Цитаты о зиме — стр. 12

Джером Д. Сэлинджер

18 февраля 2014 г., 10:04

Я перестал с ним беседовать, раз он такой, нафиг, дерганый. Только он сам опять завелся. Весь целиком такой разворачивается ко мне и говорит:
— Вот рыба — она никуда не девается. Сидит там, где и сидела, рыба. Прямо в своем, нафиг, озере.
— Рыба — это другое. С рыбой по-другому все. А я про уток говорю.
— А что в ней другое? Ничего не другое, — отвечает Хорвиц. Что бы он ни говорил, звучало так, будто он на что-то злится. — Рыбе круче приходится, зима и все такое, чем уткам, я тя умоляю. Ты башкой своей подумай, я тя умоляю.
Я целую минуту ему не отвечал. Потом говорю:
— Ладно. А что они делают — рыбы и всяко-разно, когда все это озеро — сплошь лед, сверху люди на коньках катаются и всяко-разно?
Этот Хорвиц опять ко мне разворачивается.
— Ты это, нахер, чего мелешь, — что делают? — орет он на меня. — Там и сидят, я тя умоляю.
— Но они ж не могут на лед внимания не обращать. Не могут, а?
— А кто на него внимания не обращает? Все на него внимание обращают! — говорит Хорвиц. Так разгорячился, нафиг, и всяко-разно, что я перепугался, не загонит ли он мотор свой в столб или как-то. — Они живут прямо в этом хреновом льду. Это их природа, я тя умоляю. Они замерзают прямо в одной позе на всю зиму.
— Да? А что они тогда едят? В смысле, если они напрочь замерзают, они ж не могут плавать и жратву искать, и всяко-разно.
— Их тела, я тя умоляю, — да что с тобой такое, а? Их тела питание и все такое высасывают через, нафиг, морскую траву и прочую срань, которая во льду. У них все время поры открыты. Природа у них такая, я тя умоляю. Понял теперь? — И он снова целиком развернулся и на меня уставился.

Ловец в хлебном поле

Алексей Иванов

16 октября 2011 г., 15:29

Голубой рассвет растекается в полном беззвучии. За ночь стужа дочиста вылизала тонкое полотно снега на поляне. Узоры изморози. Кружевной куржак. Сосновые игры в инее. В мире ни малейшего движения. Даже река задохнулась в холоде. Мир замер. Это - моментальная фотография зимы. На память - до нескорой встречи

Иванов Алексей Алексеевич

Федор Достоевский

3 января 2013 г., 00:03

- И заметил ты, Смуров, что в средине зимы, если градусов пятнадцать или даже восемнадцать, то кажется не так холодно, как, например, теперь, в начале зимы, когда вдруг нечаянно ударит мороз, как теперь, в двенадцать градусов, да еще когда снегу мало. Это значит люди еще не привыкли. У людей всё привычка, во всем, даже в государственных и в политических отношениях. Привычка - главный двигатель.

Мария Галина

4 июня 2012 г., 13:05

... а вам честно скажу, никогда не любила Тургенева. Есть в нем что-то… фальшивое. Россию он любил? Приезжал летом, поохотиться. Разве это – любовь? Это так, потешить ретивое. А жил во Франции, с этой… Чтобы Россию любить, в ней надо жить зимой, когда сугробы по обе стороны улицы в человечий рост… когда в Питере небо черное, пустое небо, страшное, а с него белый снег сыплется.

Рэй Брэдбери
vicious добавил(а) цитату из книги
Рэй БрэдбериВино из одуванчиков

17 мая 2014 г., 16:02

– Том! – И тише: – Том… Как по-твоему, все люди знают… знают, что они… живые?
– Ясно, знают! А ты как думал?
Леопарды неслышно прошли дальше во тьму, и глаза уже не могли за ними уследить.
– Хорошо бы так, – прошептал Дуглас. – Хорошо бы все знали.

~~~

Вино из одуванчиков – пойманное и закупоренное в бутылки лето.

~~~

Если тебе что-нибудь нужно, добивайся сам

~~~

Если долго чего-нибудь не пробовать, поневоле забудешь, как оно бывает.

~~~

На веранде зазвучат мужские голоса; мужчины расположатся поудобнее, задрав ноги повыше, а мальчишки, точно воробьи, усядутся рядком на стертых ступеньках или на деревянных перилах, и оттуда за вечер уж непременно что-нибудь свалится - либо мальчишка, либо горшок с геранью.

~~~

– Смастерите для нас Машину счастья!

