Рецензии Desire

Бакли постоянен в выборе героев. Уже в третьем подряд по счету романе его героиня молодая энергичная американка, образованная "пожилая" девушка, доставляющая своему правительству немало хлопот. Однажды за мисс Картрайт, телевизионной звездой шоу "Шестой зал суда" прилетает правительственный вертолет. От президента США поступает весьма заманчивое предложение - войти в состав жюри Верховного суда вышеупомянутого государства. Сенатская комиссия по выбору кандидатов запорола вот уже второго ставленника президента, а все потому, что ее возглавляет заклятый соперник главы государства, прочащий это тепленькое местечко себе. Но барышня оказалась крепким орешком, и страну начали сотрясать неимоверные скандалы и разоблачения. Как поклонница Бакли получила неимоверное удовольствие от остроумных диалогов его персонажей, хотя и была немного обескуражена узнав, что частично автор списал свою главную героиню с Сары Пейлин

Главный герой трудясь на поприще сочинительства романов за других, вдруг узнает, что у таких как он тоже бывают семинары, встречи, конгрессы и пр. мероприятия, где они зачитывают друг другу фрагменты своих-чужих произведений. И вот по дороге домой с одного из конгрессов он случайно оказывается в Будапеште и... влюбляется в этот город и в этот язык. Смена сезонов и часовых поясов, стечение обстоятельств и всевозможных сложностей, обретение и утрата новой любви, переосмысление собственной шкалы ценностей и взгляд со стороны на собственную карьеру - и вот наш герой уже пишет по-венгерски... за кого-то другого :)

В сборник рассказов профессора права Бернхарда Шлинка вошли семь отчаянно-пронзительных произведений, оказывающих на читателя (вдумчивого читателя) неоднозначное впечатление: "Девочка с ящеркой", "Другой мужчина", "Измена", "Сладкий горошек", "Обрезание", "Сын" и "Женщина с бензоколонки". Общей объединяющей канвой всех семи рассказов, пожалуй, является бегство. От, к, из-за... неважно чего. Недаром немецкое название сборника дословно переводится как "Беглецы любви".

Если остановиться на судьбе самого Шлинка, принадлежащего к так называемому второму поколению, т.е. рожденных после войны немцев, то тут очевидны метания и противоречия, когда дети не могут не любить своих родителей и одновременно вынуждены их осуждать. Отсюда-то и противоречивость и муки его героев, их поиски самих себя, ошибки, измены, сожаления, предательства. Читатель поневоле проникается сочувствием и состраданием к в общем-то малопривлекательному и жалкому персонажу.

В центре сюжета "Другого мужчины" (Der Andere) двое незнакомых друг другу людей. В прошлом их объединяет Лиза: жена Тайля и увлечение Рольфа. Тайль случайно узнает об этой связи и пытается разобраться, что толкнуло добропорядочную мать, жену и талантливую скрипачку в объятия того человека. Результаты его дознания совершенно не утешительны: Другой оказывается обычным фанфароном, хвастуном, лгуном, да и просто неудачником. От того-то и разочарование Тайля такое горькое - ему неведомы мотивы былой измены, он не видит ничего достойного в сопернике, его разоблачение и "жалость" смахивают разве что на желание дать последний унизительный пинок и без того побитой собаке. Однако именно Рольф открывает ему глаза на собственную жену. "Та жизнерадостность, которую он (Тайль) получал он нее, была не меньшей, а именно такой, какую могло воспринять его малоотзывчивое, угрюмое сердце. Она ничего не утаивала от него. Она отдавала ему все, что он способен был воспринять".

Очередная попытка в общем-то не лишенного таланта автора поспекулировать на псевдобиографическую тему, благо исторических персонажей предостаточно - достаточно выбрать одного, к кому до сих пор не иссяк интерес и вперед.
Вот досталось и супруге английского барда, Анне Шекспир, в девичестве Хетауэй, якобы написавшей небольшую книгу о своем замужсестве и вообще о житие-бытие в качестве жены поэта. возможно стилизация и безупречная, обороты и события тех лет соблюдены с кропотливой тщательностью, но фантазия автора о супружеских любовных утехах - это словно дань современности, когда уже ни один роман не обходится без сальностей и пикантных постельных сцен. Признаюсь, что я против ханженства, а еще против погдлядывания в замочные скважины.

