Цитаты kakashtla
Февраль 2011 г.
20 февраля 2011 г.
Мой отец всегда говорил:
- Женись, прежде чем секс тебе надоест, иначе вообще никогда не женишься.
Моя мать всегда говорила:
- Никогда не покупай вещей с пластмассовой молнией.
20 февраля 2011 г.
Тайлер хочет поддержать меня морально. Но, если честно, я люблю моего начальника. Я же теперь просветленный. Почти как Будда. Паук в центре хризантемы. Алмазная сутра и космическая мантра. Хари Рама, ясное дело.
Кришна, Кришна. Одним словом, Просветленный.
- Оттого, что ты засунул в жопу перо, - говорит Тайлер, - ты еще не стал павлином.
20 февраля 2011 г.
Наутро пришел мой доктор, заглянул мне в жопу и сказал, что я могу отправляться домой.
20 февраля 2011 г.
Появился Бэтман. Все участники передачи казались взволнованными.
— Это Бэтман! — сказал Херб.
— Отлично, — сказал я. — Бэтман.
20 февраля 2011 г.
Саша взял чей-то валяющийся на полу автомат и выскочил на улицу: четвертый мог убежать, наверняка уже убежал. Или…
На улице громко играла музыка. Саша даже остановился на мгновенье, не поняв, что это, откуда.
Неподалеку от входа стоял подъехавший только что «козелок» ночного патруля, в нем громыхала, треща на басах, магнитола.
Левая дверь «козелка» была открыта.
Саша обошел машину и увидел водителя, ковыряющегося в салоне.
Встал напротив, передернув затвор.
Водитель развернулся, улыбаясь, вытирая грязные ладони ветошью. Посмотрел на Сашу, снова сунулся в салон и выключил музыку.
— Заколебала сигналка, верещит… Мы ее музыкой глушим. Где летеха-то? Спит, гусь? — сказал, оборачиваясь. — А у нас печка не работает. Гребаная колымага…
Секунду они смотрели друг на друга. В здании раздавались крики и хриплые матюки. — Чего там? — спросил водитель, сгоняя улыбку с лица и вглядываясь в Сашу. — Ты из молодых, что ли, эй?
— Руки вверх! — сказал Саша, черт знает, откуда выпала у него эта глупая фраза, но ничего другого он придумать не смог.
20 февраля 2011 г.
— Бог-то уже совсем к нам свесился, в лицо заглядыват, а мы все никак его не разглядим. Бывалочь, когда в деревне согрешит кто, Бог долго думал, годы и годы, наказать аль нет. А то и на деток грешника откладывал наказание. До самой смерти грешника ждал, что тот исправится. Вот как было: пока вера была человечьей породе. Теперь сразу себя выказыват Господь: как бывалочь отец ложкой бил сопливым пострелам за столом, когда наперед старшего лезли в чугунок за картошкой, так и он. Господь нетерпеливый стал: знать, устал от нас. Раз знак подаст, поставит вешку, два, на третий раз оглоблей по хребту, напополам ломает… Приметили это, милки? — старичок обвел собравшихся взглядом. — Не было у вас вешок по пути?
Матвей смотрел на дедка с интересом, Веня — словно перед ним сидела лесная невидаль, бормочущая на своем неведомом языке, Позик в окно смотрел, Олег — чай пил, выскребывая варенье.
Добив баночку, встал, вышел в коридор и вернулся с пакетом продуктов — из машины прихватил.
— Дед, садись с нами чаевничать, — сказал приветливо, раскладывая еду на столе.