~~~

Значит, можно вырасти и все равно не стать сильным? Значит, стать взрослым вовсе не утешение? Значит, в жизни нет прибежища? Нет такой надежной цитадели, что устояла бы против надвигающихся ужасов ночи? Сомнения разрывали его. Мороженое вновь обожгло ему холодом горло, все внутри похолодело, по спине пошел мороз, оледенели руки и ноги; ему вдруг стало очень зябко, точно вновь налетел из прошлого декабрьский ветер.
Так вот оно что! Значит, это участь всех людей: каждый человек для себя – один-единственный на свете. Один-единственный, сам по себе среди великого множества других людей, и сегда боится. Вот как сейчас. Ну закричишь, станешь звать на помощь – кому какое дело?
Тьма поглотит в одно мгновение; одно чудовищное, леденящее мгновение – и все кончено. Еще задолго до рассвета, задолго до того, как полицейские начнут прощупывать своими фонариками темную, растревоженную тропинку и на ней зашуршит щебень под ногами людей, которые в смятении кинутся на помощь. И даже если они сейчас только в пятистах шагах от тебя, а, уж наверное, так оно и есть, темный прибой может захлестнуть за три секунды и отнять у тебя все твои десять лет, и…
Жизнь – это одиночество. Внезапное открытие обрушилось на Тома как сокрушительный удар, и он задрожал. Мама тоже одинока. В эту минуту ей нечего надеяться ни на святость брака, ни на защиту любящей семьи, ни на Конституцию Соединенных Штатов, ни на полицию; ей не к кому обратиться, кроме собственного сердца, а в сердце своем она найдет лишь неодолимое отвращение и страх. В эту минуту перед каждым стоит своя, только своя задача, и каждый должен сам ее решить. Ты совсем один, пойми это раз и навсегда.

~~~

– Мне стыдно за вас, Билл, а еще журналист! Вы готовы уничтожить все, что есть на свете хорошего. Только бы тратить поменьше времени, поменьше труда, вот чего вы добиваетесь. – Он непочтительно пнул корзинку ногой. – Вот поживете с мое, тогда поймете, что мелкие радости куда важнее крупных. Рано утром по весне прогуляться пешком не в пример лучше, чем катить восемьдесят миль в самом раскошном автомобиле; а знаете почему? Потому что все вокруг благоухает, все растет и цветет. Когда идешь пешком, есть время оглядеться вокруг, заметить самую малую красоту. Я понимаю, сейчас вам хочется охватить все сразу, и это, наверное, естественно, это свойство молодости. Но газетчику надо уметь видеть и мелкий виноград, а не только огромные арбузы. Вам подавай целый скелет, а с меня довольно и следа пальцев; что ж, тоже понятно. Сейчас мелочи кажутся вам скучными, но, может, вы просто еще не знаете им цены, не умеете находить в них вкус? Дай вам волю, вы бы издали закон об устранении всех мелких дел, всех мелочей. Но тогда вам нечего было бы делать в перерыве между большими делами и пришлось бы до исступления придумывать себе занятие, чтобы не сойти с ума. Так уж лучше поучились бы кое-чему у самой природы. Подстригать траву и выпалывать сорняки – тоже одна из радостей жизни, сынок.

~~~

Есть же такие люди – все им надо знать: как устроен мир, как то, как се да как это… задумается такой – и падает с трапеции в цирке либо задохнется, потому что ему приспичило понять, как у него в горле мускулы работают. Ешь, пей, спи, дыши и перестань смотреть на меня такими глазами, будто в первый раз видишь.

~~~

– Как бы ты ни старалась оставаться прежней, ты все равно будешь только такой, какая ты сейчас, сегодня.

~~~

– Будь тем, что ты есть, поставь крест на том, чем ты была, – говорил он. – Старые билеты – обман. Беречь всякое старье – только пытаться обмануть себя.

~~~

– Никто никогда ничего не выигрывает. В войне вообще не выигрывают, Чарли. Все только и делают, что проигрывают, и кто проиграет последним, просит мира. Я помню лишь вечные проигрыши, поражение и горечь, а хорошо было только одно – когда все закончилось. Вот конец – это, можно сказать, выигрыш, Чарльз, но тут уж пушки ни при чем.

~~~

– Что хочешь помнить, то всегда помнишь.

~~~

– Том, – сказал Дуглас. — Обещай мне одну вещь, ладно?
— Обещаю. А что это?
— Конечно, ты мой брат, и, может, я другой раз на тебя злюсь, но ты меня не оставляй, будь где-нибудь рядом, ладно?
— Это как? Значит, мне можно ходить с тобой и с большими ребятами гулять?
— Ну… ясно… и это тоже. Я что хочу сказать: ты не уходить, не исчезай, понял? Гляди, чтоб никакая машина тебя не переехала, и с какой-нибудь скалы не свались.
— Вот еще! Дурак я, что ли?
— Тогда, на самый худой конец, если уж дело будет совсем плохо и оба мы совсем состаримся — ну, если когда-нибудь нам будет лет сорок или даже сорок пять, — мы можем владеть золотыми приисками где-нибудь на Западе. Будем сидеть там, покуривать маисовый табак и отращивать бороды.
— Бороды! Ух ты!
— Вот и я говорю, болтайся где-нибудь рядом, и чтоб с тобой ничего не стряслось.
— Уж будь спокоен, — ответил Том.
— Да я, в общем, не за тебя беспокоюсь, — пояснил Дуглас. — Я больше насчет того, как Бог управляет миром.
Том задумался.
— Ничего, Дуг, — сказал он наконец. — Он все-таки старается.

~~~

Когда человеку семнадцать, он знает все. Если ему двадцать семь и он по-прежнему знает все — значит, ему все еще семнадцать.

~~~

— Хорошо все-таки старикам — у них всегда такой вид, будто они все на свете знают. Но это лишь притворство и маска, как всякое другое притворство и всякая другая маска. Когда мы, старики, остаемся одни, мы подмигиваем друг другу и улыбаемся: дескать, как тебе нравится моя маска, мое притворство, моя уверенность? Разве жизнь — не игра? И ведь я недурно играю?

~~~

Побывала я в Париже, в Вене, в Лондоне — и всюду одна да одна, и тут оказалось: быть одной в Париже ничуть не лучше, чем в Гринтауне, штат Иллинойс. Все равно где — важно, что ты одна. Конечно, остается вдоволь времени размышлять, шлифовать свои манеры, оттачивать остроумие. Но иной раз я думаю: с радостью отдала бы острое словцо или изящный реверанс за друга, который остался бы со мной на субботу и воскресенье лет эдак на тридцать.

~~~

Доброта и ум — свойства старости. В двадцать лет женщине куда интересней быть бессердечной и легкомысленной.

~~~

Когда живешь так долго, теряешь многое, в том числе и чувство страха. Никогда в жизни не любила омаров — может, потому, что не пробовала. А в день, когда мне исполнилось восемьдесят, решила — дай-ка отведаю. Не скажу, чтобы я их так сразу и полюбила, но теперь я хоть знаю, каковы они на вкус, и не боюсь больше. Так вот, думаю, и смерть вроде омара, и уж как-нибудь я с ней примирюсь. — Мисс Лумис махнула рукой. — Ну, хватит об этом. Главное, что я вас больше не увижу. Отпевать меня не будут. Я полагаю, у женщины, которая прошла в эту дверь, такое же право на уединение, как у женщины, что удалилась на ночь к себе в спальню.

~~~

Тысяча галлонов чая и пятьсот печений — вполне достаточно для одной дружбы.

