Малахитовая шкатулка

М-м-м! Чуде-е-есно-о-о!

Нет, правда, впервые за... за очень много лет мне попадается книжка легенд, которая привела меня в восторг. Может быть это потому, что до этого читал все зарубежные, а здесь - почти свое, почти родное. Почти - это потому что я не уральский. Но - написано-то моим языком (пусть стилизованным под архаичность), моим соотечественником, человеком с почти моим менталитетом! И я это воспринимаю как свое, как родное, и говорю - чудесно!

Вообще мифы-то бывают разные. Сложенные народом и людьми. Бажов, как известно, собрал народные сказания и написал их почти как народ. Для этого надо быть не просто великим мастером слова, надо полностью и глубоко проникнуть в ту культуру, откуда черпаешь перерабатываемые тобой легенды. Бажов как-раз и был таким. Была у него "живинка в деле", причем большая живинка. Иногда, правда, читая его, ловил себя на мысли - тут немного стилем Лескова отдает. А начнешь вчитываться глубже, искать - где тут Лесков может таиться? И не разберешь никак.

А еще для того, чтобы создать такие замечательные рассказы, какие вошли в сборник "Малахитовая шкатулка", нужно очень любить свой народ, чтобы так воспеть рабочего человека горняка, золотоискателя, добытчика, углежога и т.д. Воспеть. чтобы сам читатель испытывал гордость за героев этих рассказов, и не только за то, что они мастера своего дела, но еще за то, что все - настоящие. Тут почти нет лакировочных образов. Все здесь - люди с их плюсами и минусами. Первосортный мастер имеет недостатки, может и ребенка хворостиной исполосовать, и винищем упиться, и на богатство поскупиться. Или наоборот, может быть человек честный, прямой, а вот работник - не ахти. И жизнь у них - как у всех. Почти нет персонажа, который бы как в сказке, в конце женился, и жил долго и счастливо и умер в один день с женой. Даже если сказ и закончился хорошо, обязательно отсыл к будущему будет, что либо хлебнули они горя, либо просто - всякое потом было. Ну что-ж, так это жизнь, у каждого так! И вообще, в каждом сказе Бажов пишет жизнь. Обычную, повседневную, большей частью темную и трудную, где очень немного счастья. Но мысль-то одна - кто чист, честен, не жаден и кто борется за свое счастье, тот чего-нибудь и добьется. Сам ли, благодаря людям ли или потусторонней силе, вроде Хозяйки медной горы, но - добьется.

Ну а то, что в книге нет ни одного хорошего слова про барина, и что все приказчики - злыдень на злыдне... ну, тут, пожалуй, те только историческая достоверность, но и коммунистический долг Бажова - описать класс угнетателей. Ведь, как известно, был Павел Петрович активным большевиком, боролся и воевал "во имя светлого будущего". Ну и вот, получился у него класс угнетателей и класс угнетенных. Но все-равно воспринимается как реальность.

При всей моей педантичности, из всех 25 сказов не могу выделить ни один в качестве лучшего или худшего остальных. Все увлекательны, потому что все написаны по разному, и даже если один продолжает другой, он все-равно чем-то да отличается.

Как малахитовый узор.

В этом и мастерство сказочника.

Миф – это миф и есть, не зависимо от авторства. С одной стороны, можно сказать, что у «Калевалы» есть автор – Элиас Лённрот. А с другой – это, конечно, не так. Так же и за сказами Бажова чувствуется вся сила мифа, обаяние этноса, благородная пыль веков. Вообще очень много пересечений нашёл с «Калевалой» в сказах Бажова, что меня сильно удивило. В первую голову, это, конечно мифические персонажи: Медной Горы Хозяйка, Великий Полоз, Огневушка-Поскакушка, Синюшка вполне сравнимы со старухой Лоухи, Вяйнямёйненом и прочими… Идентична роль волшебных животных. Та же эпическая форма – с общими персонажами и нетвёрдым сюжетом. Да и нежный северный говор чем-то напоминает поэзию калевальского слога.

По строению сказы Бажова напоминают сказки Писахова: наличием сквозного персонажа - рассказчик дед Слышко у Бажова и рассказчик Малина у Писахова. Но трагический магический реализм Бажова таки довольно сильно отличается от смеховых текстов Шергина и Писахова, хотя эта тройка русских сказочников XX-ого века делает сильный задел в русской литературе прошлого века, во многом благодаря именно этим писателям советская литература входит в состав великой русской литературы текстовой преемственностью, оставаясь в рамках традиции, не прерывая связь с литературным русским языком опытами новояза.

