Morrigan_sher прочитала

Мда, не заладилось у меня с Геласимовым.

Когда мнение не совпадает с общим, появляется паскудное желание оправдаться: звиняйте, мол, книга хорошая, даже отличная, но не мое. Сейчас этим и займусь.

Главная причина, почему не пошло, те самые неоправданные ожидания. Меня зацепила аннотация, которая обещала "дружбу" между русским мальчиком и японцем. Вдобавок и оформление переплета с двумя фигурами на фоне солнца косвенно, но обещало не только дружбу, а и передачу неких сокровенных знаний. И вот всю книгу я ждала, когда же они подружатся, наконец дождалась, но было уже поздно - книга закончилась.

Далее. Где-то читала/слышала, что Геласимов писал "Степных богов" на основе рассказов своей бабушки. Что действительно есть такое село, и в нем действительно когда-то жили все эти люди. А раз книга основана на реальных событиях, то не удивительно, что мне не хватило атмосферы. Все те моменты, которые, казалось бы, должны создавать атмосферу, кажутся простыми и родными. Что-то было в других книгах, а что-то точно так же рассказывали бабушки и дедушки. Люди везде одинаковые, поэтому не удивительно, что история про мужа, гонявшего поленом жену за измены, оказалась знакомой. Как и одноногий куражащийся Герой, только в моем варианте он в итоге спился и помер. А уж страшилка про детей, играющих в войнушку с повешением, в каждом районе есть своя. Не буду утверждать, что все они не правда, т.к. помню, что здесь на ЛайвЛибе в рецензии кто-то рассказывал такую же историю.

И последнее, совсем специфическое

Если у меня спросят, кто такой Вуди Аллен, я уверенно отвечу - режиссер. Если попросят назвать любимый его фильм, в ответ будет тишина - я понятия не имею, что он снимал. Фильмы, много фильмов, но какие именно?.. Зато я знаю его как автора "Записок городского невротика...", так что не нужно предавать меня анафеме.

Отличная книга для убийства времени. "Записки..." я читала исключительно тогда, когда приходилось ждать кого/что-либо: друзей, транспорт, окончание рабочего дня, окончание поездки, своей очереди. И такой способ чтения единственно верный, потому что иначе, если заглотить за раз больше, чем одно произведение, наступит передоз, и станет не смешно. Многие шутки построены по одному принципу: дается некое простое утверждение и или нелепый комментарий к нему, или совсем безумная предпосылка, или бредовый вывод, на основе такого сочетания и получается комический эффект. И такое однообразие со временем начинает утомлять.

Думаю, по времени добавления цитат сюда, на ЛайвЛиб, можно даже проследить, когда я была в состоянии перманентного ожидания. Коротенькие рассказики, эссе, зарисовки, пьесы не раз спасали от бездумного проваливания в коматоз.

Состав "Записок..." не однородный, что-то действительно смешно, забавно, интересно, а что-то граничит с примитивным бредом и глупостью. Особо понравились два рассказа про частного сыщика Кайзера, ("Босс" и "Блудница из читалки"), написанные в лучших традициях Чейза и Ко. Последнюю пьесу я бы с удовольствием посмотрела на сцене ("Бог"), только нужно немного подправить текст под наши местные реалии (ох, кто ж мне разрешит). А в "Несколько сюжетов балетных миниатюр" найдено первое литературное упоминание "убей себя об стену":

Следует один из самых трогательных и прекрасных пассажей во всем искусстве балета: Иветта с разгону бьется головой о кирпичную стену.

Тут же оказалась и любимая мною цитата к одному из романов Чарльза де Линта (если правильно помню, к "Покинутым небесам"):

Потусторонний мир существует, в этом сомнений нет. Вопрос лишь в том, насколько далеко от центра города он расположен и как поздно открывается.

А вот это меня просто порадовало:

Клыкодав – мифический зверь с головой льва и телом льва, но другого.