~~~

— Том, скажи честно.
— Чего тебе?
— Бывает так, что все хорошо кончается?
— Бывает — в пьесках, которые показывают на утренниках по субботам.
— Ну, это понятно, а в жизни так бывает?
— Я тебе одно скажу, Дуг: ужасно люблю вечером ложиться спать! Так что уж один-то раз в день непременно бывает счастливый конец. Наутро встаешь, и, может, все пойдет хуже некуда. Но тогда я сразу вспомню, что вечером опять лягу спать и, как полежу немножко, все опять станет хорошо.

~~~

— Надо только хорошенько выспаться, или пореветь минут десять, или съесть целую пинту шоколадного мороженого, а то и все это вместе, — лучшего лекарства не придумаешь.

~~~

мы уже ничем не можем помочь, значит, надо думать о себе.

~~~

— Я не хочу, чтобы ты умерла, — всхлипывала Франсина, и слезы градом катились по ее щекам. — Ты такая красивая и милая, я хочу, чтобы ты осталась жива. Ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, не уходи!

~~~

— Иногда мне начинает казаться, что люди сами ищут смерти.

~~~

Никто никогда не умирает, если у него есть дети и внуки.

~~~

Я ничего не собираюсь упустить, надо вкусить и от смерти.

~~~

отстраивается и горит, горит и отстраивается Сан-Франциско — до тех пор, пока в ненасытную глотку автоматов летят жаркие от потных ладоней медяки.

~~~

— Родители иногда забывают, как они сами были детьми

~~~

— В такие дни, как сегодня, мне кажется… что я буду один, — пробормотал Дуглас.
— Как понадобится помощь — только кликни, — сказал Том.

~~~

Дуглас засмеялся. Они пошли с дедушкой в погреб, и пока тот обрывал головки одуванчков, мальчики смотрели на полки, где неподвижными потоками сверкало минувшее лето, закупоренное в бутылки с вином из одуванчиков. Девяносто с лишним бутылок из-под кетчупа, по одной на каждый летний день, почти все полные доверху, жарко светятся в сумраке погреба.
— Вот это здорово, — сказал Том. — Отличный способ сохранить живьем июнь, июль и август. Лучше и не придумаешь.
Дедушка поднял голову, подумал и улыбнулся.
— Да, это вернее, чем запихивать на чердак вещи, которые никогда больше не понадобятся. А так, хоть на улице и зима, то и дело на минуту переселяешься в лето; ну а когда бутылки опустеют, тут уж лету конец — и тогда нео чем жалеть, и не остается вокруг никакого сентиментального хлама, о который спотыкаешься еще сорок лет. Чисто, бездымно, действенно — вот оно какое, вино из одуванчиков.

брэдбери

Рома Воронежский
ninqueistar добавила цитату из книги
Роман ВоронежскийПейте водка

13 апреля 2009 г., 22:05

Молчат ручьи.
Молчат грачи.
И лед блестит, и снег не тает.
И тот же пень
Морозный день
Очередной в сугробе коротает.
Печальный шмель гудит отбой своим цветочкам,
Молчат задорные веселые скворцы!
Молчат скворцы
Как мертвецы.
Зима — вот лозунг наш, и точка.

Р. А. Воронежский

Расул Гамзатов

19 июля 2012 г., 00:26

Декабрь снега над нами распростер,
Продул морозом каждый уголок он.
И ветер моря с ветром из-за гор
Столкнулись лбами возле наших окон.
В такой декабрьский день рождалась ты.
Как непонятна нам еще природа:
Я никогда не думал, что цветы
Жить начинают в это время года.

Орест Сомов
applestone добавил цитату из книги
О. М. СомовБыли и небылицы

1 сентября 2012 г., 21:57

Я отвечал ему, что я русский путешественник. Тут посыпались вопросы о России, о зиме, которая, по мнению этого доброго человека, никогда у нас не сходит; о городах, построенных на сугробах снегу; о подземных печах, которыми русские растапливают лед в Азовском море, когда им надобно спускать корабли на воду; о способности казаков разводить огонь зубами*: словом, обо всех таких диковинках, которые многие из французов и доныне еще украшают топографические свои сведения о России. Это меня забавляло, и я охотно взялся вывести доброго дю Вивье из заблуждения насчет нашего отечества. Как же я удивился, когда он принял мое доброе намерение за мистификацию, отвечал мне сначала несколькими междометиями сомнения и, наконец, сказал наотрез, что он больше верит своему куму, которого двоюродный брат слышал все помянутые диковинки от своей соседки, а та слышала их от одного тамбур мажора большой армии, бывшей в походе 1812 года.

Странный поединок


* В примечаниях к одной поэме о походе Наполеона в Россию, изданной в 1814 году в Париже и посвященной покойному королю Людовику XVIII, находится следующее замечательное место: «Les Français ignoraient sans doute la faculté dont les Cosaques sont doués celle d’attiser le feu avec leurs dents». То есть: «Французы, верно, не ведали о способности, которою одарены казаки: разводить огонь зубами».

Расул Гамзатов

23 марта 2013 г., 20:23

Декабрь снега над нами распростер,
Продул морозом каждый уголок он.
И ветер моря с ветром из-за гор
Столкнулись лбами возле наших окон.
В такой декабрьский день рождалась ты.
Как непонятна нам еще природа:
Я никогда не думал, что цветы
Жить начинают в это время года.

