литературе? Печально... Очень печально.

О чём ещё в этой части эссе? О самых разных вещах.

Например, о типах читателей:

Есть такие, кто никогда не читал и не видит в этом ничего зазорного: другим читать некогда, о чём они во всеуслышание сожалеют; есть такие кто не читает романов но читает «дельные» книги, или эссеистику, или научные труды, или биографии, или книги по истории; есть такие, кто читает что попало; есть такие, кто читает запоем, и глаза у них горят; есть такие, кто читает только классиков, месье, «потому что нет лучшего критика, чем время»; и такие, что всю свою взрослую жизнь только и знают, что «перечитывают», и такие, что прочли последнюю вещь такого-то и самую последнюю другого как-его-там, потому что, согласитесь, месье, надо же быть в курсе...


Все единодушны и согласны с тем, что читать нужно. Отвечая на вопрос «Зачем читать?» приводят целый ряд доводов и аргументов:

— Чтобы расширять кругозор.
— Чтобы учиться.
— Чтобы получать информацию.
— Чтобы знать, откуда мы появились.
— Чтобы знать, кто мы.
— Чтобы лучше понимать других.
— Чтобы знать, куда мы идём.
— Чтобы сохранить память о прошлом.
— Чтобы ориентироваться в настоящем.
— Чтобы перенимать опыт прошлых поколений.
— Чтобы не повторять глупости наших предков.
— Чтобы выиграть время.
— Чтобы укрыться от действительности.
— Чтобы искать смысл жизни.
— Чтобы понять основы нашей цивилизации.
— Чтобы утолять свою любознательность.
— Чтобы развлечься.
— Чтобы повышать культурный уровень.
— Чтобы общаться.
— Чтобы развивать своё критическое чутьё.


Весомый такой список. И аргументы железные.

А что если немного сместить фокус и попробовать посмотреть на всё происходящее с позиции учителя?

Пожалуй мы увидим вот что:

Дорогой, ты ждёшь от них правильных сочинений по тем романам, которые ты им задаёшь, ждёшь, чтобы они правильно трактовали стихи, которые ты выбираешь, чтобы на экзамене они тонко анализировали тексты по твоему списку, чтобы они со знанием дела «комментировали» или с умным видом «резюмировали» то, что сунет им под нос экзаменатор... По сути, все хотят, чтобы дети успевали в школе, вот и всё!


Ох уж эта школа! Школьная программа!

Пеннак довольно щедро делится с читателями своим учительским опытом и разработками, он достаточно откровенен:

Все свои познания в области литературы я приобрёл вне школы... Голоса поэтов смешиваются в моей памяти с голосами тех, кто меня с ними познакомил: многие шедевры немецкой романтической школы я не могу перечитывать, не вспоминая при этом интонаций взволнованного и звенящего голоса... Сколько я себя помню, всё время, пока мы были детьми и сами читали с трудом, было заведено читать нам вслух.


Дай Бог здоровья Борисовой Ираиде Федоровне! И Низамовой Мунире Низамовне! Семинары по литературе проходили в чудесной атмосфере!

Очень обидно, что зачастую роль школы всегда и везде сводится к тому, чтобы обучить приёмам, натаскать в комментировании и, уничтожив непосредственную радость чтения, затруднить доступ к книге. В этом контексте школа — фабрика необходимых знаний, преподаваемые предметы — орудия воспитания ответственности. Программы, оценки, экзамены, аттестации подчиняются конечной цели образования — конкурентоспособности и в первую очередь, рынку труда.

На этом фоне чрезвычайно важна Личность учителя, его огромный жизненный опыт, Любовь и Уважение к Ученикам и Предмету.

Ведь, если школьнику попадается иной раз учитель, у которого хватает энтузиазма наслаждаться, к примеру, математикой, который преподаёт её как чудесное искусство и заставляет полюбить, заражая своей любовью и радостью жизни, благодаря чему все усилия превращаются в удовольствие, то происходит настоящее Чудо!

Глубоко убеждена, что в любой профессии чрезвычайно важно Призвание! А особенно это касается таких социально-значимых областей, как педагогика и медицина. Важна любовь преподавателя к детям и к профессии! Я бы даже сказала, что Любовь — это Движущая Сила!