В романе две сюжетные линии, время ограниченно одним весенним днем в 1945г. Союзники бомбят небольшой городишко Лоэнфельде. В первой действие происходит в подвале музея, где пережидают артобстрел четверо сотрудников, во второй - американский солдат Перри осматривает руины того самого Лоэнфельде и то, что осталось от музея. Утро и вечер, война и мир, жизнь и смерть. Автор увлекает (правда весьма долго и дотошно) в историю одного полотна кисти Ван Гога, и все ради того, чтобы выписать трагическую кульминацию отношений главных героев из первого сюжета. Торп с самого начала раскрывает судьбу всех четверых, но к кульминации ведет неимоверно долго, расписывая трусость одного, отвагу другого и неуемное стремление к прекрасному третьего... Бесспорно многое можно списать на войну и на сложное время. Но разве можно оправдывать миллионы жертв одержимостью мировым господством одного неудавшегося акварелиста.

Нет у меня однозначного впечатления от творчества Бена Элтона. Вроде пишет остро и злободневно, а все равно остается какая-то недосказаность или недовыраженность основной идеи. Конечно, автор дает возможность своему читателю домыслить основные посылы своих произведений, но с другой стороны есть в этом что-то принципиальное, вроде экзамена на сообразительность: если ты думающий человек - поймешь, если нет - то и браться не стоит.

В основе сюжета "Слепой веры" хиреющее и вырождающееся будущее, где всем верховодит Храм, Бог-и-Любовь, слепая вера, а люди, и тем более новорожденные дети, умирают от элементарных болезней и антисанитарии. Адепты Храма превозносят плотские радости, поощряют культ еды и тела, клеймят науку и прогресс и преследуют инакомыслящих.
Не желая мириться с безысходностью, Траффорд Сьюелл дает согласие на незаконную вакцинацию своей новорожденной дочери - малышке Кейтлин тайно делают прививку от свинки и кори. Когда эпидемия забирает почти всех детей из их дома, а Кейтлин остается жива и здорова, проповедники устраивают целое шоу из того, что миру явилась новая спасительница.

"Вера, которую приходится вымогать угрозами, ничего не стоит".

1034 страничная сага о жизни Джека Бернса, будующей звезды Голливуда, сделавшего себе карьеру на ролях трансветитов. Вообще тема трансвестизма, - надевания на себя личины, маски, - равно как и подробный экскурс в мир татуировок, следует через весь роман. Ну и как обычно у Ирвинга, не обошлось без рестлинга, путешествия в Европу (Вены и медведей не было:)), неравных связей, внезапных смертей, горечи потери и... обманов. в общем традиционный Джон Ирвинг, чей писательский талант явно подрастерялся и слегка померк. Хотя в данном случае, он взял не только словом, но еще и весом.

Если одним словом, то – гениально. Давно мне не попадалось ничего столь затягивающего, столь сильно погружающего в вымышленный мир автора, что порой казалось, я умираю от голода вместе с главными героями, отчаянно пытающимися сохранить в себе остатки человечного.

В предисловии к роману сказано следующее: «В журнале роман назван «Дорогой» - переводчик и редакция считают это название более соответствующим его смыслу. Не случайно в оригинале оно звучит «The Road», а не «The Path»: все действие происходит на неизвестно куда (скорее всего, в никуда) ведущей дороге, по которой бредут или едут разные персонажи, и у каждого свой путь, но объединяет их именно дорога». Так вот переводчик и редакция, на мой взгляд, неправы, т.к. отец и сын не все время бредут по дороге. Они прокладывают именно что свой собственный путь на юг, туда, где еще может быть тепло, сверяясь по обрывкам потрепанной карты. И действие романа происходит не все время на дороге, герои заходят в заброшенные дома, прячутся в лесу, идут через покрытые пеплом поля и сады. И персонажей на упомянутой дороге почти нет. Так, случайные путники, которые тоже ищут тепло и достаток, которых гонит голод (или настигает).

