Москва-Петушки

Умом Россию не понять,
пока не выпито ноль пять,
а если выпито ноль пять,
то дело кажется не хитрым,
попытка глубже понимать
уже попахивает литром....©

Самая главная ошибка, которую я допустила в связи с Венечкой Ерофеевым и его шедевральной нетленкой, заключается в том, что я читала эту книгу дома. И трезвой. Эх, ну чего стоило взять ее с собой в пригородную электричку в выходной день, да пару литров пива (или винца, смотря какое настроение было бы) и расправиться с ней (и с пивком) за пару часов под неодобрительными взглядами бабушек-старушек?

Хотя я, конечно, и стратила, но первым знакомством несмотря ни на что осталась довольна. Слушала я книгу в замечательном исполнении Шнура (именно благодаря ему я в принципе соблазнилась исповедью интеллигентного алкоголика). В качестве бонуса - замечательные отбивки с бульканьем водочки, которые меня преследуют уже второй день - в общем, качество озвучки замечательное.

Повесть ох как хороша. Есть в ней что-то такое забористое, цепляющее за душу любого русского человека - то ли грусть вселенская, которой полна каждая страница, то ли близкая русской душе пьяная философия. И все это прячется за литрами "Столичной" и трехэтажным русским матом, надо только суметь разглядеть. Здесь же Венечка Ерофеев то ли пьянь подзаборная, то ли величайший русский философ. И поезд то погружающийся, то выныривающий из алкогольного угара. И Сфинкс с его загадками, и Митрыч с внучком, и контролер из Орехово-Зуево - грань между адекватом и пьяным бредом тонкая, едва ощутимая.

Эх, Венечка, Венечка... Интересно, был бы ты счастлив в нашу эпоху круглосуточных маркетов, когда не приходится ждать открытия магазина, чтобы похмелиться хересом?...

В общем, ТРАНСЦЕДЕНТАЛЬНО!

И напоследок - бонус. "Слеза комсомолки" в готовом виде). Есть у кого знакомые герои, которые сей шедевр таки приготовили?;)

О! Узнаю! Узнаю! Это опять они!
«Ангелы господни! Это вы опять?»
— Ну, конечно, мы, — и опять так ласково!..
«А знаете что, ангелы?» — спросил я, тоже тихо-тихо.
— Что? — ответили ангелы.
«Тяжело мне…»
— Да мы знаем, что тяжело, — пропели ангелы. — а ты походи, походи, легче будет. А через полчаса магазин откроется: водка там с девяти, правда, а красненького сразу дадут…
«Красненького?»
— Красненького, — нараспев повторили ангелы господни.
«Холодненького?»
— Холодненького, конечно…
О, как я стал взволнован!..

Непьющим -- не читать ни в коем случае! Пьющим -- читать. Много пьющим -- обязательна к прочтению!

Противоречивая книга. Можно обвинять в безыдейности, точнее, в порочности идеи: вся книга построена на одном -- алкоголь. И главный герой -- не герой вовсе, а спившийся представитель уличной интеллигенции, и идеал его -- не менее пьющая развратная женщина из провинции, да и вообще, все герои книги -- и спутники Венечки в поезде, и герои воспоминаний, и снов-галлюцинаций -- все это люди вздорные, пьющие....
Но, чёрт побери, как же здорово написано! Явный пост-модерн, при всей незамысловатости сюжета -- герой едет из Москвы в Петушки на электричке, в дороге пьет, общается, пьёт, спит и опять пьет -- текст построен очень нестандартно: это подборка цитат и псевдоцитат, сюжетов и идей из Библии, мировой классики, марксистской теории, мифологии (один сфинкс чего стоит!), фольклора, заново переосмысленных автором. Вообще, манера повествования -- нечто вроде диалога, который ведёт Ерофеев-автор с Ерофеевым-героем. Грань между реальностью и алкогольным бредом по ходу действия (а так же по ходу движения поезда и по ходу опьянения) стирается начисто.... К концу поэмы вообще не понятно, приехал ли герой, туда ли он приехал, и выезжал ли вообще... Явно только одно это не_герой нашего времени, ненашедший себя в жизни, слишком малодушный, чтобы поломать систему и слишком умный, чтобы жить, как все...

