Не пропусти хорошую книгу
  • 15 000 000оценок книг
  • 940 000рецензий на книги
  • 58 000 000книг в коллекциях
Зарегистрируйтесь или войдите
Пароль будет создан автоматически и отправлен вам на почту, или ввести пароль самостоятельно

Элли против Дороти: «Горький» сравнивает главных героинь сказок Александра Волкова и Лаймена Фрэнка Баума

gorky.media
Источник: gorky.media

Автор: Евгения Губская

На книгах Александра Волкова выросло не одно поколение читателей, и многие из них знают, что «Волшебник Изумрудного города» — это переработка сказки Лаймена Фрэнка Баума «Великий Чародей страны Оз». Произведения эти на первый взгляд так похожи, что сложно отдать предпочтение одному из них. «Горький» решил расставить точки над i и попросил Евгению Губскую сопоставить главных героинь сказок, чтобы читатель смог наконец решить, которая из них ему больше по душе.

Дороти Гейл и Эля Кузнецова (шутки в сторону, Элли Смит) — девочки с разными именами, но похожими сказочными судьбами: из родного Канзаса они попадают в волшебную страну, встречают там пугало, дровосека и льва и идут в Изумрудный город к волшебнику. Давайте прогуляемся вместе с ними и разберемся, чем же они отличаются друг от друга. Я сравнивала «Волшебника Изумрудного города» в редакции 1959 года с переводом сказки The Wonderful Wizard of Oz (1900), выполненным Ольгой Варшавер, Дмитрием Псурцевым и Татьяной Тульчинской.

Баум, горе-бизнесмен, неудавшийся актер, неудачливый заводчик декоративных кур и малоизвестный журналист, опубликовал свою знаменитую сказку на рубеже столетий, между Гражданской войной и Великой депрессией. До «Великого чародея страны Оз» американские дети читали полные насилия сказки «Красная шапочка», «Гензель и Гретель» и печальную «Русалочку». Как выразился сам Баум в предисловии, это были «леденящие кровь сюжеты, посредством коих авторы подводили устрашенного маленького читателя к неизбежной морали». Баум же хотел порадовать и развлечь детей, а не напугать и усмирить их.

Александр Волков, учитель математики, ценитель иностранных языков и литературы, опубликовал первую редакцию «Волшебника Изумрудного города» в 1939 году, между сталинскими репрессиями и Великой Отечественной войной. Детская литература в СССР должна была воспитывать будущих коммунистов, безыдейность и развлекательность не приветствовались. Постановление ЦК ВКП(б) о борьбе с космополитизмом, переписка с редакторами издательств и режиссерами да и общая атмосфера сделали свое дело: Волков переписал «Волшебника» (и не раз). В Канзасе дела пошли заметно лучше, у Элли появились родители, Волшебная страна стала менее доступной, а ураган из случайности превратился в происки злой ведьмы.

А теперь, наконец, в путь! We off to see a Wizard, a wonderful Wizard of Oz!

giphy.gif

Родной Канзас

Канзас Дороти Гейл — безжизненная степь и одинокий облупленный домишко. Над этой местностью властвует природа: степные вихри тут не редкость, солнце палит немилосердно, выжигая жизнь из всего вокруг: из травы, пашен, даже из тети Эмилии, которая приехала сюда юной, цветущей барышней. Теперь же и она, и дядя Генри стали такими же серыми, как сама степь.

Канзас Элли Смит — обширная степь с пашнями, засеянными кукурузой и пшеницей, и бедно обставленный дом-фургон. У них есть соседи: дети Боб и Дик, старый Рольф, который делает детям игрушки. Пес Тотошка не был единственной радостью Элли, а «широкая степь не казалась ей унылой», ведь она не знала других мест.

Как видно, Элли жилось намного веселее, чем Дороти. И тем удивительнее звучит разговор Дороти с Болвашей:

— Зачем же возвращаться в этот скучный Канзас, ведь у нас так хорошо…
— Эх ты, соломенная голова!.. Родина, даже серая и скучная, лучше любой, самой распрекрасной страны. Все люди это понимают.

Дороти, как и Элли, рвется домой — не только к тете и дяде (Дороти сирота), но и на родину.

Родители

У Дороти есть только дядя Генри и тетя Эмилия. Нельзя сказать, что их беспокоит образование Дороти, и только одна фраза дает понять, что они вообще разговаривают друг с другом: «тетя Эмилия говорит, что все волшебницы и колдуньи давно умерли». Когда начинается буря, тетя велит Дороти лезть в погреб и, перепуганная, спускается туда первой. Буря уносит домик вместе с Дороти и Тото, никто не пытается ее спасти.