Книги открывают целый мир, и помогают расслабиться.

А если более буднично, то книга — убежище от перестука дождя, ослепительная тишина страницы в гуле метро, роман, пристроенный в ящике стола.....

Душевно так.

Довольно часто бывает вот так:

Удовольствие от прочитанной книги мы чаще всего ревниво храним в тайне. Прежде чем мы сможем сказать хоть слово о прочитанном, нам надо позволить времени проделать тонкую работу перегонки. Книга прочитана, но мы всё ещё в ней. Одна лишь мимолётная мысль о ней открывает нам путь в убежище, куда можно скрыться. Она ограждает нас от Большого Мира. Предоставляет нам наблюдательный пункт, расположенный очень высоко над пейзажем обстоятельств.


Чтение — это то, чем делятся. Но делятся далеко не сразу и с большим выбором. Если бы мы подсчитали, сколькими читательскими впечатлениями мы обязаны Школе, Критике, всем средствам массовой информации, а сколькими, напротив, другу, однокласснику и семье — результат ясно показал бы: лучшим, что мы прочли, мы обязаны чаще всего тому, кто нам дорог.

И с тем, кто нам дорог, мы об этом и заговорим.

Так что, уважаемая аудитория Livelib, Вы мне очень дороги! И я с радостью делюсь с Вами своими впечатлениями о прочитанном.

Портрет очень хорошего учителя, любящего литературу, книги, детей, а главное — горящего желанием передать свои знания, умения и опыт окружающим, выглядит примерно так:

Он появлялся во вторник утром, встрёпанный, прикатив на ржавом синем мотоцикле, надышавшись ветром и холодом. Он вываливал на стол целую сумку книг. И был сама жизнь. Из этой кучи он выуживал книгу, косился на нас, испускал довольный смешок, от которого и у нас разгорался аппетит, и начинал читать. Читая, он расхаживал по классу, одна рука в кармане, другая, с книгой, протянута, будто, читая, он эту книгу нам дарил. Его чтение было подарком. Взамен он ничего не требовал. Когда кто-то из нас отвлекался, он на миг останавливался и, глядя на витающего в облаках, подсвистывал. Не укорял, весело звал вернуться. Он никогда не терял нас из виду. Даже углубившись в чтение, смотрел поверх строк на нас. Он инстинктивно чувствовал объём пространства и наших мозгов. Был естественным резонатором любого текста, воплощением книги, книгой в человеческом образе. Слушая его, мы вдруг понимали, что всё это писали для нас. Неожиданное открытие после стольких лет занятий в школе, где изучение литературы удерживало нас на почтительном расстоянии от книг. Что же он делал такого, чего не делали другие учителя? Ничего. Можно даже сказать, что он делал гораздо меньше всех них. Вот только он не отмеривал нам литературу по капле аналитической пипеткой, а щедро подносил полной чашей... И мы понимали всё, что он нам читал. Не было толкования текста более ясного, чем интонации его голоса, он выявлял подтекст, раскрывал намёки...

Он преподавал у нас всего один час в неделю. И этот час был подобием его сумки. Он говорил с нами обо всём. Он принимал нас за тех, кем мы были, — юных бакалавров, которые заслуживают знаний. Всё было здесь, вокруг нас, всё шумело жизнью. Нам хотелось читать, вот и всё... После того как он умолкал мы опустошали все библиотеки. Мы ныряли в книги. Он как бы невзначай, оставил нам в наследство неслабое желание передавать полученные знания. Вот этот учитель не вдалбливал знания, он дарил то, что знал. Главное, он читал нам вслух! И безоглядно верил в наше желание понять... Помогал нам добраться до книги.



Мне вспомнился предмет «Аналитическое чтение»!

Мы читали много разных произведений, анализировали, высказывали свою точку зрения, находили разные стилистические приёмы. Было здорово!

Конечно, довольно часто бывали такие моменты, когда в силу загруженности, мы ограничивались кратким содержанием того или иного произведения, которое сводилось к 3-4 листам. И такое бывало!