Алина Кускова

31 марта 2013 г., 16:20

– У-у-у-у, е-е-е-е, класс, – пробормотали мужики, возвращаясь в баню уже более трезвыми после крепкого морозца.
– Ништяк! – потер ладони хозяин. – И у нас не хуже, чем у людей! Продолжим, парни!
Продолжали ровно до восьми часов вечера, после чего в ожидании очередной доставки поспешили окунуться в пруд, чтобы выглядеть перед девочками свежими. Никто не помнит, кто именно подошел к клетке с медведем, о котором вскоре забыли, снял с него намордник и угостил рюмкой чая. Никто не знает, кто не закрыл после этого клетку, и бурый убивец выбрался на свободу. Зато сразу увидели, запрыгнув в пруд, что экзотическое животное мечется по берегу, боясь ступить на лед, и ревет басом.
– Черт! – крикнул Арас, окунаясь с головой в прорубь. Он выскочил обратно и устремился к бане. Но на его пути вздыбился медведь.
– У! Е! – поддержали его остальные и ринулись в полынью.
– Уйди, зараза! – орал на медведя Арас. – Вода ледяная!
– Отморозим хозяйство, скотина ты безмозглая, и девочки нам больше не потребуются!
Медведь на крики людей не реагировал. Он радовался неожиданной свободе, благодарил медвежьего Деда Мороза за оказанную щедрость и хотел насладиться ситуацией. Внезапное раздолье вскружило лохматую медвежью голову, и он решил, что люди, барахтающиеся в холодной воде, очень хотят с ним поиграть в догонялки, только стесняются. И их тревожные крики он воспринял как приглашение лезть к ним. Он и полез, да лед под лапой треснул, и медведь отступил, громким ревом сообщая людям, чтобы они сами вылезали на берег и догоняли его. А потом он их. И так до упаду! Какое это медвежье счастье! Но люди вылезать не спешили и продолжали отчаянно кричать, приводя медведя в полное недоумение.
Появившаяся из-за поворота машина типа «Газель» притормозила возле дачи Аляпкина. Оттуда показались две длинные, чарующие женские ножки в тонких чулках и туфлях на шпильках. Медведь обрадовался, о чем возвестил деревню громким рыком. Ножки, сопровождаемые нечеловеческим визгом, тут же исчезли, «Газель» рванула обратно и скрылась за поворотом.
– Сволочь! – заорал Арас, выскакивая из полыньи и намереваясь бежать следом за «Газелью».
Медведь повернулся к Арасу, и тот моментально ретировался в полынью.
Ночь была не крещенская, а всего лишь новогодняя, так что, купаясь в проруби, легко можно было превратиться в ледышку со всеми сопутствующими заболеваниями. Друзья по несчастью попеременно выпрыгивали туда и обратно, пробегаясь по льду водоема для согрева, до тех пор пока одному из них не пришла в уже трезвую голову удивительная мысль.
– Други! – воскликнул он. – С нами нет Борьки!
– Наши ряды редеют, – пробормотал Арас и склонил буйную голову. – Спи спокойно, дорогой утопший товарищ. Завтра опохмелимся и тебя достанем.
– Он спит! Он спит! – закричал его приятель. – Только в бане! Он-то с нами к пруду не пошел.
И деревенскую новогоднюю глушь огласили громкие вопли:
– Борька, сволочь, проснись! Мы погибаем!

Но Борис в это время не спал. Новогодняя атмосфера окунула его в далекое наивное детство, затем вспомнилась бурная молодость, следом за ней перед красными глазами затуманился образ коварной Тамарки, державшей за руку дочку Олесю. Борис пьяно смахивал слезу, когда доставал отключенный мобильный телефон, намереваясь поздравить дочку и стерву Тамарку с Новым годом. Но там его ждал сюрприз!
«Ты бесчувственная скотина, Кузнецов! – говорил автоответчик голосом Тамары. – До сих пор не замечаешь, что я к тебе чувствую на самом деле. Ты стоеросовый чурбан, Борис, если думаешь, что я навсегда выкинула тебя из своего сердца. Ты негодяй потому, что до сих пор не сказал, что любишь меня. Ты балда, Борька, потому что уехал от нас с дочкой. Ты будешь полным дурнем, если к нам не вернешься…»
– Ругается дура, – блаженно улыбался Борис, прослушивая запись по третьему разу. – Ругается, значит, любит!
Возле его джипа в темноте маячил огромный силуэт, разглядывать который Борису было не досуг.
– Уйди, Аляпыч, – отмахнулся от медведя Борис и открыл дверцу машины. – Не обижайся, друг, что бросаю в такой момент. Понимаешь, мне к ней надо! – Он похлопал себя по груди. – Она меня зовет! А я не могу не поехать, там же дочка. Да и Томку я люблю. Люблю ведь!
– Ры-ы-ы-го! – прорычал медведь, хлопнув мохнатой лапой по капоту.
– У, нажрался как скотина, – поморщился Борис, – ладно, ты там давай без сантиментов. И не провожай! Не провожай! Прощай, дружище!
– Борька, гад! Проснись! – донеслось до него с пруда.
– Весело отметить праздничек, ребята! – крикнул он, нажал на газ и рванул вперед.
Дрессированный медведь вразвалочку направился в оставленную открытой дверь аляпкинской бани и довольно заревел, увидев там еду.
Борис не знал, что случилось после его отъезда. А случилось вот что. Свежемороженые мужики вылезли из полыньи и гуськом направились к бане, радуясь, что медведь благополучно скрылся с горизонта. Но каково же было их удивление, когда открылась дверь в баню, и на столе лежало это мстительное животное, обожравшись и упившись до такой степени, что не могло пошевелить даже лапой.
– Хорошо, что стол дубовый, крепкий, – прошептал Арас, судорожно пятясь к двери.
Но медведь на него даже не отреагировал.
Это дало повод мужикам весело и продуктивно провести полчаса, фотографируясь на фоне обожравшегося «экзотического» животного, пока Арас вызывал эвакуатор.

