vashkov прочитал
Июль 2010 г.
5
5
Октябрь 2009 г.
3
Август 2009 г.
5
Январь 2009 г.
5
Ноябрь 2008 г.
5
5
27 ноября 2008 г.
«Аааа! Лена, кто все эти люди?!!» – закричал я в голос примерно на семидесятой странице «Каменных клёнов», но отбрасывать в сердцах книгу не стал, потому что никакой Лены с труднопроизносимой фамилией Элтанг в пределах досягаемости не обнаружилось, да и не могло быть. Я-то в Минске, а Лена, по данным Википедии, в Вильнюсе. Хотя, какая она Лена в её возрасте. Как минимум Елена. А можно и с отчеством, которого у Лены, судя по всему, нет. Но отсутствие у Лены Элтанг отчества совершенно не уменьшает количества персонажей в «Каменных клёнах», с коими, ввиду отсутствия Лены в Минске, мне пришлось разбираться самостоятельно.
Персонажей в этих самых «Клёнах» десятка два, не меньше. Причем примерно половина существует исключительно в воображении другой половины. Это при том, что все они существуют только на бумаге, ну и в воображении читателя, если у того оно есть. Воображение. Запутано?
Это только начало (и повод для злорадства со стороны автора). Продолжение. Повествование ведется в форме дневников, писем (аналоговых и электронных) и записей в гостевой. Всё это в нескольких экземплярах, растянуто во времени на двадцать с лишним лет, в пространстве – от Австралии (или всё-таки Индии? Упустил) до Ирландии, и, что нельзя не засчитать, как жирный «плюс» Лене без отчества, удивительно точно стилизовано, как в смысле носителей текста, так и в смысле его авторов из числа двух десятков воображающих друг друга персонажей.
Но это ещё не все навороты. Непрекращающиеся до самого финала игры с читателем, в основном в «а-давай-я-повожу-тебя-за-нос», развесёлую писательскую народную забаву. Жестокие убийства, никем не совершённые. Мертвецы, на самом деле не существующие. Заговоры, вовсе не сплетаемые. Мистика и магия, таковыми не являющиеся. Явь, воображение и сны, перемешанные до полной дезориентации читателя.
А вот автор, что следует записать как второй «плюс» Лене, совсем не дезориентирован, и продолжает игры недрожащей рукой. Беда только, что к определённому моменту даже читатель вроде меня, готовый к участию в подобных писательских забавах, и участвующий в них с изрядным и даже излишним энтузиазмом, начинает ощущать победу техники над артистизмом. «А гляньте-ка, я и вот так могу, и вот так, а могу даже вот так» - демонстрирует поддержки, прыжки и тройные тулупы Лена Элтанг, но глаза мои не блестят, и «ай да Лена, ай да ну вы помните», не рвется уже из моей груди, как это случалось пару раз на первых двух третях романа, и чтение до конца двигается только желанием выяснить, из-за чего стоило такой сложный огород городить.
Выясняется в результате, что, скорее всего, не стоило. (Я поклялся маме, что не буду спойлерить, поэтому не скажу, чем всё закончилось).
Но всё равно, написаны «Каменные клёны» на редкость для отечественной(!) женской(!!) литературы изобретательно, и если вас, как всякого правильного читателя художественных текстов интересует, прежде всего, не «что», а «как» - читайте. Не пожалеете.
5
25 ноября 2008 г.
Эта книга стараниями маркетологов от литературы оказалась записанной пусть и в богатую, но всё-таки резервацию так называемой «бизнес-литературы». Дело, наверное, в сочетании двух факторов – слова «бизнес» в названии и шаблонности мышления, присущего маркетологам от литературы. Их не смутило даже то, что авторы книги совсем не бизнесмены, а профессоры, причем даже на профессоров не похожие (бритые, молодые, в джинсе и коже), не то, что на авторов унылых руководств по думанию и богатению в дорогих, но тоскливых костюмах и с такими же лицами на фотографиях с обложек их опусов.
На самом деле бизнеса в этой книге не больше трети. Большая часть текста посвящена констатации нового мирового порядка, ставшего возможным в результате и благодаря резкому усилению роли информационных технологий на рубеже девяностых годов прошлого века во всех сферах человеческой жизни.
