Я давно интересуюсь эмигрантской литературой, поэтому, когда в руки попала книга от одного из ведущих "Радио Свобода", взяла её без раздумий, а стоило бы. Этот небольшой сборник поздних стихов рассказывает, согласно названию, о рабочих буднях радиожурналиста, о нём самом, немного о людях, с которыми он сталкивается, но больше о звуках. Звуки у Игоря Яковлевича - самостоятельные персонажи. Как душа, вечные, они бережно сохраняются на своеобразном "кладбище", временами выпускаются на прогулку в эфир, чтобы не залёживались. Книга легко читается, верлибр в моём восприятии упорно путается с прозой: как будто сидишь за чашкой кофе и внимаешь простым, но изящным потокам мыслей. Это была приятная встреча, но не более.

"Служебная лирика" - не слишком подходящая книга для знакомства с И.Я. Померанцевым, потому как хоть и лирика, но всё равно формальная, сдержанная. Планирую поискать что-то из раннего, более художественного и менее репортёрского, чтобы составить цельное впечатление об авторе.

поэзия русская литература эмигранты

канадская литература популярно о научном

поэзия русская литература

женственность французская литература

одиночество скандинавская литература

русская литература

американская литература

научная фантастика русская литература

американская литература одиночество психология

научная фантастика русская литература

научная фантастика русская литература

мемуары русская литература

английская литература психология

психология русская литература

уроки женственности французская литература

английская литература английский юмор

английская литература английский юмор

уроки женственности французская литература

Чем больше я читаю Моруа, тем больше он мне нравится. Его книги позволяют получить житейский опыт взаимоотношений мужчины и женщины на примерах живых, настоящих семей (это вам не ток-шоу, засоряющие умы). Тот самый опыт, который взращивается жизнью и "бегом по граблям". Сейчас, в век одиночек, малодетных или неполных семей, в век, когда мало говоришь, а об отношениях - ещё меньше, эти книги - неоценимый дар для обучения взаимопониманию. Иногда я вижу Моруа своим современником (или себя, родившейся веком раньше?). Он застал переход из 19 века в век 20 и сумел зафиксировать самую суть принципиальных изменений в грядущем обществе. Впрочем, как говорил господин Воланд, люди со временами не меняются... И для себя я чувствую то же.

Многим фразы из его книг покажутся непонятными (кому-то может быть даже возмутительными). Кажется, что сейчас всё иначе. Однако, впитывая жизнь описываемой семьи от страницы к странице, постепенно, видя причины и следствия, видя невинные поступки и то, во что они потом выливаются, понимаешь, что ценности и свободы, которые 20-й век дал женщине, слишком часто наносные, слишком часто они вредят взаимопониманию людей, которые по сути остались прежними: мужчины - мужчинами, а женщины - женщинами.

В современном мире всё смешалось. Неправильные семьи, которые человек видит с детства, формируют искажённое сознание, которое исправить уже нельзя, лишая гармонии и часто способности быть счастливыми. Впрочем, и об этом есть в книгах Моруа. Психолог и романист, этот ироничный француз, пишет превосходные портреты несчастливых пар... Особенно интересно встречать в одной книге упоминание о персонажах книги другой: создаётся цельная картина общества, в котором ты встречаешь своих знакомых.

Иногда мне кажется, что меня не существует. Я, как зеркало, нахожу в каждом ключевом персонаже книг немалую частицу себя. Разница лишь в том, что в детстве это были мужские персонажи, а сейчас - женские. Роман "Превратности любви" разделён на две части. Первая часть - история жизни от лица главного героя Филиппа Марсена, описание его женитьбы, первой жены Одилии. Вторую часть пишет его вторая жена Изабелла, она рассказывает и о прошлом Филиппа, и о второй половине жизни героя - их супружестве. Повествование построено в форме писем, что ещё больше создаёт впечатление, что ты прикасаешься к чьей-то жизни, находя оттенки своей.

Читала, критики упрекали Моруа за излишнюю поверхностность в описании политико-экономической ситуации в стране, что меня удивляет... Человеческие чувства - бездна, заглянув в которую, уже не оторвёшься. Да, в этих романах только чувства, но они поразительно точно прописаны, проанализированы нити зарождения любви, предпосылки к выбору пары и многое другое. Я получила огромное удовольствие от его романов, вспомнив ощущение, когда жалко расставаться с книгой и хочется перечитывать абзацы снова и снова.

уроки женственности французская литература

"Посторонний" произвёл очень тягостное впечатление... От повести то хотелось плакать, еле сдерживала слёзы, то накрывала апатия. "Лишний человек" Гоголя, находящийся вне рамок и интересов общества, а потому заранее опасный, безразличный, ничем не интересующийся, не чувствующий ничего, кроме того, что даёт ощутить физиология... И общество - претенциозно задумывающееся, погрязшие в бюрократии узколобые чиновники, которые не способны судить человека и упоминать о Вере. То, как оно, не понимая, лезет своими грязными пальцами в душу, пытается учить и к чему-то призывает, уже отталкивает. Замкнутый круг одиночества людского несовершенства, показанный повестью в абсолютном реализме.

Нашла интересную цитату из предисловия к книге:
"Герой книги осуждён потому, что не играет в игру тех, кто его окружает. Он бродит в стороне от других по окраинам жизни частной, уединённой, чувственной. Он отказывается лгать... Он говорит то, что есть на самом деле, он избегает маскировки, и вот уже общество ощущает себя под угрозой".

лишние люди философия французская литература

английская литература боль

американская литература

итальянская литература одиночество

английская литература готический роман

американская литература