Свен Нурдквист
Illa добавила цитату из книги
Свен НурдквистМеханический Дед Мороз

10 января 2014 г., 10:34

- Мы писали список желаний и клали его в снежный ком, вроде большого снежка. Вечером мы лепили ещё снежки и складывали их пирамидкой, а тот, главный снежок, клали на самый верх. Внутри пирамидки зажигалась свечка. Если на следующее утро оказывалось, что пирамидка рухнула, то почти наверняка Дед Мороз был во дворе, взял записку и, вероятно, придёт на Рождество.

Людмила Петрановская

24 апреля 2014 г., 21:12

Неудобное поведение ребенка, связанное с конкретным моментом (переутомлен, испуган) или с возрастом (капризы трехлеток, перепады настроения и ершистость подростков), разумнее всего просто переждать. Пытаться менять поведение ребенка, обусловленное просто возрастом или моментом, – это все равно что зимой бороться с сугробами. Можно, конечно, все время сметать снег с любимой клумбы. День за днем, не зная отдыха. Но не проще ли подождать, когда в апреле все само за три дня растает?

Оноре де Бальзак

12 декабря 2011 г., 16:41

Светское общество изгоняет из своей среды несчастных, как человек крепкого здоровья удаляет из своего тела смертоносное начало. Свет гнушается скорбями и несчастьями, страшится их, как заразы, и никогда не колеблется в выборе между ними и пороком: порок – та же роскошь. Как бы ни было величественно горе, общество всегда умеет умалить его, осмеять в эпиграмме; оно рисует карикатуры, бросая в лицо свергнутому королю оскорбления, якобы мстя за свои обиды; подобно юным римлянкам в цирке, эта каста беспощадна к поверженным гладиаторам; золото и издевательства – основа ее жизни… Смерть слабым! – вот завет высшего сословия, возникавшего у всех народов мира, ибо всюду возвышаются богатые, и это изречение запечатлено в сердцах, рожденных в довольстве и вскормленных аристократизмом. Посмотрите на детей в школе. Вот вам в уменьшенном виде образ общества, особенно правдивый из-за детской наивности и откровенности: здесь вы непременно найдете бедных рабов, детей страдания и скорби, к которым всегда испытывают нечто среднее между презрением и соболезнованием; а евангелие обещает им рай. Спуститесь вниз по лестнице живых существ. Если какая-нибудь птица заболеет в птичнике, другие налетают на нее, щиплют ее, клюют и в конце концов убивают. Верный этой хартии эгоизма, свет щедр на суровость к несчастным, осмелившимся портить ему праздничное настроение и мешать наслаждаться. Кто болеет телом или же духом, кто беден и беспомощен, тот пария. И пусть он пребывает в своей пустыне! За ее пределами всюду, куда он ни глянет, его встречает зимняя стужа – холодные взгляды, холодное обращение, холодные слова, холодные сердца; счастье его, если он еще не пожнет обиды там, где должно бы расцвести для него утешение! Умирающие, оставайтесь забытыми на своем ложе! Старики, сидите в одиночестве у своих остывших очагов! Бесприданницы, мерзните или задыхайтесь от жары на своих чердаках, – вы никому не нужны. Если свет терпимо относится к какому-нибудь несчастью, то не для того ли, чтобы приспособить его для своих целей, извлечь из него пользу, навьючить его, взнуздать, оседлать, сесть на него верхом для собственного удовольствия?
Обидчивые компаньонки, состройте веселые лица, покорно сносите дурное расположение духа вашей так называемой благодетельницы; таскайте на руках ее собачонок; соревнуясь с ними, забавляйте ее, угадывайте ее желания и – молчите! А ты, король лакеев без ливреи, бесстыдный приживальщик, оставь свое самолюбие дома; переваривай пищу, когда переваривает ее твой амфитрион, плачь его слезами, смейся его смехом, восхищайся его эпиграммами; если хочешь перемыть ему косточки, дождись его падения. Так высшее общество чтит несчастье; оно убивает его или гонит, унижает или казнит.

«Шагреневая кожа»

Мартин Бедфорд
zarazka451 добавила цитату из книги
Мартин БедфордРабота над ошибками

28 ноября 2011 г., 19:36

Факт:
Японцы напали на Пёрл Харбор в воскресенье, 7 декабря 1941 года.

Факт:
Японцы напали на Пёрл Харбор в понедельник, 8 декабря 1941 года.

Два факта. Верным может быть только один, и в то же время верны оба. Как такое может быть? Как может одно и то же событие произойти в два разных дня? Вот бомбят Пёрл Харбор: на Гавайях воскресенье, в Токио понедельник. Самолет вылетает из Лос Анджелеса в 11 вечера в пятницу, перелетает Тихий океан и приземляется в Австралии, в Сиднее, в три часа пополудни в воскресенье. А где же суббота? Нигде. Ее не было, не существовало. Вы родились 29 февраля. Вам двадцать четыре, но вы отпраздновали всего шесть дней рождения – а стало быть, вам шесть.... То есть я что хочу сказать: если возможны разночтения относительно столь очевидной (столь фактической, столь реальной) вещи, как «когда», то где уж нам разобраться с «почему». Кто мы такие, чтобы судить о причине и следствии, если мы путаемся с днями недели?

