Рецензии mykolan

Спокойный, скучноватый, чуть слишком выспренный язык: второй роман Ле Карре, опубликованый в 1962 году, и единственный, в котором Джорж Смайли — скорее бывший шпион, чем шпион.
По совпадению обстоятельств он принимается расследовать убийство, произошедшее в Карнской школе — вотчине его бывшей жены, сбежавшей от Смайли до начала первого романа, и так и не вернувшейся во втором (в начале романа становится ясно, что действие разворачивается после первого).
Погода стоит достаточно мерзкая — то снег, то дождь, под которыми люди больше напоминают тени. Живет Смайли в карнском отеле, но с местными жителями почти не сталкивается: школа — заведение закрытое от мира, государство в государстве, собравшее в своих стенах любителей вышедших из обихода манер и обязательных ритуалов. Само по себе странное, достаточно отталкивающее, это место становится местом преступления. Убита жена одного из преподавателей — единственного, кто сам не был выпускником Карна, и единственная, ходившая молиться в городскую церковь. А перед смертью успевает отправить письмо в религиозную газету, редактор которой — бывшая сотрудница бывшего шпиона. Это письмо и становится завязкой повествования.
Ле Карре достаточно много внимания уделяет условно поэтическим сравнениям, потихоньку описывая и самого Смайли, и людей, с которыми он встречается, почти сразу давая понять, кто должен вызвать приятные впечатления (таких всего пара), а кто нет.
Чем скучнее будет казаться текст, тем неожиданней окажется развязка — ближе к концу читатель уже будет уверен, кто убийца, но ответы на вопросы «как» и «почему» не оставили меня равнодушным.
Это, вероятно, не лучшая книга Джона Ле Карре, тем не менее, написана она мастерски.

Я периодически почитываю детективы и триллеры, как правило, без особого восторга. Подозреваю, что тем, кто любит экшн и острый сюжет, книга не подходит.
Можно сказать, что мне нравилось все от первого до последнего слова. Но покорен я был описанием кафетерия, в которое зашел Смайли с полицейским:

«Кафе «У фонтана» (хозяйка мисс Глория Адамс) было построено в стиле Тюдор, безвкусно украшено медью и доспехами и славилось в округе медом, который продавали там на шесть пенсов дороже, чем везде. Мисс Адамс лично продавала самый скверный кофе к югу от Манчестера и называла своих клиентов «мои друзья». Ее прошлое было туманным, хотя она величала своего покойного отца полковником. «Друзья» мисс Адам, которым эта «дружба» стоила особо недешево, распускали слухи, что чин полковника ему был пожалован Армией спасения».

Мой товарищ, давно интересующийся работой разведслужб, сказал, что Ле Карре — это просто икона для разведчиков, и когда я читал, как Смайли ломает защиту собеседника, мне показалось, что я понял почему.
Эту неторопливую книгу я прочитал за два дня просто потому, что читать не было времени. И теперь с огромным удовольствием предвкушаю следующую.

«Утеря логики, чувство, что событиями и людьми движут импульсы, мне не понятные, придавали всему происходящему призрачность сна. И только после развязки, после того, как все было кончено, возвратилось ко мне ощущение реальности - а по сути дела, много позже, когда мне удалось собрать части головоломки, составить из них связную картину. И это естественно, ибо, как мы знаем, реальность не есть функция события самого по себе, но отношение этого события к прошлым событиям и будущим. Мы приходим к парадоксу: реальность события, которое само по себе нереально, определяется другими событиями, которые тоже сами по себе нереальны. Но он только подтверждает то, что должно подтверждаться: что направление - все. И живем мы только тогда, когда понимаем этот принцип, ибо от него зависит наше личное тождество».

Не смотря на общую скупость изложения (видимо, требование жанра), Маринина прекрасно конструирует сложный сюжет. Не знаю, буду ли читать еще, но как книга для отдыха - это очень неплохо.

Книга, за якою Міядзакі зняв один зі своїх шедеврів :)
Зла відьма перетворює Софі на старезну бабусю. Дівчина потрапляє в таємничий замок чарівника Хаула і укладає угоду з вогняним демоном, завдяки якому i рухається замок. На шляху до звільнення від закляття Софі доведеться розгадати багато загадок та побороти численні перешкоди...

