Цитаты из книги Госпожа яблок
Марта Кетро
ISBN: 978-5-17-061420-2, 978-5-271-249-11-2
Год издания: 2009
Издательство: АСТ, Астрель
современная литература бабское жж любовь на вечер фантастика русская литература городские невротики LJ модно
Описание
Знаете ли вы…
… на что способна женщина, которой не дают спокойно работать;
… какова Величайшая Мечта Человечества?
… как выглядит насильственное осчастливливание;
… что произойдет с обманутыми обманщиками;
… и как выбраться из деревни "Малые Афедроны"?
Новая книга Марты Кетро - причудливая смесь горького и смешного, она способна изменить сознание не хуже кальвадоса, но гарантирует отсутствие похмелья. Остается легкое яблочное послевкусие и воспоминание о чем-то хорошем, что пришло в вашу жизнь вместе с "Госпожой яблок".
Цитаты из книги
10 января 2010 г.
В Африку никогда не сбегают дольше чем на пять дней.
"Кать, ну чего ты? Я обязательно вернусь, не к ужину, так к обеду".
Я точно знаю, зачем это нам, - чтобы возвращаться. Чтобы было к кому и было - зачем.
Но мне до смерти интересно - вам, вам-то это зачем? Зачем вам такие плохие стареющие, но невырастающие дети?
"Люблю" - это не ответ.
1 ноября 02:08
«Не надо равняться на людей, дочка. Иди, будто несешь на голове кувшин.»
4 марта 2010 г.
Лжецы - самые доверчивые существа на свете. И самоуверенные - думают, что только они здесь умные, а вокруг слепые. На том и прогорают.
--------------------------
Можно сказать, что они сплетают хвосты - будь у них хвосты, или взлетают - будь у них крылья, или разговаривают с Богом - будь у них Бог.
--------------------------
и так легко сравнивать состояние недельной давности с нынешним днем, но совершенно невозможно уловить, что изменилось между вчера и сегодня.
---------------------------
А женщине страшны только время и правда.
---------------------------
Но если что и втыкает вилы в почки, так это правда. А время добивает.
---------------------------
Не надо равняться на людей, дочка. Иди, будто несешь на голове кувшин.
---------------------------
Будто мы две рыбы - скользим, одна у самой поверхности, а вторая на дне. И та, что на глубине, никогда не поднимется, а другая не опустится из-за разнице в давлении, и только по движению теней и вод они догадываются друг о друге.
---------------------------
- А что такое творчество?
- О, это создание целого мира, погружение в иную реальность, из которой невозможно выйти прежней.
4 марта 2010 г.
....но чаще играем в свои невинные блядские игры, в которых не ничего плохого, кроме одного - вам с нами нельзя.
30 марта 2010 г.
Но я никогда не думал, что бывает точно такая, как хотелось, бесценная душа, которую принимаешь сразу и всю, но живущая в параллельной реальности. Будто мы две рыбы – скользим, одна у самой поверхности, а вторая на дне. И та, что на глубине, никогда не поднимется, а другая не опустится из-за разницы в давлении, и только по движению теней и вод они догадываются друг о друге.
4 февраля 18:50
К тому же Укропов был почвенник, и в текстах постоянно что-то колосилось и простиралось, забубенно взвизгивало и лихо ерепенилось.
4 февраля 18:49
Потому что почта никогда не пропадает совсем, всегда остаётся надежда, что наши потерянные письма читают инопланетяне.
1 ноября 02:06
«Одни люди мечтают что-то иметь, другие – кем-то стать, а третьи – что-то сделать.»
4 сентября 2010 г.
– Я, знаешь, очень понимаю самураев. Когда их кто-нибудь оскорблял, они себя убивали. Потому что не могли после этого жить. Вот и у меня первое побуждение – умереть.
– Здоровая реакция на оскорбление – агрессия.
– Так то здоровая. А самураям честь не позволяла жить униженными.
– Ты, деточка, путаешь. Они, видишь ли, мыслили себя частью клана и считали, что в случае чего должны себя отсечь, чтобы позор не перешел на их господина, или как там у них было, я не силён…. А то, что у тебя, это обыкновенная гордыня. Но я прослежу, чтобы тебя никто не обидел.
Не ответила тогда, но подумала: ведь бывают ещё ронины.
27 июля 2010 г.
Я бегу и бегу – по сухой траве, по чёрной земле, по белому снегу. Позади следы, впереди чистое поле. Однажды, когда я сделаюсь безупречной, я перестану оставлять следы. Оглянусь, а за мной чистое поле.
27 июля 2010 г.
Ах, всё так хорошо начиналось вчера, в воскресенье, когда она проводила на Тверской испытание новых осенних туфель. Космические ракеты по сравнению с этим – маленькая человеческая глупость, что там той небесной ерунды, обернётся пару раз вокруг планеты и сгорит, а ей в этих туфельках гулять и гулять, и этот первых выход бесконечно важен. Кто бы знал, как иногда вероломна обувь – засовываешь в неё чудесную белую ножку с алыми ноготками, а через два часа туфли полны крови, и никакого принца за это русалочке не положено, ступни превратились в пылающие куски мяса, безо всякой компенсации. И Оленька страшно волновалась, как оно всё пройдёт, чутко прикасалась к асфальту маленькими коричневыми подошвами, беспокоилась вообще и по отдельности: за косточку на правой ноге, за подъём на левой, за оба мизинца – очень сильно и немного – за щиколотки. И всё прошло поразительно хорошо, полтора часа она проходила быстрым шагом, и только тогда стало немного неудобно, но это мелочи, для первого испытания отлично. Оленька даже позвонила нескольким людям, чтобы сказать – да, да, прекрасно, спасибо, мы сделали это, они как на крылышках, и Земля такая маленькая, такая красивая, вы бы знали, вы бы знали, я лечу, и отсюда мне видны огни.
А потом, в кафе, всё и случилось, за соседним столиком она увидела старика, точнее, не его даже, а только морщинку на шее, сероватую, глубокую, - не такую, что можно подколоть гилауронкой и полгода потом не думать; и не такую даже, чтобы как-нибудь подтянуть и отрезать. А совершенно безнадёжную морщину-навсегда, далеко не первую и не последнюю, одну из тех, что среди прочих превращают тела в пустые перчатки, и ничего уже не меняют, потому что старость есть старость.
Она, испытатель туфель и хозяйка своих яблок, смотрела, как вишенка с вершины пирамиды, и видела, как мир миллионы лет рос и стремился к тому, чтобы она родилась и взглянула на него глазами ореховыми и зелёными. Потому что если вы живёте с другим ощущением – вы живёте напрасно, и вы безответственны, как таракан, если не чувствуете под ногами миллиона черепов, если в голове у вас нет голосов, кроме голоса благоразумия или жадности.
И вдруг, и вдруг – никакая не вишенка, а лишь звено, за которым последуют такие же черепа, и мало того что время не остановилось сейчас, как золотой омут и мёд, - оно даже на секунду не замедлилось, чтобы обрадоваться Оленьке, оно продолжает течь. И мало того, что ни подколоть, ни отрезать – всё гораздо хуже, чем казалось. Она ведь может умереть. Точно так, как углубляется эта его серая морщина, где-нибудь начнёт расти плотный шарик или, наоборот, истончаться сосуд, и однажды – без взрыва, без грохота, без фиолетовых молний – она умрёт.
И поэтому она молча ехала домой, весь вечер и всю ночь дожидалась, пока закроется дверь, затихнут шаги, дождалась, отставила чашку, захлопнула ноутбук и заплакала.