Пыталась подсунуть книгу своей Кошке, но она совсем не заинтересовалась. Может, потому что и так уже достаточно счастлива. А может ее сразу же разочаровала начальная классификация. Ну как можно верить книге, которая предлагает определить свой кототип по таким общим критериям? В ранней молодости, еще до нашей встречи, Кошка вполне чувствовала себя Мурзиком Затюканным. Сейчас же, в зависимости от времени суток, она может сойти и за Бестию Продувную, и за Прыгуна Акробахнутого (по вечерам особенно), и за Цапцарапа Оборзевшего (вчера, например, бедные мои руки). Прямо сейчас она воплощает собой иллюстрацию к кототипу Лежебока Беспробудный. Ну а для меня она всегда останется Красотулей Восточной, хоть Кошка по сути является Дворовой Помойной Обыкновенной.

Что ж, пришлось читать самой. Книга простенькая, назидательная, наивная и местами забавная. Есть милейшие иллюстрации. Чтение занимает минут сорок. Издание потрепанное, страшное, на отвратительной желтой бумаге. Собственно, все.

Эм, это тот самый Геласимов, который «популярный российский писатель»? Ну-ну...

На самом деле, хотелось бы поймать какого-нибудь ребенка, всучить ему эту книгу и посмотреть на реакцию. Возможно, увлечет, возможно, станет любимой. А, возможно, оставит в легком недоумении, как и меня.

Спойлеры и цитаты...

Почему-то на ум пришел анекдот про толстого мужика и электрический стул :)

Главное - правильная мотивация. Тогда можно выучить иностранный язык за три месяца. Зачем? Чтобы переписываться с девочкой (точно не знаю, может - девушкой), пусть адресат и находится не в этой стране, не в этом времени, да и не в этой реальности.

Бесподобная задумка и блестящее исполнение. Забавная книжка, которая читается за минут 20, но поднимает настроение на несколько дней.

Часть первая, или лирическое отступление

Даже боюсь представить, как Нора Галь отнеслась бы к современному состоянию русского языка. Как же хорошо, что она почти не застала распустившийся буйным цветом слэнг девяностых, засилье американизмов и уж тем более ни коем образом не могла узнать о языке падонкафф и теперешней волне "ванилек". То, на чем разговариваем мы с вами, это совсем не тот русский язык, который был во времена Норы Галь. Пичалька, да?

Нора Галь сражалась в меру своих возможностей с канцеляритом, который - всего лишь – определяется некоторой кривизной в написании слов, неправильным согласованием существительных, не совсем верным выбором слов при переводе и обилием штампованных фраз. Уверенна, что она не могла даже представить, что через несколько лет станет модным писать без заглавных букв, а знаки препинания станут пропускать потому, что "так удобнее".

Часть вторая, или почему я жалею, что прочла "Слово..."

Многие книги, если их внимательно читать и мотать на ус, делают нас умнее. «Слово живое...» как раз из таких. Теперь очень трудно читать другие книги, особенно переводные, потому что все те ошибки переводчиков, на которые раньше и внимания не обратила бы, сейчас бросаются в глаза. Взяла Лихэйна – закрыла на 4 странице, потому что ну не возможно же. Прочла Барикко «Такая история» в переводе Яны Арьковой – хорошо, даже очень хорошо, но есть несколько моментов, где можно было написать еще лучше. Да что говорить, если даже от Моэма в определенных предложениях начинало сводить зубы. Любят переводчики тавтологии и построчный перевод: «он взял в свои руки» - а в чьи еще?

Часть третья, или что я думаю о книге

В «Слове...» огромное количество примеров плохих переводов и оригинальных корявых текстов. Нора Галь на каждый пример дает свой вариант, как было бы лучше написать, перевести, исправить. Если прикинуть, то я с ней согласна процентов на 70.

Во-первых, я против перевода имен собственных. Для меня хватило бы подстрочного комментария, где объяснена игра слов или двусмысленность фамилии, имени, названия города и т.п. Нора Галь считает, что имена собственные переводить нужно, а комментарии – признак неумелости переводчика.

Во-вторых, Нора Галь проповедует принцип «проще - лучше»: чем проще предложение, тем лучше, понятнее для читателя. Не всегда, в некоторых примерах «упрощения» предложений в итоге получался примитив. Зачем переписывать сложноподчиненное предложение, вполне понятное и прозрачное, заменяя на несколько простых? Чтобы читателю было удобнее? Несколько таких примеров было, и первоначальный вариант, показанный как ошибка, мне понравился больше, чем исправленный.