Когда во главу угла поставлен призыв, а точнее приказ «Надо читать!» — это не всегда верно!

Всегда будут те из учеников, которые открывают книгу без помощи учителей, они будут и дальше читать, как читали. Самые яркие объяснения, как маяки, помогут самым любознательным из них ориентироваться в океане чтения. Тех, кто не читает можно научить комментированию (читаем десять строк, размазываем на 10 страниц), они поднатореют в технике конспектирования (проглядываем 400 страниц, сводим к 5), в умненьком выуживании цитат из кратких изложений, научатся орудовать скальпелем построчного анализа и станут специалистами в хитроумном манипулировании избранными отрывками, что обеспечит им сначала степень бакалавра, а затем и место на кафедре...

Возможно... Полюбят ли они от этого читать? Вопрос остаётся открытым. На мой взгляд, если душа к этому не лежит, то может что-то и выйдет.... Но всё равно это будет не совсем настоящее... Суррогат что ли.

Дать им читать. В этой части автор предлагает, что называется, отпустить вожжи и посмотреть, что будет, если ученикам позволить просто читать. Он проводит педагогический эксперимент, а ещё щедро делится своими наработками и наблюдениями.

Представьте себя на месте учителя.
Возьмём обычный класс. Человек 30-35 подростков. И они попадают в Ваши руки. Чрезвычайно интересно за ними наблюдать. Они заполняют читательские карточки сродни личному дневнику. Пишут вот это:

Мне совсем не даётся математика...
Учить языки мне неинтересно...
У меня не получается хорошо писать...
В книгах слишком много слов...
Наверное, я недостаточно стараюсь...
Я плохо понимаю...
Много пропустил....
Мне это слишком трудно...
У меня не хватает подготовки....
Не умею думать...
Не умею говорить...
У меня плохая память...


Да уж... Как-то безрадостно.

Глядя на них, создаётся впечатление взрослости. Их причёски, наряды, плееры, калькуляторы, манера общаться, самоуверенность наводят на мысль, что они, возможно, куда лучше приспособлены к современности, чем учитель. Больше о ней знают... Что именно они знают? В том-то и загадка. Нет ничего загадочнее, чем видимость взрослости.

По сути дела они потерялись между двумя мирами и с обоими потеряли контакт. Конечно же они крутые, продвинутые, пофигисты, уже не маленькие, их задолбали требования школы. И да, они не могут дождаться, когда же уже наконец станут взрослыми.

Они не любят читать как нечто само собой разумеющееся. Как факт. Слишком много слов в книгах. Страниц тоже. И вообще слишком много книг...

И тут учитель открывает портфель, достаёт жуть какую огромную книгу и говорит им:

Просто послушайте... Расслабьтесь, садитесь поудобнее... Просто слушайте.... Не надо ничего записывать...


Серьёзно??? Скажет тоже! Мы уже не в том возрасте! (Секрет в том, что возраста для этого удовольствия не существует!)

А куда себя девать-то в 4 стенах без ручки и бумаги. Ну ладно, попробуем. Все готовы? Скептически, но слушают. Роман. О чём?

Про что? Трудно сказать, пока не прочтёшь.

Если кто-то уснул на уроке, не надо его будить! Уснуть под колыбельную — первая из радостей чтения! Снова маленький, доверчивый..... Когда проснулся... О боже! Что там было то у мадам Гайар! Я всё проспал! Это так мило!

Результат? А в результате ни один из 35 противников чтения не стал дожидаться, пока учитель доберётся до конца той или иной книги. Он дочитал её раньше! Зачем откладывать на неделю удовольствие, которое можно получить сегодня вечером?

У детей просыпается явный интерес...
Кто такой этот Зюскинд? По-французски пишет? Читают! Хотят читать!

Пусть суждения ещё не зрелые, формулировки не отточены... но это придёт... пусть читают... всё придёт.

Заслуга учителя между тем невелика. Они боялись, что не поймут. Роман в первую очередь должен утолить нашу жажду интересных историй.

А что делаем мы?

