maskodagama прочитал
Июль 2008 г.
5
31 июля 2008 г.
для конкруса
Гениальная книга одна из сформировавших 20-ый век.
А потом напишу больше. Надеюсь, Макс получит айфон)
1
31 июля 2008 г.
Для конкурса
Если говно называет себя контркультурой, от этого оно ей не станет - но станет еще большим говном. Хотя, казалось бы, куда уж больше.
4
31 июля 2008 г.
Для конкурса
отвратительное говно, нечего про нее больше написать
5
31 июля 2008 г.
для конкурса
Отличная книга, потом напишу подробнее
31 июля 2008 г.
Слушайте, а куда делись книги для подростков? Нет, ну серьезно. Ведь был же целый пласт ненавязчиво поучительной литературы, написанной мудрыми пожилыми людьми специально для девочек и мальчиков, которых никто не понимает. Что-то такое, что взрослому читать будет немного грустно, а "младшему школьному возрасту" - пока что скучно. Первая любовь, ссоры со старшими братьями-сестрами, непонимание родителей, проблемы с учебой - новых книг об этом сейчас просто не выходит. Остается покупать их на развалах, чтобы когда-нибудь потом дать почитать своему ребенку.
Весь роман - несколько дней из жизни английского мальчика Терри. Поссорившись со старшей сестрой, он убегает из дома, но сразу попадает к харизматичным, отлично выписанным хулиганам. Молодые раздолбаи пугают его ножом и заставляют пролезть через форточку в кабинет к директору школы. Там они крадут дорогие транзисторы (!), да вот беда - их замечает сторож. И что теперь делать пай-мальчику Терри, как ему объяснить свой поступок и при этом не навредить главарю шайки, неплохому, в общем-то, парню?
Отличная книга, которую можно сравнить с не очень красивым, но крепким старым "фордом" - "таких больше не делают".
31 июля 2008 г.
Астархази – очередная "латиноамериканская" фамилия, которая лет пять назад внезапно стала ужасно модной, а потом, что вполне закономерно, канула в небытие и теперь изредка попадается в ларьках "Все книги по 10 рублей" (вот достойный урок для господ Багирова и Минаева). Роман рассказывает нам об испанском враче, который в далёком 16 веке открыл неизвестный науке неприличный женский орган. И...вот, в общем-то, и все - скукотища похлеще Коэльо.
К счастью, книгу можно и не читать - ее уже никто не помнит, так что краснеть в богемной компании вам не придется.
Июль 2007 г.
31 июля 2008 г.
К сожалению, музыкант Генри Роллинз не очень известен на просторах нашей необъятной одной шестой. Его немногочисленные российские поклонники чем-то неуловимо похожи - у них короткие волосы, много татуировок, пирсинг, подкачанное тело и очень, очень угрюмый взгляд. Они неразговорчивы, ненавидят пиво и шумные веселые компании, а вечером пятницы идут в самую дешевую районную качалку, где их всегда можно отличить от "качков" по странному блеску в глазах.
Писателю Генри Роллинзу у нас в стране повезло немногим больше - щедрот "Эксмо" хватило на небольшой сборник коротких отрывков из его обширного литературного творчества. Кусок из автобиографии - история мальчика-безотцовщины, которому учитель физкультуры приказал поднимать штангу. Дневниковые заметки - злые записки о турне панк-группы по реднекскому поясу Америки: гопники (местные), скины (пьяные), наркотики (у других), женщины (одинаковые). Стихи о смерти, короткие истории о суициде. И через все это стальной проволокой проходит главная мысль - ты одинок в этом мире, которому просто нечего тебе предложить. Тебе никто не нужен, а значит и побеждать здесь можно только самого себя. И "железо" - твое оружие. "Почти всё приходит и уходит. А Железо есть Железо. Двести фунтов – всегда двести фунтов. Железо – великий ориентир, всезнающий источник перспективы. Оно есть всегда, как путеводная звезда в непроглядной тьме. Я пришёл к выводу, что Железо – мой лучший друг. Оно никогда не устраивает истерик, не сбегает от меня и никогда мне не лжёт".
Так что не удивляйтесь, если однажды вечером пятницы вам захочется не сисек и пеффка, а лязга штанги и боли в мышцах. Или чего-то совсем другого - главное, чтобы это было по-настоящему.
Май 2006 г.
31 июля 2008 г.
Людей, живших в нацистской Германии, мы помним только в двух случаях – если они активно поддерживали фашизм, или же, наоборот, не менее активно ему противостояли. Но кроме них, в Германии того времени были и совершенно обычные люди, которым было наплевать на «политику». Дети учились в школе и отдыхали в детских лагерях. Взрослые работали на заводах и стройках, ходили на танцы, вечерами приглашали соседей на бутылочку вина. Нацизм, страшнейшая угроза века, присутствует в их жизни эпизодически – как страшилки о «коммунистах», рассказываемые ночью в лагере после отбоя или увлекательное кино о «жидах», мешающих народу. Но проблемы пубертатного периода значат для мальчиков и девочек гораздо больше, чем все враги и войны.
