Рецензия Neznat на книгу «Кысь»
3
27 января 2009 г.
Этот отзыв - не обычный: он сформулировался по итогам вчерашней встречи читателей в клубе “Билингва”. Так что я не только выдаю свое, но и обобщаю чужое.
Почти все читали “Кысь” и почти никто не помнит, о чем же эта книга. Книга блеснула, попала в учебники, стала материалом для нескольких бессмысленных дипломов, но читателю она не оставила ничего. Когда “Кысь” вышла, она могла занять нишу между толстожурнальным занудством и мягкообложечной читабельностью - и в итоге словно провалилась в эту пропасть. А ведь Кысь - это такой дамский Пиздец, маленький Пиздец, кошечный, ручной. К тому же книга действительно хорошо написана и позволяет читателю почувствовать себя умным. Запомнить пару словечек, сделать их своим кодом для близкого круга и почувствовать себя Элитой. Многие начали такую игру. Но, в итоге, ее забросили.
Пока что книгу на плаву поддерживает образ автора. Пока Толстая - бренд - ее книги издаются и продаются. Хотя не понятно, как читатели будут чувствовать себя сопричастными Элите теперь, когда автор попал уже в “Минуту славы”. В общем, будущее “Кысь” представляется сомнительным.
Кстати, ради эксперимента мы попытались читать книгу вслух, выкидывая каждое второе предложение. Текст от этого хуже не стал. Что это значит? Ну, видимо, что книга могла бы быть и в два раза короче
Есть старый анекдот: Пелевин - это Кортасар для бедных, Кортасар - это Борхес для бедных, Борхес - это Эко для бедных, Эко - это Пелевин для бедных… И так далее, почти в любом порядке. Но, кажется, “Кысь”, выпав из этой пищевой цепочки, попала куда-то в зону археологических раскопок.
Почти все читали “Кысь” и почти никто не помнит, о чем же эта книга. Книга блеснула, попала в учебники, стала материалом для нескольких бессмысленных дипломов, но читателю она не оставила ничего. Когда “Кысь” вышла, она могла занять нишу между толстожурнальным занудством и мягкообложечной читабельностью - и в итоге словно провалилась в эту пропасть. А ведь Кысь - это такой дамский Пиздец, маленький Пиздец, кошечный, ручной. К тому же книга действительно хорошо написана и позволяет читателю почувствовать себя умным. Запомнить пару словечек, сделать их своим кодом для близкого круга и почувствовать себя Элитой. Многие начали такую игру. Но, в итоге, ее забросили.
Пока что книгу на плаву поддерживает образ автора. Пока Толстая - бренд - ее книги издаются и продаются. Хотя не понятно, как читатели будут чувствовать себя сопричастными Элите теперь, когда автор попал уже в “Минуту славы”. В общем, будущее “Кысь” представляется сомнительным.
Кстати, ради эксперимента мы попытались читать книгу вслух, выкидывая каждое второе предложение. Текст от этого хуже не стал. Что это значит? Ну, видимо, что книга могла бы быть и в два раза короче
Есть старый анекдот: Пелевин - это Кортасар для бедных, Кортасар - это Борхес для бедных, Борхес - это Эко для бедных, Эко - это Пелевин для бедных… И так далее, почти в любом порядке. Но, кажется, “Кысь”, выпав из этой пищевой цепочки, попала куда-то в зону археологических раскопок.
Забывают сюжеты и смыслы не только книг неинтересных или недостойных, но и тех, которые никак не пытались осмыслить. Это культура чтения такая: проглатывающая, но не переваривающая. Прочел, хмыкнул "окей" или "унылое говно", и взялся за следующую. Так приключения читают. И об этом тоже есть в "Кыси".
Через предложение читать - это, простите, пиздец. Бесспорно, Толстая густо пишет, и большая часть текста к сюжету не относится, но это вовсе не означает, что она - лишняя, и книга могла бы быть короче. Словесная гуща нужна, важна и должна быть по ряду причин. Во-первых, положа руку на сердце, следует признать, что она прекрасна сама по себе. Текст Толстой - это торжество языка. Элитарность здесь ни при чем; неужели удовольствие, которое испытывает человек 21-го века, в повседневной жизни слышащий и использующий скудный набор из слов первой необходимости, мата и профессионального жаргона, сомнительно? Во-вторых, текст, который вы хотели повыкидывать, - это антураж. С ним - бабушкина сказка, забавные человечки, прямые непосредственные речи; без него - грубая действительность, жалкие люди, эгоизм и пустота. Нельзя, нельзя выкидывать.
И потом, я не претендую на "правильное" понимание этой книги, но по меньшей мере странно, что ее смысл так тщательно обходят стороной.
Монтень писал, что ему одно время нравились книги, с которыми он соглашался, которым он кивал - да, так все и есть. Но со временем он понял, что это книги, оставляющие его на том же уровне, на каком он находился до прочтения.
Смысл "Кысь", книги о книгах и читателях, поняв - обсуждать уже не хочется. ну да, есть глупые люди, есть умные - ну и что.
ну вы меня насмешили этим высказыванием: "Пока Толстая - бренд - ее книги издаются и продаются". Я Толстую еще в начале 90-х в университете изучала, она классик уже, а не бренд никакой. Вы ее рассказы почитайте, они просто гениальны и по языку, и по структуре текстов.
"Хотя не понятно, как читатели будут чувствовать себя сопричастными Элите теперь, когда автор попал уже в “Минуту славы”. " Скажите, а факт попадания автора в "Минуту славы" каким-то образом изменил смысл книги, стиль написания, язык? Или, может быть, Толстая от этого "попадания" стала менее умной и талантливой?
"В общем, будущее “Кысь” представляется сомнительным." А мне сомнительным представляется вовсе не будущее "Кысь", а то логическое построение (если оно вообще присутствует), которое Вы создали в Вашей рецензии.