Если однажды зимней ночью путник

Я знал, я знал, что есть на свете настоящие книжки. Год за годом, морщина за морщиной, читая всякую шелопунь и безвкусицу, я знал, что где-то там, в запредельной библиотеке, среди косых лучей солнца и оседающей пыли они есть. Правда, кроме внутреннего ощущения, прямых доказательств тому не было. Но, как говорится, кто не рискует, тот не читает. И где я их только не искал, у кого только не спрашивал, на какие только полки не залазил. А во времена кризиса, когда читать было совсем нечего и нужно было хоть как-то поддерживать в себе инстинкт чтеца, я покупал желтую прессу, не брезговал листать и телефонные справочники, и даже блоги в Интернете – и те читал. В общем, путь мой был долог и тернист. Но, не смотря на тяготы и лишения, я безропотно верил и стоически ждал, потому что знал, что есть на свете настоящие книжки. И вот, когда мое смирение достигло твердости камня, а зрение уже было в двух шагах от слепоты, провидение улыбнулось и включило «зеленый свет». Так в мои руки попала чудесная книжка Итало Кальвино «Если однажды зимней ночью путник». Открыв ее, я сразу понял – это оно. Альфа и Омега равны. Круг замкнулся. Радость засияла радугой. Мытарства вернулись сторицей. И страницы полетели, и строчки поползли.
Сейчас на закате лет в моей душе царит мир и покой. Но я все равно продолжаю поиски, потому что есть на свете настоящие книжки. Не сдавайтесь и вы, ибо вы – Читатель, чтобы это не значило.

Это из того рода книг, прочитав которые сама себе поражаюсь - Как, Почему, Зачем, Каким Образом я этого еще не читала!

Потому что это настолько моя книга, настолько на 100-200-300 процентов мое, что просто загадка природы, каким образом это до сих пор не попало мне в руки (голову, мозги, мысли).

Героиня этого романа - я, женщина которая читает непрерывно, одну книгу за другой, без остановки. Женщина, для которой чтение - это образ жизни и не только.

Ну а если серьезно, то героев там несколько, а именно...

Будучи изумительным образчиком поструктурализма, роман блестяще деконструирует, реконструирует и постструктурирует самую суть литературного процесса и литературного гения. Причем литературный гений представлен здесь в двух эпостасях, двух противоположностях одного процесса - писательского творчества и читательского творчества, и читательскому творчеству уделено гораздо большее внимание чем писательскому.
Итак, в романе 5 основных героев- Читатель, Читательница, Писатель, Нечитающий и Переводчик (он же злодей и фальсификатор в одном лице). Есть правда еще сестра Читательницы, но она персонаж второстепенный, хоть и характерный.
С первых же страниц романа мы погружаемся в другой роман в романе, этот роман читает Читатель. Это очень интересный роман, написанный писателем Итало Кальвино и называющийся "Если однажды зимней ночью путник". Ничего не напоминает? Да да, это название самого основного романа, в котором наш Читатель читает роман. Итак мы читаем роман вместе с Читателем, то есть с одной стороны, мы сами читаем этот роман, кстати очень интересный, прекрасно написанный и с потрясающим сюжетом, а с другой стороны, мы погружаемся в настроения, ощущения и мысли Читателя, который тоже одновременно с нами читает этот же роман. Мы даже знаем где он читает, в какой позе, и каким образом он выбрал для чтения именно этот роман из множества других, еще непрочитанных им романов.
Но выбор сделан, процесс чтения в самом разгаре, наслаждение от чтения все возрастает - и... роман вдруг обрывается в самом интересном месте....
Читатель потом познакомится с Читательницей, у которой тот же роман тоже оборвался на том же самом месте (производственный брак якобы, причины потом окажутся гораздо более интересными), с Писателем, с Нечитающим, прочтет 10 незаконченных романов, каждый из которых претендует на право быть предыдущим, но на самом деле является совершенно самостоятельным романом, но связь все же найдется, а главное -
Перед наши полностью раскрывается Чтение как процесс, как состояние, как удовольствие, как причина, как следствие, как радость, как правда, как обман, как жизнь.
А писатель пишет, переводчик переводит, языки умирают и возраждаются, десять романов с потрясающим сюжетом, десять романов в одном, написанные прекрасным языком Итало Кальвино, 10 шедевров в одном шедевре великого литературного гения.

