dmityan прочитал
Февраль 2012 г.
Октябрь 2011 г.
Июнь 2011 г.
26 июня 2011 г.
Более года в абсолютном выражении заняло прочтение этой книги. Отчасти потому, что длинные, переплетенные многочисленными оборотами, предложения не предполагают запойного чтения, местами приходится вдумываться, перечитывая по полудюжине раз. Но прустовский слог неповторим, переводчики потрудились на славу (и издательство отличное -- нашел всего две опечатки, и те в самом конце). Жаль, что современный темп жизни позволит открыть этот кладезь образов и наблюдений только терпеливым и эрудированным.
Тема французской аристократии, её снобства и мелочной праздной жизни, раскрыта со всех сторон. Просто не верится, что всего каких-то сто лет назад люди могли жить именно так. Отношение главного героя меняется по мере вхождения в светскую жизнь с преклонения до выраженного скептицизма. Под конец в повествовании упоминается такое количество разнообразной знати и её родственных связей, что следить за разговорами героев, постоянно обращаясь к сноскам с пояснениями, устанет даже самый дотошный читатель.
Август 2010 г.
29 августа 2010 г.
Собрание типично-сорокинских и, по большей части, ранних его произведений, еще советского периода. Титульная "Очередь" гениально передает всю атмосферу позднего совка, как её видим мы, рожденные в те годы. Читается легко. "Юбилей" и "Доверие" написаны в обычной для Сорокина манере переосмысления прозы соц.реализма.
"Дисморфомания" -- мрачная пьеса. Перечисление историй болезней душевнобольных явно не лучший выбор для полуночного чтения, потом снилось всякое... Венчает сборник антиутопия "Щи", единственная в своём роде, описывающая возможные ужасы диктатуры "зеленых". Кстати, там вскользь упомянуты круглые поросята, которые позже появятся в гениальном (и очень-очень страшном) фильме "4" Хржановского по сценарию Владимира Сорокина.
Апрель 2010 г.
1 апреля 2010 г.
История дружбы двух мальчиков-евреев с Инвалидной улицы. Я был в Бобруйске как раз в те дни, когда начинал читать эту трогательную и смешную историю, написанную простым колоритным языком. Яркие чистые улицы, стайки веселых школьников, возвращающиеся домой после уроков. Ни одного еврея, ни намека на Инвалидную улицу и живших там ломовых извозчиков. От довоенного Бобруйска, описанного в романе, не осталось и следа.
Запоминающиеся персонажи, их бедное существование, приправленное неунывающим оптимизмом и умением видеть значительное в рядовых происшествиях провинциального городка. История детства. Детства, устрашившего бы любого нашего современника, но преподнесенного так, что ему можно только позавидовать. Не премину найти и прочесть и другие книги этого своеобразного и еще продолжающего трудиться писателя.
Март 2010 г.
14 марта 2010 г.
Небольшой сборник рассказов о жизни в еврейских местечках начала ХХ века. Рассказы смешные и грустные. По большей части грустные, как и сама жизнь в те страшные, голодные времена. Интересно в первую очередь описание быта и нравов в среде правоверных евреев. Никогда бы не подумал, что отказ от веры в их среде воспринимается с не меньшим трагизмом, чем смерть человека (см. "Выигрышный билет").
Рекомендуется всем интересующимся, а также просто нуждающихся в паре часов несложного и довольно увлекательного чтения.
Январь 2010 г.
31 января 2010 г.
Восхитительный язык, неповторимый. "Лолита" местами заставляет продираться сквозь тернии выражений, здесь же просто плывешь по тексту. И если не останавливаться ни на мгновение, то ощущаешь волшебство. Недаром в самом тексте встречается разгадка, цитата из Жуковского, произнесенная незаметным человечком Петровым: "Лишь то, что написано с трудом, читать легко".
Ноябрь 2009 г.
20 ноября 2009 г.
Пока все перечитывали Пелевина вдоль и поперек, я лишь ознакомился с Generation П, и то не дочитал. Не то, чтобы не понравилось, просто так сложилось. Но после "Шлема ужаса" хочется сказать, что это скорее упущение, чем наоборот. Хотя обложка с её "креатиффами" и "кг/ам" изначально наталкивала на определенные сомнения. Ханжеским консерватизмом по части русского языка не страдаю, но явная коньюнктурщина всегда вызывает подозрения.
Но получилось, получилось, не режет взгляд. И читается хорошо, не считая дерганой запутаной концовки.
Октябрь 2009 г.
5
31 октября 2009 г.
Производит гнетущее впечатление. Как и всё творчество Достоевского, в принципе. Это первая его книга, прочтенная мной до конца. Долго и с трудом, но прочтенная. "Бесы" того стоят, хотя нельзя не делать скидку на православное сознание Ф.М., смотрящего на социалистическое движение со своей, далеко не всегда объективной, колокольни.
Июль 2009 г.
5
Июнь 2009 г.
5 июля 2009 г.
У ораторов есть золотое правило -- никогда не говорить слушателям, что они плохо выступают, не умеют говорить красиво. У читателей, подозреваю, есть такое же правило в отношении разговоров с другими читателями. Никогда не говорить, что они не очень начитанные. Но в моём случае это примерно так. При слове антиутопия на ум приходят только Замятин, Оруэлл, Брэдбери. Если добавить кинематограф (где я полный профан), то еще непревзойденная "Бразилия". Классические антиутопии о социализме и бюрократии. И вот Сорокин с его реставрацией русской монархии.
Все знают, как я отношусь к режиму Путина и закономерно ожидают шапкозакидательства в адрес Сорокина, криков "провидец!" мессия!" и всё такое прочее. Ну да, не зря дожидаетесь. Хотя не надо быть семи пядей во лбу, чтобы видеть к чему идёт семимильными шагами Россия нынешняя. Победившая опричнина чувствует себя безнаказанной (вспомните свежие новости про двоих из наркоконтроля и золотых рыбок Комяги, один в один), запасы газа пока не заканчиваются, расстояние до цивилизованного мира всё растет. Разве что Великую Русскую Стену еще не заложили.
Но главное достоинство романа и его продолжения -- язык, которым они написаны. Специально придуманный Сорокиным, читается легко и ни с чем не перепутать. Тут не будет копрофилии и прочих извратов, к которым мы привыкли по ранним произведениям (разве что немного мужеложества, но без этого в традиционных обществах никуда). Вообще, мне и раньше нравились его книги, пусть и не так как моим дружкам из плеяды гнилой интеллигенции. "Первый субботник", например. Но "Первый субботник" или "Голубое сало" маме с папой почитать не дашь, а эту дилогию можно (и нужно) совать под нос окружающим. Особенно всяческим поклонникам Натальи Витренко и активистам за воссоединение с Россией-матушкой. Правда, им что в лоб, что по лбу.
