Искупление

Спасибо Ricka , если бы не она, я бы нескоро добралась до Искупления - очень уж не люблю разрекламированные книги, ожидаю от них слишком многого.

Меня вот удивляет, когда в рецензиях к Искуплению начинают называть Брайони дрянью, предвещать ей муки загробной жизни и все такое прочее.
Как будто роман в самом деле о несчастной любви Робби и Си.
Дудки, народ.

Это лучшая книга о том, что такое писательство из всех, что мне до сих пор встречались. Невозможно сопереживать Робби и Сесилии по-настоящему, потому что с самого начала не отпускает ощущение, что они - персонажи, не больше. Да и Брайони в первой части - тоже марионетка авторского желания, которой поклоняются игрушки и подчиняются словари.

Она проходит путь от сказок к психологической прозе, потом перегружает свое восприятие мерными волнами дисциплины, чужой боли и сострадания в больнице, и только в третьей части вдруг становится живой и оказывается, что она всего лишь автор.

Это не о несчастной любви.

Это о том, существуют ли границы, которые непозволительно переходить. О том, как из озарения, что между жизнью и фантазией нет различия, приходит понимание того, что различие это есть: это два совсем разных мира, но только первым управляет невесть кто, а вторым - сам автор. Он виноват. Он ответственен. Он будет искупать все ошибки.

Знаете, в нашей, забытой даже самими нами, литературе, был писатель, написавший рассказ "Цвет яблони". В нем дочь главного героя - писателя - умирала, угасала с каждой минутой. А он горевал, отвлекался на бытовые мелочи и, ненавидя себя, подсознательно запоминал каждую мелочь. Вот это чувство, думал он, я вставлю в один из своих романов. И запомнить, как свет пробивается сквозь листья, и запомнить этот весенний аромат, который диссонирует с ощущением скорой смерти.

Как он ненавидел себя. Как проклинал.
Но поделать ничего не мог.

Какие бы ошибки Брайони не совершала, как бы ни ненавидела себя, как бы не понимала, что ничего исправить не сможет - она не оставит попыток.
Ведь там, в мире слов, она может все исправить.

Она все исправит.
Они будут счастливы вечно.

Удивительно всё-таки книжки оформляют иной раз. Обычно посмотришь на обложку — и душа радуется, ну, или не радуется совсем, но всё равно как-то пытаешься соотнести картинку с содержанием романа. А тут посмотришь на обложку... О чём книга? О Кире Найтли в зелёной кофточке. И всё, тишина, больше сказать нечего.

Эту книгу я читала безумно долго, бесконечно, не знаю почему, ведь читается она легко. Впрочем, это я сейчас про первую часть, которую я мусолила несколько недель, при каждом удобном случае хватая в руки другую книжку. И всё это при том, что, в общем-то, содержимое "Киры Найтли в зелёной кофточке" мне нравилось. Вроде и атмосфера английской семьи, а как знакомы все эти семейные условности, традиции... Острая нехватка внимания, болезненное его желание, ревность, зависть. Целый клубок змеящихся и кипящих эмоций внутри людей, которые внешне холодноватые, приличные и официально вежливые. Очень любопытно смотреть, как в этих прохладных сосудах бурлит огненная лава. Но, не знаю, наверное Макьюэн требует полного подчинения читателя себе, поэтому задаёт определённый ритм повествования, так что если ты не будешь ему соответствовать, то и двигаться будешь по чуть-чуть. Страница за страницей потихоньку рисовались образы главных героев... Брайони — очень живая, понятная до кончиков ногтей. Всё её поведение безупречно по логике, есть брать за точку отсчёта именно её детскую логику и то, что она на всю голову творческий человек. А это ведь как болезнь, по-своему она если не гениальна, то очень талантлива... И любой талант меняет человека. Брайони потерялась в мире искусства, воображение и реальный мир настолько слились для ней, что всё вокруг состояло из слов, описаний и сюжетов, а правду и вымысел подчас невозможно было различить. Там, где обычный человек видит только синее пятнышко на чёрном фоне, такие как Брайони видят Луну на небосводе, бескрайние просторы Вселенной, индейцев, пляшущих вокруг костра под полным ночным светилом, да что угодно. Наверное, именно поэтому она потом и искупает свою вину именно так: словами. Слова и воображение принесли беды её близким, слова же и воображение должны их искупить, хотя Брайони-реалистка где-то в глубине души прекрасно понимает, что это всё-таки не совсем то... Но что ещё она может сделать?