— Я весь чай выпил давно, весь хлебушек свой прожевал. Теперь чужой чей-то ем. И говорю вам: скоро побежите все, как поймете, что от вас устали. Но бежать будет некуда: все умерли, кто мог приютить. В сердцах ваших все умерли, и приюта не будет никому… Думают сейчас, что Русь непомерна во временах, вечно была и всегда будет. А Русь, если поделить всю ее на мной прожитый срок, — всего-то семнадцать сроков наберет. На семнадцать стариков вся Русь делится. Первый родился при хазарине еще. Умирая — порвал пуповину второму, что родился спустя семь десятилетий. Третий Святослава помнил… Пятый в усобицу попал, шестой — татарина застал… Двенадцатый в смуту жил, тринадцатый при Разине, четырнадцатый при Пугаче… Так до меня дошло быстро: семнадцать стариков — сего ничего. Нас всех можно в эту избу усадить — вот те и вся исторья… Мы-то в юность нашу думали, что дети у нас будут, как сказано было, — не познавшие наших грехов, а дети получились такие, что ни земли не знают, ни неба. Один голод у них. Только дурной это голод, от ума. Насытить его нельзя, потому что насытятся только алчущие правды… Вы там в церкву, говорят, все ходите. Думаете, что, натоптав следов до храма, покроете пустоту в сердце. Люди надеются, что Бога приручили, свечек ему наставив. Думают, обманули его. Думают, подмяли его под себя заставили его оправдывать слабость свою. Мерзость свою и леность, которую то милосердьем теперь назовут, то добротой. Чуть что — и на Бога лживо кивают: «Бог так решил. Бог так сказал. Бог так задумал». И снова гребут под себя, у кого на сколь когтей хватает. А откуда им, глупым, знать, что Он задумал, что по Его воле, а что от попустительства Его?… И печаль не о том, что ничтожен человек, а то, что он зол в своем ничтожестве. Чем больше замечает, что другие его ничтожество видят, тем злее становится… Нету выхода вам больше, так.
— Дед, ты опять тут развел свою философию? — усмехаясь, сказал вошедший мужик, хозяин. Он был в серой майке и в трико опять.
— Говорю, трактор стоит, с октября, почитай, — живо откликнулся дед. — Не уедут, говорю. И мужиков в деревне — четыре человека вместе со мной. Ждать надо, пока оттает все.
— Иди себе, шутки твои слышали давно, иди, — хозяин прогонял деда не грубо, но уверенно. Дед и ушел, моргая, — вот-вот то ли заплачет, то ли захихикает.
20 февраля 2011 г.
Откуда-то из недр «сакральной» выбрел раздетый по пояс, в белых и чистых подштаниках, тонкий, но жилистый, с отчего-то черными сосками и длинной царапиной на красивой спине Костя Соловый.
— Член партии имеет право на использование служебных помещений под половые акты, если в результате могут появиться дети, — сообщил он дежурному.
Минут десять спустя Костя Соловый выбрел уже одетый, вертя в руках ключи от машины.
— Член партии имеет право катать женщин на красных партийных машинах ручной сборки и на других машинах, — сказал он уверенно. — Член партии имеет право не работать и находиться на иждивении у женщины, — добавил он, подумав. — Если член партии проживает у женщины с детьми, он имеет право съедать продукты, приготовленные для детей.
Ноябрь 2010 г.
28 ноября 2010 г.
Катрин с тревогой взглянула на плотную массу тел, заполнявших пространство между ней и баром. Алкоголь, однако, действительно оказывал помощь. Доктор говорил не пить, когда принимаешь антидепрессанты, но Катрин не могла не признать, что чувствует себя превосходно. Не то чтоб ей очень нравилась компания, хотя эти, конечно, сильно отличались от людей её круга, просто она перестала сдерживаться, вырвалась и пустила всё на самотёк. Очень приятно было удрать на время от менеджеров, лабухов, роуди и мудаков из звукозаписывающих компаний. Пусть поищут. Катрин улыбнулась про себя и двинула к бару.
Джус Терри посмотрел, как она проталкивается к бару.
– Она во всех песнях за права, типа, женщин, так что пусть сходит принесёт нам пивка.
28 ноября 2010 г.