Действие разворачивается спустя несколько лет после глобальной катастрофы. Человечество находится на грани вымирания, если уже не вымерло. Отец и сын, неслучайно автор не дает им имен, чтобы усугубить собирательность их образов, держась друг друга, медленно продвигаются к южным штатам, чтобы переждать там суровую пост-апокалиптическую зиму. И чтобы не сойти с ума, один для другого становится символом жизни, смыслом, ради которого стоит держаться за ту самую жизнь, с которой уже простилась их мать и жена, не силах терпеть лишения, голод, холод и произвол. У отца есть револьвер с двумя патронами. Для себя он давно решил, кому именно они будут предназначены, когда придет время. И все же забота о мальчике, любовь к ребенку и родительские инстинкты держат на ногах его изможденное тело. Продвигаясь все дальше и дальше, отец и сын лишаются иллюзий о лучшей жизни с других местах, однако детское восприятие мира, его непосредственность и восторги по самым ничтожным поводам, его сочувствие к даже не заслуживающих того людям, вынуждают отца просыпаться каждый день, вставать и идти вперед к намеченной, но все же призрачной цели. И эта гонка за мечтой – их последняя надежда. А надежда, как говорится, умирает последней.

Маккарти сравнивают с Хемингуэйем, Солом Беллоу, Уильямом Фолкнером, Доном Деллио, Томасом Пинчоном, Джеймсом Джойсом, Марком Твейном и Джоном Стейнбеком. Впечатляет. Предыдущий роман Маккарти «Старикам здесь не место» (2005г.) благодаря братьям Коэнам обрел всемирную популярность. Экранизация «Дороги» тоже не заставила себя долго ждать, если верить данным imdb релиз запланирован уже на этот год. В главных ролях Виго Мортенсен, Гай Пирс, Роберт Дюваль... хотелось бы, чтобы сценаристы не исковеркали главную фабулу, скатившись в банальную демонстрацию противостоянии добра и зла.

Однажды по дороге с курорта домой Адриан вышел размять ноги на маленьком полустанке и упустил свой поезд. И поскольку полустанок был почти заброшен, а стоянка была не запланирована, то следующего поезда Адриан так и не дождался. Ему пришлось поселиться в полуразрушенном поселке под названием Вокзал неподалеку от станции и ждать, когда же его семья хватится и пришлет за ним автомобиль.

Роман больше смахивает на притчу о поисках самого себя и своего места в этой жизни. Адриан в той жизни успешный молодой инженер, имеет семью, работает на заводе своего тестя и скорее всего займет его место, когда наступит его время. Адриан на Вокзале – отставший пассажир, самозванец, нарушитель спокойствия в тихой, размеренной жизни поселка, где давным-давно смирились с безысходностью, разрухой, застоем и произволом. Этот вынужденный, а скорее всего предначертанный судьбой, шанс вынуждает главного героя сделать свой выбор. Любой. Уйти или остаться. Смириться или бороться. Пока есть желание и силы изменить все. И Адриан принимает решение!

Потрясающий роман о том, как не одно поколение писателей приезжает в Париж за вдохновением, и как этот город, великолепный и дурманящий, «ломает» людей, влюбляя в себя, и нередко подавляет своей величественностью.

«...культурный шок, который возникает в Париже, красота города, тонкости общения, многочисленные ловушки, таящиеся в этом спесивом языке, интриги в литературных кругах и особенно одиночество доводили некоторых земляков квебекского психоаналитика до того, что как он выразился, 'у них ехала крыша'.