А вот вторую и третью часть я читала взахлёб, за один присест. Вообще, я люблю книги про войну, особенно написанные талантливо, какими бы страшными они ни были. Но вот именно такое сильное сопереживание случается не часто. Читаешь вроде бы историю солдат одной конкретной страны... А видишь за ними всех солдат, всех войн, всех стран: раненых, голодных, страдающих, надеющихся, отчаявшихся. И даже симулякр третьей части — про военных медсестёр — читается легко, на одном дыхании. Такие строгие правила, вспомнились почему-то "Спутники" Веры Пановой, хотя почему "почему-то", всё очень логично. И после всего этого безумно обыденного и вместе с тем незнакомого мира — хлоп! — необычный конец. Не знаю, искупила ли свою вину Брайони перед Робби и Сесилией, но перед Макьюэном искупила, поэтому он силой своего уже всемогущего пера дарит ей забвение, полное забвение всех грузов вины, которые волочились за нею столько лет.

Не знаю, буду ли я смотреть фильм по этой книге, что-то куда ни плюнь в последнее время, в каждой экранизации популярного романа спрятана Кира Найтли, а я её страсть как не люблю. Но в любом случае, читать Макьюэна ещё буду.

Флэшмоб 2011, огромное спасибо за совет Roni .

Рецензия со спойлерами.
Не читайте эту книгу. Это больно.
Она безжалостна в своем реализме. Здесь не восторжествует справедливость, зло и подлость не будут наказаны и любовь не преодолеет все преграды на пути к счастью. Она умрет по дороге к нему в муках и конвульсиях. Концовка бьет по оголенным нервам читателя жестокой реальностью, причиняя почти физическую боль. Призрачная надежда на хотя бы малость "хэппи" в "энде" сметается под корень одним единственным абзацем. И остается только скрипеть зубами в бессильной ненависти к рассказчице. Вся книга идет от третьего лица и лишь в самом конца от первого. От лица, мать ее, Брайони, для которой черти в аду уже наверняка приготовили большую сковородку.
В романе минимум диалогов, все основано на описаниях чувств, событий и действий, что способствует глубокому погружению в книгу. И тем острее чувствуется перемещение из тепла, благополучия и любовной горячки первой части в кровавую бойню второй. Но во всех описанных страстях нет ни одной фальшивой ноты. Восхищена Макьюэном.
Роман рассказывает о том, что подростки в пубертатный период - явление социально опасное. Особенно если у них есть буйное воображение и нет мозга.

Действующие лица.
Сесилия и Робби.
Два хороших человека, от жизни и любви которых в одночасье остались одни руины. Жуткий вандализм.
Брайони.
Дрянь. Автор и исполнитель вышеупомянутого вандализма. Склонна к самокопанию и самолюбованию. Лживая и трусливая мразь, истеричная девица. Через некоторое время начинает таки испытывать чувство вины. Никому уже ненужное и бесполезное. Через 60 с лишним лет придумала себе искупление греха, чтобы помереть и гореть в аду с чистой совестью. Написала роман с правдивым положением дел, на страницах которого Сесилия и Робби обрели друг друга. Ну а так как ее роман будет, разумеется, нетленкой, то и любовь их будет вечной. На чем и успокоилась.
Лола и Пол Маршалл.
Две сволочи. Живут по принципу, что хорошо тренированная совесть никогда не грызет своего хозяина. Ради своих целей и благополучия идут по головам без сожаления и каких либо намеков на моральные терзания.

Я никогда не буду перечитывать эту книгу, но приложу все усилия, чтобы раздобыть и прочитать все остальные книги Йена Макьюэна.

Про фильм.
На мой взгляд, по сравнению с книгой он слишком поверхностный. Много досадных расхождений в деталях, из за чего не трогает и не цепляет так как книга.

