учеба — последние события

Новелла читается за несколько часов, однако, не совсем легко. С самого начала меня накрыла черезмерная детализация Кафки: целых двадцать страниц несчастный Грегор Замза пытается встать с кровати, приноровляясь к собственному облику. И так все повествование идет. Я уставала от такого языка, да и временами было скучно читать эти детальки. Пока я не втянулась. Вскоре стало ясно: такую скурпулезную манеру Кафка использует, чтобы в полной мере показать тот кромешный ужас, с которым сталкивается герой. Со временем я свыклась и занырнула в эти сети деталей...
Итак, каково же в сущности быть рабом труда в собственной семье?! Как такое вообще возможно, чтобы молодой парень в прямом смысле пахал, обеспечивая один всю семью? При этом его еще собственные родители в наглую гонят на работу! А он настолько их всех любит и хочет им только самого светлого будущего, что, не жалея сил, забыв о собственной жизни, слушается и пропадает на работе сутками. Такой он, мягкотелый, но человечный от своей жизни Грегор Замза

Отец же был хоть и здоровым, но старым человеком, он уже пять лет не работал и не очень-то на себя надеялся; за эти пять лет, оказавшиеся первыми каникулами в его хлопотливой, но неудачливой жизни, он очень обрюзг и стал поэтому довольно тяжел на подъем. Уж не должна ли была зарабатывать деньги старая мать, которая страдала астмой, с трудом передвигалась даже по квартире и через день, задыхаясь, лежала на кушетке возле открытого окна? Или, может быть, их следовало зарабатывать сестре, которая в свои семнадцать лет была еще ребенком и имела полное право жить так же, как до сих пор, – изящно одеваться, спать допоздна, помогать в хозяйстве, участвовать в каких-нибудь скромных развлечениях и прежде всего играть на скрипке.

Именно так рассуждает мудрый юноша. Может что-то в этом и есть. Но ведь с бедностью нужно бороться вместе. А Грегор, обеспечивая жизнь семье (в которой как минимум двое людей работоспособны), сам скачивался в пропасть... А скатившись, оказался на самом дне, никому не нужным уродом. И даже будучи в своем новом облике, прежде всего парень не желает мешать семье, он готов был зачахнуть сам, лишь бы не мешать им. Стало быть, в своей семье он оказался зверьем или домашней птицей, выращеваемой на праздник. Он был пахарем в самом прямом смысле этого слова. И больше всего от бедности пострадала не любимая семья, а сам трудоголик, Грегор. Но при всем своем образе жизни он сохранил главное - Человечность, а его родители и сестра Гретта давно уже не имели этого качества. И именно поэтому Грегора постигла столь горькая участь в конце.
Оказалось, что бедный парень, мудрый сын, любящий брат и не знал своей семьи до конца. Да и семьей назвать этих людей сложно. Впрочем и людьми-то их я называть не могу... Вот они-то как раз - самое, что ни на есть меркантильное стадо животных. Это им надо было повторить судьбу своего сына и брата, который так им нравился, пока тихонько, не мешавшись в их существование, обеспечивал им жизнь и досуг. Он слишком жестоко поплатился за свою простоту, мягкотелость, искреннюю любовь и слепое желание уберечь семью от бедности...

Как же замечательно, что эту книжку я читала в электронном формате! Потому что я всю ее исчеркала цитатами! В моей практике пользования электронной книгой "Чума" - самая исписанная разными цветами и заметками на полях книга! Нет слов, как меня вдохновляет программа по зарубежной литературе этого года! Практически все - попадание в сердце. Но, "Чума" - это моя любовь, пожалуй, самые безоговорочные пять звезд и дорога в любимые книги!
Просто потрясающе, насколько Камю мастер слова!!! Насколько он способен вбросить читателя, что называется в омут с головой в такую книгу!!! Тематика-то тяжелая, но читается на одном дыхании. Просто великолепно писатель выточил до мельчайших деталей человеческую психологию в экстренной ситуации! Именно "выточил", вылепил, как скульптор! Передо мной открылся довольно посредственный город, которому суждено стать тюрьмой в самом скором времени. В нем самые обычные жители, каждый со своей жизнью проблемами, индивидуальностью и стадным инстинктом. Сначала они не верят в настигнувшее их горе и винят власть, потом убеждаются и в истерике пытаются бежать, после - смиряются и терпят разлуку, потом - начинают действовать вместе (причем сначала это вынужденно, а потом уже и по собственному желанию, так как вдруг пришло осознание, что все они - узники в одинаковых условиях), потом снова впадают в унынье, отчаявшись, а уже после этого отдельные люди доживают до победы, потеряв слишком многое и слишком многих... А возможно и самого себя...
Это всего лишь схема, между всем этим происходит масса грустных событий, куча смертей, даже самых неожиданных смертей и не обязательно от чумы. Я настолько все это проживала, что порой хотелось разрыдаться, порой впадала в отчаяние, переживала за всех и радовалась малейшим сдвигам в сторону будущего. Будто сама переживала эти ремиссии, все состояния каждого человека. Совершенно каждого. Поражалась героизму борцов с чумой, силой и волей зачумленных... Очень понравилось, что каждый персонаж - яркая индвидуальность, нет ни одного похожего человека, даже в таком, казалось, одинаковом пространстве, замкнутом, все индидуальны. Индивидуальны в своем восприятие чумы, разлуки, любви... Последние три чувства раскрыты совершенно потрясающе! Не ожидала такой детализации. Но, видимо, Камю даже лучше удается описывать персонажей в замкнутом пространстве! Понравились реминисценции из "Постороннего".
"Чума" - невероятного масштаба и невероятных трудов произведение, роман-хроника. Самый сильный роман-хроника из тех, что довелось мне прочитать! Произведение настолько сильно вбрасивало меня свою атмосферу и эмоционально и морально, что порой реально тяжело было возвратится в собственную реальность. Благодаря "Чуме" я иначе посмотрела на собственную жизнь, поняла, насколько мне дорого то, что у меня есть. Те, кто у меня есть. Я смотрела на ёлку с ее разноцветными гирляндами и радовалась, эти гирлянды окрашивали морозный день своими красками. Окрашивали и очерчали жизнь. Подумалось, что я и раньше не употребляла сленговое слово "Чума-а-а-а", так теперь и не смогу. Аж в дрожь бросает от первоначального и основного значения. Теперешние подростки не имеют понятия о чем они говорят. Надо всунуть им эту книгу, как пособие для просвещения, и пусть не говорят таких страшных глупостей.