З.Ы Да, совсем забыла, там еще есть замечательный персонаж - умудренный опытом Издатель, ну как же в Литературном процессе без Издателя.

Если однажды зимней ночью путник, неподалёку от хутора Мальборк, над крутым косогором склонившись, не страшась ветра и головокружения, смотри вниз, где сгущается тьма, в сети перекрещенных линий, в сети перепутанных линий, на лужайке, залитой лунным светом, вокруг зияющей ямы... Что ждёт его в самом конце?

Это всё названия междуглавий и названия выдуманных романов, впаянных в "Если однажды...", но я, прочитав первым делом содержание, подумала, что это стихотворение. Да и традиция называть стихотворения без названия первой строчкой, взятой в кавычки соблюдается.

Наверное, лучшей рецензией к "Если однажды зимней ночью путник..." будет аскетичная, но очень точная обложка самого первого англоязычного издания (которую я постаралась сюда вставить, но мои таланты в html стремятся к нулю). Действительно, это один из самых "густых" постмодернистских текстов, которые своей формой настолько влияют на содержание, что невозможно рассматривать одно без другого.

Поначалу кажется, что в этом романе ничего не будет понятно. Какие-то главы под номерами, какие-то — нет, всё действие написано от второго лица (для второго лица?), но под словом "ты", понимаешься вовсе не ты, а какой-то там дяденька-Читатель, с которым невольно начинаешь себя отождествлять из-за этого самого тыканья. Но, между тем, чувствуется показная искусственность этого отождествления, автор сначала сам толкает нас на определённые размышления, какие могут у нас возникнуть по мере прочтения этих разрозненных обрывков гипертекста, приписывая их Читателю. Ох, ах, постмодернистский кошмар! Но очень скоро всё встаёт на свои места. Мы видим роман в романе, матрёшку с одинаковыми лицами, намечается сюжетная линия (да-да, она здесь есть!), а каждый отдельный кусочек выдуманного романа превращается в обрывочный рассказ-зарисовку, который хоть и вырван из контекста, но всё же представляет собой нечто законченное. Законченное, но... С торчащими нитками, за которые можно бы было потянуть и додумать всё остальное.

И вот чудовищность постмодернистского гипертекстуального мира растёт и растёт. Появляются выдуманные страны, выдуманные языки, история, выдуманные люди, выдуманные люди в квадрате, фальшивки, маски, симулякры, занавески и преграды. Кальвино то окунает нас в повествование с головой, то специально отдаляет от него. Линия поиска тех самых романов становится одновременно детективной и сюрреалистичной, сюжет изгибается в кольцо, пока не кусает себя за хвост, складываясь в уроборос, так что мы во многом приходим к тому, с чего начали, хотя и географические и воображаемые границы в романе гигантские. Все персонажи, выдуманные и безжалостно закинутые в роман, запутываются в нём, как мухи, обрастая всё большим количеством непонятного во времени и пространстве. Но именно такой и есть мир, гипертекст только отображает его: всё, от частных мелочей, до максимально обобщённых понятий.

Особенно мне понравилось, как Кальвино изобразил методы работы с текстом (и гипертекстом). Ирнерио, например, принципиально не читает книг (пассажи об этом великолепны!), но активно использует их в качестве материальных объектов для творчества. А Лотария умудряется полностью перевести текст книги в статистические данные, по которым судит об интересности данной книги.

Ух, дочитали, выдохнули. Сложно говорить про такой роман, его надо читать, но понравится он, думаю, далеко не всем, только любителям сложной формы, загадок и "мозгокрутства" вприкуску с сюрреалистичностью.

Флэшмоб 2011, большое спасибо за совет Starry_Sky .

Постмодернизм такой постмодернизм... Не особо дружу с этим направлением, можно сказать, что и вовсе не дружу, поэтому-то и не смогла оценить должным образом роман Итало Кальвино. Хотя задумка очень и очень интересная. Эта книга как матрешка - книга о книге, где еще одна книга о книге и т.д. На мой взгляд, пересказать ее сюжет практически невозможно. Да это, в общем-то, и не важно. Те, чье внимание привлечет этот лабиринт из разрозненных историй и персонажей, и так обязательно в него войдут и заблудятся на какое-то время, а те, кого он отпугнет, не станут себя испытывать и пройдут мимо. Единственное, что отмечу, так это здоровую самоиронию, местами даже откровенный самостеб автора над своим же детищем. Забавный момент. А в остальном... честно признаюсь, дочитывала "Путника" по диагонали, слишком разные пути-дорожки у нас с ним, увы.