Читая книги, похожие на эту, я радуюсь тому, что, в принципе, являюсь толстокожим бегемотиком, которого не так то легко пронять трагической любовью и ужасами войны. Но Макьюэну это удалось на порядок лучше, чем большинству писателей, которых я для себя открыла в этом году (чур Ремарк не в счет).

Как и для большинства читателей "Искупления", для меня первичным был все-таки фильм. Хороший, душевный, как потом выяснилось максимально близкий к самой книге, которая возникла пару лет спустя почти сама собой, непонятно откуда материализовавшись в списке "хотелок".

Душный и томный вечер лета 1934 года не предвещал беды. Напротив, кому-то сулил признание родственников, кому-то легкий флирт и приятное времяпрепровождение, кому-то веселые, хотя и не всегда безобидные, детские шалости... Для Робби и Си этот вечер грозил стать началом большой любви, которая когда-нибудь могла бы закончиться хэппи-эндом. Если быть честной, эта любовь едва успела толком начаться. Но и не закончилась...

Вот уж не знаю почему большинству рецензентов взбрело в голову обзывать Брайони "маленькой мерзавкой". Как по мне, так эта девочка вызывает только чувство жалости - ведь, согласитесь, повзрослев и поняв, что натворила, она взвалила на себя крест, ненамного легче того, который несли Си и Робби.

Для меня этот роман стал Одой слепому случаю и человеческой глупости. Что стоило Робби пойти искать близнецов с Си и Леоном? Что стоило взрослым более скептично отнестись к показаниям 13-летней девчонки? Почему-то всю книгу я думала в основном о том, что случилось бы с главными героями, если бы тем летним вечером все пошло иначе...

Цепляющая книга. Из тех, о которых хочется подумать после последней перевернутой страницы. Хотя, конечно, фильм существенно притупил остроту восприятия - если бы можно было отмотать время назад, я бы с большим удовольствием начала именно с книги, потому что неожиданный финал - это один из ее козырей.

Книжный вызов 2011

Эта книга - настоящий шедевр. Макьюэн - гений. Снова при чтении творения этого автора мне просто не хотелось останавливаться, хотелось читать, читать и читать. Хотелось перескакивать через страницы, чтобы поскорее узнать, что же произойдёт дальше. Но в то же время, сделать этого я не мог, так как наслаждался каждым моментом, каждым фактом и каждой деталью, описанными как всегда неповторимо.
Это история любви, которой не страшны ни время, ни расстояние, ни какие-либо другие преграды. История о двух молодых людях, чьё счастье в один прекрасный день нашлось... и в тот же день исчезло. Насколько я симпатизировал простому, но искреннему, широкой души парню Робби и своеобразной, преданной девушке Сесилии, настолько я презирал и ненавидел Брайони. И эта драма, эта трагедия, эта история любови, любви, которая не смогла стать полноценной из-за жестокости и эгоцентричности маленькой, зацикленной на себе девчонки - всё это не давало мне покоя те дни, которые я провёл за книгой. Я не нашёл искупления, я не смог простить Брайони - да и вряд ли кто-то смог, вряд ли она сама себя простила. То, что она уничтожила, не вернуть никаким искуплением...
Искупление - книга с концовкой, но без окончания. Прожили Робби и Сесилия полноценную счастливую жизнь после войны? Или их счастье - лишь плод воображения Брайони? Ответ очевиден, но я не хочу его принимать. И останусь при своей точке зрения. Надо смотреть только в небо. И помнить - "Я буду ждать. Возвращайся."

Обретенные любовью. Разлученные страхом. Спасенные надеждой.

Это больно.
Это жестоко.
Но это жизнь.
Которая рухнула из-за маленькой сволочи.
Дрянь,которая сломала жизнь сестре.
Девушка,потерявшая веру в любовь.
И зло не будет наказанно в конце.
Любовь не преодолеет все припятствия на пути к счастью.
В конце нет "хэппи энда".
Брайони-дрянь. Лживая. Трусливая .Истеричная.
Сесилия-хорошая девушка. Но много потеряла из-за лжи сестры.
Очень много.
Жизнь и любовь.

Я буду ждать тебя. Возвращайся.

