Идея обожения в древневосточной церкви

И. В. Попов

И. В. Попов - Идея обожения в древневосточной церкви

Язык: Русский

HTML-код кнопки (для сайта/блога)
BB-код кнопки (для форума)

Теги


Рецензии читателей

И. В. Попов - Идея обожения в древневосточной церкви
написала рецензию на произведение
И. В. ПоповИдея обожения в древневосточной церкви


14 февраля 2009 г., 22:43

Меня предупреждали, что там не очень-то православное богословие, но такого кошмара я все же не ожидала.

Начинает автор с того, что цитирует высказывания св. отцов про обожение как цель жизни христианина, но тут же начинаются оговорки вроде того, что для них слово "Бог" имело "не безусловное значение", а потому обожение во многом типа метафоры.

Потом рассматриваются "два направления" у отцов в отношении учения об обожении, якобы существовавшие - более "реалистическое" ("физическое соединение" человека с Богом) и более "идеалистическое" (обожение через посредство ума). Мало того, что вообще-то такое разделение (и его обоснование) плохо соответствуют действительности, так еще автор начинает рассуждать о том, как соединились во Христе божественная и человеческая природы - и вот тут вообще мрак: "Сын Божий, воплотившись, проницал Своей пневматической природой все фибры и изгибы принятых Им души и тела человека Иисуса". Ааа! И в течение всей работы - ни одного слова об ипостасном соединении природ!

"Бестелесность" имен Божиих, о которой говорит Ареопагит, Попов объясняет так, что Дионисий имеет в виду не нетварные имена-энергии, а просто "отвлеченные понятия"!!

Обожение, о котором говорят святые "второго направления" ("идеалистического" или "платонического" якобы) - происходит через созерцание Бога, и при этом автор пишет: "Такое соприкосновение с Богом есть обожение души, как бы восприятие ею в себя Бога". И сразу после этого: "Для древней философии был еще совершенно неясен творческий характер человеческого познания", - и что они думали, что идеи сущего, существующие вне нашего сознания, "воспринимаются интеллектом так же, как свет воспринимается глазом. Поэтому в патристической литературе познание всегда сравнивается с питанием души". А на самом деле - как можно понять автора - тут все дело может быть просто в "творчестве". И это он пишет о познании Бога святыми через созерцание!! Тут уже недалеко логически до того, что люди просто выдумали Бога, типа им там что-то привиделось, а они потом творчески переосмыслили, а что. Подошли творчески к проблеме бессмертия.

Состояние экстаза "психологически характеризуется..." И постоянно автор о "психологических процессах" рассуждает, говоря об аскетике и соединении с Богом.

По его мнению, обожение потому было так всегда привлекательно для христиан, что они хотели наивысшей жизни. Христианам хотелось высшего единения с Богом, поэтому они учили об обожении. А на самом деле очень может быть, что "вырастет лопух", да? Собственно, по логике оно недалеко от этого: в самом конце автор рассуждает о всеобщей смертности, о конечности мира, о жажде бессмертия в человеке и говорит: "И пред лицом этого будущего, в той или иной форме, явно или тайно, с надеждой или скорбью отчаяния, не перестанет человек стремиться к тому, чтобы стать богом". Угу. А на самом деле все это "творчество". Мы "как бы" обоживаемся, "как бы" спасаемся...

В общем, такую книгу мог вполне написать человек совершенно неверующий, психолог светский или вообще автор "Настольной книги атеиста". Совсем не складывается впечатление, что сам автор верил не только в то учение, которое описывает, но даже просто в Бога.

Я была шокирована, честно говоря. И ведь это - единственная специальная работа в дореволюционном богословии, рассматривающая вопрос об обожении - центральном понятии православия, которым оно отличается от всех ересей!..

Зато теперь я лучше поняла, почему эти синодалы и их богословы так напустились в свое время на о. Антония Булатовича - человека, который первый и прямо написал про энергии Божии и обожение совершенно православно. Все-таки это был единственный настоящий византиец во всей дореволюционной Русской Церкви. И то, как в ней с ним обошлись, очень показательно.