Кроме омультфильменных и знакомых по школьной программе «Медной Горы Хозяйки», «Каменного Цветка», «Серебряного копытца», «Синюшкиного колодца» в сборнике из 23 сказов оказались абсолютно удивительные сказы: «Огневушка-Поскакушка», «Ермаковы лебеди», «Кошачьи уши», «Дорогое имечко». Можно согласиться с мнением о некоторой мрачности сказов и жестокостью в этих произведениях – наказания всё-таки злодеям доставались суровые: они превращались в пустую породу, их заваливало обвалом в шахте. Да и положительным героям жилось не сладко. Но. Именно это и есть – чистая архаика, живой миф. Мне-то это как раз сильно понравилось. Не понравилось же другое. Я не очень люблю когда целые сословия выводятся негодяями в литературе. Тут чувствуется некоторый соц. заказ. Все представители Церкви, бары, приказчики – негодяи. И эта черта присутствует и в сказах Бажова и в сказках Писахова. Но, к счастью, я не нашёл ярко выраженной этой черты в произведениях Шергина.

Сказы Бажова напоминают нам о том, кто мы, позволяют нам не быть Иванами, родства не помнящими. И ещё немаловажная черта – в своих текстах автор поднимает на небывалую высоту значение мастера, умельца, то, что в своё время делал ещё Николай Лесков. И это прекрасно.

флешмоб 2011
по совету knigozaurus

Бажов удивил. Нет, когда-то давно-давно, когда я была совсем ещё маленькой, я его сказки были в числе любимых. А вот сейчас взяла, перечитала их — и мурашки по спине забегали, неужели я была настолько мрачным ребёнком?

Я сейчас совсем не хочу его обидеть, сказки у него прекрасные. Но атмосфера там жуткая: нищета, избиения, постоянные смерти, которые никого не удивляют, жестокие хозяева, чахотка и болезни от работы с камнем, кругом одна несправедливость. Дочитал сказку — вроде и хорошо всё заканчивалось, а вдруг все спились, испортились или вообще умерли, не успев насладиться полученной заслуженной наградой. Сказочные персонажи чаще пугают, чем помогают. Стандартная сюжетная линия: сказочное существо напугало, погрозило, потом испытало, потом всё же одарило — но это скорее всего всё равно вышло боком.

Нравится язык сказок, воспринимается он не как обычная речь, а как говор, словно кто-то далёкий рассказывает все эти истории. И уже от этого непривычного языка и незнакомых персонажей веет чуждостью. Какие-то дикие сказы, вроде и исконно русские, но далёкие от тебя. Велика Россия...

Нравится, что эти сказки главной добродетелью указывают не какое-нибудь утопическое "Будь милым ко всем и каждому", а вполне логичную честность. Не совсем то слово. Вполне вероятно, чистоту ума и сердца, не слащавую благостность, а именно кристальной чистоты искренность перед самим собой. Будь честен и трудолюбив, может быть, тебе воздастся высшими силами, а, может, и нет, но в любом случае тебе будет почёт и уважение.

Нравится подход Бажова к изображению женских персонажей. Во всей книге совершенно очевидно царит патриархат, но женщины постоянно сильные, красивые, необычные и вместе с тем настоящие. И при всей своей силе и незаурядности, в эту картину патриархата они вписываются идеально.

Но больше всего, конечно, мне нравятся фантастические образы уникальных сказочных существ, которые Бажов наполовину взял из старинных уральских преданий, наполовину придумал сам. Хозяйка Медной горы, конечно же, которая превращается в кошку или ящерицу с человеческой головой, а платье у неё из малахита, мягкого, как шёлк. С удовольствием бы на все эти превращения посмотрела в каком-нибудь мультике. Правда, это был бы очень нуарный мультик с тёмными пещерами, метаморфозами и жертвами. Великий полоз, змея выше деревьев, который водит золото под землёй за собой. А дочка у него с длиннющими золотыми волосами, так что он ей может манипулировать. Жуткая бабка Синюшка, словно сотканная из тумана, а вот улыбка и голос у неё молодые. Понравится ей парень своей удалью, так она превращается в молодую девушку. Каменная кошка с огненными ушами, которая ходит под землёй, так что только уши виднеются во тьме. Кстати, ещё жуткие бурые кошки были в услужении у Хозяйки Медной горы, те самые, которые гнались за Сочнем и выли: "Отдай наши глаза!" Голубая змейка, которая ссорит лучших друзей. Огневушка-Поскакушка, которая ловко танцует и морочит всем головы. Серебряное копытце, который хоть и называется козлом на протяжении всей сказки, но на самом деле — косуля.

Не понравилось, что большая часть сказов крутится так или иначе вокруг богатства в том или ином виде. Не понравилась очевидная несправедливость многого произошедшего — понятно, что именно так в жизни и бывает, но это на то и сказка, чтобы было хоть немного по-другому. Читать эти сказки сразу помногу — грустно, настроение сбивается и падает. Но всё же они очень красивые, особенно своей неистовой любовью к природе.

