Географ глобус пропил

Флэшмоб 2012.
Бывают такие ситуации, когда о книге слышишь и читаешь очень много, понимаешь, что это уже почти классика русской литературы, но всеми фибрами души не хочешь читать, оттягиваешь момент знакомства с автором, надеясь, что он не наступит никогда. А потом наступает флэшмоб, ты обреченно начинаешь читать и с первых строчек понимаешь, что это...
Во-первых, это нечто! Это гимн одиночеству среди людей. Это штрихами написанные жизненные принципы, которые без ста грамм и не поймешь. Это заливание всех проблем алкоголем, и этим способом пользуются многие представители сильного и слабого пола во многих странах. Служкин - прототип современного человека без смысла жизни. Вы можете со мной поспорить и утверждать, что у него есть цель. Какая? Где она ясна,как белый день? Виктор Сергеевич плывет по течению жизни, его не заботит завтрашний день, он понимает, что все пустил на самотек, но его это все устраивает. Но подкупает читателя его обычность, в некотором смысле романтичность и... пустота.
Особо хочется отметить стиль Иванова. Первая часть книги - этакий раздолбайский очерк о школьной жизни, ухмылки антипедагогической работы и обмылки не сформировавшейся личности учеников(ассоциации у меня были со "Школой" Козлова). Такого педагога, конечно, и детям врагов не пожелаешь, но они есть, что, увы, печально. Много диалогов, читается динамично. Потом наступает вторая часть, где описывается сплав по реке. Я, если честно, надеялась, что Иванов Служкина преобразит, что станет все-таки учитель учителем, но... Сам писатель показал нам тайгу, получилось очень красиво, и финальная сцена похода с ученицей обдавала сильной динамикой и холодом. Последние строки произведения ввергли меня в грусть. Захотелось молчать, молчать, молчать.
Ах, географ, как ты мне близок, но и как ты далек.

Находишь только тогда, когда не знаешь, что ищешь. А понимаешь, что нашел, чаще всего только тогда, когда уже потерял
А. Иванов "Географ глобус пропил"

Я не могу объяснить, почему я так люблю эту книгу. Ее страшно советовать, потому что могут не понять или понять не так. Ее просто стоит прочесть и понять: сколько среди ваших друзей и близких таких "географов".

Главный герой работает в школе, борется с двоечниками-девятиклассниками, водит в садик дочь, усердно пропивает свои проблемы, ищет себя (или пытается искать?). Простой человек, он не хватает с неба звезд, не ставит себя выше других. Он одинок. Окружен людьми и вечно одинок. Что-то ищет, вдруг находит, а потом теряет... Но сколько бы раз не терял человек, он никогда не привыкнет к этому.
Интересен финал. Вроде бы все возвращается на круги своя, но читатель понимает, что что-то изменилось. Что именно? Каждый ответит на этот вопрос по-своему.

10/10

Оффтоп: ну наконец-то я понемногу возвращаюсь к нормальному ритму чтения книг и рецензиям...

О чем эта книга? О Викторе Служкине, географе, который пропил своё горе. Свои проблемы, свои надежды, свой Глобус. Каждый человек справляется с глобальным скорбецом, грызущим его изнутри, по-своему. Сашенька, ещё одна героиня Иванова, спит для этого с тем, кого не любит и не хочет, жена Служкина круглосуточно пилит своего мужа, а вот сам Служкин просто топит себя в стакане.
А ещё эта книга о школьной любви, о том, чем она начинается, и чем заканчивается. И о том, как время съедает всё, отличницы Леночки становятся домохозяйками, меняя блеск в глазах на ежедневные походы с сыном домой из детского сада, а школьные «боевые подруги» счастливы только тогда, когда нелюбимый муж на ночь смылся к любовнице. Впрочем, все трагедии и пустоты легко запиваются алкоголем. Эту истину главный герой усвоил со школьной скамьи, и теперь только ученица Маша вселяет в него радость и надежду. Тоже бесцельную и беспросветную.
И, наконец, это книга о Реке. Вот она-то уж точно красива и уж точно никогда не изменит и не предаст.

Когда в преддверии суда ангелы бросятся искать праведников по земле пермской, боюсь, придется им улететь восвояси. «Географ глобус пропил» чем-то похож на сологубовского «Мелкого беса» - это тоже хороший пример книги, где нет праведников. И положительного героя тоже нет. Дочка Служкина, Тата, может быть, когда-нибудь спасёт этот город, если в процессе взросления успеет растерять все свои родительские сценарии. Но пока для неё всё только начинается. И впереди её ждёт школа, где завуч, Угроза Борисовна, искренне не любит тех, кто претендует быть «не таким, как все», одноклассники, которые в вялом перетекании из одного «трудного возраста» в другой не хотят учиться, не хотят, чтобы их учили, да и вообще ничего не хотят, и вечная зима над темной водой Камы.