Райнер Мария Рильке, Борис Пастернак, Марина Цветаева

2 октября 2013 г., 15:31

Письмо отца пришло в тот самый день, когда Пастернак прочел случайно попавшую к нему «Поэму Конца» Цветаевой — одно из наиболее ярких и прекрасных ее произведений. Это совпадение было для Бориса Пастернака сильнейшим переживанием. Он вспоминал о нем в послесловии к «Охранной грамоте», написанном в виде посмертного письма к Рильке:
«Как я помню тот день. Моей жены не было дома. Она ушла до вечера в Высшие художественные мастерские. В передней стоял с утра неприбранный стол, я сидел за ним и задумчиво подбирал жареную картошку со сковородки, и, задерживаясь в паденьи и как бы в чем-то сомневаясь, за окном редкими считанными снежинками нерешительно шел снег. Но заметно удлинившийся день весной в зиме, как вставленный, стоял в блуждающей серобахромчатой раме.
В это время позвонили с улицы, я отпер, подали заграничное письмо. Оно было от отца, я углубился в его чтенье.
Утром того дня я прочел в первый раз «Поэму Конца». Мне случайно передали ее в одном из ручных московских списков, не подозревая, как много значит для меня автор и сколько вестей пришло и ушло от нас друг к другу и находится в дороге. Но поэмы, как и позднее полученного «Крысолова», я до того дня еще не знал. Итак, прочитав ее утром, я был еще как в тумане от ее захватывающей драматической силы. Теперь с волненьем читая отцово сообщенье о Вашем пятидесятилетьи и о радости, с какой Вы приняли его поздравленье и ответили, я вдруг наткнулся на темную для меня тогда еще приписку, что я каким-то образом известен Вам. Я отодвинулся от стола и встал. Это было вторым потрясением дня. Я отошел к окну и заплакал. Я не больше удивился бы, если бы мне сказали, что меня читают на небе. Я не только не представлял себе такой возможности за двадцать с лишним лет моего Вам поклоненья, но она наперед была исключена, и теперь нарушала мои представленья о моей жизни и ее ходе. Дуга, концы которой расходились с каждым годом все больше и никогда не должны были сойтись, вдруг сомкнулась на моих глазах в одно мгновенье ока. И когда! В самый неподходящий час самого неподходящего дня!
На дворе собирались нетемные говорливые сумерки конца февраля. В первый раз в жизни мне пришло в голову, что Вы — человек, и я мог бы написать Вам, какую нечеловечески огромную роль Вы сыграли в моем существованьи. До этого такая мысль ни разу не являлась мне. Теперь она вдруг уместилась в моем сознаньи. Я вскоре написал Вам»

Сара Эдисон Аллен
Awayfromu добавила цитату из книги
Сара Эдисон АлленСадовые чары

2 февраля 2010 г., 08:09

Тайлер вдруг вспомнил, что в детстве в колонии в Коннектикуте каждый год семнадцатого января шел снег. Никакого рационального объяснения этому не было, зато существовала легенда, согласно которой в этот день умерла прекрасная индейская девушка, дочь зимы, и с тех пор небеса каждый год оплакивали ее кончину холодными снежными слезами.

Илья Ильф, Евгений Петров

20 июня 2009 г., 14:16

"12 стульев"
"Остап со вчерашнего дня еще ничего не ел. Поэтому красноречие его было необыкновенно".
"— Никогда еще Воробьянинов не протягивал руки́!
— Так протянете ноги, старый дуралей!"
"Представители милиции могут быть приравнены к детям".
"Золотой теленок""
Просидев в общей сложности года три, Адам Козлевич пришел к мысли, что гораздо удобнее заниматься открытым накоплением своей собстсвенности, чем тайным хищением чужой".
"-А вы бы на своих катались! - запальчиво кричал шофер. - На собственные дениьги.
При этих словах должностные лица юмористически переглядывались и запирали окна. Катанье в машине на свои деньги казалось им просто глупым".
"Кто же мог знать, что будет революция. Люди устраивались как могли, кто имел аптеку, а кто даже фабрику... Я лично не вижу в этом ничего плохого.
- Надо было знать, - холодно сказал Корейко.
- Вот я и говорю, - быстро подхватил Лапидус, - таким не место в советском учреждении".
"Не делайте из еды культа."
" Проклятая страна! - бормотал Корейко. - Страна, в которой миллионер не может повести свою невесту в кино!"
" - Почему же ты так много ешь?
- Мне надо развлечься, - отвечал частник, - мне страшно".
"В Советской России, - говорил он, драпируясь в одеяло, - сумасшедший дом - это единственное место, где может жить нормальный человек. Все остальное - это сверх-бедлам. Нет, с большевиками я жить не могу! Уж лучше поживу здесь, рядом с обыкновенными сумасшедшими. Эти по крайней мере не строят социализма."
"Где нет любви, - со вздохом комментировал Остап, - там о деньгах говорить не принято. Отложим девушку в сторону".
" Работа шла без задержки. Резина отлично заменила человека. Резиновый Полыхаев нисколько не уступал Полыхаеву живому".
"Вся щекотливость заключалась в том, что немое кино уже не работало ввиду наступления эры звукового кино, а звуковое еще не работало по причине организаци­онных неполадок, связанных с ликвидацией эры немого кино".
"Все повторяется. Будет и потоп, будет и Ной с тремя сыновьями, и Хам обидит Ноя, будет и Вавилонская башня, которая никогда не достроится, господа. И так далее. Ничего нового на свете не произойдет. Так что вы напрасно кипятитесь насчет новой жизни".
" Две тысячи лет он нетерпеливо ждал смерти, а сейчас вдруг ему очень захотелось жить".
"Записные книжки Ильфа".
"Вчера во мне проснулся частник. Мне захотелось торговать".
"Осторожный и непонятный юридический язык".
"Каждый человек благороден только в своей среде".
"Ах, как трудно быть красивым, когда некрасив".
"Ни пером описать, ни гонораром оплатить".
"Профессор киноэтики. А вся этика заключается в том, что режиссер не должен жить с актрисами".
"Все зависит в конце концов от восприятия: легковерные французы думают, что при 3 мороза уже нужно замерзать -- и действительно замерзают".
"О человеке, просидевшем 20 лет в крепости. Он выходит и видит свою дочь такой, с какими он боролся".
"Приказано быть смелым".
"Всеми фибрами своего чемодана он стремился за границу".
"Он за советскую власть, а жалуется он просто потому, что ему вообще не нравится наша солнечная система".
"Собака так предана, что просто не веришь в то, что человек заслуживает такой любви".
"Почему он на ней женился, не понимаю. Она так некрасива, что на улице оборачиваются.
Вот и он обернулся. Думает, что за черт! Подошел ближе, ан уже было поздно".
"Наша жизнь -- это арфа.
Две струны на арфе той.
На одной играет счастье, --
Любовь играет на другой".
"Торговала, как испанцы с индейцами".
"У нас общественной работой считается то, за что не платят денег".
"В фантастических романах главное это было радио. При нем ожидалось счастье человечества. Вот радио есть, а счастья нет".
" -- Нам нужен социализм.
-- Да. Но вы социализму не нужны".
"Вино требует времени и умения разговаривать. Поэтому американцы пьют виски".
"Ей четыре года, но она говорит, что ей два. Редкое кокетство".
"Сторож при морге говорил: "Вы мертвых не бойтесь. Они вам ничего не сделают. Вы бойтесь живых"".
""Край непуганых идиотов". Самое время пугнуть".
"Я не лучше других и не хуже".
"Детский утренник. Один мальчик, как говорится, уже в самом начале праздника схлопотал от мамы по морде. Он был на самом дне ямы и вдруг вознесся на вершину славы. Его вызвали на сцену и вручили ему альбом для рисования, кубики и карандаш. Детям дарили портфели из какого-то дерматина, будь он проклят. Не хватало только, чтоб им дарили председательские колокольчики и графины с водой. Достаточно войти в магазин игрушек, чтобы понять, что люди, изготовляющие эти игрушки, ненавидят детей".
" Забудьте о плохом, помните обо мне только хорошее".

