Библиотека pavloid

Хорошая книга, впрочем, как и вся серия про мозг от издательства Эксмо.
Рекомендуется всем, кто интересуется собственным здоровьем и методами самосовершенствования.
Еще один ракурс, помогающий освежить взгляд на свое здоровье и встряхнуть мозг.
Главное - физическая активность, рыбий жир, разнообразие во всем (больше новой деятельности) и секс.

Уникальный документ, написанный талантливым актером, которому посчастливилось лично работать с легендой русского театра. Книга помогает прояснить некоторые неясные моменты Системы Станиславского, особенно те, что не успел подробно разработать сам К.С. в виду безвременной кончины - такие, например, как Метод физических действий.

Особенно интересной мне показалась последняя часть книги, описывающая работу Станиславского над пьесой Мольера "Тартюф". В ней описывается последовательная работа над пьесой с применением Системы, с подробными комментариями Топоркова.

Табаков мне крайне интересен, не только как талантливейший актер, но и как директор МХТ, театральный преподаватель и создатель знаменитого подвала "Табакерка" на Чаплыгина 1а.
Книга во многом проливает свет на тайну его личности, хотя конечно не отвечает на все вопросы, что, пожалуй, невозможно.
Но все же, кому интересен этот Штолц с комплекцией Санчо Панса, книга покажется весьма интересной, а некоторым театральным преподавателям и актерам - полезной.
Главные две мысли Табакова-актера:
- "О чем" самое важное в роли, если ты знаешь "о чем", то на вопрос "как" ответить гораздо легче;
- Всегда нужно делать роль личной, протаскивать через себя

Стал читать книгу только благодаря прочитанной ранее "Как роман". Надеялся найти ту же глубину и остроту суждений. Но, к сожалению, скорее разочаровался. "Школьные страдания" не идут ни в какое сравнение с предыдущей книжкой Пеннака. Они скорее похожи на разрозненные и не полные мемуары, чем на программное высказывание учителя трудных классов - как заявляет себя сам Пеннак.
Жаль, я надеялся на большее.

Новая пьеса культового уральского драматурга - попытка найти новое измерение в драматургии, которую Сигарев, по его же словам, изучил вдоль и поперек, до такой степени, что она ему перестала быть интересной.

Другой взгляд на драму, произошедшую в семье Карениных. Со стороны стареющего обманутого супруга Алексея Александровича Каренина. Эпитет "стареющий" в пьесе приобретает одно из главных значений ибо это история пожилого, сомневающегося, человека.

Маленький шедевр французского автора, прирожденного учителя литературы.
Невозможно не влюбиться в эту книгу всем любителям чтения. Тонкий и точный анализ всеобщей человеческой любви к Книге. Я думал, это не возможно описать, однако Пеннак смог. И сделал это с блеском.
Рекомендовано всем родителям, преподавателям и взрослым небезразличным к чтению.

Главная мысль, которую мне подарил Пеннак, своей книгой - Секрет преподавания в том, чтобы делиться своей любовью - к литературе, театру, жизни...

Юрий Альшиц, ученик культового Анатолия Васильева - выдающаяся личность. Педагог с большой буквы, занимающийся любимым делом при поддержки лучших театральных институтов мира. Его опыты, труды всегда интересны. Здорово, что он дает возможность не только через книги прикоснуться к своему громадному опыту, который постоянно совершенствует, расширяет и дополняет.
Для меня самое главное в общении Альшицом - это то понимание сакрального в театре, которое он проповедует. И эта книга, полна флюидами этого чувства. Обязательна к прочтению и применению всеми театральными педагогами и студентами.

Распутин классик, и этим все сказано. В жизни он не производит впечатление слишком умного интеллектуала. А начинаешь читать его книги и видишь - сколько в них мудрости, прозорливости, знания жизни. Каждая строчка, не высосанный из пальца набор слов, а песня души, мудрость жизни, память сердца - все ценно, во всем можно отыскать ответы на свои вечные вопросы.

Правда сочится из каждой буквы. Сейчас мало кто умеет так писать.

Так вышло, что читал роман Сенчина сразу же после прозы Валентина Распутина, который тоже писал про современную ему деревню.
К сожалению, Сенчин не выдерживает этого сравнения, язык его в сравнении с советским классиком кажется скудным и блеклым, образы героев невыразительные и неживые. Если у Распутина, любое лирическое отступление - как праздник слова и мысли, то в "Елтышевых" подобные места так и хочется пролистать. Все не натуральное, натужное - так и веет придуманностью. Будто Сенчин никогда не жил в деревне.

Сейчас очень много этого самого "нового реализма" в кино и театре - "Волчок" Сигарева, "Юрьев день" Серебренникова, "Счастье мое" Лозници и пр. пр.
Однако образец новореалистичной прозы я встречаю впервые. Скажу честно, производит гораздо более сильное, удручающее впечатление, чем в кино.

Гениальный английский драматург чешского происхождения, ставший уже давно живым классиком. Совершенно чумовые, живые, умные диалоги. Потрясающая фантазия и драматизм пьес.

Теперь все прочитанные мной до Стоппарда драматурги Новой российской волны - девальвировались автоматически. Никто из них и рядом не стоял с глыбой Стоппарда