Первая книга флэшмоба-2011 была прочитана по рекомендации Olza , которой я бы и хотела выразить свою благодарность, потому что после неудачного просмотра одноименного кинофильма несколько лет назад, книга получила статус "неплохо было бы как-нибудь прочесть", и оставаться в этом статусе могла бы непростительно долго, что печально, ведь книга оказалась гораздо сильнее фильма, и получила, в итоге, свой заслуженные звездочки и мое читательское одобрение в придачу.

Также как и в других книгах Макьюэна, которые я читала (читала я их, на самом то деле не много, но впечатление сложилось устойчивое) описание отдельных моментов выглядит гораздо более впечатляюще и трогает гораздо сильнее, чем произведение в целом. Форма, в очередной раз, превосходит содержание? Внутри романа, издатель в письме упрекал Брайони приблизительно в этом же, и думается не случайно. Не все поступки героев я могу понять и ...счесть обоснованными и не все ходы кажутся удачными, но сценку у фонтана, например, это нечто очень-очень прекрасное.

Как и задумала маленькая Брайони внутри повествования, в романе присутствует описание этой сцены со стороны всех трех ее участников: двух непосредственных, и одного невольного. Эта ситуация так описывается, так раскручивается и в конце концов замыкается в себе, что аж оторопь берет. Особенно запомнился конец эпизода. Ох уж это пятно:

Сцена внезапно опустела, единственным напоминанием о том, что там вообще что-то произошло, осталось мокрое пятно на месте, где Сесилия вылезла из бассейна.

Могу выделить еще один эпизод. Не рискну утверждать, что он абсолютно оригинален, но все же, представленный в самом начале романа, очень точно передал настроение Брайони, не в конкретный момент; а Брайони вообще и одновременно с этим погрузил в самое правильное настроение, для того, чтобы проникнуть в эту юную головку меня. Может быть эти строки слишком громоздкие; но извиняйте, если что.

Подняв ладошку и согнув пальцы, Брайони, как уже случалось прежде, удивилась тому, что этот предмет, этот механизм для хватания, этот мускулистый паук на конце ее руки принадлежит ей и полностью подчиняется ее командам. Или все же у него есть и какая-то собственная жизнь? Она разогнула и снова согнула пальцы. Волшебство заключалось в моменте, предшествовавшем движению, когда мысленный посыл превращался в действие. Это напоминало накатывающую волну. «Если бы только удалось удержаться на гребне, – подумала она, – можно было бы разгадать секрет самой себя, той части себя, которая на деле за все отвечает». Она поднесла к лицу указательный палец, уставившись на него, приказала ему пошевелиться. Он остался неподвижен, потому что она притворялась, не была серьезна, а также потому, что приказать ему пошевелиться или намереваться пошевелить им не одно и то же. А когда Брайони наконец все же согнула палец, ей показалось, будто действие это исходит из него самого, а не из какой-то точки ее мозга. В какой момент палец понял, что нужно согнуться? И когда она поняла, что хочет его согнуть? Этот момент был неуловим. Вот палец прямой – а вот уже согнут. Не было видно никаких стежков, никаких швов на коже, и все же она знала, что под этой гладкой, сплошной поверхностью находится истинная сущность – может быть, душа? – которая приняла решение прекратить притворяться и дала окончательную команду.

В книге присутствуют несколько пластов, которые тесно переплетены друг с другом. Помимо описания личных трагедий героев, периодически упоминаемых военных действий и непосредственно всего того, что связано с ключевым поступком Брайони рассматривается и проблема "Писателя", его психологии, границ дозволенного и пределов его власти. Согласно теории Брайони - власть писателя безгранична, но думается, что подобный вывод был сделан лишь потому, что ей было это внутренне необходимо.

Что касается финала книги, сцена объяснения Брайони с Робби и Сесилией, изначально кажется фальшивой, фальшивой нарочито; это навело меня на мысль, что писатель может просто играть с читателями - кто знает, что Брайони выдумала еще? Быть может эта книга написана Брайони как попытка оправдать себя и убедить в том, что события развивались именно подобным образом, что она искренне верила в то, что насильник Робби, а не сделала свое заявление под влиянием обиды и ревности. Очень уж скользкий этот эпизод с прыжком в воду. Кто-то скажет - плоско, я скажу - не знаю.