Книгосовет (№7) в рамках флэшмоба-2011 от blade_o_grass

Внимание! Применять с осторожностью! Вызывает нестерпимое чувство читательского зуда.

Осторожно, Читатель! Перед твоим взором разворачивается эпохальное гипертекстуальное полотно. Десять таких разных и непохожих друг на друга историй имеют свое начало и не имеют завершения. Десять зачинов без продолжения. Десять литературных входов и ни одного выхода. Ну, чем не роскошная головоломка!

На первый взгляд, эти истории никак не связаны между собой. Просто разрозненные элементы чудовищной мистификации, в которую оказываются вовлечены Читатель и Читательница. Но при ближайшем рассмотрении оказывается, что они как разноцветные квадраты кубика Рубика образуют единую мозаику гипертекста. И при правильном расположении составляют… Гипертекст о гипертексте. Да, ты не ослышался, Читатель. Этот «роман-ловушка, состоящий из одних зависших в воздухе зачинов» – своего рода литературный трюк, когда текст раскрывает сущность текста.

Недаром ведь названия каждого зачина при последовательном прочтении образуют пусть и запутанное, но воистину целостное предложение. Если не веришь, можешь убедиться в этом сам, Читатель!

«Если однажды зимней ночью путник, неподалеку от хутора Малъборк, над крутым косогором склонившись, не страшась ветра и головокружения, смотрит вниз, где сгущается тьма, в сети перекрещенных линий, в сети перепутанных линий, на лужайке, залитой лунным светом, вкруг зияющей ямы. – Что ждет его в самом конце?»

Теперь-то ты мне веришь, Читатель? Ну, так вот каждая из этих историй, звено к звену выстраивает единую цепочку ответа на вопрос: «Что есть гипертекст?».

Кальвино нескромно замечает: «…я хочу создать космос, заполненный историями». А потом сам же раскрывает все карты, объясняя структуру гипертекста.

«…начинается в любой точке, скачет, повторяется, обращается вспять, настойчиво топчется на месте, разветвляется на множество одновременных, самостоятельных сюжетов, вновь сходится в одной точке, надоедает, перескакивает на другую страницу, обретает утерянную нить, опять теряется. В нем можно обозначить направление, целеустремленность, понимаемую как устремленность к некоему апофеозу; в преддверии такой цели оно делается ритмичным, размеренным, наполняется чередующимися сюжетами».

И он точно хочет, чтобы его замысел раскрыл ты, Читатель! Иначе зачем ему так призывно привлекать твое внимание к сокрытому?

«…чтение, нередко торопливое и рассеянное, не улавливает или оставляет без внимания определенное число знаков и значений, действительно содержащихся в тексте…».

А потом еще более явный призыв: «Будь начеку. Читатель, здесь все сплошная химера...». В этом истинная сущность загадки – быть разгаданной…

«Если однажды зимней ночью путник» - в некоторой степени литературоведческий роман. Взять хотя бы классификацию читателей, приводимую Кальвино. Это читатели, с головой погружающиеся в книгу, и читатели, воспринимающие книги подобно безликим машинам – они вырывают из текста отдельные слова, по которым и судят потом о романе, для них книга не что иное как набор типографских символов, повторяющихся большее или меньшее число раз. Кроме того приводимое Кальвино понятие эмпирического автора перекликается с таковым в «Шести прогулках по литературным лесам» Умберто Эко.

Читатель, не поленись открыть этот замечательный роман и погрузиться в эти волшебные истории, у которых не будет конца. Правда, одна история – история Читателя и Читательницы – все-таки дошла до своего логического завершения. Или это было только начало?

Поначалу думаешь, что сюжет затянут. Кажется, что автору более по душе филология и эрудиция, чем голый сюжет, но при чтении оказывается все как раз наоборот: эта наукообразная оболочка нужна единственно для того, чтобы прикрыть сказанное и не сказанное в романе, завуалировать его внутреннее дыхание – которое, того и гляди, развеется, соприкоснувшись с внешним миром, – приглушить эхо исчезнувшего знания, отзывающееся в потемках намеков и недомолвок.