О, если бы весь мир, если бы каждый в мире был бы, как я сейчас, тих и боязлив, и был бы так же ни в чем не уверен: ни в себе, ни в серьезности своего места под небом — как хорошо бы! Никаких энтузиастов, никаких подвигов, никакой одержимости! Всеобщее малодушие. Я согласился бы жить на земле целую вечность, если бы прежде мне показали уголок, где не всегда есть место подвигу

Я обычно не пишу "рецензии" (именно так, в кавычках) - не из-за боязни показаться самонадеянным неучем или из-за убогого стиля, а просто потому что не думаю, что кому-то это нужно - в том числе и мне.
К чему я это.

Если кому-то вдруг взбредёт в голову (чего ни бывает) побывать на этой странице и дочитать до этой строчки - господа, услышьте меня! - прочитайте "Москва - Петушки", даром что не читал её только ленивый.

Дальше - вовсе не понятно, для кого. Видимо, для себя.

Есть такие (назовём их условно "мученические") книги, читая которые я не могу не перенести себя внутрь текста. Такие книги у каждого, конечно, свои: кто-то вот с Миллером по Парижу шатается, а кому-то уже совсем хорошо с Нуном.

А Ерофеев берёт понятно чем: пропитанный алкоголем кухонно-философский текст с умильной стилистикой, прожитый ласковый скепсис, etc., etc..

Пока не поздно, делаю вывод: я таки боюсь показаться невеждой с убогим стилем. Завязываю с "рецензиями".

"- Да, да! Я очень люблю читать! В мире столько прекрасных книг! - продолжал человек в жакетке. - Я, например, пью месяц, пью другой, потом возьму и прочитаю какую-нибудь книжку, и так хороша покажется мне эта книжка, и так дурен кажусь я сам себе, что я совсем расстраиваюсь и не могу читать, бросаю книжку и начинаю пить, пью месяц, пью другой, а потом..."

Тут и добавить нечего...

Вот и дошли у меня руки до восполнения очередного пробела в литературном кругозоре.

Ох, ох, ох... Язык дивный, читается легко и быстро, и всё же - очень тяжело. Очень болезненная, "больная" книга, вся она - сплошной нерв. Такая бездонная трагедия, что Шекспиру и не снилось. Ну и, конечно, заставляет как-то по-особенному взглянуть на нашу "национальную болезнь" - алкоголизм.

Опустившийся эрудит. Мыслящий ханыга. Веничка.

Человек, оказавшийся на самом дне алкоголизма, уже ничего особенно не ожидающий от этой жизни и тешащий себя тем, что после ее конца у него все сложится - в такой скрытый способ, мне кажется, Ерофеев хочет показать читателю антипример для подражания.

Это – ироничный смешок в адрес тех, кто оправдывает свою низменность тем, что в запой он употребляет и книги, а не только водку.

Это – насмешка над пустыми полу трезвыми разговорами о высоком, и намек на их бесполезность. Бесполезная эрудиция, бесполезные тосты,бесполезно пустые слова делают нашу жизнь настолько же полой и бесполезной.

А полезные книги помогают об этом задумываться. И не идти по инерции туда, куда даже течение не рискнуло тебя занести.

Развернуться и пойти обратно. А ты иди, Веничка, иди.

P.S.: И почему только книгу о пьянстве я начал читать в День всех влюбленных)
___________________________________________________________________________

«Если даже ты пойдешь налево – попадешь на Курский вокзал; если прямо – все равно на Курский вокзал. Поэтому, иди направо, чтобы уж наверняка туда попасть».

«О, если бы весь мир, если бы каждый в мире был бы, как я сейчас, тих и боязлив, и был бы так же ни в чем не уверен: ни в себе, ни в серьезности своего места под небом – как хорошо бы! Никаких энтузиастов, никаких подвигов, никакой одержимости! –всеобщее малодушие. … - да ведь это спасение от всех бед, это панацея, это предикат величайшего совершенства».

