| Название | Владею | Теги | Личная ценность | |||
|
|
|||||
|
Бесформенное лохматое существо в засаленном халате с дырами от реактивов, очки с толстенными линзами в роговой оправе. Бывший ботан Коля, сидевший на первой парте и постоянно тянувший руку на всех уроках — таков стереотип ученого. Те, кто так думает — пуская посмотрят на себя в зеркало и спросят себя, что они знают, и вообще, чего добились в жизни. Всем остальным — читать обязательно, особенно тем молодым людям, которые еще колеблются, стоит ли связывать свою жизнь с наукой.
Ученые, как и остальные люди, бывают разными. Но это в большинстве своем элегантные люди с прекрасными манерами, интересные собеседники, прекрасно разбирающиеся не только в своей специальности, пусть и с некоторыми чудачествами. Настоящий ученый — человек творческий, только вместо холста и красок его инструмент — формулы и числа, реактивы и приборы. И в связи с этим он тоньше и глубже чувствует, перед ним возникают более сложные моральные и этические проблемы, острее переживает, больше размышляет о будущем, перед ним возникают новые преграды, которые зачастую строит он себе сам. Ученому нельзя быть нечестным, потому что от его искренности зависит судьба его открытий: рано или поздно кто-нибудь чересчур любознательный найдет ошибку или небрежность. Но из-за этого тяжелее обрести простое человеческое счастье, потому что зачастую высокие моральные принципы не дают очертя голову отдаться чувствам… Пускай главные герои несколько идеализированы, но это не значит, что на них не стоит равняться. Автор сам был физиком-атомщиком, работал в лаборатории Энрико Ферми, но с 1945 года решил посвятить себя литературе, написав 3 романа и ряд биографических произведений — хотя бы поэтому ему можно верить в том, что касается закрытого мира ученых. Митчел Уилсон сам бывал в Москве в конце 50-х, и по описанию русского быта и людей понятно, что он смог вжиться в непростой славянский ход вещей. Даже в топографических описаниях Москвы все сходится до кварталов. То было время, когда железный занавес больше походил на стенку в комнате — зайти можно, но со стуком. Помимо научного закулисья автор пояснил соотечественникам, кто такие русские и чем они отличаются от американцев: что они такие же люди, с трагической историей, и, как следствие, со своими странностями, которые тяжело понять, не пожив в СССР. Тонкие наблюдения о русском быте будут интересны не только для западного человека, не каждый «наш» такие моменты подметит. В итоге получился научно-приключенческий роман, от которого тяжело оторваться. |
||||||
|
|
|||||
|
Виктор Олегович, как всегда, бередит юные умы своими версиями истории этого мира. Как всегда, небезуспешно – умы таки волнуются, прислушиваются, берут на вооружение, дабы при случае блеснуть интеллектом в разговоре. Но после последнего романа возникло послевкусие того, что он выписался. Да, как всегда, завлекает. Да, как всегда, остроумно, полно фраз, которые претендуют на звание крылатых. Как всегда, вереница нетривиальных героев: цыган, оккультистов, да и главный герой с булатной бородой. Но… |
||||||
|
|
|||||
|
|
|||||
|
|
|||||
|
|
|||||
|
|
|||||
|
|
|||||
|
|
|||||
|
|
|||||
|
|
|||||
|
|
|||||
|
|
|||||
|
|
|||||
|
|
|||||
|
Нашему читателю книга будет не до конца понятна, поскольку мало кому известно о быте Туманного Альбиона 70-80-х годов На одной шестой это время эстеблишмента, эпоха развитого социализма, по-народному — застой. На Западе же это время больших перемен, особенно в консервативной Англии. В то время, как советский гражданин пытается скрасить свой быт покупкой югославской стенки, ковра или хрусталя, в Британии перемены становятся стилем жизни. Спустя некоторое время перемены посетят и наше общество, но это будет потом…