Попытка номер 2 в сторону Алексея Иванова после "общаги на крови". И вновь безуспешная. Ничего пронзительного для себя не обнаружил, читать откровенно скучно, так как если человек взялся мулевать чернуху, то должен это делать как-то более радикально, а ужасами отчаявшихся тупых равнодушных обывателей, пусть даже и учителей, которые должны нести свет, уже никого не удивишь. Прощай, Алексей Иванов, навсегда прощай, надеюсь, что сам ты получаешь какое-то хотя бы небольшое удовольствие от собственной писанины

Наконец-то я дочитала эту книгу. Начинала читать раза три, первый раз, когда она появилась в списке литературы на прочтение в университете, но каждый раз не могла пробиться дальше первых двух-трёх глав, хотя вроде и нравилось, и смешно было местами, но почему-то упорно дальше не ползло.

Такое двоякое чувство (и нравится, и не читается) так до конца книги и осталось. Двоякое отношение ко всему. Вроде и симпатичен главный герой — обаятельный раздолбай, честный, умный, несприспособленный слегка к жизни, а с другой стороны он же и неприятен, слабовольный, местами мазохист, всё вечно усложняющий, да ещё эта гнусная привычка говорить дурацкими присказками, которая почему-то очень сильно раздражает. Вроде и язык лёгкий, да какой-то корявый что ли. И сюжет довольно интересный, а раскрыт как-то так... Юмор местами очень радует (например, описание сюжета фильма-боевика очень порадовало), а в других местах морщишься, как будто автор переигрывает, юродствует.

Первые две части книги выполнены, скорее, в форме коротеньких новелл, связанных общим сюжетом довольно слабо, хотя последовательность действий и можно проследить. Каждая глава — самостоятельный рассказ, дочитал до конца и можно не бояться, что всё закончилось на самом интересном месте. И уже с самого начала книги постепенно набухает и формируется идея похода — кульминация романа, финальная часть, рассказанная уже не от третьего лица, а от первого, которая как раз на рассказы уже и не похожа. Всё стремится к этому походу, вертится вокруг него.

Так и сижу в недоумении от собственных впечатлений. Книга не плохая, это факт. И не хорошая. И не пресная. Что-то такое чисто русское, сборное из кусочков, как винегрет, не сразу поймёшь, что к чему. Впрочем, на первое прочтение, наверное, плюс, но перечитывать не буду.

Учебный год одиночества?

Эта история длится ровно учебный год, время, за которое может многое измениться, но так ничего и не меняется. Эта история вполне может иметь место в жизни.

Перед нами главный герой: Служкин Виктор Сергеевич, биолог, работающий учителем географии. Неудачник, лузер, пропивший глобус и кусок полевого шпата. Его друг о нем отзывается так: "Ты лентяй, Витус. Идеалист и неумеха. Только языком чесать и горазд". Жена:"Алкоголик, нищий, шут гороховый, да еще и бабник в придачу!" Да и сам он позже заключает: "А сам я - это много раз порванная и много раз связанная, истрепанная и ветхая веревка воли"

Это история битвы молодого школьного учителя и неугомонных учеников из района новостроек "Речники".
Это история взаимной любви, кончившейся ничем.
Это история одиночества.

Наверное (и хочется в это верить), таких как Служкин у нас достаточно. Такие люди - романтики, не умеющие приспособиться к жизни. Они не торопятся, не бегут за фантомом социального успеха, а просто хотят жить, не становясь ни для кого залогом счастья и не находя понимания у окружающих. Только плата за это - светлая, ни к чему не обязывающая пустыня одиночества.

При всем противоречии героя...географ глобус пропил, но не пропил совесть.

Главное достоинство этой книги для меня в том, что ее написал Алексей Иванов. Более красивого слога я уже давно в художественной литературе не встречала - богатый, интересный язык и волшебные описания природы.

Сюжет достаточно прост. Главный герой романа, Витя Служкин, волей судьбы возвращается в свой родной город и устраивается в школу преподавать географию. Так как работы по специальности, а он закончил университет по курсу биологии, для него нет. Непросто складываются у Географа отношения с окружающими его людьми: в семье, в школе, с друзьями. Ни денег, ни положения в обществе. И целый ворох недостатков и слабостей.

Но как же не хочется, читая книгу, видеть в нем себя или своих друзей, да и просто людей на улице. Как человек главный герой мне был неприятен, местами - противен. Но в то же время мне его было очень жалко. Я думала, что будет смешно, в первой половине книги так даже было, а вот во второй стало грустно. И чем ближе к концу, тем больше.

Служкин, разумеется, никакой не педагог, он бьет своих учеников, пьет и курит у них глазах, недвусмысленно и с явными немерениями влюбляется в свою несовершеннолетнюю ученицу и всячески ведет себя... в общем, образом неподобающим. Но он по всему получается – учителем.