У Элли есть родители. Папа учит ее грамоте, она сама читает книги и беседует с мамой о волшебниках. Когда ураган уносит Элли, мама отчаянно пытается ее спасти, но в итоге «осиротевшие отец и мать» долго смотрят в темное небо.

Когда Дороти впервые говорит, что хочет вернуться домой, ее тревожит, что за нее волнуются дядя и тетя. Уже позже она заговорит о Канзасе и родине. А что говорит Элли Виллине, первой волшебнице, с которой она встречается в Волшебной стране? «У нас дома лучше. Посмотрели бы вы на наш скотный двор! Посмотрели бы вы на нашу пестрянку, сударыня! Нет, я хочу вернуться на родину, к маме и папе…» Она хочет к родителям, но в первую очередь вспоминает скотный двор и пестрянку.

giphy-4.gif

Еще пара деталей. В первой главе Элли мечтает о туфельках, и мама ей обещает, что папа обязательно купит их на ярмарке. Когда Элли после долгого путешествия и разлуки с родителями возвращается обратно в Канзас, она сразу вспоминает об этом обещании: «Я была в Волшебной стране Гудвина, но я все время думала о вас… и… ездил ли ты, папочка, на ярмарку?»

Дороти же переживает, что из-за ее возможных похорон тетушке придется тратиться на траурное платье.

С учетом всего этого кажется странной фраза Волкова: «Я <…> вытравил типичную для англосаксонской литературы мещанскую мораль». Кхм.

Мотивация

Переходим к самому кардинальному, но не вполне очевидному различию между Дороти и Элли — к их мотивации. Обе девочки прибывают в сказочную страну и встречают там добрую волшебницу. Обе они получают предсказание, которое и ведет их по сюжету добрую половину книги.

У Баума Волшебная грифельная доска Доброй Северной волшебницы говорит: «ПУСТЬ ДОРОТИ ИДЕТ В ИЗУМРУДНЫЙ ГОРОД». Там живет великий Чародей, он-то и поможет ей вернуться в Канзас.

Волшебная книга Виллины для Элли приберегла другое напутствие: «Великий волшебник Гудвин вернет домой маленькую девочку <…>, если она поможет трем существам добиться исполнения их самых заветных желаний».

Что следует из этого небольшого отличия? То, что баумовская Дороти шла к Озу, а по дороге по собственной воле помогала Болваше, Жестяному Дровосеку и Боязливому Льву, а Элли обязана была и помочь. Была ли ее помощь бескорыстной? Мы не знаем. Стала бы она брать Страшилу, Железного Дровосека и Трусливого Льва с собой в Изумрудный город, если бы не предсказание? Непонятно.

Кое-что сообщают нам следующие ситуации:

1. Когда Элли беседует с жевунами и узнает, что у них было одно-единственное заветное желание на всех, да и то она невольно выполнила (ее домик раздавил Гингему), она говорит: «Тогда мне нечего здесь делать. Я пойду искать тех, у кого есть желания».

EQ9H.gif

2. Элли спрашивает Страшилу, есть ли у него заветное желание. Тот просит снять его с кола, но потом оказывается, что это желание было не самым заветным. «Как же тебе не стыдно обманывать?» — упрекает девочка нового друга.
3. В дальнейшем Элли ведет учет заветных желаний и радуется, когда их набралось три штуки.

Волков хотел держать читателя в напряжении, и отчасти это объясняет появление заветных желаний. В комментариях к изданию 1959 года он писал, что хотел придать всем действиям Элли целеустремленность. Но этот сюжетный ход повлиял и на характеристику персонажа. Выполнение условий волшебного договора волнует Элли не меньше, чем судьба ее товарищей.

Везде враги, нас окружают!

Насколько безопасно путешествие Дороти и Элли в Изумрудный город? Дороти с самого начала знает, что ее защищает поцелуй Доброй Северной волшебницы, а «обидеть того, на ком поцелуй Северной волшебницы, никто не посмеет» (впоследствии эта защита любовью перекочует на лоб Гарри Поттера). Важно, что Дороти знает: она может спокойно путешествовать и ее точно никто не обидит.

Элли, как оказалось ближе к концу сказки, тоже путешествовала под защитой серебряных туфелек Гингемы. Но она-то об этом не знала! Поэтому путешествие по Волшебной стране кажется ей гораздо более опасным.

