|
|
|
|
|
|
Кысь – литература с большой буквы, смесь философской сказки и антиутопии на постапокалиптическом фоне.
Толстой удалось создать в книге не только целый мир, но и своеобразный язык, который, как это ни странно, делает произведение только глубже и интереснее, не отвлекая от повествования. Хотя обычно такие авторские эксперименты оканчиваются громким пшиком.
Духовный голод, который внезапно обуял Бенедикта, не облагородил его, не произошло катарсиса, который происходил у других героев прежних антиутопий. Наоборот, одержимый духовным голодом, он первый раз убивает, чтобы просто завладеть книгой.
И еще: Бенедикт всеяден. Он с одинаковым интересом глотает и журнал «Коневодство», ни разу не видя коня и продолжая эксплуатировать перерожденцев, и «Сибирские огни», и прочее. Вот это самое странное. Он читает ради чтения, ради процесса, который его отвлекает от действительности. Это такая вот квази-виртуальная реальность, в которой только и может существовать герой.
А в реальности это опять грубый, неотесанный неандерталец, который, несмотря на богатство, не моется, зарастает паршой, продолжает материться и не видит разницы между культурным памятником и надписью «здесь был Витя».
Сама книга, пожалуй, про развитие главного героя, его мировоззренческий путь, его болезненный эскапизм и рефлексию. Так что сказочный антураж служит лишь фоном для роста личности Бенедикта от полного ничтожества до абсолютного эскаписта, а позже - революционера, так и не осознавшего себя.
Дочитал. Нда... Внутри всё до сих пор бродит, переваривается.
Сначала удивило. Встретив порхающих черных зайцев на первой странице подумал привидилось, ан нет! Очень интересная и оригинальная задумка. Есть в этих персонажах что-то из картин Босха, только с древнерусским налётом. Вся книга булькатит, как наваристые щи на большом огне. Очень социально. Много цитат. Много намёков на историю страны. Местами очень смешно, местами — совсем не очень. И, что скрывать-то, местами непонятно. В любом случае написано очень вкусно. Язык оригинален, а словечки подобраны филигранно. Некоторые фразочки как-то сами собой затесались в повседневный шуточный обиход. По мере чтения всё это катится быстрей и быстрей и к концу книги обрушивается эдаким комком в горле.
Через какое-то время надо обязательно перечитать.
Очень оригинально написано. Читается на одном дыхании. Вот где четко просматривается мысль, что знание - сила :)
Кысь - непонятное существо с хвостом, удачно женился. Тесть его возглавлял команду по поиску уцелевших после ядерной войны книг. Люди в этот век темной безграмотности запросто пускали завалявшуюся бумагу на обогрев, боясь и не понимая ценность уничтожаемого.
Непонятный правитель, запрещающий чтение, расплодившиеся колдуны, забавные отношения Кыся с семьей - обо всем этом написано настолько живо и остроумно, что хочется перечитать :)))
Т.Толстая, "Кысь": "А понимай как знаешь!"
"- Дайте книгу-то, - канючил Бенедикт. - Не жидитесь, книгу дайте!" (...)
.
- Рано еще!
- Чего рано? Уж солнце садится.
- Тебе рано. Ты еще азбуку не освоил. Дикий человек. (...)
- Я не освоил?! - поразился Бенедикт. - Я?! Да я!.. Да ить!.. Да я знаете, сколько книг перечитамши? Сколько переписамши?
- Да хоть тыщу...
- Больше!
- ...хоть тыщу, все равно. Читать ты, по сути дела, не умеешь, книга тебе не впрок, пустой шелест, набор букв. Жизненную, жизненную азбуку не освоил!"
Не самое далекое будущее. Москва Федор-Кузмичск. Общество после ядерной катастрофы, но до изобретения водопровода. электричества и железобетона - избы, свечи, пузыри на окнах, мыши в кастрюлях.
У Толстой два главных героя: культура и читатель - достается, конечно, обоим. Яркая сатира романа начинается уже с лексикона, с манеры изложения. И думаешь на первых страницах - провинция! - ан нет, повсеместно.