Часть четвертая, или об истории

Отдельной темой книги стоит вопрос, почему так обеднел русский язык, почему в нем такое засилье канцелярита и откуда он взялся, почему из периодической печати, радио и телевидения идет такой поток штампованных фраз, которые со временем становятся нормой? Думаю, по-другому и быть не могло. Для примера, газета Известия, № 170 за 20 июля 1948 года, передовица:

«День Воздушного Флота СССР прошел как яркий, торжественный праздник...»
«Радостно встретили День Воздушного Флота трудящиеся...»
«Ярко отметила День Воздушного Флота столица...»
«День Воздушного Флота праздновала вся страна...»

И так далее, со всех концов СССР приходят сообщения о праздновании Дня Воздушного Флота, и везде он проходит ярко, празднично, торжественно, радостно, потому что иначе нельзя. Вот и приходится писать штампами, еще раз штампами и только штампами. Может, и не такая уж малая доля шутки была у Ильфа и Петрова в «Золотом теленке», когда Остап Бендер продал журналисту «Торжественный комплект. Незаменимое пособие для сочинения юбилейных статей, табельных фельетонов, а также парадных стихотворений, од и тропарей». А куда деваться, если уже через три недели, 17 августа уже наступит «День Морского Флота», который точно так же нужно встретить, отметить, провести, отпраздновать, справить ярко, празднично, торжественно, радостно, весело, беззаботно.

Флэшмоб 2011, спасибо Obright

Этим увесистым романом закрываю флэшмоб 2011. Специально оставила "Ярмарку тщеславия" напоследок, ибо она меня пугала своим объемом. Все оказалось не так страшно, книга дочитана, итоги подведены, ура-ура.

Теккерей выбрал просто идеальное название: именно ярмарка - базар, толпа, сутолока, толкучка, наша суматошная жизнь; и именно тщеславие как основное качество, а также глупость, самовлюбленность, недалекость, да порой и откровенный идиотизм. И герои все как на подбор, никому не хотелось сочувствовать, кроме Доббина, конечно. Да и его иногда хотелось взять за шкирку, встряхнуть и проорать в ухо: "Что ты тут делаешь, а? Это не твое место, ты здесь лишний, ты же адекватный, блин!".

Скажу вот еще что: я хотела бы более жестокую концовку романа по отношению к Ребекке. Слишком легко она отделалась.

Пришлось придумать тег "случайность", потому что я никоим образом не собиралась читать ни конкретно эту книгу, ни что-то подобное. Но вот так получилось: "О, книжка, а что за она? А о чем? Мммм, а не прочитали ли мне ее?". А прочитать...

Эта книга посвящена абсурдным проблемам, которые одолевают людей, и абсурдным решениям, которые предлагает им психотерапия.

Не правда, эта книга посвящена той самой волшебной мантре, которая так хорошо помогает справиться с бессонницей (думаю, не только мне): "Если сейчас не засну, то встану и пойду убирать квартиру", - и все, крепкий сон через несколько минут обеспечен. Пример, конечно, не совсем верно, но помогает проиллюстрировать суть "терапии испытанием": есть симптом (бессонница) и есть некое задание, которое дОлжно совершать тогда, когда симптом себя проявит (уборка). Главное требование - задание должно причинять неудобства. При это оно же должно приносить и пользу. Терапевт должен дать пациенту задание более суровое, чем симптом, тогда есть вероятность, симптом сойдет на нет лишь бы не выполнять задание. В книге рассказаны несколько историй, когда применялась "терапия испытанием". Разные врачи и разные пациенты, начиная с мальчика, который не хотел ходить в туалет, и заканчивая талантливым писателем, который не мог писать. Все истории рассказаны живым языком, и мне понравилось, что кроме сугубо терапевтических сведений (воспроизведены диалоги терапевта и пациента на основе аудиозаписей сеансов) даны какие-то мелочи, помогающие как бы увидеть пациента или врача: "Это была нервная женщина" или "Они были белыми, врач - черным". Пара незначительных черт, и совсем другое впечатление от истории.