И видно это, в основном, во второй половине романа, которая произвела на меня большее впечатление, чем первая. Собственно, её суть умещается в цитате: "Легко любить курорт, а дикое половодье, майские снегопады и речные буреломы любить трудно" (кстати, Иванова приятно читать - богатый, интересный язык и волшебные описания природы). Это - поход с детьми на катамаранах по речке Ледяной. Я с трех лет езжу по речкам на байдарке. Некоторое время занималась водным туризмом довольно серьезно (есть в багаже и двушки, и тройки). И некоторые описываемые моменты вызывали отторопь. Потому, что я знаю, как это. Было многое, через что ребятам пришлось пройти. В то время, как главный герой книги, их учитель, руководитель, взявший на себя ответственность за этих девятиклассников, никогда в тур-условиях не бывавших, начал пить и заморачиваться на своих внутренних проблемах. И все же смог совершенно непонятным для меня образом вызволить всех из нешуточной беды.

Итог - прочитайте лучше другие книги Алексея Иванова ("Сердце Пармы", "Золото бунта"), получите гораздо большее удовольствие.

Сначала радовалась языку. Я, правда, так много читаю всякой дряни, что вкус у меня смещен и мне малости довольно, чтобы порадоваться.
Потом начал бесить герой. Ну ведь реально - урод какой-то. Безответственный придурок. Завел детей в поход, потерял контроль над ситуацией. Кто-то будет очарован красотой любви (?) героев или заворожен складным слогом, и так и останется при мнении, что это нормальное поведение. Нет, не нормальное.

Все позади. Я ничего не успел. Я проиграл. И на Бога не надеялся, и сам плошал. Я пропил, провеселился, отпугнул свое счастье. Но это было прекрасно, хоть я и не успел.

И это действительно самый прекрасный проигрыш, о котором мне приходилось слышать. Самый искренний и честный. Кто-то скажет, что глупый. Но глупый ли?

– Что-то у тебя как ни история, так анекдот, и везде ты придурком выглядишь.

Да, вот он, Виктор Служкин, как будто бы учитель (потому что он и не учитель вовсе, и, чего уж там – учить у него скверно получается), как будто бы географ - много таких «как будто бы» - а еще в довесок бутылка водки и ни на что не годные прибаутки. Но от этого его человечность совсем не страдает, не уменьшается. Не хочется пожать плечами, подумав про себя, какой он чудной и, наверное, пропащий человек, развернуться и уйти прочь. Нет.

Если бы я о тебе слышала от кого-то другого, то ты был бы притягателен. Может, тогда бы я и влюбилась в тебя – заочно. Но когда собственными глазами видишь все это, – она презрительно обвела Служкина сигаретой, – то просто отторжение какое-то.

Да, это так, и в середине книги Кира говорит за меня мои слова. Которые я бы при случае и сказала Служкину. Но только я Служкина не знаю, вот и остается мне тихо влюбляться в него. Заочно. Потому что очно – с ним жить почти невозможно. И жену его, Надю, мне все-таки жалко.
И я начинаю прощать Географа за все его нелепости и несуразности, за его веселость некстати и шутки, которые только раздражают. Он, знаете ли, не совсем оборванец-романтик. Ну да, пропил он свой глобус. Но ведь самое главное он не пропил. И не пропьет. Такой уж он человек, Виктор Служкин.

И вот я стою под этими созвездиями с пустыми руками, с дырявыми карманами. Ни истины, ни подвига, ни женщины, ни друга, ни гроша. Ни стыда, ни совести. Ну как же можно так жить? Неудачник… Дай бог мне никому не быть залогом его счастья. Дай бог мне никого не иметь залогом своего счастья. И еще, дай бог мне любить людей и быть любимым ими. Иного примирения на Земле я не вижу.

И я повзрослела как будто. Лет на десять и даже больше. Под конец книги я слилась с этим Географом. Мы вместе с ним пропили глобус и смотрели на пустоту, которая от него осталась.

– А тебе, Витя, не хотелось бы начать все сначала? – негромко вдруг спросила Лена.
Служкин помолчал.
– Этот вопрос нельзя задавать, – сказал он. – И думать об этом тоже нельзя. Желать начать все сначала – это желать исчезновения нашим детям.

Да, он не желает. И не жалеет. Он остался честным с собой, со мной, со всеми нами. Он принял свои ошибки, не отвернулся, не отказался от них, не спрятал.

Самые большие наши ошибки – это самые большие наши победы.

Конечно, никакой я не пример. Не педагог, тем более не учитель. Но ведь я и не монстр, чтобы мною пугать. Я им не друг, не приятель, не старший товарищ, не клевый чувак. Я не начальник, я и не подчиненный. Я им не свой, но и не чужой. Я не затычка в каждой бочке, но и не посторонний. Я не собутыльник, но и не полицейский. Я им не опора, но и не ловушка и не камень на обочине. Я им не нужен позарез, но и обойтись без меня они не смогут. Я не проводник, но и не клоун. Я – вопрос, на который каждый из них должен ответить.

И вы ответьте, и вы. Это очень правильный и важный вопрос.