Один из самых тайных и неуловимых союзов – это союз автора и читателя. Невидимый взгляду, никогда не провозглашаемый, он появляется всякий раз, как кто-то открывает книгу, и живая мысль, сквозь километры и века протягивается между двумя сообщниками – автором и читателем.

Во время чтения создается иллюзия, что Кальвино пришла в голову мысль написать роман, состоящий из одних первых глав. Героем выступает Читатель, которого постоянно прерывают. Читатель покупает новый роман А писателя Б. Экземпляр книги оказывается бракованным, и Читатель спотыкается на первой главе. Он идет в книжную лавку поменять книгу. Весь роман написан от второго лица: ты, Читатель.
Но помимо этих первых глав развивается основной сюжет: По ходу повествования автор вводит в роман Читательницу, плутоватого переводчика, пожилого писателя, ведущего дневник...

- а существуют ли второстепенные истории? Ведь возможно, что все истории – лишь части некой мозаики, которую читатель складывает из разных историй, и чем их больше, тем аккуратнее и четче получается картина?
- не забывай о том, что среди этих кусочков много паршивых или просто пустышек. Да и картина, сложенная без всякого порядка из разноцветных и несовпадающих частей не будет привлекательна.

предмет чтения – материя точечная, распыленная. На вольных просторах написанного читательское внимание различает крошечные отрезки: словосочетания, метафоры, сцепки фраз, логические переклички, изумительные языковые перлы, необычайно плотно насыщенные смыслом. Сквозь эти просветы вспыхивают едва уловимые сполохи истины, отраженной в книге: проступает ее глубинная суть. Мифы и тайны собраны по крупицам, неощутимым, как цветочная пыльца, оседающая на лапках бабочек.
В книге Итало Кальвино попытался собрать десять историй. Перескакивая от одной истории к другой, он в действительности ходит вокруг да около той самой истории про Читателя или читательницу, держащих в руках роман «Если однажды зимней ночью путник», и одновременно выступающих в роли главных героев этого романа.

Эдакая книжка про чтение. Совершенно напоминает картину Магритта: человек смотрит в зеркало, а видит там собственный затылок. Читаешь книгу, а получаешь фигу из начатых историй и склеивающих их замечаний автора о чтении, адресованных Читателю.
Не скажу, что мне не понравилось, и не скажу, что меня книга чем-то сильно удивила. Ну бредятненько так, модненько. Я уже читала как-то давно нечто похожее: "Третий полицейский" О'Брайана. Там тоже что-то такое сбивчатое и с упоминанием вымышленного писателя-философа. Но дополнительно от этой книги такое ощущение, что тебя немного обманули, не дав завершения повествования. Хотя я и не помню, чем закончился "3-й" - настолько эта каша не откладывается в голове. Такие книги должны быть ценны не сюжетом и не чем-то таким, а тем, что остаётся в душе после них. Но человеку понятнее, когда сюжет.