Как человек, помнящий себя ребенком, ответственно заявляю - все было так или почти так. Вместо Лены была я - девочка со страхом высоты и нелюбовью к причесыванию; вместо Трилле - сосед Витька, безотцовщина и верный друг. И долгие заснеженные зимы, и быстрое яркое лето. И поиски пути в волшебную землю королев и принцев Арктику, и ловля на живца чертей на болоте, и охота на куропаток с самодельными луками, и поиски на свалке разных ништяков. И набеги на соседский сад за черешнями! Это потом, намного позже дошло, что можно подойти и попросить, и нам не откажут. Но гораздо интереснее было подкараулить, когда соседка уйдет в магазин, и накинуться на бедное дерево. И звезды были ярче, а трава - выше, и в ней как забавно было прятаться от взрослых, а потом приходить домой с изрезанными зелеными коленками.

Спасибо Марии Парр, она помогла многое вспомнить. Не всегда хорошее, ведь смерть была тоже. И несправедливость. И обиды, и боль.

И все это было, а теперь я даже не знаю, что стало с теми детьми, с которыми прошло мое детство. Небось все выросли и всё забыли. Тот самый Витька давно стал Виктором, и уж точно не будет с горящими глазами смотреть на обрывок географического атласа: "Да вот же, Земля Королевы Мод, нам нужно сюда!" - "Нет, вот тут, рядом, Земля Принцессы Елизаветы, сюда, совсем недалеко!" - "А если море не замерзнет?" - "Замерзнет!".

Эта книга затронула и разворошила слишком многое. И, главное, дала понять, что детство действительно было.

Флэшмоб 2011, спасибо Spence

Не то время, не то настроение, все не то. Не знаю. А вообще главная ошибка была в том, что я вообще подписалась на эту книгу. Не нужно было, потому что когда-то раньше читала рассказ. И вот рассказ-то и вызвала катарсис, тогда я и распереживалась и расчувствовалась, второй раз тем же сюжетом уже не пронять. Рассказ концентрированный, в нем нет воспоминаний и ненужных моментов, нет ничего лишнего, и поэтому он бьет по мозгам. Роман такого эффекта не дает, он растекается на долгое время, дает увидеть предысторию и тормозит, растягивает настоящее. Думаю, что читать нужно или одно, или другое, но никак не вместе - в чем-то разочаруешься.

Самое большое непонимание (да и неприятие) вызвала семья Чарли. Я их не понимаю, не могу понять Розу, которая прошла путь от

– Я не собираюсь забирать его из школы! С ним все в порядке!

через

Все твердили мне, что его нужно убрать. Те, кто говорил это, оказались правы. Уберем его.

к

– Ему лучше умереть… Он никогда не станет человеком…

Это слова одной и той же женщины, матери, о своем ребенке. Между первой и третьей фразой пропасть, и я не могу представить, как она смогла ее переступить.

Сама того не подозревая, TibetanFox вот этой рецензией загнала меня в глубокую ностальгию. Чтобы как-то перебить это чувство, пришлось в срочном порядке искать книгу. Нашла-таки. И снова ходила пугать коллег по работе жуткой обложкой и пересказами сюжетов: "У одного герцога была молодая жена...".

Как ни жаль, в девяностые этот сборник прошел мимо меня, хотя в домашней библиотеке осело множество похожих, которые периодически вытаскиваются и заново просматриваются. Перечитывать, к сожалению, нет смысла, так как лучшие из рассказов прочно остались в памяти, а на худшие не хочется тратить время.

Всегда поражало то, как подбирались рассказы для каждого конкретного издания. Почему под одной обложкой оказывалась и низкопробная дрянь, и настоящие шедевры? В число шедевров отсюда записываю:

"Западня" Дэмон Найт - конец человечества в отдельно взятом сортире;
"Непрощенная" Септимус Дейл - жуткая история про дочь священника;
"Мой мальчик" Абрахам Рэдли - квинтэссенция чистой незамутненной шизофрении, великолепный рассказ;
"Птицы" Дафна дю Морье - тут без комментариев, классика жанра.

Еще как Лавкрафтоведа порадовали "Дневник Алонсо Тайпера" Уильям Ламли и "Ужас в музее" Хазл Хилд. Второй рассказ весьма точно передает манеру письма самого Лавкрафта.