Пантеон оказывался в каком-то смысле символом недосягаемости. Этот храм духа был для них закрыт подобно тому, как желание постичь Париж вдруг оказывалось несбыточным. Понимая, что они обречены на провал, некоторые закрывались в своих гостиничных номерах, а в предвоенном поколении были даже зафиксированы случаи потери речи. В последнее время синдром проявлялся в настойчивом желании размахивать на каждом углу флагом с королевской лилией и громко разглагольствовать на архаичном языке, на котором говорили в XVIII веке».

Просто изумительно. Словно снова побывала в Париже и прошлась по знакомым и незнакомым местам с гидом-квебекцем, в принципе, таким же туристом и ротозеем, как и я сама:)

Женщина- мечта – это не то, чем женщина стремится стать, а то, какой ее видит мужчина.

Пять восхитительных рассказов, очаровательных как первое дыхание весны, бесподобных как долгожданное птичье щебетание после долгой, холодной зимы, влюбляющих читателя в автора словно ничего более прекрасного в литературе доселе и не существовало.

«Мечтательница из Остенде», «Выздоровление», «Идеальное преступление», «Скверное чтение» и «Женщина с букетом» - вот истории способные вдохновить кого угодно на что угодно. У меня после прочтения Шмитта случается такой словесный ступор, хотя не могу пожаловаться на косноязычие, но на фоне такого мастера слова – пусть даже в переводе – все мои мысли и фразы кажутся жалким бормотанием и невразумительным лепетом.
Безумно позитивный автор.

Вполне себе логическое завершение предыдущих книг. Хочется надеяться, что Стефани Майер поставила на этом колоссальном проекте жирную точку, но все же не без сомнения замечу, что предпосылки к продолжению все таки намечены:) Ну пока есть интрига, будет и публика (читательская аудитория) желающая еще раз повстречаться со своими любимыми героями. А значит авторскую фантазию продолжат подпитывать не только льстивыми или вполне искренними признаниями, но и еще и колосальными гонорарами. В принципе, какая в сущности разница, как именно ее простимулируют. Главное получить возможность еще раз посопереживать неземной любви Эдварда и Беллы.

Очень хочется поспойлерить, но все же, завидуя тем поклонникам, которые с нетерпением ждут перевода на русский язык, воздержусь. Скажу только, что вампиры и волки Форкса все еще дружат:)

Из официального анонса содержания романа:
В городке Алгонкин-Бей нет спасения от весенней мошкары. В бар заходит сильно искусанная рыжая девушка. Ее странное поведение привлекает внимание, и ее отвозят в больницу. Там выясняется, что в девушку стреляли и пуля застряла у нее в мозгу. Пулю удается извлечь, но память к девушке пока не вернулась. А уж сам момент преступления она, по мнению специалистов, не вспомнит никогда. Но пуля выводит детектива Джона Кардинала и его помощницу Лиз Делорм на след байкера-наркоторговца Вомбата Гатри. Однако след обрывается у водопада, возле того, что осталось от Гатри...

Хороший старт первого переведенного на русский язык романа Бланта «Сорок имен скорби» подхватил второй - «Нежная буря», а вот «Сезон мошкары» оказался несколько излишне затянутым и малодинамичным. Да, по канонам детективного жанра, сюжет должен быть степенным, в меру раскрытым и развиваться постепенно, выдавая читателю незначительные детали для собственных умозаключений к финалу. У Бланта же в «Сезоне мошкары» ведутся две сюжетные линии: расследование Джона Кардинала и будни преступников. И это противостояние раскрывается тааак медленно и скучно, монотонно и вяло, что я просто зевала до хруста в челюсти. Короче, если если бы знала, то попросту не стала покупать эту книгу. Хотя... уже соблазнилась на его следующий роман с главным героем Кардиналом «Пучина боли». Кстати, это английское название. В самой Канаде роман выходил как «Пока ты это читаешь» (By the Time You Read This).