Вы спросите, ну и что в этом такого-растакого? А дело в том, что книга написана в далеком уже 1998 году, и то, что в ней описано с предельной очевидностью и непререкаемой логикой, причем тогда уже, в 1998 году не на уровне прогнозов, а на уровне констатации, до сих пор не воспринимается значительной частью бизнесменов (и не только отечественных), и большей частью общества в целом, как свершившиеся факты. Отчасти оттого, что люди в принципе не склонны осознавать очевидное, отчасти от шаблонности мышления маркетологов, выбравших целевой для этой книги слишком уж узкую аудиторию.
Читать тем, кому не безразлична объективная реальность.
5
25 ноября 2008 г.
Отзвуки религиозных взглядов действительно присутствуют в «Позиционировании», но проявляются они не в образах «рекламных агентств на небесах», а в том, что труд мистеров Траута и Райса представляет собой настоящие догматы, только в редакции для маркетологов, а не преданных верующих. Что характерно, догматы эти получены не с горы Синай, и не из мухоморовых глюков, а в результате серьёзных исследований и огромнейшего опыта их применения в области чего? Правильно, позиционирования, как одного из важнейших (если не самого важного) аспекта маркетинга.
Мистеры Траут и Райс предельно конкретны в формулировках и безжалостны в выкладках. Они пишут примерно так: «если вы не сделаете так, как мы пишем в этой книге, вы потеряете рынок и пойдете по миру с голой задницей». И оказываются правы, снова и снова подтверждая свою правоту примерами из собственной (широчайшей и полной громких имен) практики. Вообще, по духу и стилю изложения это больше всего напоминает Букварь, только с поправкой на образование, должности и зарплаты поучаемых. Уже примерно к середине книги полностью понимаешь и проникаешься, что все, что в ней написано - это основы основ, аксиомы, на которых зиждется маркетинг, и не воспринимать их, а тем более, пытаться опровергнуть для людей, профессионально этим маркетингом занимающихся – прямой путь на биржу труда. То, как это написано, возвращает веру в маркетинг, как в научную дисциплину, а не тот балаган на уровне хиромантии, в который он превращается стараниями отечественных говномаркетологов. И совсем не зря эта книга выдержала 20 изданий и почти сорок лет.
Меня же, как человека не очень занятому позиционированием, а больше интересующегося литературой, удивили и порадовали мысли авторов касательно языка, как основного инструмента позиционирования. Не удержусь от цитаты:
Язык – валюта сознания. Чтобы мыслить концептуально, вы манипулируете словами. Правильный подбор слов позволяет повлиять на процесс мышления.
Очень надеюсь, что подбор слов в этой книге окажется настолько правильным, что прочитавшие её маркетологи и кандидаты в маркетологи вернут предмету своей профессиональной деятельности отсутствующий в нем профессионализм. Собственно, читать – именно им. Обязательно.
Октябрь 2008 г.
5
4
Сентябрь 2008 г.
2
Июль 2008 г.
Июнь 2008 г.
23 сентября 2008 г.
Из всех художественных текстов, прочитанных мною за последний год, «Дневник» оказался самым отталкивающим. Причем не натуралистическими подробностями, которые традиционно присущи Паланику, а тем, что этот роман оказался абсолютно, окончательно синтетическим.
С явной натугой выдуманные герои помещены в не менее надуманные обстоятельства, чтобы в финале придти к совсем уж неестественной развязке. И даже загадка, старательно сдвигаемая из фокуса читателя, выглядит притянутой за уши.
Я не собираюсь обвинять Паланика в отсутствии реалистичности или игнорировании «правды жизни», не тех он статей писатель и все его тексты - фантасмагории. Мои претензии конкретно к «Дневнику» лежат в другой области. «Дневник» оставил у меня впечатление не художественного произведения, а не очень старательно скомпонованной демонстрации литературных приемов и умений, которыми овладел автор на момент написания этого текста.