Малкольм Брэдбери не особо популярен в наших краях, скорее даже малоизвестен, а очень зря. Роман читается легко, сюжетная линия развивается очень неспешно, создавая постоянное ощущение, что на следующей странице наконец-то произойдет что-то из ряда вон, не давая забросить книгу, которая может сначала показаться скучноватой. Диалогов практически нет, много описаний и воспоминаний. Похоже на половой акт главного героя: не очень долгая возня и вялый непонятный оргазм. Авангард социальных перемен — преподаватели-социологи — напрочь отвергают «пережитки», создаваемые веками, вводят «прогрессивные» методики образования, угнетая студентов, учащихся «по старинке», ведут себя нарочито независимо, попирая нормы морали (в особенности женщины), а дети называют их по имени… Но ничего, кроме улыбки, эти инновации не могут вызывать, поскольку весь этот «авангард», по сути, ни черта не делает и не меняет, прикрывая своим новаторским поведением невежество и ограниченность. Ничего не напоминает? Отсутствие противодействия только усугубляет этот фарс. Такой силой могла бы стать неприступная, на первый взгляд, шотландка, которая отказалась сразу возлежать с местячковым arbitrum elegantorum, но и ее сопротивление было слишком вялым и непродолжительным… Инновации тоже могут быть унылыми, и даже вялые попытки самоубийства, предпринятые скорее для привлечения внимания, не смогли колыхнуть это болото перемен. И роман заканчивается жирной точкой. |
||||||
|
|
|
|||||
|
Просто жесть. Как она есть. Сейчас работаю над статьей, хочу провести аналогии между 1984 и нашим миром. Эссе -- это отдельная песня. Сочинение на тему. Нашел много если не ответов на вопросы, то хотя бы подтверждение тому, о чем думал раньше. |
||||||
|
|
|||||
|
Калибан -- в тебе и во мне, он спит в каждом, а в некоторых даже не пытается притвориться спящим. Что это? Красивая метафора? Или просто плод воображения автора? Фаулз наверняка и сам вряд ли ответит на этот вопрос. Наверное, писателем можно стать, лишь перестав задумываться о каком-то мифическом послании, о чем-то между строк, которое может разглядеть лишь чересчур прозорливый читатель... |
||||||
|
|
|||||
|
Он великолепен. Он бесподобен. Трагикомедия человеческого бытия, где на каждой странице есть цитаты на каждый день. Самая соль в том, что эта книга может быть о каждом из нас, о девушке в маршрутке или дядечке в метро. Восхищает и пугает то, что уж очень это похоже на правду, даже если абстрагироваться от разницы в культуре и менталитете: человеческая природа одинакова везде. Эта книга о фриках, нефриках, и тех, кто хочет быть фриком. Здесь можно найти много ответов на вопросы, если они вас беспокоят. Уж очень велик соблазн прочитать ее, ведь никто не считает себя идиотом. Но если вы заржали только от слова "жопа" или "придрочить", наверное, не стоило вам все-таки беспкоиться... |
||||||
|
|
|||||
|
Купленая на распродаже, взятая практически наобум книга не разочаровала. Может, так и надо выбирать Их, не глядя, просто взять и купить. И притом книга, которую никто не покупает, ибо это не Пелевин и не Кастанеда, но кто же может подумать, что именно на полке с уцененными книжками, которые никому не нужны, может оказаться нечто подобное. Море позитива, интересная сюжетная линия, да притом не одна и тот самый пресловутый английский юмор... Вообще иногда создается впечатление, что в Британии находится ВСЕ, что стоит внимания, вернее, ВСЕ, что есть в Британии -- стоит внимания. Может, для многих Круми и ноунейм, да и судить по одной лишь книге вряд ли можно, но читать стоит... |
||||||
|
|
|||||
|
Иногда так хочется снова почувствовать себя маленьким, и прочитать какую-то сказку... |
||||||