"На семи холмах лежит городок Федор-Кузмичск, а вокруг городка - поля необозримые, земли неведомые. На севере - дремучие леса, бурелом, ветви переплелись и пройти не пускают, колючие кусты за порты целяют, сучья шапку с головы рвут. В тех лесах, старые люди сказывают, живет кысь. Сидит она на темных ветвях и кричит так дико и жалобно: кы-ысь! кы-ысь! - а видеть ее никто не может. Пойдет человек так вот в лес, а она ему на шею-то сзади: хоп! и хребтину зубами: хрусь! - а когтем главную-то жилочку нащупает и перервет, и весь разум из человека и выйдет."
И такими предложениями-отрывками, будто стежками, написана вся книга. Поначалу манера речи вызывает умиление в отношении персонажей, уж больно они жалостливые получаются, беспомощные, а по мере действия понятно становится, что каков язык - такие мысли, быт, поступки. Простые, конечно, незапачканные морализированием, но от того эгоистичные и глупые. Толстая все вроде бы в шутку, хиханьки-хаханьки, а в итоге вырастает из этого картина грубая, упадническая. Всего и отношения меж людьми - покалечить да своровать. Пусто.
Вот и страхи у этого общества своеобразные: кысь боятся, будто жилку перервет, да Болезнь, которая от книг старопечатных, говорят, случается. Поэтому и ездят санитарные сани книги эти изымать, да людей лечить.
Вокруг книг в романе особая котовасия: герой главный - писец, книги т.е. переписывает начисто - от хвоста избавился да в зятьки Главному Санитару пристроился, тут-то ему книги и попались. А миссия их, санитарская, старопечатную книгу отобрать по той причине, что народ, видите ли, искусству чужд: страницы из книг вырывает, хранит как попало, пальцами-то грязными листает, слюнявит страницы и подчеркивает жирно. Сам же герой взахлеб все книги у Санитара проглотил, аккуратничал - это да, но вопрос в том, кто есть настоящий читатель, книги достойный? Зажравшийся на деликатесах герой или народ, на супах из мышей живущий, и строчки подчеркивающий? Кому оно полезней?
"- Дайте книгу-то, - канючил Бенедикт. - Не жидитесь, книгу дайте! (...)
- Рано еще!"
Впрочем, среди всего этого беспорядка тихо живут Прежние - те, кто во время Взрыва выжил и больше с тех самых пор не стареет - интеллегенция авторская. Эти хоть и говорят складно, но не понимает их никто, уж больно слова умные. У них и книги есть, и знают они о возможностях человеческих. Только как и всегда это было, бесполезна эта интеллигенция: думают, вспоминают, охают, возмущаются, а революцию в итоге все равно герой и проворачивает. Да что толку-то от власть имущих, начитавшихся, но от жизни навсегда оторванных, ничего так и не понявших?
Впрочем, "понимай как знаешь!", я поняла так, а вы, быть может, по-другому.
8/10
Для меня Татьяна Толстая всегда была сначала ведущей, а уже потом писателем. Первое её произведение, что я прочитал стала "Кысь". По началу как-то не шло, но чем ближу к развязке, тем глубже и тем больше. В завуалированной форме подаются характерные типажи русского социума. Весь его менталитет во всей своей красе, чиновники, простой люд. Быдло. Безграмотность и душевная пустота. Жадность и воровство. На примере отдельных персонажей показывается то, к чему нужно стремиться.
"- ...есть понятия тебе недоступные: чуткость, сострадание, великодушие...
- Права личности, - подъелдыкнул Лев Львович, из диссидентов.
- Честность, справедливость, душевная зоркость...
- Свобода слова, свобода печати, свобода собраний, - Лев Львович.
- Взаимопомощь, уважение к другому человеку... Самопожертвование..." (с)
Особое внимание уделено книге, как социальному институту. Именно таков масштаб. Книга рассматривается как источник культуры, знаний, красоты, любви и много чего еще.
Читать было очень приятно.
сначала книга показалась немного муторной, а потом пошло-пошло-пошло, и уже даже не заметила, как втянулась.
немного неясна осталась концовка, но книга понравилась.
и идея не избитая, и построение глав понравилось, и главный герой выбран удачно. читаешь - и прямо видишь его. вот он у тебя - на ладони. простоватый, глупый, смешной.. человек.