Но самое любопытно, пожалуй в том, что это ничего не меняет. Либо - да, либо - нет. Для Брайони искупление было. А дальше пусть каждый решает сам, как воспринимать - было ли, и если было то в чем.

Но в любом случае, книга мне понравилась, особенно интересен, конечно, именно образ Брайони, в чьё имя я просто-напросто влюбилась. Брай-они.

Пускай мои впечатления об этой книге сохранятся именно так. Долой "раскладывание по полочкам", все равно путного ничего не вышло бы:)

На мой взгляд, излишне подробный рассказ об отступлении британских войск из Европы. А вот что хотелось бы – как Брайони пришла к пониманию того, что натворила? что происходило в её голове? – в книге не нашла. Понравился, впрочем, финал книги.

Мое знакомство с Иэном Макьюэном началось не с этой книги. Однажды на книжных полках, просматривая серию "интеллектуальный бестселлер", я наткнулась на книгу "Меж сбитых простыней". Не буду вдаваться в подробности, скажу лишь,что эти авангардные рассказы вызвали у меня только негативные эмоции и удивление, как этот автор смог получить такое признание и столько престижных наград. И спустя полгода, я все-таки решила прочитать "Искупление", в основном, чтобы понять как это возможно.
Я была буквально поражена силой повествования автора, кристально чистым английским слогом. Без лишней спешки автор окутывает нас легким ветерком, перемещая в Англию тридцатых годов.Переходя от одного героя к следующему, Макьюэн позволяет нам прочувствовать и понять мышление каждого из ключевых персонажей.В первой части книги меня особенно впечатлило описание Эмилии, матери семейства - не имея возможности выйти из комнаты, обездвиженная болями, она по крупицам мимолетных звуков открывает для себя картину происходящего в доме, чувствуя каждого его жителя и понимая все его действия. Тем удивительнее для меня, не смотря на то, что мы сразу видим, что Эмилия предпочитает выдавать желаемое за действительное, ее реакция на слова Брайони. Эпизод в ее комнате, где она "слушает" дом, показывает ее мудрость, дальнейшие действия приобщают к миру иллюзий, в которых также запуталась и ее дочь.
"Искупление" отличается не только красотой слога и силой мысли автора, но и своей чувственностью. Тем не менее, как бы красива не была история любви Сессилии и Робби, это произведение не об этом. Война и любовь в ней идут только как декорации, хотя, следует отметить, они и заставляют прочувствовать книгу до конца, а концовка в этом произведении потрясающая.

Это книга о маленькой запутавшейся девочке, которая в переломный момент своего возраста совершила ошибку, сломавшую жизни. Эта книга о том как она пыталась искупить свою вину. Это книга о силе слова, которое в один миг может обречь тебя на гибель или воскресив, соединить с любимой.
И теперь Макьюэн стал мне немного понятней.

В начале был безумно трогательный фильм, после просмотра которого я узнала, что он снят по одноименному роману Иэна Макьюэна. Естественно, мне захотелось прочесть саму книгу. Забегая вперед, стоит отметить, что она также хороша как и сама экранизация. Повествование идет с позиции нескольких лиц, это помогает создать более полную картину описываемых событий, лучше понять мысли и чувства главных героев.

"Искупление" можно охарактеризовать как историю одного жестокого заблуждения и нескольких разбитых жизней, развернувшейся на фоне Второй Мировой Войны. Одна маленькая девочка, в силу своего возраста и разгулявшейся фантазии, заигравшись в писательницу, сломала жизнь двум близким ей людям, счастье которых, тем самым, закончилось, так и не успев начаться.

Очень сложно писать свои впечатления от этого романа. Они просто захлестывают тебя, не дают возможность четко сформулировать мысли, так как, прочитав последние строчки романа, ты все еще находишься там, в гуще описанных событий и, снова и снова, переживаешь трагедию несбывшихся надежд и искалеченных судеб.

В голове сейчас пульсирует только одна по-детски наивная мысль "Это несправедливо! Так не должно было быть!" Но, увы, ничего не изменишь, и воссоединившихся на бумаге Робби и Сесилию, не оживить в их реальной жизни, как бы этого не хотелось.