665 147 40
Thomas Clayton Wolfe

Томас Вулф — о писателе

Родился: 3 октября 1900 г., Эшвилл, шт. Северная Каролина, США
Умер: 15 сентября 1938 г., Балтимор, шт. Мэриленд, США

Биография

Томас Вулф — американский писатель, представитель «потерянного поколения».

— Смотрите, — сказал он наконец, — вот книга, её написал исполин, который родился в Эшвилле, штат Северная Каролина, в 1900. Он давно уже обратился в прах, а когда-то написал четыре огромных романа. Он был как ураган. Он вздымал горы и вбирал в себя вихри. 15 сентября 1938 он умер в Балтиморе, в больнице Джона Хопкинса, от древней страшной болезни — пневмонии, после чего остался чемодан, набитый рукописями, и все написаны карандашом.

Рэй Брэдбери. «О скитаньях вечных и о Земле»


А ведь, казалось бы, трудно представить себе двух менее похожих, родственных писателей. Тончайший стилист и психолог Рэй Брэдбери сумел в…

Библиография

1929 — Взгляни на дом свой, ангел / Look Homeward, Angel (1929)
1935 — Of Time and the River: A Legend of Man's Hunger in His Youth (1935)
1935 — From Death to Morning (1935)
1936 — The Story of a Novel (1936)
1937 — The Lost Boy (1937)
1939 — Паутина и скала / The Web and the Rock (1939) издано посмертно
1940 — Домой возврата нет / You Can't Go Home Again (1940) издано посмертно
1940 — The Hound of Darkness
1941 — The Hills Beyond
1948 — Mannerhouse
1951 — A Western Journal
1956 — The Letters of Thomas Wolfe
1961 — Short Novels of Thomas Wolfe
1970 — The Mountains
1983 — Welcome to Our City
1983 — Beyond Love and Loyalty
1983 — My Other Loneliness
1995 — The Party at Jack's
1997 —…

Книги

Интересные факты

На могиле писателя высечены слова из его романа «Взгляни на дом свой, ангел»:

Последнее путешествие самое длинное, самое прекрасное.

Рецензии

Weeping_Willow

Эксперт

Эксперт Лайвлиба

16 декабря 2015 г. 22:59

6K

5

Мне надоело гнить тут, - сказал Бен. - Я предпочту гнить где-нибудь в другом месте

Феноменально. Так о людях с их высокими чаяниями и мелкими страстишками, о пространстве горных долин в окружении россыпи звезд, о бегущем и ползущем времени мог бы написать сам Всевышний. Когда слова становятся глиной жизни, подслушанный плеск воды внутренних морей - нашептывает сюжет, а симфония тысячи мелочей дарует каждому главную роль - вдруг начинаешь воспринимать жизнь как мириады единственных в своем роде мгновений, Человека - как сумму бесценных случайностей, судеб и решений. И кажется, что в любом из миллионов жалких домишек таится странная погребенная жизнь, тончайшая сокрушенная романтика и что непрерывно и неявно темное чудо случайности творит новое волшебство в пыльном мире.

Суть романа…

Развернуть
nata-gik

Эксперт

Эксперт Лайвлиба

14 февраля 2017 г. 11:27

6K

5 Око бури

Вот он, тот образ, над которым я долго думала, пытаясь определить свое понимание Большого Американского Романа. Человек в своей маленькой точке относительного спокойствия в окружении бушующего мира, летящей Истории, грандиозных событий. И всегда центр – это именно человек, максимум – семья. И их жизнь и судьба в центре Вселенной. "Взгляни на дом свой, ангел" – идеальный пример такого Романа. Граница веков, Мировая война, Великая Депрессия – все это проходит по роману пунктиром. События происходят, герои в них участвуют, но всегда остается ощущение неизменности и глубине их внутренних, "простых человеческих" забот, проблем, радостей и горестей. Это главная характеристика такого произведения: ощущение первичности жизни отдельного человека над мощью колеса истории.