Эта книга заставляет вспомнить название фильма «Обыкновенный фашизм». Для обывателей из книги Окопенко гитлеровский режим не является чем-то из ряда вон выходящим, он просто есть. Под него подстраиваются и продолжают жить дальше. Просто жить – ведь для большинства именно сардельки и пиво ueber alles, «превыше всего».
Март 2006 г.
31 июля 2008 г.
Как это всегда бывает с книгами, где главный герой похож на автора до степени смешения, романы Генри Миллера заставляют завистливо вздохнуть: "Неужели всё это происходило на самом деле?". Что ж, теперь на все вопросы ответит роман Перле, этакий F.A.Q. по творчеству Генри Миллера. Перле – один из лучших друзей знаменитого литературного бунтаря. Вместе с ним он голодал в Нью-Йорке, шиковал в Париже и прожигал жизнь везде, где можно… Воспоминания об этих весёлых деньках и составили книгу. Книгу, которая может называться четвёртой частью трилогии Миллера. Книгу, поражающую откровенностью. Книгу, сочащуюся Миллером, пахнущую дорогим коньяком, дешёвым виски и несвежими простынями виллы Боргезе.
Март 2001 г.
30 июля 2008 г.
Даже для Набокова этот роман - "слишком".
Слишком эпический - автор подробно рассматривает всю жизнь двух человек, от зачатия (с долгой предысторией) до тихого угасания с сопутствующей импотенцией, дрожащими руками в пигментных пятнах и прочими старческими запахами.
Слишком откровенный - главных героев, Аду и ее брата Вана, весь роман соединяет-разъединяет инцест. При этом старый уже Набоков невозмутимо показывает все его "технические" подробности - этакий лысый оператор с порностудии средней руки.
Слишком умный - чтобы понять иронию первой же фразы, необходимо перечитать забытую со школы "Анну Каренину". И это только начало. Владимир Владимирович скрещивает Окудажаву с джазом, Пушкина с Майн Ридом, а, например, толстовского горца Хаджи-Мурата - с генералом Мюратом и революционером Маратом. Ну а если вспомнить несколько библейских топонимов, то запретная любовь Ады и Вана получит еще одно интересное объяснение.
Показательно, что ученые относятся к этом тексту крайне (может быть, даже, излишне) серьезно. Так, Ефим Курганов, доцент русской литературы Хельсинкского университета, считает, что "Ада" - попытка Набокова показать историю развития европейской литературы - от рыцарских романов до "Улисса" и Генри Миллера. А Владимир Шадурский, кандидат филологических наук, убедительно доказывает наличие в "Аде" чеховских мотивов. Я уже не говорю про сайт Gay.ru, критики которого тоже интересуются Ваном.
При этом роман, фактически, пишется на трех языках - но подстрочников вы не дождетесь. В конце книги обычно публикуют "примечания" некой Вивиан Дамор-Блок, вот только верить им можно не всегда, ведь их автор - тоже Набоков, небрежно скрывшийся под простенькой анаграммой.
Слишком "ненабоковский" - достаточно сказать, что это, строго говоря, фантастика по жанру. Ада и Ван живут на планете Терра, которая чем-то напоминает нашу Землю, а в чем-то похожа на опиумный бред тоскующего белоэмигранта. Географически на месте России - дикая закрытая Татария, сама Россия уютно располагается на месте "земных" США. По небу летают ковры-самолеты, есть кино, но нет телевидения...Наша планета там тоже присутствует - в галлюцинациях сумасшедших, которых изучает Ван. Разные люди видят одни и те же подробности из жизни "Антитерры", которая уже стала местным культурным феноменом. Ада и Ван мечтают попасть туда - где никто не будет знать об их родстве и они смогут любить друг друга без страха. При этом, в их (и читателя) сознании "Антитерра" странно переплетается с семейной виллой, где детьми они невинно сношались под каждым кустом. Вот только детство давно позади, и они все никак никак не могут понять - любят они друг друга, или просто тоскуют по прошлому.
Книга не понравится тем, кто при упоминании Набокова автоматически вспоминает "Лолиту", понимающе ухмыляясь.
Книга не понравится тем nabokovians, что считают "Лолиту" худшим романом Автора, специально написанным для гыгыкающих офисных фанатов коэльи.
Вообще, она не понравится никому, кто имеет хоть какое-то Собственное Мнение о Набокове. И дело здесь не в инцесте, не в фантастичности и не в смысловой сложности. Дело - в самом читателе. Кого-то она оставит равнодушной, а кому-то перевернет мир. Рекомендовать ее так же бессмысленно, как уговаривать друга принять ЛСД - тот, кому это нужно, сам найдет дилера.