Один из моих любимых детских писателей. Мне нравились его сказки такой необычной атмосферой жизни на Урале, тайн рудников, сказаний о разнообразных чудесах, связанных с этими самыми рудниками.
А самой любимой сказкой была сказка о Хозяйке Медной горы. Ее я перечитывала, наверное, раз десять.

Какая я всё-таки жадина! Специально высчитывала в библиотеке, в какой книжке Бажова больше сказов, чтобы дома под конец взвыть от него!
Но моя мелочная жадность оказалась кстати, тк последние сказки мне понравились больше всего.
Но по порядку назову самые-самые:
«Золотые дайки» - Это прям лав стори с хеппи-эндом!
«Прожили свой век по-хорошему. Не всегда, конечно, досыта хлебали, да остуды меж собой не знали, а это в семейном деле дороже всего. Ребят Глафира навела целую рощу!»
«Живинка в деле» - про человека, который решил перепробовать все ремесла за свою жизнь, но зацепило его ремесло углежога. Его учитель говорил: В других ремеслах ты вниз смотрел – сколькому уже научился, а тут ты наверх смотришь – как лучше делать. Сказ о том, что даже тяжкое, неприятное дело (ну, к примеру, мытьё посуды или полов), если делать с интересом и задором, идет тебе на пользу, а не время от чтения отрывает. И конечно, о человеке, который нашёл-таки своё призванье!
«Васина гора» - это просто тест для оптимистов на физической основе. Суть такая: посмотреть, как человек ведет себя на верхушке особо противной для взбирания горки: или улыбнется, повеселеет – «Вон я скока прошёл!»; или повесит нос, нахмуриться: «Я уж устал, а вон ещё сколько идти надо!»
И, конечно, этимологическое блаженство:
Уже упомянутое Clicosoftski – не охтимнеченьки – без больших затруднений.
Неахтительный – несложный, простой.
Сойкнуть – вскрикнуть от испуга.
Помучнеть – побледнеть.
И другие, всякие.

Дома был третомник Бажова, помню подряд все три книги и прочитала. От его сказок у меня самое главное ощущение - "здесь русский дух".

Большинству моих знакомых Бажов нравится за то, что: а) про любофф б) зверушки такие непонятные, ящерки там, золотые змейки в) уж больно красивый "сермяжный" язык. А мне - за страшные сюжеты без надежды на продолжение...

Да, Бажов - отличный стилизатор (люблю его как редактор - редактора :) ). Но это далеко не все. В сказах Бажова иногда проносится дыхание настоящего Урала - тяжелое сырое дыхание рудокопа. А ведь он ничего особенно не придумывал, работал с коми-пермяцкими легендами, рассказами старожилов (об этом - см. А.Иванов в своем Message Чусовая").
А всем ли сказам вы верите? Нет, серьезно, забудем о советском фэнтези. Вот во что действительно хочется нырнуть, как в волшебную кадушку?

Мне - в рассказы "Малахитовая шкатулка", "Две ящерки", "Приказчиковы подошвы". Потому что Урал он, черт возьми, страшный! И нечистая сила не бывает к добру. Почитайте крестьянские былички: там все очень однозначно. Связался с "чертями" - так они тебя и в яму! Поэтому вызволение мастера Данилы - одно из самых главных моих литературных разочарований. Не верю я в продолжение "Каменного цветка". И вы не верьте.

Несмотря на то, что книга стоит под тегом "детская литература", все зависит от возраста, в каком читать эти сказки.
Мне повезло, я прочла в детстве. Кому-то, кто возьмет этот томик с изумрудным корешком в более позднем возрасте, повезет еще больше.
Сказка. )

"Жестокие нравы, сударь, в нашем городе, жестокие! " Нет, ну а если задуматься: подземные рудники, разрабатываемые крепостными (то есть, фактически, рабским трудом). Чего здесь можно ожидать?

Она, вишь, из мраморских была. То её Илюха и не видал раньше-то. Ну, а про мраморских дело известное. Краше тамошних девок по нашему краю нет, а женись на такой - овдовеешь. С малых лет около камню бьются - чахотка у них.

Вот так вот. То удивительно, что на таком материале получилось столько красоты и поэзии. Затронуто здесь что-то коренное, страшное, но мощное. Захотелось даже прочитать "Хребет России" . Хорошо, что всё это было собрано, не пропало.

В моём издании 32 сказа, которые датированы годом первой публикации. Эти годы - с 1936 по 1947, что отдельно внушает. И, конечно, сказывается на подаче историй.