И.Ильф, Е.Петров «Двенадцать стульев. Золотой теленок. Записные книжки Ильифа.»

Линор Горалик

8 апреля 2012 г., 14:32

Очередной раз начинаю ныть, что я хочу быть кошкой у хороших хозяев, потому что вот - идеальная жизнь, безопасность, покой, тепло, на всем готовом... Значит так, - говорит Юра. - Давай я тебе объясню, какой бы ты была кошкой. Ты думаешь, ты бы была счастливой кошкой. Но на самом деле ты была бы очень несчастной кошкой. Нормальная потому что кошка утром просыпается, думает: хорошо, печка теплая...Потом думает: хорошо, сейчас молочка из блюдечка попьем... Потом попьет и думает: хорошо, сейчас из окошка на снежок поглядим...а там обед скоро... Это ты хочешь быть такой кошкой. А была бы ты - вот какой кошкой: проснулась и думает: печка теплая... горим! Точно горим!!! Поносится по дому, убедится, что не горим, ляжет отдышаться и думает: молочка бы сейчас. Но ведь блюдце наверняка пустое. Ну, то есть, я почти уверена, что пустое. Страшно даже пойти посмотреть. Господи, за что мне пустое блюдце??? Ну, подивится, что блюдце полное, попьет (немножко, чтобы на потом осталось, потому что понятно, что налили по случайности и больше не нальют никогда) и думает: можно бы и на подоконник... но что там, за окном? Там же наверняка ужас какой-нибудь за окном. Там же наверняка кто-нибудь замерзает насмерть и едет холодный поезд с картофельными очистками... Нет, нет, я не могу... Высунет нос - тишина, благолепие... Ляжет на подоконник и думает: о господи, скоро обед. Какой обед, у меня же болит желудок, а не поесть - они обидятся, а я не могу их обидеть, я же им стольким обязана, ну как же мне жить? И так далее, - строго говорит Юра. - Вот такой ты будешь кошкой. и умрешь в теплой квартире, у хороших хозяев, перед блюдечком с молоком - от нервного истощения.

Оноре де Бальзак
Aksenova_S добавила цитату из книги
Оноре де БальзакШагреневая кожа

2 сентября 2010 г., 09:39

Если какая-нибудь птица заболеет в птичнике, другие налетают на нее, щиплют ее, клюют и в конце концов убивают. Верный этой хартии эгоизма, свет щедр на суровость к несчастным, осмелившимся портить ему праздничное настроение и мешать наслаждаться. Кто болеет телом или же духом, кто беден и беспомощен, тот пария. И пусть он пребывает в своей пустыне! За ее пределами всюду, куда он ни глянет, его встречает зимняя стужа — холодные взгляды, холодное обращение, холодные слова, холодные сердца; счастье его, если он еще не пожнет обиды там, где должно бы расцвести для него утешение! Умирающие, оставайтесь забытыми на своем ложе! Старики, сидите в одиночестве у своих остывших очагов! Бесприданницы, мерзните или задыхайтесь от жары на своих чердаках, — вы никому не нужны. Если свет терпимо относится к какому-нибудь несчастью, то не для того ли, чтобы приспособить его для своих целей, извлечь из него пользу, навьючить его, взнуздать, оседлать, сесть на него верхом для собственного удовольствия?

Варлам Шаламов
solodkyi добавил цитату из книги
Варлам ШаламовКолымские рассказы

18 февраля 2013 г., 15:43

Градусника рабочим не показывали, да это было и не нужно – выходить на работу приходилось в любые градусы. К тому же старожилы почти точно определяли мороз без градусника: если стоит морозный туман, значит, на улице сорок градусов ниже нуля; если воздух при дыхании выходит с шумом, но дышать еще не трудно – значит, сорок пять градусов; если дыхание шумно и заметна одышка – пятьдесят градусов. Свыше пятидесяти пяти градусов – плевок замерзает на лету. Плевки замерзали на лету уже две недели.