Причем набор этих приемов довольно узок. Запугать читателя набором шокирующих фактов из какой-нибудь малоаппетитной области, а лучше из нескольких. Сделать всех героев повествования полными фриками. Писать от первого лица. Сюжет излагать нелинейно. Присыпать текст спорными афоризмами. В финале разрушить мир. Этот убогий набор ужимок и финтов неизменно кочует из книги Чака в другую, и, если в «Бойцовском клубе» такое положение вещей маскировалось протестной риторикой, в «Колыбельной» просто леденящим фантастическим допущением в основе сюжета, а в «Удушье» откровенно ёрническим тоном, то на «Дневнике» оно меня стало просто раздражать. Общее впечатление «текста ради текста» крепчало по мере чтения и к финалу меня разве что не подташнивало. Причина этого – то, что, начавшись из ничего, ничем этот текст и заканчивается, не неся внутри себя ни единой дельной идеи или мысли, ничего, чем можно было бы приправить стандартный набор ингредиентов прозы Паланика.
Рекомендовать к прочтению возьмусь только совсем уж закоснелым фэнам Чака Паланика, коим, к счастью, я не являюсь.
5
5
Май 2008 г.
5
Апрель 2008 г.
5
28 августа 2008 г.
На заполнение мне хватило примерно трёх часов, настолько увлекательным оказалось чтение. И пусть я не понял и десяти процентов из того, что хотел сказать этим текстом автор (это я такой тупой, а не Пелевин плохой писатель), я все-таки смог понять две очень важные вещи, одну – относительно этого романа, вторую – относительно Виктора Олеговича, как писателя.
Вещь первая. «Чапаев и пустота» - это действительно та пресловутая «Шинель», из которой вышли все последующие романы Пелевина. Для человека, который, как я, читал и «ДДП(НН)», и «Священную книгу оборотня», и «Ампир V», но не читал «Чапаева», эволюция более поздних текстов становится кристально ясна, как в смысле конкретных персонажей, событий и артефактов от капитана Лебядкина до Вавилона, так в смысле стиля и настроения. То, что в «Чапаеве» Пелевин выписывает, если позволите такую аналогию, крупными, сочными мазками, местами, да, сваливаясь в мазню (но талантливую!), в следующих романах только кристаллизуется, приобретает фотографичность, резкость, глубину и глянец. И в этом смысле мне стали понятны люди, говорившие, что, «ДДП(НН)» и последующее - самоповторы и топтание на месте. Сейчас мне трудно согласиться с такой точкой зрения, но понять её я смог. Доведись мне читать Пелевина в хронологическом порядке, вполне может быть, что я бы сейчас думал также.
Вещь вторая. Виктор Олегович Пелевин, как писатель оказался гораздо мощнее, чем мне казалось до «Чапаева и пустоты». И дело не в литературном ремесле, с этой точки зрения его более поздние вещи гораздо сильнее «Чапаева». Дело в том, что, прочитав этот роман, мне пришлось перевести Пелевина в своей внутренней табели о писательских рангах из положения постмодернистского жизнеписателя современной России с буддистско-наркотическим уклоном в разряд писателей, настоящей темой любых, даже самых сюрреалистических текстов которых являются, как бы банально это не звучало, обще-, а точнее, внутри- человеческие ценности: душа, совесть, любовь, место человека в реальности и реальность реальности для человека. Это позволяет взглянуть на все творчество Пелевина шире и глубже, и увидеть многое, что было мне недоступно до прочтения «Чапаева и пустоты».
Вообще, такой опыт – читать ранние произведения писателя после прочтения поздних, оказался очень интересен и полезен. Легко и просто становятся видны новые грани творчества знакомого, казалось бы, писателя. Рекомендую. Так же, как и «Чапаева и пустоту». Читать обязательно.
Февраль 2008 г.
5
Январь 2008 г.
5
5
5
10 февраля 2008 г.
И снова никаких разочарований - лучший образчик легкой литературы, читаный мною за последний год.
Умело балансируя на острой грани самоповторов, Вудхауз из знакомых, казалось бы, ингредиентов, сочиняет неподражаемый текст. Ура!
В этот раз Берти Вустер и его дворецкий Дживс всю книгу решают проблемы слишком влюбчивого школьного товарища Берти, которого бросает от одного объекта воздыханий к другому, ударяя попутно житейскими сложностями по самым болезненным местам.
Демонстрируя в финале филиграннейший сюжетный финт, роман заканчивается полным хэппи-эндом, чего и вам всем желаю.
Новая русская беллетристика во главе с Акуниным нервно курит в сторонке.
5
5