Комикс Wanted - это бред, от которого разжижаются мозги. Тем не менее проглотил от первой до последней страницы, почти не отрываясь. Почему? Потому что он нашпигован культурными штампами (это весело), потому что он true ))

Главный персонаж, как будто срисованный с Эминема, бабенка, роль которой исполнила Джоли, больше всего напоминает Холли Берри, а старый папаша сделан как смесь старых крутых перцев от Чарльза Бронсона до Томми Ли Джонса (и поэтому похож на Комедианта из "Хранителей").

Честное слово, никогда не хотелось бы жить в таком тупом мире, и слава Богу, что в фильме не показывают трогательную историю, как машина злодеев (Эмпайр Стейт Билдинг) разобрала Вселененную по атомам. Уж лучше конспирология в духе ордена ткачей :)

Но комикс - замечательный. И сценарист, и художник, и колорист - молодцы. Честно и от души. Не жалею потраченного времени.

удивительная автор, удивительная книга.
не смотря на обилие, скажем так, обсценной лексики, книга неожиданно понравилась моей маме, которая не великий знаток в литературе.
письмо кэти акер — это смесь откровения и наивности, которые позволяют создавать коллаж из повседневности и всевозможных (не всегда доступных нам, к сожалению) «культурных» источников. чувственность, искренность и наивность — не из тех, котрорые закрывают глаза на реальность, а наоборот, помогают выдержать все. секс, пол, голос и смерть.

Книга создателей Халфы о том, как собственно продвигался процесс между первой и второй.

Шикарные иллюстрации и комментарии, добротный (местами, правда, неподчищенный) перевод - и книга о том, как команда воодушевленных людей делала одну из лучших игр всех времен.

книга містить у собі три повісті раннього повоєнного періоду творчості Гессе, які і поетично, і змістовно перетікають одна в одну і одна з одною перегукуються.
перша — «Душа дитини» розповідає історію, схожу на знамениту байку Толстого про хлопчика і сливи. герой Гессе страждає настільки так, наскільки глибоким буває дитяче страждання, отожнюючи себе то зі смиренним аскетом, то з найгіршим зі злочинців, і тяжко переживає злочин, на який пішов, взявши з батькового кабінету інжир.
друга — «Клейн і Вагнер» ставить за мету примирення зі злочином і долею. Фридрих Клейн, герой цієї повісті, що на початку оповіді їде у потязі, полишивши дружину й дітей із краденими грошима, закінчує життя самогубством, але для нього це вже не значить: головне, як виявляє він для себе, було зважитися на цей останній крок: все інше вже неважливо.
остання повість, що й дала умовну назву всій книзі, розповідає про художника, чиє життя сповнене глибокого переживання законів природи і боротьби проти канонів, нав'язаних суспільством. Клінзгор (якого мені чомусь постійно хотілося назвати Клінгзором) найменш нещасний з них усіх: він найбільше живе, найменше мріє, на відміну від хлопчика, що уявляє, як він піднімається на ешафот, художник створює цілий світ, який мені, чесно кажучи, сподобався.
письмо Гессе від повісті до повісті міняється нерівномірно: від першої до другої перехід дається без зусиль, а от від фінального пафосу другої до казково-фантастичного третьої немає нічого, що би якось приглушило відмінність у тональностях.
перші дві просякнуті мукою і стражданням: за кожним кроком хлопчика, за кожною дією дорослого — міріади переживань, рефлескій і візій.
старий художник навчається жити навіть у слабкостях, у любові, у пиятиці, зрештою, «що потрібно старій людині, як не вісім-десять годин роботи і трохи вина ввечері». він чарівник, що що поєднує чуттєве й дію: ось він бачить, і вже так само, переживаючи, діє, пишучи етюди, картини, працюючи всім своїм життям, буденністю, безмежжям простого світу довкіл.
дуже красиво написано

маленька повість для читання в транспорті. легкі фрази, які не треба пам*ятати.

Это лучшая книга в моей жизни

Антология поэзии битников. Если сопоставить время и язык - впечатление удивительное.