Я сразу поняла, что в руки ко мне попала такая, знаете, глубокая книга, книга-глыба... И не ошиблась. Камю знал, что поднимает проблему высокую, поэтому сам дает подсказку, установку на то, как стоит воспринимать читателю героя:

Итак, для меня Мерсо — не «отребье», но человек, нищий и голый, поклонник солнца, уничтожающею любую тень. Он вовсе не обделен чувствительностью, им движет глубокая, непобедимая страсть — жажда абсолютной, незамутненной правды. Речь идет о правде пока еще отрицательного порядка, правде жить и чувствовать, но без нее никогда не одержать победы ни над собой, ни над миром.

Итак, каким же предстал передо мной Мерсо-посторонний? Ничего ужасного я не увидела. Я увидела лишь яркую индивидуальность. Тут недавно в одной из рецензий на главной были весьма дискуссионные диалоги о индивидуальности. Для меня Мерсо - абсолютная индвидуальность. Он из тех, кто будто со стороны наблюдает за жизнью других, даже за собственной жизнью он следит как-то слишком вскользь. Мерсо вполне способен обходится без общества, как важной, почти неотъемлемой, состоявляющей человеческого существования. Вот только общество-то так не привыкло. Люди со всех сторон напирают на этого отстраненного человека и совсем его не понимают. А посторонний, он не то, чтобы избегал людей. Но он слишком прямолинеен и правдив. Он очень часто просто не слушает, что ему говорит человек, идущий рядом, он всегда со всем соглашается (так - значит так), зато не всегда просчитывает последствия, а зачастую вообще откровенно показывает или говорит, что ему неинтересен собеседник.
Понятно, что таких общество не поймет. Современные Мерсо либо затаптываются обществом и становятся еще больше отшельниками, либо становятся полностью асоциальными, не способными сосуществовать в этом мире. Но никогда они не пойдут против своих убеждений. В этом их сила. Но сила общества в случае с индивидуальностями в их стадном инстинкте и количестве сего одинакового осуждающего взгляда. Общество не пройдет равнодушно мимо таких посторонних, а, самое малое, покрутят пальцем у виска и громким шепотом обсудят их. Это самое малое. А дальше - все дело в неравнодушии общества и его фантазии - могут сделать что хочешь.
Мерсо, при всем своем ярко выраженом индивидуальной мышлении, чувствовал всеобщий к себе интерес и совершенно абсурдный накал страстей вокруг личных ситуаций человека.

Мне хотелось растолковать ему, что я такой же, как все люди, в точности такой же. Но все это, в сущности, бесполезно, мне стало все равно и я махнул рукой

Он чувствовал силу и напор окружения и будто понимал, что нормальным такое не кончается. Себя самого он чувствовал иначе, но не понимал, откуда такое осуждение к нему у совершенно чужих людей. Меня поражало его внутреннее спокойствие и гармония, сохраняющиеся практически на протяжении всей книги. Мне самой иногда хотелось крикнуть: да что вы за люди такие? Дайте бедному Мерсо спокойно существовать! Вы же сами ему навязываетесь, а не он вам! А посторонний Мерсо оставался непоколебим и мудр в своих суждениях.
Да, он был чудаковат, да, я во многом его не понимаю и не пойму никогда. Да он был странным. Странным даже по моим многогранным меркам. Но он был Личность ! Я не понимаю за что тут судить. И почему нельзя дать ему просто существовать? Он ведь никогда ни с кем не спорил, не пытался доказать свое мнение и навязать его. Он просто хотел Жить. И в итоге оказался не приспособленным к жизни.
Одна осечка, один промах. И общество, как собака на команду "Фас!", среагировало, возомнивши себя Верховным судьей одной маленькой, но сильной, одной иной жизни...

   — Да в чем же его, наконец, обвиняют — что он убил человека или что он похоронил мать?!

Мне кажется, лишь в том, что он был Посторонним в этом мире. И общество посчитало возможным и посильным просто выкинуть его, вычеркнуть и растоптать такую яркую индвидуальность. Он был всего лишь яркой индивидуальностью, а посторонним стал благодаря обществу.

p.s. Такой абсурдизм я обожаю. Эта книга меня в него влюбила.