Кроме того, у Волкова в разы больше врагов, настоящих и предполагаемых, начиная с барсука, который просто зашел в хижину в поисках еды: «Страшиле показалось, что Элли угрожает большая опасность». Барсук этот — придумка Волкова, у Баума такого не было.

Дальше Элли встретится страшный Людоед, который ударил Тотошку («из его ноздрей текли струйки крови»), хотел съесть Элли («связал и положил на кухонный стол, а сам принялся точить большой нож») и гнался за друзьями с дубиной. У Баума Людоеда нет, да и не могло быть: он избегал кровожадности и не хотел учить страхом.

Дворец Гудвина у Волкова «хорошо защищен от врагов» рвом и высокой стеной. Баум же описывает мирную жизнь на улицах Изумрудного города: «все на витринах было зеленым: леденцы, кукурузные хлопья, ботинки, шляпы и прочие вещи». О защищенности дворца и существовании каких-либо врагов не сказано ни слова.

В стране мигунов (они же моргачи) Элли и Дороти попадается общий враг — волки, вороны и черные пчелы во главе с Бастиндой (она же Злая Западная волшебница). Только вот у Волкова Бастинда не только заставляет Элли работать, но и угрожает: «если будешь плохо работать, побью тебя большой палкой и посажу в темный подвал, где крысы — огромные жадные крысы! — съедят тебя и обгложут твои нежные косточки!»

Но вот Бастинда растаяла и перестала запугивать мигунов/моргачей. «Мы так беспомощны и робки. Нам нужен государь, который мог бы защитить нас от врагов», — просят они у Железного Дровосека, то есть речь опять идет о потенциальных врагах. У Баума в том же месте читаем вот что: «Они упрашивали его остаться в замке и править этой страной, однако Дровосек твердо решил идти с друзьями».

Едем дальше и встречаем очередного антагониста: паучище в Дремучем лесу, который поедает зверей и высасывает из них кровь. Эта глава на удивление осталась нетронутой, хотя вызывала вопросы: в беседе с Волковым режиссер Сергей Образцов назвал Льва империалистом, так как тот добивается для себя царства.
О Фарфоровой стране, или Где заканчивается свобода?

giphy-5.gif

Зато о Фарфоровой стране поклонники Волкова ничего не знают, хотя она была у Баума, и этот эпизод добавляет красок к портрету Дороти. Сначала я никак не могла понять, зачем же Бауму понадобилась такая неостросюжетная Фарфоровая страна? Ответ лежал на поверхности, а точнее, в диалоге Дороти с фарфоровой принцессой. Девочка хочет забрать эту принцессу с собой в Канзас и поставить на полочку возле печки, но в ответ слышит: «О, я была бы у вас несчастлива <…> стоит нас отсюда забрать, как наши суставы твердеют, а уста немеют. Когда стоишь на каминной полке, шкафчике или письменном столе, ты просто красивая неживая безделушка. Поэтому в нашем собственном краю нам куда приятнее».

Дороти понимает, что свобода каждого заканчивается там, где начинается свобода другого. Неправильно делать несчастным другое существо, потакая своим прихотям. В Фарфоровой стране она учится не быть эгоисткой.
Один за всех и все за одного

Тем временем Элли с товарищами угрожает наводнение. Да, как раз в том месте, где у Баума располагается почти бессобытийная Фарфоровая страна, Волков поместил реку и наслал на друзей дождь, вихрь и грозу. «Две главы, замедляющие действие и прямо не связанные с сюжетом, я выбросил», — позже объяснит эту замену автор.

Как тут раскрывается Элли? Она отказывается использовать Золотую шапку, чтобы спасти себя и друзей от ненастья! Страшила боится лишиться зрения, слуха и дара речи, Дровосек с минуты на минуту будет обездвижен. Но Элли решает приберечь шапку несмотря на просьбы друзей. Нет, когда она поймет, что дело принимает совсем нехороший оборот, она решится использовать Летучих обезьян в третий раз, но уже поздно: ветер срывает шапку с ее головы.

На протяжении всего «Волшебника Изумрудного города» герои то и дело друг друга спасают: Элли снимает с кола Страшилу, смазывает маслом Дровосека, собирает их по частям после нападения Бастинды. Ее саму друзья спасают то от Людоеда, то от барсука, то выносят с макового поля. Вроде как все справедливо, но на самом деле она охотно спасает друзей ДО исполнения желаний, а после — уже не очень. А Волков то и дело подчеркивает, что она чуть важнее, чем остальные: «Несмотря на свою трусость, Лев был добрым товарищем и мне горько покинуть его здесь, среди проклятых маков. Но идем, надо спасать Элли», — говорит Страшила.