К прочтению данной книги меня сподвигла щедро оплюсованная почтеннейшей публикой литературно-художественная рецензия маэстро machinist . К сожалению, я не смог настолько глубоко и всеобъемлюще проникнуться этим, безусловно талантливым и во многом необыкновенным, произведением. В оправдание своё могу только посетовать на своё собственное скудоумие, общую напряжённость и загруженность многообразием проблем в жизненной текучке и прочее и тому подобное. Вот и рецензию эту пишу в спешке, на скаку, второй рукой отстреливаясь от наседающих индейцев. Тем не менее, книжка у Итало Кальвино вышла очень и очень неплохая, чего я ни под каким предлогом не стану отрицать. "Если однажды зимней ночью путник" - это, своего рода, литературный эксперимент, где главное - не сюжет, не характеры и черты главных или второстепенных героев, не хитросплетения обстоятельств или отношений между персонажами; всё это здесь присутствует, конечно, но скорее как шоколадная крошка в мороженном или водка в коктейле "Секс на пляже" - т.е. в качестве ингредиента, который скорее сопутствует целостному тому, что имеем на выходе, нежели делает его таковым. Обычно-то всё совсем не так, чаще всего слышишь, что человеку понравился сюжет или эмоциональная составляющая или манера поведения героя... а тут это всё сбоку-припёку, до кучи! Здесь автор делает основой сам процесс чтения, т.е., например, описывает процесс чтения какого-то романа, не фактически вставляя в нужное место текст этого романа, а пишет как бы уже впечатления от чтения этого романа, т.е. получается своего рода "литература второго уровня", если позволите так изъясниться. Причём эдакий "финт ушами" можно делать по разному, Кальвино делает это таким образом, что с читателем как бы постоянно ведётся диалог, либо от лица автора, либо от лица героя очередной книги. Согласитесь, несколько необычный угол зрения: читать книгу, глядя на себя-читателя изнутри самой книги глазами персонажа? Вот за такие эксперименты я искренне чествую автора.
Недостаток у книги сугубо субъективный для именно этого меня в моих нынешних обстоятельствах. Произведение само по себе без какой-либо излишней зауми, без каких-либо напряжённых моментов, читается достаточно легко и непринуждённо. Однако на подобном чтиве очень трудно сосредоточиться, например, когда едешь куда-нибудь там на работу с утреца не без желания поспать ещё часочка эдак два-три, а так же вечерком, когда уже хочется покемарить да и вообще, что называется, глаза раком, апосля целого дня за монитором. Порхающий, как бабочка-капустница сюжет мимолётен и ускользающ, зацепиться разуму порой просто-таки не за что, ибо из повествования ничего не торчит, никаких тебе остроконечных или тупоконечных выступов... Вот такой какой-то недостаток: читать было сложно, а кроме как по дороге на работу и с работы я читать эти пару-тройку недель не мог.
Вот в общем-то и всё, что я хотел рассказать об этой, вне каких либо сомнений, наипрелюбопытнейшей книге. Теперь дело за вами, путники: решайте сами, стоит ли вам отправляться в это зимне-ночное однажды.

Давно меня манил и зазывал этот роман своей загадочной аннотацией и необычным названием и вот я закрыла последнюю его страничку.
Какой необычный роман! А можно это назвать романом? Скорее литературный лабиринт.
Книги-пазлы всегда стараюсь читать быстро, не отвлекаясь на другое чтение, иначе можно потерять какую-нибудь цепочку и в конце будет трудно сопоставить факты и уловить смысл, задуманный автором.
Книжка хороша, особенно первую половину я прочитала с большим восхищением... глаза горели, а пальцы только успевали переворачивать страницы.
Ну разве это не прекрасно?

Роман начинается на вокзале. Пыхтит паровоз. Натужный выдох шатуна заполняет раскрытую главу. Клубы пара обволакивают краешек первого абзаца. К вокзальным запахам добавляется ароматное дыхание привокзального буфета. Кто-то смотрит сквозь мутные стекла, открывает застекленные двери бара. Внутри повисла легкая дымка. Все выглядит размыто, словно увиденное близорукими или воспаленными от угольной пыли глазами. Книжные страницы затуманились, подобно стеклам в старых поездах. Фразы окутало дымной пеленой. Дождливый вечер. Человек заходит в бар, расстегивает пальто. Его застилает облако пара. Свисток уносится по рельсам, лоснящимся дождевым глянцем.

Волшебные странички уводят тебя за собой, не дав успеть опомниться.
Ты - ЧИТАТЕЛЬ и эти строки посвящены только тебе и о тебе.
У меня даже, наверное, розовели щечки, когда в описаниях я узнавала саму себя. Хотелось поглаживать странички от удовольствия.

Эта книга просто клад для тех, кто любит бросать начатые книги на пол-пути, а то и после первой главы... 10 удовольствий в одной книге!
И пусть только кто попробует после этого им сказать, что не существует книги, которую бы они ДОЧИТАЛИ!
Такая книга есть и это благодаря Итало Кальвино.

Читая первую главу, я думала, что меня ждет претенциозное надувательство - Кальвино бессовестно обьяснял читателю, как лучше всего читать. "Положение ног при чтении имеет первостепенное значение" - после этого утверждения хотелось сказать писателю, что он - полный профан, потому что даже толкаясь в переполненом метро, когда в положении ног имеет значение только то, что на них не находятся ноги других пассажиров, чтение настойчиво продолжает отменять реальность.
Итало Кальвино заплетает и закручивает роман с такой настойчивостью, что поначалу у читающего возникает мысль - "чертов постмодернизм". А потом, смирившись с тем, что его водят за нос, читатель вдруг обнаруживает у себя желание, чтобы эта книга продолжалась до бесконечности.
Увлекательнейшее чтение о чтении.