Хорошая, добрая книга. Жаль, что сейчас мало так пишут.

Павич в этой книге уже не оригинален своей оригинальностью, однако все так же кропотлив в построении мира, все так же чувственен в описании отношений мужчины и женщины, волнообразное движение, которое не оставляет места для трагедии, что бы ни происходило.

Подготовленный читатель входит в эту книгу как старый друг, которому предлагают поиграть в любимую игру детства.

А вот статьи, размещенные в конце книги, читать не рекомендую. Чего только стоит фраза "реющие суррогаты"...

Бойко и бодренько.
Акунин очевидно, еще до своего возникновения долго и упорно тренировался вот именно в такой манере вести повествование - и получилось. Хотя книгу эту, скорее всего, никогда не буду перечитывать. К ней применимо определение литературы, данное своим книгам Стивеном Кингом - это колбаса. Сел и съел.

чтобы писать такое, нужно обязательно не быть писателем, даже приблизительно. и жгучего графоманского желания не иметь. и тогда наверняка вдруг запляшут облака.

прекрасно, коли з*являється нагода написати, видати, а комусь - і прочитати книжку про маргінального письменника, неабиякого, а проте - такого, що знаходиться на узбіччі.
я до того ж писав по ньому диплом, тож, попри віддаленість від тематики, багато чого виявилося знайомим

До антології французької детективної новели увійшли як оповідання класиків детективного жанру Моріса Леблана, Жоржа Сіменона й Лео Мале, так і твори письменників менш відомих (Еміль Ґаборіо, Ґастон Леру, Жак Декре, П’єр Вері, Жіпе Карро). Поряд з широко популяризованими кінематографом і телебаченням Арсеном Люпеном, комісаром Меґре та Нестором Бюрмою, читач зустріне менш відомих, але не менш цікавих літературних детективів. Збірку уклав Тері Гейл, визнаний знавець популярної літератури, який у передмові зробив спробу нарису історії детективного жанру.

Мне всегда казалось, что поэзия Винграновского находится где-то совсем близко к Идеалу. Прочитав "толстую" книгу со стихами автора - от одного из первых, до последнего, я только убедился в этом. Это - Поэзия, которая не знает равных: в ней (и перед ней) все равны.

Андрей Макаревич - хороший рассказчик, и рассказывает он о том, что близко многим - об алкоголе. Написано легко, вроде бы и приятно, но никаких ощущений не вызывает. Ни похмелья, ни опъянения.

Эта книга относится к разряду если не обязательных, то очень рекомендуемых к прочтению. Если примириться с мыслью, что перед нами - научый, более того - философский (а не философствующий) текст, и свыкнуться с неизбежным в таком случае языком повествования - он изобилует ссылками на источники, которые мы не прочтем, понятиями, которые мы не понимаем, собственно, реалиями, которыми мы не оперируем - и читать эту книгу так, как мы можем смотреть кино на приблизительно понимаемом языке, то польза, которую она принесет, будет столь же неизбежна.
Как всякая книга такого рода, она несет уже известную информацию, и одновременно служит катализатором мыслей.
Она описывает эпоху, к которой мы принадлежали, и дает понять, что это за мир, к которому мы пришли - по крайней мере, частично приоткрыв его этимологию (происхождение) и анамнез (историю болезни).

Биография Мисымы написана с позиций стремления писателя к смерти как очень своеобразной эротической мечте, но, тем не менее, раскрывает и другие аспекты его жизни.
Жизнеописание японца, прожившего очень насыщенную жизнь в своей культуре - сложная задача.
Понять эту жизнь - задача не менее сложная.

Вообще, это очень важная книга.

Мне никогда особо не нравились игры в книги на двух языках, особенно непереводные - а наши, украинско-русские.
Но читать эту книгу - все равно, что ездить на концепт-каре.

Под одной обложкой собрано все, что так или иначе называют женской прозой: наивной, феминистической, фантасмагорической, проницательной, расхлябаной, доступной, непонятной и чувственной.

А в силу того, что под одной обложкой собрались 8 разных авторов, и тексты представлены небольшие, читается она на удивление легко.