Мы давно уже обратились к голубому экрану, который работает бесперебойно, как конвейер, нанизывая мультфильмы, сериалы и триллеры в нескончаемое ожерелье из штампов, выдавая ежедневный паёк фантазий. Мы забиваем ими голову, примерно также, как набивают суррогатами брюхо: есть сытость, но нет питательности. После так же пусто, как до.


Читая вслух «Парфюмера» мы познакомились с Зюскиндом, но не только. Мы услышали его голос (позже в сочинениях они назовут это «стиль»).

Наслаждение сюжетом дополняется обаянием стиля. Голос одного автора, пусть даже и через двойной фильтр перевода не похож на других. И вот что удивительно: Зюскинд, Маркес или Бальзак, каждый говоря своим языком, обращаются именно ко мне, рассказывают свою историю только мне и никому другому, и я не путаюсь, а выбираю то, что мне больше нравится.

И это чудесно!

Произошла трансформация: они были замкнуты, зажаты перед закрытой книгой. Теперь же вольно плавают на её развернувшихся страницах. Ура!

Да, конечно, когда вы нам читаете, месье, это помогает, но я так люблю побыть один на один с книгой... И всё же, истинная радость от чтения и состоит в открытии этой необычайной личной связи: автор и я...

Голос учителя избавил от усилий расшифровки, чётко обрисовал ситуации, расставил декорации, облёк плотью персонажей, выделил темы, оттенил нюансы... Выполнил свою функцию... Но ведь он не более, чем сваха. Теперь настало время тихонечко, на цыпочках удалиться.

Когда они видят перед собой гигантский кирпич, вдобавок к которому прилагается крупный шрифт, большие поля, много воздуха на страницах, то у них появляется страх и паника! Они боятся нескончаемости!

Книга сулит им бесконечную пытку. Перед ними айсберг, не меньше...
Но вот, с помощью учителя, они видят как он тает буквально на глазах! Только представьте: было два толстенных тома, а осталось всего каких-то 50 страниц... Наташа выходит за Пьера Безухова и конец!

Откуда взять этот пресловутый час на чтение? Где найти время читать? У кого отнять? У друзей, телека, вечеров в кругу семьи, уроков? Серьёзная проблема, которая и не проблема вовсе. Ведь, время читать, как и время любить, расширяет время, состоящее из минут и часов. Метро в этом смысле может быть величайшим в мире читальным залом.

Время есть всегда. Вопрос в том, на что его тратить и есть ли желание. И ещё в том, подарю ли я себе счастье быть читателем или нет.

Контрольные и зачёты по литературе или внеклассному чтению при желании могут стать облаком! Единственное условие для этого — ничего не требовать взамен. Совсем ничего. Никаких предварительных сведений, ни единого вопроса, ни малейшего задания. Не надо добавлять ни слова к словам прочитанных страниц. Никаких оценок, объяснений лексики, анализа текста, биографических данных.

Чтение — подарок. Просто читать и ждать. Наблюдать. Пробудить любознательность. А дальше быть готовым к шквалу вопросов. Примирившись с книгами, эти подростки сами, без принуждения, пройдут путём, который ведёт от романа к его автору, а от автора — к его эпохе, от прочитанной истории — к её многогранному смыслу.

Нет лучшего способа пробудить читательский аппетит, чем подразнить запахом аппетитного чтения.

Читать истории вслух можно и нужно, но этого мало. Надо уметь их рассказывать.

Рассказать роман так несложно. Трёх слов иногда достаточно. Если бы все умели писать аннотации в таком ключе, сколько бумаги это сэкономило бы!

Бедная школьная программа! Сама по себе программа не при чём. Она будет пройдена, а техника отработана: сочинение, анализ текста, развёрнутый комментарий, короткий пересказ, обсуждение. Готово!

«Отстоем» тексты, входящие в программу, делает только одно: страх. Страх не понять, неправильно ответить, перед текстом как таковым... Всё это топит смысл в русле фразы.

Важно помнить и понять, что книги писались не для того, чтобы мой сын, дочь, молодёжь их комментировали, но для того, чтобы, если душа лежит, они их читали.