Читая о чувствах семнадцатилетней Беллы, я вдруг вспомнила себя в этом возрасте и почувствовала чуть ли не то же самое. Мне думается, миссис Майер либо писала по горячим следам неостывших чувст, либо справлялась по собственным девичьим дневникам. Ее героиня ведет себя очень просто и естественно, что в 17 лет редко кто из хорошо воспитанных девушек может себе позволить. Потому что быть самой собой, то есть с обожанием заглядывать в глаза понравившегося тебе юноше, неприлично; искать с ним встреч и уединения – непристойно; говорить о своих чувствах сразу – нежелательно, а мечтать о совместной жизни и любви до гроба (ну и что, что вы мало знакомы, главное ведь вы не можете друг без друга) – легкомысленно. А еще в сюжете привлекает, несмотря на корявую интерпретацию и каждые два три предложения «его медовые глаза», «стальной торс» и какие-то там кудри, невозможность этой самой любви. Ведь из истории жанра всем известно, что сюжет чем противоречивее, сложнее и запретнее, тем и привлекательнее и слаще. Короче, я не перехваливаю «Сумерки» и не осуждаю. Я читаю продолжение и хочу знать, будет ли у этого вымысла разумный финал. А вообще-то, судя по бешенной популярности экранизации, миссис Майер может почувствовать вкус денег, так же как ее вампиры – кровь:) И тогда...

Еще одно произведение Мюриэль Спарк, опубликованное на страницах ИЛ. И опять у Спарк множество действующих лиц, за которыми не уследить, да и всех по именам не запомнить, а действие разворачивается на протяжении одной ночи (в «Пире» это был один вечер, когда и состоялся тот самый званый ужин). Многочисленная прислуга богатого рода Клопштоков готовится к... вступлению в права наследования. Сама же чета Клопштоков пока все еще в полном здравии принимает у себя в библиотеке одного из многочисленных секретарей баронессы. Однако над фамильным замком где-то в горах Швейцарии, равно как и в самом замке, сгущаются тучи и разыгрывается гроза.

Как всегда у Спарк, в романе - обильные диалоги, что делает его похожим на пьесу, бездна сарказма и фонтаны, просто вулканы полемики. Большинство ее героев за словом в карман не лезет, они образованы, начитаны, расчетливы и обаятельны. Что же касается моего личного впечатления, то я как и в предыдущий раз, сначала не прониклась к роману никакими чувствами (симпатии или антипатии). Проза Спарк для меня как вино, которое должно настояться, чтобы распробовать со временем его истинный вкус.

На сегодняшний день из всех переведенных детективов Х.Манкелля "Глухая стена" самый слабый роман. И даже дело не в том, что автор с трудом себе представлял как расписывать хакерские атаки и взломы всевозможных банковских и государственных систем. Тут дело в невнятной паралельной линии расследования и в явной нехватке злоумышленников. Т.е. у читателя складывается впечатление, что полиции противостоит чуть ли не дюжина преступников, которая по непонятным причинам оставляет бестолковые улики повсюду, чтобы их вычислили как можно скорее. А самом-то деле...
В одном только Манкелль неизменен - в многословии, в медленной раскрутке интриги, в степенности повествования, которая стала его бесспорной визитной карточкой.
В общем, поклонники Курта Валландера в любом случае останутся довольны, ибо комиссар истадской полиции распутает и это дело.

В "Саге" у Бенаквисты особенно вохитителен и узнаваем Париж. Вот хоть прямо бери карту города и ходи по ней следом за Марко.

Итак, четверо авторов - не особенно популярных или порядком подзабытых - получают заказ на 80 серий мыльной оперы, которая должна идти в эфире поздно ночью или рано утром. И поскольку каждый из четверых по отдельности является на свой манер экспертом в том или ином жанре, то "Сага" приходится по душе абсолютно всем, кто ее смотрит: домохозяйкам, министрам, врачам, учителям и простым работягам. Сценаристы начинавшие работу в полнейшей беззвестности, к финалу первого сезона становятся творцами настроений целой нации. Призови они свергнуть существующую власть - поклонники "Саги" тут же устремились бы на штурм Елисейского дворца. Однако руководство канала выстраивает козни за спинами создателей и заключает контракт на продолжение с уже совершенно другой командой сценаристов.