Плотники

Эрих Мария Ремарк
Francais_Pierrot добавила цитату из книги
Эрих Мария РемаркПриют Грез

24 декабря 2012 г., 13:14

На лестнице послышались шаги. С головы до ног в снегу, в комнату ввалились смеющиеся Фрид и Паула. Паульхен притащила с улицы снежок, чтобы одарить им дядю Фрица, однако в последний момент, когда Фриц уже искал, где бы укрыться, передумала и опустила снежок за шиворот Фриду, и тот весь затрясся от холода и неожиданности.

Арно Зурмински
telans добавила цитату из книги
Арно ЗурминскиОтечество без отцов

7 мая 2013 г., 11:45

В память о моем отце
РОБЕРТЕ РОЗЕНЕ,
родившемся 6 декабря 1919 года в Подвангене/Восточная Пруссия, погибшем ни за что и опять же ни за что 31 января 1943 года под Старым Осколом в России.
Ребека Розен, родившаяся 31 января 1943 года в Подвангене/Восточная Пруссия.

Я искала убийц, а нашла людей.

Оноре де Бальзак

5 января 2011 г., 20:37

Если какая-нибудь птица заболеет в птичнике, другие налетают на нее, щиплют ее, клюют и в конце концов убивают. Верный этой хартии эгоизма, свет щедр на суровость к несчастным, осмелившимся портить им праздничное настроение и мешать наслаждаться. Кто болеет телом или же духом, кто беден и беспомощен, тот пария. и пусть он пребывает в своей пустыне! За ее пределами всюду, куда он ни глянет, его встречает зимняя стужа - холодные взгляды, холодное обращение, холодные слова, холодные сердца; счестье его, если он еще не пожнет обиды там, где должно расцвести для него уитешение! Умирающие, оставайтесь забытыми на своем ложе! старики, сидите в одиночестве у своих остывших очагов! Бесприданницы, мерзните или задыхайтесь от жары на своих чердаках, - вы никому не нужны. Если свет терпимо относится к какому-нибудь несчастью, то не для того ли, чтобы приспособить его для своих целей, извлечь из него пользу, навьючить его, взнуздать, оседлать, сесть на него верхом для собственного удовольствия? Обидчивые компаньонки, состройте веселые лица, покорно сносите дурное расположение духа вашей так называемой благодетельницы; таскайте на руках ее собачонок; соревнуясь с ними, забавляйте ее, угадывайте ее желания и - молчите! а ты, король лакеев без ливреи, бесстыдный приживальщик, оставь свое самолюбие дома, переваривай пищу, когда переваривает ее твой амфитрион, плачь его слезами, смейся его смехом, восхищайся его эпиграммами если хочешь перемыть ему косточки, дождись его падения. Так высшее общество чтит несчастье; оно убивает его или гонит, унижает или казнит.

Валерий Каминский

25 августа 2011 г., 21:53

«Вовсе не к концу 1918 г. большевики и «лица Генштаба», будто «страстные влюбленные жених и невеста» вдруг поняли, что «не могут жить друг без друга». Это случилось на год раньше: уже в конце 1917 г. на службу к большевикам стали переходить первые «генштабисты», главным образом, служащие различных управлений прежней армии. К началу официальной регистрации «лиц Генштаба» в РККА (12 апреля 1918 г.) на службе в ней уже находилось 318 выпускников АГШ, которые с первых же дней самым активным образом включились в процесс создания вооруженных сил для ленинского режима.
См.: Каминский В.В. Выпускники... С.419


В первых числах января 1919 г. под арестом оказался Генштаба генерал-майор М. М. Загю,67
занимавший с 24 июня / 10 июля по 2 декабря 1918 г. весьма ответственную должность
Начальника ЦУПВОСО последовательно при Штабе ВВС и ПШ РВСР.68 На этот раз «крас-
ный» военный министр» вмешался в дело сам лично. Между 9–31 января 1919 г. он написал
Председателю СНК письмо, которое нельзя не привести здесь подробно, настолько ярким об-
разцом троцкистского прагматизма оно является: «Владимир Ильич, обращаю самым настоя-
тельным образом Ваше внимание на факт безобразного ареста Загю. Его арестовала Комиссия,
в которой не было никого от военного ведомства. …Он был арестован без ведома своего прямого
начальства. Это неправильно с формальной стороны. …Никакой злой воли Загю не проявлял —
по общему нашему убеждениию. …Загю арестован только потому, что он бывший генерал. Если
бы на его месте сидел коммунист, он, может быть, сделал бы еще меньше и не был бы арестован.
Это произвол. Он порождает у наших специалистов такое убеждение, что они ничем не при-
крыты и что им не за что быть добросовестными… Я совершенно категорически настаиваю
на том, чтобы Загю был освобожден. Он никуда не уйдет. Я выступаю поручителем за
него…» (курсив и выделение мои — В. К.).69 Нельзя утверждать, что исключительно вышепри-
веденное письмо Троцкого способствовало освобождению «генштабиста» Загю, однако, учи-
тывая колоссальный авторитет Председателя РВСР в это время, есть все основания считать его
январское (1919 г.) письмо Ленину серьезным стимулом к освобождению названного «генш-
табиста». Так или иначе, М. Загю был освобожден и с 12 мая на середину июля 1919 г. занимал
ответственную должность Помощника Начальника ВГШ.70
Каминский В.В. Выпускники... С.181.

красная армия троцкий офицеры генерального штаба

Нил Гейман
Uchilka добавила цитату из книги
Нил ГейманАмериканские боги

15 июля 2012 г., 19:21

- Мы выехали где-то двадцатого - двадцать первого января. Я за датами не следил, но помню, что это была третья неделя января. В общей сложности мы были в пути три дня. Как тогда может быть четырнадцатое февраля?
- Мы почти месяц шли пешком, - сказал Среда. - По Бэдлендс. За кулисами.
- Ни хера себе срезали путь! - сказал Тень.

«Американские Боги»