Очень правильный подход к делу в вопросе о книгах:

Если преподаватели взяли теперь за правило подходить к литературному произведению как к научно-исследовательской задаче, для которой хорош любой ответ, лишь бы он не был очевидным, боюсь, студенты никогда не откроют для себя удовольствие просто читать роман...


Задача хорошего преподавателя как раз в этом и состоит: открыть для учеников всю прелесть чтения как процесса, чтобы они получали от этого максимум пользы и удовольствия.

Если учитель смог вложиться в учеников, донести до них эту простую суть всем своим Сердцем и Душой, то происходит Чудо!

Итог. Они всё поняли! Текст поняли! Он перестал быть загадкой, а удовольствие его понимать увлекает до опьянения!

И в результате все 35 индивидуальностей раскрываются во всём своём разнообразии!

Благодарю за внимание! У меня всё!

История произошла: 15 апреля 2019 г.
Развернуть
Уважаемый Даниэль Пеннак, Вы сотворили ЧУДО!

Чудо!

Никак иначе!

Взяли за руку и провели по моему читательскому пути, начиная с детства и заканчивая настоящим моментом.

Это чудесно и прекрасно!

Поразительно, но на эту книгу я набрела случайно, уже после окончания филологического факультета. Если бы она попалась мне гораздо раньше, возможно, её содержание было бы не столь понятно, однако, есть вероятность, что читала бы тогда с гораздо большей охотой и желанием.

Эта история будет в дальнейшем дополнена, поскольку невозможно сразу после прочтения вспомнить все те моменты, которые вновь предстали передо мной как живые благодаря этому великолепному эссе. Это настолько близко, понятно и знакомо! Я благодарна своей alma mater, всем тем преподавателям, благодаря которым сейчас вы видите эти строки.

Рекомендую эту книгу всем и каждому: для души, для себя, для общего культурного развития!

Ура! Как хорошо, что есть такие литературные сокровища!

Развернуть

Цитаты

Ответственность — такая штука: очень трудно найти, кто бы взял её на себя, зато легче лёгкого придумать, на кого её взвалить, если дело приняло дурной оборот

Человек строит дома потому, что живет, а пишет книги потому, что смертен и знает это. Он живет в коллективе потому, что он – общественное животное, но читает потому, что одинок и знает это.

Лайфхаки

Стать достойным собаки

если у вас есть собака или когда она у вас будет, не становитесь дрессировщиком, но и не позволяйте себя дрессировать. Объясняю: не вступайте в ряды хозяев, гордых тем, что превратили свою собаку в коврик, или в хищника, или в заводную куклу. «Смотрите, какая у меня умная собака», – словно говорят постоянно такие люди; и когда они хвалятся умом своего животного, не что иное, как безграничная глупость, читается на их лицах самодовольных дрессировщиков.
Но не позволяйте и себя дрессировать. Не становитесь одним из тех, что полностью подчиняются всякой прихоти своей собаки и чья жизнь сводится к одному: у них есть собака.
Какой-то минимум дрессировки, конечно, необходим. Но надо уточнить, что мы подразумеваем под этим словом. Правильная дрессировка – это такая, которая заставляет… Развернуть 

Если Вы чего-то сильно боитесь, поступайте, - как советует ниже автор, и, когда успокоите свою совесть и душу, - спокойно полагайтесь на собственные силы, и, - все у Вас будет хорошо, ибо, - на Бога надейся, а сам не плошай!!!

… всю жизнь в разъездах… при этом панически боится самолетов.
Мы идем к выходу под руку.
– Каждый раз, как ему предстоит лететь самолетом, он отправляется в церковь помолиться, в кирху спеть псалом, в мечеть прочесть суру, не забывая заглянуть и в синагогу…
И, уже взявшись за ручку двери, добавил:
– И знаете, что он делает потом?
Нет, я не знал.
– Он звонит в авиакомпанию, чтобы убедиться, что пилот не верит в Бога!

Регистрация по электронной почте
Пароль будет создан автоматически и отправлен вам на почту, или ввести пароль самостоятельно
Регистрация через соц. сеть
После регистрации Вам будут доступны:
Персональные рекомендации
Скидки на книги в магазинах
Что читают ваши друзья
История чтения и личные коллекции