«Утром плохо, а вечером хорошо – верный признак дурного человека».

«Тупой-тупой выпьет, крякнет и говорит: «А! Хорошо пошла, курва!» А умный-умный выпьет и говорит: «Транс-цен-ден-тально!» И таким праздничным голосом! Тупой-тупой закусит и говорит: «Закуска у нас сегодня – блеск! Закуска типа «я вас умоляю!»А умный-умный жует и говорит: «Да-а-а… Транс-цен-ден-тально!..»

«Если человек умен и скучен, он не опустится до легкомыслия. А если он легкомысленен да умен– он скучным быть себе не позволит».

«Очень глупо умереть, зная только одну букву «ю» и ничего больше не зная».

«Если уж мы прожили 30 лет, надо попробовать прожить еще 30».

«Нет, эти двое украсть не могли. Один из них, правда, в телогрейке, а другой не спит, - значит, оба, в принципе, могли украсть. Но ведь один - то спит, а другой в коверкотовом пальто, - значит, ни тот, ни другой украсть не могли».

«Итак, за здоровье тайного советника Иоганна фон Гете?»

«…у каждого свой вкус – один любит распускать сопли, другой утирать, третий размазывать».

«…на тех весах вздох и слеза перевесят расчет и умысел».

Последний раз читал в 2002 году и воспринималась книга совсем по-другому.

Не понравилось абсолютно, какое-то уродливое гипертрофированное описание советского быта советского человека. Даже и не знаю, кого это тронет, наверное, поклонников Сталина. Зато теперь я понял, откуда вот эта надоевшая цитата "и немедленно выпил", употребляемая всегда ни к месту, собственно, зачем ее употреблять и можно ли к месту - не знаю, сомнительно.

Кстати, о гипертрофированности. У меня есть такой бзик - реалистичность. И в кино и в книгах. То есть когда люди ведут себя так, как точно в жизни не бывает, меня это расстраивает и огорчает. И восемь лет назад мне казались чудовищными описываемые количества выпитого. Живые так пить не могут.

А сейчас ничего необычного я в этом не нашел, я конечно сам не пытался, но людей такого уровня знаю. Так что я расширил горизонты, это отрадно.

В общем, если пьете делайте это красиво, не в советском же союзе живете.

Объем: 0,5 л, Крепость: 40%

Состав: артезианская исправленная питьевая вода, спирт этиловый ректификованный из пищевого сырья сорта "Люкс", сахар

Энергетический состав:
Белки: 0,00 г
Жиры: 0,00 г
Углеводы: 0,20 г
Энергетическая ценность: 224,80 ккал

Не содержит ГМО

ЧРЕЗМЕРНОЕ УПОТРЕБЛЕНИЕ АЛКОГОЛЯ ВРЕДИТ ВАШЕМУ ЗДОРОВЬЮ

Так пронзительно и так тонко, и ярко, и нежно писал Венедикт Ерофеев, как никому больше не удастся. Единственный писатель из тех, кого я знаю, к которому в полной мере относится фраза "пишу как дышу".
И пусть это прозвучит банально, но такой автор мог родиться только в России, так же как Джек Керуак мог родиться только в Америке. Книга, совершенно не поддающаяся переводу, непонятная иностранному читателю, бессмысленная для большинства жителей планеты и такая понятная для любого, родившегося на просторах советского и пост-советского пространства.

Нелюбимая, пугающая меня тема - алкоголизм.
Не могу над ней смеяться, не могу о ней легко говорить и думать.
Читала, сжавшись и напрягшись по максимуму. И в горле комок был на протяжении всей - в общем-то, очень небольшой - повести.
А последнее предложение просто меня сразило - своей меткостью и своей, по тем временам, нестандартностью.

Пожалуй, отнесу эту повесть в одну категорию с "Заводным апельсином" Берджеса: читать невыносимо, а не читать нельзя.