ev-kazachkov прочитал(а)

Представьте себе, что действие "Золотого телёнка" происходит не в двадцатые годы прошлого столетия, а в 2010-2011 году. Что главный герой - не Остап Бендер, а его помощник, от имени которого ведётся рассказ. И что сам Остап - не Остап, а Сергей Курёхин, знаменитый композитор, музыкант, актёр и затейник, который не умер в 1996 году, а просто достигнув пика, стал "оттачивать себя, поднимаясь к вершине с другой стороны горы". И что занимается эта лихая компания не личным обогащением за счёт отдельно взятого миллионера, а разорением страны-богача Америки ради возврата подгнившего "человечника" к истинным духовным ценностям, возрождения России и выработки мирового иммунитета против соблазнов и искушений различного толка. Теперь представьте, что автор этой книги - гибрид Пелевина, Фаулза и Павича. Что текст обильно удобрен полуэзотерическими концепциями, ироничными диалогами, кросс-культурными коннотациями, названиями и описаниями всевозможных насекомых, рассуждениями о том, безразлично ли, например, грибам во что одет грибник и почему Голливуд предлагает дружить с вампирами, полезной информацией вроде описания способов прочистки унитаза от застрявших в нём солёных огурцов, любовными сценами, приступами ревности и поисками тайной Ложи Вольных Камней. И что книга вовсе не является римейком "Золотого телёнка".
Представили?
Это и есть "Американская дырка" Крусанова.
Всем книга хороша. Единственно только смущает иногда уж слишком кудрявая, граничащая с самолюбованием литературная красивость текста.
Да и предлагаемая в качестве кульминации национальная идея России меня не совсем удовлетворила.
Но это, наверное, оттого что меня идеи вообще не удовлетворяют уже достаточно давно...

Театральный критик Елена Ковальская в одном интервью на вопрос о любимом современном драматурге ответила: "Это Максим Курочкин, его образы головокружительны и одновременно отлично узнаваемы. Он удивляет меня постоянно... Курочкин мне совершенно непонятен, он как инопланетянин..." Прочитав сборник пьес под общим заголовком "Кухня", я в очередной раз убедился, что мне как раз удивительно близок и понятен образ и ход мыслей Курочкина. Только давшая название книге и нашумевшая в своё время "Кухня" (написанная "по заказу и в тесном сотрудничестве с Театральным товариществом 814") немного тяжеловата для чтения глазами. Очевидно из-за этого самого заказа и тесного сотрудничества. Остальные семь пьес в сборнике - легки, изящны, смелы и оригинальны. Ирония и фантастика. Психология и мистика. Курочкин сознательно и последовательно старается играть на тех полях, где ещё никто не играл. Он поднимает такие темы, выстраивает такие ситуации, сосредотачивается на таких нюансах и выбирает таких персонажей, что можно смело сказать: это действительно новое.

Хоть я и люблю нежно и крепко театральное творчество Гришковца - буду строг.

Книжка мне не понравилась. Прямо-таки разочаровала... Всё это (с одной стороны)недостаточно драматургично для Гришковца, и малолитературно для "просто книги" (с другой).

Автор неоднократно заявлял, что хочет двигаться в сторону литературы, кино, аудио-записей, потому что такое творчество "отделимо" от него самого, может жить и тиражироваться самостоятельно. Дорогой товарищ Гришковец отказывается взглянуть прямо в глаза тому факту, что все его произведения невероятны, замечательны и трогательны ТОЛЬКО в его исполнении. Ему же хочется верить, что ценность имеет не только КАК, но и ЧТО в чистом виде... Пока что результаты говорят обратном.

В связи с этим в книге коробит вот что: чрезмерное количество многоточий и "многозначительных пауз" перед малозначительными словами. Откуда это берётся? От желания быть прочитанным ИМЕННО со своей собственной интонацией. Наружу вылезает противоречие: либо, как говорится, пиши отдельную от себя книгу (некий самодостаточный культурный артефакт, прости Господи), либо читай свои произведения вслух со сцены. Такие противоречия были бы не так неприятны, если бы не отражались на качестве прозы самым прямым образом. Если не знать Гришковца, то книга может показаться сплошным дилетантством, заигрыванием с читателем, раздуванием сентиментального слона из будничной мухи.

Мне кажется, Гришковцу рано браться за производство отдельных от себя произведений. Если уж он и задался такой целью, то для начала надо лет 12 побыть отшельником, перебороть и перемолоть всего себя, отсечь весь свой былой опыт и родиться заново именно для литературы... А так - зря...

