Векфильдский священник

Не знаю, как обстоят дела с литературными традициями французов, немцев, русских и прочих народов, но насчет англичан могу сказать с большой степенью уверенности: свои традиции они тщательно сохраняют не только в виде монархии. Ироничность (в том числе и само-) и склонность к точным, ёмким замечаниям заложена в них, видимо, на генетическом уровне.

Английская провинция середины XVIII века глазами простого сельского священника, человека достаточно симпатичного, хотя и не без мелких недостатков. Он не прочь завести проповедь на несколько страниц или провести какое иное моральное внушение, но эти нравоучения хорошо вписаны в сюжет и сан священника их оправдывает. Доктор Примроз производит впечатление живого человека, который способен на мелкие хитрости:
- Что ж, - отвечал я, еще не сообразив, как на все это дело смотреть, - дай бог, чтобы и через три месяца ты могла сказать то же самое.
К такому способу я прибегал всякий раз, когда хотел поразить жену своей прозорливостью: если бы поездка девиц увенчалась успехом, возглас мой можно было бы толковать как благочестивое пожелание, в противном же случае - как пророческие слова.
и с удовольствием наслаждается простыми радостями в кругу семьи - остается только улыбаться тем идиллическим картинам, которые рисует Голдсмит. За исключением, впрочем, бед и невзгод, сыплющихся на семью, как из рога изобилия. Их количество показалось мне несколько чрезмерным, но в конце Голдсмит все расставил по своим местам, к тому же благодаря преодолению череды несчастий история получилась не только интересной, но и нравоучительной. XVIII век, господа.

Голдсмит активно обличает английские нравы (от норм поведения до вопросов веры и верноподданнических чувств) и, как бы между строк, ненавязчиво, делится собственными взглядами по всем этим вопросам. Особо интересна защита монархии и противопоставление ее либерализму и демократии и критика английских законов. Любопытное замечание: а только ежегодное количество преступников у нас более чем вдвое превышает число их во всех европейских державах, вместе взятых. Впрочем, думаю, тут автор позволил себе некоторое.. эмм.. преувеличение.

В общем, этакая история-памфлет. Вполне себе современная, несмотря на декорации.

Спасибо Omiana , благодаря которой состоялось мое знакомство с этой замечательной книгой.

З.Ы.: ах, да. эта книга подарила мне отличный аргумент для споров с любителями позитивной психологии: но слыхано ли, чтобы кто когда-либо становился веселым по принуждению, которое само по себе есть враг веселья?

Сентиментальная, наивная и нравоучительная история о злоключениях английского священника. Если бы не легкий и слегка ироничный стиль, я бы скорей всего забросила книгу после первых же страниц, уж очень правильный получился главный герой, и, может как раз из-за своей правильности, казался он не сильно умным. А потом все это стало неважным, ведь автор уронил на голову героям столько бед и испытаний, что к концу книги я решила, что для полного счастья им не хватает только землетрясения и цунами: все остальное у них уже было. Но, как и положено в сентиментальном романе, герои с честью вынесли все тяготы и остались такими же добрыми и порядочными. И даже главному злодею (не смотря на все свои злодеяния, он выглядел настоящим милашкой) оставили шанс на исправление.
Да, финал выглядел слегка сумбурным и неправдоподобным, но ведь трагедий и горя хватает в реальной жизни, а иногда так хочется настоящего и всеобъемлющего хэппи-энда:)

Замечательная книга! Не зря этим романом восхищались Стендаль, Толстой, Диккенс и другие - не менее известные - литераторы.
Люблю подобный стиль повествования - размеренный, но не затянутый. Чувствуется некоторое сходство с Диккенсом, но слог и манера у Голдсмита более легкие.
Финал произведения предсказуем - он добрый, детский, наивный и даже не совсем правдоподобный. Но иногда хочется, чтобы все в жизни именно так и заканчивалось.