Терри достаточно хорошо знал Алека, чтоб различить чудовищный бодун. Впрочем, это не требовало особых логических способностей, ведь у Алека было всего два рабочих режима: бухой и с бодуна. Сам факт его существования на планете последние несколько лет ставит под сомнение всякие изыскания в области физиологии и медицины. Прозвище Почта Алек получил после того, как недольгое время вполне легально проработал в штате Королевской почты.
28 ноября 2010 г.
Это был тот социальный слой, где любые государственные службы, даже те, что приходят на помощь в критических ситуациях, вызывают инстинктивное недоверие. Никакой полиции. Никакой «скорой помощи», пусть даже он кровью истечёт. На простыне проступило пятно побольше. Я мог представить себе Фила в пылыющем доме, как он орёт в окно: «Никаких пожарных!»
28 ноября 2010 г.
Она уставилась мне прямо в глаза и смотрела так секунду или две, и если б посмотрела ещё подольше, то поняла б, наверное, что я её развожу. Но она снова стала смотреть на Терри. Я хотел сказать её большим грустным красивым глазам: нет, Люси, Терри мудак. Он относится к тебе как полный гондон, постоянно делает из тебя дурочку. А я люблю тебя. Я буду носить тебя на руках. Только позволь мне прийти к тебе и засунуть по самые гланды.
Май 2010 г.
11 мая 2010 г.
С Россией - авторитетным депутатским басом оборвал спорящих огромный пузатый Карпуня,- всё будет заебись!
После паузы у него подобострастно поинтересовались:
- Но когда,Валерий Васильич,когда же наконец?!
Карпуня подумал и ещё более авторитетно заверил:
- Никогда!
Январь 2010 г.
2 января 2010 г.
Мотая хвостом, Алёнушка повертела головой, словно высматривала, в какую сторону ей идти. Туфли она не надевала.
– А тебя как зовут? – вдруг спросила она.
– Борис.
– Боря, а дай мне велик с горы скатиться, а?… Я с детства на велике не каталась. У наших ни у кого нет.
Взгляд Моржова вернулся из тёплых вечереющих пространств и остановился на Алёнушке. Моржов увидел Алёнушку словно впервые. Кто она? Шлюшка, стерва, дура?… Да нет, просто маленькая глупая девчонка. И для неё Моржову ничего не было жалко. Оказывается, просто совсем ничего.
– Да ради бога, – сказал Моржов. – А ты не гробанёшься?
– Не знаю, – опасливо созналась Алёнушка.
– Садись, – решительно сказал Моржов, подкатывая к Алёнушке велосипед. – Я подстрахую. Доверься старому доброму дяде Боре, импотенцу и извращенту.
Алёнушка улыбнулась – впервые улыбнулась Моржову, – подтянула вверх узкую юбку, оголив ляжки, и залезла на седло, бесстыже растопырив колени. Моржов забрал у неё туфли.
– Поехали! – восторженно прошептала она, наклоняясь к рулю.
Моржов, державший велосипед сзади за седло, тихонько толкнул агрегат вперёд. Агрегат поехал, и Моржов потрусил за ним, не отцепляясь, а с разгоном под уклон и побежал, всё быстрее и быстрее.
А потом пешеходы на бульваре Конармии начали шарахаться в стороны, потому что сверху, с Семиколоколенной горы, под пышной листвой нависшего над тротуаром забиякинского парка, напролом сквозь сумерки на них неслось жуткое тройное существо – огромный рогатый велосипед, на нём – визжащая девчонка, а сбоку – вурдалак с горящими глазами, летевший вровень с велосипедом длинными мистическими прыжками.
Октябрь 2009 г.
14 октября 2009 г.
Жил-был Географ один,
Карту имел и глобус.
Но он детей не любил,
Тех, что не метили в вуз.
Он их чуханил всегда,
Ставил им двойки за все,
Был потому что глиста,
Старый, вонючий козел...
Служкин хохотал так, что чуть не упал с лестницы...