Как всегда у Тонино Бенаквисты в этом произведении присутствует искрометный юмор, самоирония, немножко сатиры и пародии. Автор без устали высмеивает современные нравы и ценности, выстроенные только с выгоднической позиции. Впрочем он также не забывает и о благах для своих главных героев, которые заключаются не только в материальном достатке, но и в наличии души и совести.

Монументальная вещь как и любая в валландеровской серии. Белая львица - образ свободной Африки, который грезится одному из персонажей романа. Сам же Валландер, степенный комиссар истадской полиции, расследует исчезновение, а затем и убийство молодой женщины. Внешне уравновешенный и эмоционально сдержанный, но с бульдожьей хваткой, он идет по следу безжалостного убийцы, бывшего кгбшника Коноваленко (ну как же без русских-то) . Паралелльно развивается другой сюжет в ЮАР - заговор с целью покушения на Нельсона Манделлу. И вот такой динамичный круговорот событий с резкими переходами от Африки до Швеции и обратно на 600 страницах.
Манкелль такой мастер не закручивать интригу на первых ста страницах, что неискушенному читателю, привыкшему "видеть" криминал уже в первом абзаце, может прийтись не по вкусу. Но если преодолеть себя, пересились эти самые первые 100-150 страниц, то увлекательное чтение гарантировано.

Главный герой романа Джереми, а роман написан от первого лица, что имеет немаловажное влияние на читателя, рано осиротел. Эту самую нехватку родительской опеки, да и просто тепла он пытается найти у родителей своих друзей, одноклассников, знакомых. В итоге его тесть с тещей – Бернард и Джун – становятся для него этим, грубо говоря, суррогатом, объектом его детских, а впоследствии юношеских стремлений обрести полноценную семью. И хотя его жена никаких восторженных чувств по этому поводу не испытывает, она позволяет Джереми восполнять собственные эмоциональные и родственные пробелы.

Перед тем как написать об этом романе Макьюэна, прочитала чужие мнения относительно «Черных собак». В частности, согласна с одним автором, что Маккьюэн на фоне второй мировой войны, крушении Берлинской стены и прочих глобальных событий прошлого века, делает акцент имено на человеческих ценностях. И те самые две черные собаки, которые однажды встретились Джун на узкой горной тропке и перевернули всю ее жизнь, ее взгляды, мировоззрения и предпочтения, и есть прямое доказательство тленности бытия. Как говорил Фридрих Ницше: «Все, что нас не убивает, делает сильней». Однако не могу не отметить и собственную подмеченную в романе параллель. Однажды Джереми, будучи уже сам не единожды родителем, ужинает в маленькой провинциальной гостинице, где вечернюю трапезу с ним разделяют заезжая городская красавица и семья их трех человек. Дама никак не обращает на себя внимание, а вот супруги беспрестанно терроризируют восьмилетнего сына, вплоть до того, что избивают малыша прямо в зале на глазах постояльцев и владельцев гостиницы. Джереми, тот кто благоговейно преклонялся всю жизнь перед любыми родителями, почитал их чуть ли не как прижизненных святых, долго не думая кидается с кулаками на тиранившего своего ребенка папашу и колотит, что есть силы. Вот теперь поди и разбери, что лучше - внезапное сиротство или унизительные побои издевательства с самого раннего детства. А за ответом ходить в Макьюэну бесполезно. Он только вскрывает те самые сложные пласты, обнажает человеческую сущность, предоставляя читателю самому решать как со всем этим поступать.

Начиная читать, я знала (не помню откуда), что это раняя вещь, написанная чуть ли не в детском возрасте. Поначалу мне так и показалось. Однако затем, продвигаясь все дальше вглубь, ныряя с головой в жаркое нью-йоркское лето, я вдруг вспомнила, что автор-то большой любитель вымыслов и мистификаций. И каков творец, таково и наследие. Роман не производит впечатление незрелой пробы пера. Пусть никого не смущают заметки редактора об исправлениях грамматических и орфографических ошибок. Это тщательно обдуманное произведение, ибо такие сюжеты не приходят в голову вдруг; их долго вынашивают, как, прошу прощения за сравнение, женщина вынашивает дитя.