Прекрасный драматург/актёр/режиссёр Евгений Гришковец снова написал почти хорошую книгу.
"Реки" оставляют после себя впечатление сборника рассказов. Замечательные отдельные сюжеты, с яркими образами, неожиданными эмоциями. Ну так, чёрт возьми, почему бы ЕГ было и не написать сборник рассказов? С общим фоном, единой подоплёкой, но всё же отдельностоящих? Ведь получились бы смешные, умные, трогательные, а главное - цельные вещи. Про шапку, уплывшую на льдине. Про встречу и невстречу с медведем. Про лапти, купленные на железнодорожной станции. Про сибирского негра. Про дедушку. Про археологическую находку.
Ведь всё равно, читается это всё как отдельные произведения. Зачем притягивать их друг к другу за уши? Зачем соединять откровенной водой и пустой сентиментальщиной? Опять изменило чувство... чего? Вкуса? Композиции? Литературы?
Или это амбиции? Разве крепкий сборник рассказов - более низкий жанр, чем аморфная "повесть"?
Я задаю много вопросов?

Как я ждал этой третьей, завершающей части. Предвкушал. Томился. Мне казалось, что какой бы ни вышла эта последняя книга, но экранизация "Трилогии" по силе воздействия могла бы перекрыть и "Властелина колец", и "Солярис" со "Сталкером", и ещё не снятый "Трудно быть богом". Но я расчитывал на широкий художественный жест. На мощный художественный удар. Я мог предположить что угодно. Что действие будет перенесено в далёкое (или близкое) будущее со свихнувшимся обществом и невообразимым новоязом. Что главным героем будет последний неразбуженный Брат Света, который окажется карликом с двумя головами, сопротивляющимся простукиванию и работающим на подпольную сеть разумных грибов-композиторов. Что время замкнётся лентой мёбиуса, и в центре внимания окажутся первобытные марсиане. Что сюжет будет вспарываться перпендикулярными линиями, что текст будет сам себя пожирать. Что читателя заставят хотеть уничтожения Земли, и в финале мир будет распылён на атомы.
А что в итоге мы имеем? (Не)посредственное продолжение/завершение. То, чего можно было ожидать от кого угодно, но только не от Сорокина. От Акунина, от Лукьяненко... От какого-нибудь Перумова, прости Господи. В лучшем случае, от Стругацких. Да, неплохо. Да, вроде складно. Даже "саспенс" присутствует. Но всё это так невыносимо стандартно и предсказуемо (не в плане конкретных сюжетных перипетий, а в плане общей композиции, масштаба задумки и жанровых штампов). Эх... А как хорошо всё начиналось.
И на волне этого лёгкого разочарования я стал сомневаться относительно киноэпопеи.
НО
"Трилогия" может послужить прекрасной основой для сериала. Запредельного культового сериала вроде "Твин Пикса". И экранизацию нужно делать именно в той последовательности, в кторой выходили книги: "Лёд" -> "Путь Бро", вкрапляя в них с самого начала тему "недобитков" из "23000". Сериал будет абсолютно самобытным, шокирующим и странным сверх всякой меры. Будет идти поздно ночью и издаваться на коллекционных dvd. Породит армию поклонников и анти-фанатов, последователей стиля и плагиаторов. Я даже могу представить себе рекламную/пиар компанию этого культурного артефакта. Какие-нибудь загадочные фарзы про кристаллическую структуру льда, про то, что синий цвет - единственный, который отпечатывается не на сетчатке, а за ней... Опять же формат такого сериала в большей степени благосклонен к длинным диалогам и монологам (многие, казалось бы, "высокобюджетные" моменты можно будет просто проговорить).
Эх... Неужели мои надежды снова разобьются, как лёд о грудную кость?

Был такой анекдот в советские времена:
Утро. Очередь в рюмочную. Стоят забулдыги. Все в нетерпении. Наконец начинают наливать. Первый пьёт свою дозу, а следующие изнемогают. И после того, как он осушил стакан, второй в очереди спрашивает: "Скажите, а водка холодная?" Первый (чуть поразмыслив, блаженно): "Приятная". Так вот, если вы меня спросите: "Женя, а книга Олега Зайончковского "Петрович" - хорошая?", я отвечу: "Приятная". Коммерческий подзаголовок "роман о живой русской душе" пытается ввести потенциального читателя в заблуждение относительно жанра книги, а некоторых даже отпугивает. Хочу успокоить вторых и разочаровать первых. Во-первых, пикакого пафоса "живой русской души", славянофильства и ура-патриотизма в этом произведении нет. И во-вторых, это не роман. "Петрович" - это сборник небольших рассказов-зарисовок, объединённых одним персонажем. История взросления без начала и конца, которая не потянет даже на повесть. Очень настроенческя, трогательная, неглупая. С хорошим языком, меткими сравнениями, интересными образами. С призмой детского взгляда (Петровичем называют маленького мальчика, он и есть главный герой). Проза Зайончковского именно что приятна, хотя иногда он чересчур увлекается кудрявостью своего стиля. Если в начале характерная манера связана с мудрой и эмоциональной наивностью детского восприятия , то в последней главе о юношеских годах Петровича такой подход к изложению кажется не совсем уместным и текст наполняется водой. Но не успевает ею переполниться, поскольку книга заканчивается. Так что неприятного осадка не остаётся. Но и глубокого следа - тоже.