В конце повести Элли без вопросов отдает шапку Стелле словами: «Я собиралась передать ее Страшиле, но уверена, что вы распорядитесь лучше, чем он». То есть малознакомая волшебница — более надежный человек, чем проверенный и изрядно поумневший друг.

Что в этом месте у Баума? «Мне она теперь ни к чему, а вы сможете трижды призвать крылатых обезьян». До этой фразы не было наводнения, и Дороти не обещала отдать золотую шапку Болваше.

Вина и стыд — двигатели прогресса (хотя это не точно)

Поговорим о диалогах. Как Дороти и Элли разговаривают со своими друзьями и другими персонажами? Когда я перечитывала «Волшебника Изумрудного города», вот что бросилось мне в глаза: «вина», «стыд», «трусость» — эти понятия у героев повести Волкова постоянно в ходу. Я решила подсчитать, сколько раз упоминаются «вина», «стыд» и «трусость» в диалогах обеих сказок.

Вина, 0–6. Герои Баума вообще не склонны искать виноватых. У Волкова мерилом виноватости выступает Элли («Вы сами виноваты…» — говорит Элли Бастинде, когда та тает).

картинка Arlett

Стыд, 3–9. Стыдят у Баума только Оза («Только неужто не стыдно обманывать?»), а у Волкова стыдят всех кроме Элли, используя стандартную фразу «Как вам не стыдно!». Это пример классического газлайтинга — формы психологического насилия, главная задача которого — заставить человека сомневаться в адекватности своего восприятия окружающей действительности.

Трусость, 10–19. У Баума трусом назвают только Льва («Не хочу больше быть трусом…»), а у Волкова палитра трусов побольше: в эту компашку попали Страшила и Тотошка («Как тебе не стыдно обижать слабых! Ты просто трус!»).

«В сказках дети могут находить новые стратегии, как им справляться с сильными чувствами», — считает экзистенциальный психолог Екатерина Минаева. Она убеждена, что в переживании стыда и вины есть позитивный смысл. Стыд помогает понять, когда мы совершаем поступки, которые не соответствуют нашим моральным принципам, а благодаря чувству вины мы можем понять, что мы сделали не так. Но если родители часто манипулируют со стыдом, то, конечно, ребенок начинает болезненно это переживать.

Так что если вы видите в диалогах Волкова нездоровые способы общения, знайте: ваши дети могут взять их на вооружение.

Аллегория взросления

Сказка Баума кажется более просто написанной, более нейтральной. Она напоминает классические сказки, где любой из персонажей скорее символ, чем выписанный в мельчайших подробностях литературный герой. Дороти у Баума — девочка простодушная, если не сказать простенькая. Ей меньше повезло с родиной и семьей, и тем не менее она постоянно рвется обратно и беспокоится о родных.

Plate2.7-314x420.jpg У Волкова же главные персонажи оживают, перестают быть обтекаемыми символами: они более детально описаны и имеют богатую речевую характеристику. Даже второстепенные персонажи обросли литературным мясом — Волков уделяет время и стражнику, и кухарке Бастинды, и аисту, который спас Страшилу из реки.

Стиль Баума позволяет читателю собрать всех главных героев воедино и мыслить о них как о едином целом. Так, Дороти — это ядро личности, то, что заложено в детях с самого рождения: единство с матерью и домом. Болваша — ум, Дровосек — эмоции, а Лев — смелость, решительность. Они даже встречаются в сказке именно в том порядке, в котором каждый человек овладевает этими качествами: малыши не мыслят себя без родителей. Позже они «отрываются» от матери и пускаются познавать мир. Дальше их ждет школа, налаживание отношений с друзьями и любимыми. В итоге (и идеале) к каждому приходит уверенность в себе и своих силах, а за ней и умение по-взрослому принимать смелые решения. Все приключения этой великолепной четверки можно трактовать как процесс взросления, превращения ребенка во взрослого.

Такая трактовка возможна только при условии достаточной расплывчатости образов главных героев. То есть она невозможна у Волкова.

Так кто победил?

Если вам показалось, что Дороти обошла Элли по всем пунктам за исключением образования и начитанности, то вам не показалось.

«Великий Чародей страны Оз» Ф. Баума — это не просто сказка, но притча, аллегория взросления.

+ Дороти любит свою родину и родных безусловно и даже вопреки.
+ Друзьям она помогает исключительно по собственному желанию.
+ В стране Оз меньше врагов реальных и, что более важно, мнимых. Герои их себе не придумывают.
+ В Фарфоровой стране Дороти научилась уважать желания окружающих.
+ В диалогах герои Баума берегут друг друга и не манипулируют чувствами.
– В книге не упоминается, что Дороти любит читать и делает это часто.