Название «Летний круиз» опять-таки косвенно отражает события одного лета, где главная героиня о круизе только говорит, но не путешествует. Семнадцатилетняя Грейди Макнил провожает родителей в дальний путь и, предоставленная самой себе, проживает один из ярких и трагичных периодов своей короткой, полной праздных событий жизни. Родительский избыток доверия несовершеннолетней дочери (ах, кто из нас не восставал против «предков») одна из ключевых причин трагедии Грейди. Что ж, Нью-Йорк - большой город, взрослый мир полон опасностей и подводных камней, а юные создания так стремящиеся поскорее выпорхнуть из под теплого крыла в самостоятельную жизнь, бьются головой об одни и те же стены.

На мой взгляд, «Летний круиз» является не незавершенным романом с открытым или даже внезапно «оборванным» финалом, а с осмысленной концовкой и решением дилеммы. В мире столько людей, которые разбираются с делами как Александр Македонский с гордиевым узлом.

Что самое замечательное в Леймбах, так это легкий, порой ироничный стиль. Она пишет с улыбкой о том, над чем и рыдать-то мало. Нашла в сети ее сайт, где на главной странице висит линк на «Autism speaks», почитала блог, отрывки из других романов, которые у нас не выходили, написала письмо (благо это оказалось возможно) со словами благодарности и восхищения, потому что, по утверждению самой писательницы, «Дэниэл молчит» это ее биография. Меня ее книги (те две что прочла) сделали счастливее. Когда есть такая литература или даже такой вот автор, который действует как лекарство, можно переживать и потрясения, и дрязги, и даже утрату. Очень показательно сравнение, когда Мелани, узнав о диагнозе сына вся в слезах жалуется своей приходящей горничной Виине, та ей отвечает: «Ну он же по крайней мере жив». И все беды с этого момента кажутся пустяками.

Небольшой роман, скорее всего даже повесть о послесвадебном вечере двух юных молодоженов. О том как нехватка сексуального воспитания, не разнузданность и вседозволенность, а именно элементарное незнание, растоптало большое и сильное чувство – любовь. И эта любовь не смогла одолеть самой первой трудности, возникшей между двумя людьми, всего несколько часов назад поклявшихся друг другу в вечности этого самого чувства.

Что ж, Макьюэн постоянен в мрачности прогнозов и в описании не самых лучших качеств человека. У него низменное обязательно возьмет верх над чистым и светлым.

Каллин не Конан Дойль, но у него тоже есть чем порадовать поклонников асса дедукции мистера Шерлока Холмса. Холмс по-каллиновски разительно отличается от конандойловского, и автор объясняет это различие мыслями своего же героя. Общеизвестные истории о лондонском сыщике сочинял его компаньон доктор Ватсон, которому Холмс в свою очередь так и не смог втолковать разницу между дедукцией и индукцией. Данное же повествование ведется частично из уст самого Холмса и от имени неведомого рассказчика, всплывающего в сознании 93-х летного Шерлока словно некий глас из прошлого.

Холмс борется со старческим слабоумием, записывая историю давнего расследования, питаясь маточным молочком и странствуя по Японии в поисках некоего загадочного растения, укрепляющего память. Признаюсь, у меня немели щеки, когда автор расписывал пасечные визиты Холмса, где тот, нисколько не боясь пчелиных укусов, проветривал ульи, проверял соты и вообще находил умиротворение. Возможно неистовым и ярым поклонникам приключений великого сыщика «каллиновский» замысел не понравится не из-за развития сюжета, а из-за его отсутствия. И все же этот молодой писатель такой словесный искусник, что им зачитываешься буквально со второго абзаца.

В свежепереведенном романе «День бумеранга», где главное действующее лицо опять молодая энергичная женщина в возрасте «едва за 30», речь заходит о насущном и злободневном чаянии населения США, а именно о налоговых выплатах. Не спешите перебегать на следующий материал, ибо сюжет стоит того чтобы немножко его раскрыть.