Еще "Око бури" – это сам…

Развернуть

Истории

1 апреля 2017 г. 00:26

6K

Электрический разряд большой мощности.

…камень, лист, ненайденная дверь; о камне, о листе, о двери. И о всех забытых лицах.

Много лет назад, на вопрос с подвохом «Какую бы книгу вы взяли с собой на необитаемый остров?» я, минуя все условия, отвечала – Полное собрание сочинений Эмиля Золя. После этого количество любимых писателей выросло в разы (хотя Эмиль Золя по-прежнему на моем книжном Олимпе). И все же, мне сложно назвать всего одну книгу, которую я была бы готова читать до конца своих дней. До недавнего времени. Но этой осенью я встретила ЕЁ. Книгу, которую я готова не то, что до конца дней своих читать, но боготворить, молиться и безмолвно восхищаться. И, наверное, мои слова звучат как ужасное богохульство (слава богам, я атеистка и не попаду в ад)), но я, в самом деле, готова канонизировать автора (хотя, к слову, читаю его произведения не в первый раз) потому как он написал ЭТО.

Нагие и одинокие приходим мы в изгнание. В тёмной утробе нашей матери мы не знаем её лица; из тюрьмы её плоти выходим мы в невыразимую глухую тюрьму мира.

Стояла жаркая сочинская осень. Каждое утро я добиралась на работу в переполненных микроавтобусах. Всю дорогу на работу приходилось стоять в пробке, и чтобы не опоздать к первому уроку, я вставала в 5.30, выходила из дома в 6.30 и можно догадаться, что если мне и удавалось сесть, моя поездка больше была похожа на борьбу со сном, чем минутное счастье почитать книгу. Но в то утро, синее, звонкое, и, кажется, впервые за долгое время, прохладное, я открыла новый файл. Томас Вулф – хорошо помню, какое неизгладимое впечатление произвел на меня этот американский писатель в романе «Домой возврата нет». Значит можно читать. «Взгляни на дом свой, ангел» - да, да. Когда-то мне посоветовали прочесть именно это произведение. Начало трилогии, если я не ошибаюсь. Отлично. Я легкомысленно провожу пальцем по дисплею, пробегаю глазами обращение к читателю, и начинаю часть первую…

Кто из нас знал своего брата? Кто из нас заглядывал в сердце своего отца? Кто из нас не заперт навеки в тюрьме? Кто из нас не остаётся навеки чужим и одиноким?

Первые же слова о камне, листе, двери… словно ударяют током. Я потрясенно поднимаю глаза и невидящим взглядом смотрю за окно, пытаясь осознать.
Я возвращаюсь. Перечитываю. Опять и опять. …камень, лист, ненайденная дверь; о камне, о листе, о двери. И о всех забытых лицах. Вновь и вновь. Изумление. Я не могу понять причины, откуда это? Что это? Каким образом слова, какие бы то ни было, но ведь просто слова – символы на сером дисплее электронной книги, значки, буквы, как они могут оказывать такой эффект? Что со мной? Как можно было написать это?

Дальше...

21 января 2015 г. 19:24

5K

"А потому, если кто-нибудь из читателей назовет эту книгу "автобиографической", писателю нечего будет возразить - ведь, по его мнению, все сколько-нибудь серьезные романы автобиографичны, и трудно вообразить более автобиографичную книгу, чем "Путешествие Гулливера". (...) Теперь, перед ее опубликованием, он решительно утверждает, что книга эта - вымысел и что он не давал в ней портретов живых людей". - Томас Вулф в предисловии "К читателю" к роману "Взгляни на дом свой, ангел". Странно так получается, что если автор книги напишет, что прототипов героев не существует и все, что живет на бумаге не имеет предыстории в жизни, то не редко…

Развернуть

Кураторы

Смотрите также

Понятно
Мы используем куки-файлы, чтобы вы могли быстрее и удобнее пользоваться сайтом. Подробнее