interbahus прочитал

О чем эта книга? О Викторе Служкине, географе, который пропил своё горе. Свои проблемы, свои надежды, свой Глобус. Каждый человек справляется с глобальным скорбецом, грызущим его изнутри, по-своему. Сашенька, ещё одна героиня Иванова, спит для этого с тем, кого не любит и не хочет, жена Служкина круглосуточно пилит своего мужа, а вот сам Служкин просто топит себя в стакане.
А ещё эта книга о школьной любви, о том, чем она начинается, и чем заканчивается. И о том, как время съедает всё, отличницы Леночки становятся домохозяйками, меняя блеск в глазах на ежедневные походы с сыном домой из детского сада, а школьные «боевые подруги» счастливы только тогда, когда нелюбимый муж на ночь смылся к любовнице. Впрочем, все трагедии и пустоты легко запиваются алкоголем. Эту истину главный герой усвоил со школьной скамьи, и теперь только ученица Маша вселяет в него радость и надежду. Тоже бесцельную и беспросветную.
И, наконец, это книга о Реке. Вот она-то уж точно красива и уж точно никогда не изменит и не предаст.

Когда в преддверии суда ангелы бросятся искать праведников по земле пермской, боюсь, придется им улететь восвояси. «Географ глобус пропил» чем-то похож на сологубовского «Мелкого беса» - это тоже хороший пример книги, где нет праведников. И положительного героя тоже нет. Дочка Служкина, Тата, может быть, когда-нибудь спасёт этот город, если в процессе взросления успеет растерять все свои родительские сценарии. Но пока для неё всё только начинается. И впереди её ждёт школа, где завуч, Угроза Борисовна, искренне не любит тех, кто претендует быть «не таким, как все», одноклассники, которые в вялом перетекании из одного «трудного возраста» в другой не хотят учиться, не хотят, чтобы их учили, да и вообще ничего не хотят, и вечная зима над темной водой Камы.

По небу летит самолет. В его салоне сидит человек. У человека в сумке – пистолет.
Нет, он не гангстер, он – русский. Ему можно.

Множество судеб были разрублены острым лезвием эмиграции. Небо раскололось. На ту, светлую часть, с крымским солнцем, бумажным змеем с пятиконечной звездочкой и искрами последнего пионерского костра. В этой половине все хорошо, смеются дети, которые ещё не знают, что пройдет несколько лет, и их мира не станет. Вторая половина исчерчена светом рекламных огней, наполнена визгом тормозов и гнилью международного права.
Два неба, два мира, две жизни. А между ними барахтаются семидесятники, математические мальчики, пытающиеся сшить распавшиеся половинки. Они никак не могут смириться со своим R&D-будущим и поверить в то, что прошлого уже нет.

По небу летит самолет. В его салоне сидит человек. У человека в сумке – пистолет.
И он долетит. Он точно долетит.