Значит в самой демократической стране мира случился переизбыток пенсионеров. Экономика государства на грани развала, бумажки что выпускает казначейство для притока иностранного капитала давно уже никого не прельщают, поэтому пополнять закрома неоткуда, разве что поднять социальный налог до невообразимых высот. Правительство скрепя сердце подписывает распоряжение, согласно которому один работоспособный налогоплательщик должен содержать двух, а то и трех пенсионеров. Кассандра Дивайн, в прошлом уволенная из рядов вооруженных сил США, а ныне прекрасно поживающая в качестве совладельца пиар-агенства, призывает молодежь выйти на митинг протеста и не куда-нибудь, а на лужайку Белого дома. Собирается многотысячная толпа. Зачинщицу как подстрекательницу к свержению законноизбраного президента бросают в тюрьму (в самой демократичной стране мире), откуд под нажимом общественности и сторонников Кассандра триумфально выходит. Дальше больше! Почувствовав реальную поддержку мисс Дивайн выдает в своем блоге проект по стабилизации экономической и налоговой ситуации под названием «восхождение». Суть проекта проста: каждый пенсионер, достигший 70-летнего возраста должен покончить с собой, дабы не превратиться в обузу для содержащего его гражданина. Взамен «восхожденцу» обещают массу привилегий: от бесплатного сооружения посмертного пантеона до освобождения от налога на наследство для родственников. Ну а если он решится на подобный шаг в 65 лет, то государство просто завалит благами его потомков. И самое поразительное и парадоксальное, что может случиться в самой демократической стране мира – проект «Восхождение» принимается на ура.

И 600 страниц о том как лихорадит верхушку власти: алчущие ее идут на все, а получившие удерживают всевозможными способами. Сенаторы и конгрессмены ратуют за беспринципные законы, президент умасливает своих спонсоров, председатели различных фондов и общественных организаций торгуются за сферы влияния, журналисты подливают масла в огонь, а между этой злобной сворой стоят массы словно маленький ребенок, который пойдет с тем кто первым схватит его за руку.

Очень саркастичная сатира на современное американское общество. Мне думается, при сложившейся ситуации всеобщего негатива к самой демократичной стране в мире, американофобы должны присудить Бакли какой-нибудь орден с пояснением «За подрыв репутации» или «За развенчание американской мечты».

Назвать роман типично женским, а как известно «женская» литература серьезным читателем воспринимается весьма прохладно, мне бы не хотелось. Однако идея сюжета могла прийти только женщине, ибо мне еще ни разу не встречался мужчина, не то что возжелавший, но и даже вообразивший себя на месте домохозяйки. Но обо всем по порядку. Дана молодая семья Марсиак из 4-х человек. Ариана миловидная домохозяйка, хорошая жена, любящая и заботливая мать; Юго – преуспевающий бизнесмен, работящий, преданный муж и хороший отец в свободное от работы время. И двое ребятишек младшего школьного возраста. И бесконечный ремонт, разросшийся далеко за стоимость сметы. И премилая теща Лиз Онфлёр. И судебный исполнитель Морис, который на самом деле Мохаммед, но как выразилась Лиз, подзабывший свой «магрибский идентитет». Одним ненастным вечером между Марсиаками назревает откровенный разговор, в ходе которого они решают поменяться местами: Ариана пойдет вместо мужа управлять «ЖЕЛУТУ» (сдача в аренду крупногабаритной строительной техники), а Юго займется домом, детьми, разборками с ремонтной бригадой и маленьким бизнесом Арианы – продажей бижутерии. Супруги «махаются» не только машинами, работой, обязанностями, сторонами кровати, но и жизнями. Ну и разумеется, отсюда и начнутся новые проблемы и размолвки.

Очень премилое чтиво, которое скрасит любую поездку или скучный вечер дома. Причем может сослужить хорошую службу как женщинам, так и мужчинам.