«Волшебник Изумрудного города» — сказочная повесть, которую Волков вылепил из сказки Баума. Все, что отличает два произведения, должно было, по мнению Волкова, улучшить американскую сказку, но едва ли вышло так, как он хотел.

– Элли любит свою родину и родителей, ведь это несложно: родители заботятся о ней, папа обещает купить туфельки, а еще у них есть скотный двор и пестрянка.
– Любовь ее не безусловна, как не безусловна и помощь друзьям, ведь иначе она не сможет попасть домой.
– Мир Волшебной страны кишит врагами — по крайней мере, складывается такое впечатление, ведь даже замок Гудвина защищен от врагов (от каких?).
– Герои, в том числе главные и положительные, манипулируют друг другом, винят, стыдят и обзываются.
+ Элли образованнее, она много читает.

Дорогие присяжные заседатели, прошу удалиться в комнату совещаний для вынесения вердикта.

Я отдаю свой голос за Лаймена Фрэнка Баума и его «Великого Чародея страны Оз».

giphy-8.gif

Источник: Горький

Комментарии


Все доводы "аналитика" высосаны из пальца и ни чем, кроме её согласия с самой собой не подтверждаются.


Говорю вам как аналитик:
Волшебная страна Баума - это вечный детский сад, где детишки не взрослеют, взрослые не стареют, а конфликты разрешаются играючи.
Волшебная страна Волкова - это Россия, которую безуспешно пытаются загнать в угол, а в результате только прокачивают.

А если рассматривать вопрос патриотизма, то Дороти Гейл вместе с тётей и дядей перебирается в Волшебную страну и тусуется там долго и счастливо, так и не вырастая.
А Элли Смит остаётся в своём Канзасе. Которому за Волшебной страной не угнаться. Но который её родина. Вырастает. Идёт работать учительницей. А в Волшебную страну возвращается на то время, когда друзьям срочно нужна помощь.


Это и еще многое другое я имел ввиду, когда писал свое замечание. Спасибо.


Согласна. Надуманные выводы, подверстанные под общую "идею"


Оз не читала, просто не успела, а потом выросла. А Волшебник Изумрудного Города была просто книга про приключения. Куча приключений. Очень много приключений.
Детям не важно про что книги на самом деле, они воспринимают всё иначе. Когда мы вырастаем, то забываем об этом...


У меня в детстве была книга Волкова, но с такой отвратительной обложкой что я ее и не открывала. А в прошлом году все таки попыталась и обплевалась. По факту все истории под копирку - все плохо, потом приходит Элли и ничего не делает. Вместо этого все разруливает мужик, а все лавры девке.


Если брать продолжения, то предпочитаю Оз, но... у Волкова Тотошка может говорить!!!))


С детства люблю переложение Волкова (тем более со второй книги он вообще пошёл в другую сторону от Баумана). Но не будь Дороти, не было бы Элли и всего этого волшебного мира :)
В детстве меня увлекали приключения, дружба и находчивость, недавно я переслушала весь цикл и подмечала уже другие моменты (все эти идеи про равенство и т.д., не до конца проработанный мир), но приключенческая составляющая всё так же прекрасна.
У Баумана отрывками читала первую часть и смотрела фильм и всякие переложения. После перечитывания Волкова всё подумываю прочесть, куда же американский писатель увёл историю.


А я люблю страну Оз куда больше. Хотя Волкова читал первым.) Но как-то уж так сложилось - там стеклянный кот, и Озма, и Лоскутушка, и...)


Когда Элли после долгого путешествия и разлуки с родителями возвращается обратно в Канзас, она сразу вспоминает об этом обещании: «Я была в Волшебной стране Гудвина, но я все время думала о вас… и… ездил ли ты, папочка, на ярмарку?»
Дороти же переживает, что из-за ее возможных похорон тетушке придется тратиться на траурное платье.

Странно: почему покупка новых туфлей, когда старые вконец изношены - это мажорское развлечение, а покупка нового платья только потому, что этого требует ритуал - суровая необходимость?

Регистрация по электронной почте
Пароль будет создан автоматически и отправлен вам на почту, или ввести пароль самостоятельно
Регистрация через соц. сеть
После регистрации Вам будут доступны:
Персональные рекомендации
Скидки на книги в магазинах
Что читают ваши друзья
История чтения и личные коллекции