Асфальт

Надо сказать, что «Асфальт» это, без сомнения, шаг вперёд для Гришковца-литератора. Шаг маленький, но шаг вперёд. Предыдущие его работы вроде книжки «Реки» более всего напоминали черновики к его спектаклям-монологам. Моноспектакли Гришковца по-своему хороши, но однако же тексты этих спектаклей имеют малое отношение к литературе. Тем не менее Гришковец в своих интервью давно и настойчиво говорит о себе именно, как о писателе.

Первым шажком в направлении более близкого к литературе текста было создание романа «Рубашка», который, конечно, никакой не роман, а скорее повесть или даже большой рассказ. Потому что роман — это прежде всего многоголосие, симфония, в романе по крайней мере есть несколько голосов, несколько стилистик. В «Рубашке» же не только не было нескольких голосов, там собственно и героев было только два с половиной: собственно главный герой, его друг, и полуэфемерный образ возлюбленной героя. Более того стилистика этого текста недалеко продвинулась по сравнению с предыдущими работами: обилие многоточий, неотличимость авторского голоса от голоса героя — всё это создаёт тоже ощущение монологичности. Каждый кто видел спектакли Гришковца услышит в этой книге его интонации и его голос, тот кто не видел скорее всего не поймёт, что в ней находят другие. Т.е. книга в общем то не существует отдельно от спектаклей.

Другая особенность, которая, на мой взгляд, характерна для «Рубашки», — это отсутствие конфликта. Единственный намёк на конфликт заключался в необходимости поддержать друга и необходимости поехать к любимой женщине. Конфликт между дружбой и любовью, разумеется, может достигать драмматической и даже трагической глубины, но в «Рубашке» этого нет. По-большому перед героем и не ставится там этого выбора, в его ситуации легко совмещается и то и другое, хотя может быть и с некоторым дискомфортом. Тем дискомфортом, который доставляют волоски, оставшиеся на воротнике рубашки после стрижки. Т.е. конфликт, биение страстей заменены в тексте Гришковца на дискомфорт.

И первая и вторая особенности есть и в новой книге Гришковца, но всё же «Асфальт» выглядит книгой более сложной: героев, имеющих плоть, по крайней мере несколько, сделана попытка уйти от монологичности, выстроить текст, в котором голос из моноспектаклей не звучит. И Гришковцу эта попытка удалась: текст не выглядит монологом и голос, знакомый по спектаклям, в голове не звучит. Но у книги есть много других недостатков.

Прежде всего в глаза бросается стилистика. Иногда она удивляет, например, такими фразами: «Конечно! – спокойно ответил Миша. – Ты всё отлично знаешь! Все друг про друга всё знают и понимают. Все такие знатоки!». Я, конечно, не могу претендовать на какие-то особенные знания русского языка, но тем не менее во мне есть уверенность, что либо герой говорит спокойно и тогда не нужны восклицательные знаки, либо он говорит восклицательно, с эмоцией, и тогда лишнее слово «спокойно». Но чаще она не столько удивляет, сколько вызввает усталость. Все эти нагромождения Миш, Стёп, Серёг, в некоторых абзацах имена повторяются чуть не в каждой строчке, как будто бы местоимений нет в русском языке. Кроме того у героев так и не появилось своего языка: все они разговоривают одним и тем же слогом. И текст от автора написан всё тем же языком, с характерными для Гришковца конструкциями, например, со словом «сильно», которое употребляется к месту и не к месту.

Но главное, что мне не понравилось, это композиция книги. Стилистика в конечном счёте всё та же, узнаваемая, характерная для Гришковца, и, наверно, даже хорошо, когда она есть. Но структурно книга устроена неудачно. Начинается она почти с детективной завязки, но эта детективная линия будет довольно скоро оставлена, середина заполняется воспоминаниями героя о разных случаях из жизни, некоторые из которых хороши, но в массе своей мне показались лишними и ничего не привносящими в текст, из-за них возникает провисание сюжета. Конец же книги заполнен чем-то невнятным, про детективная же линия вообще более не поднимается. И опять же: фактически никакого конфликта. Герой переживает по поводу гибели своей подруги, переживает в воспоминаниях различные случаи, но в этом нет какого-то конфликта, а значит и нет развития. Правда в самом конце вдруг в центр выходит конфликт связанный с работой героя, эта проблема всё время возникала где-то на переферии, а потом вдруг оказалась чуть не центральной. Видимо, в этом состояла задумка, идея книги, но я эту идею плохо понял. Почему текст называется «Асфальт», почему кончается так как кончается — понять сложно.
В структурном отношении предыдушая «Рубашка» была гораздо лучше, она была проще, но и яснее, продуманней и даже сильнее, с моей точки зрения.

В общем-то Гришковец мне нравится. Нравится своими моноспектаклями, у него есть свой особенный стиль и свой особенный шарм — это привлекает. Но книги у него пока, к сожалению, слабее спектаклей. По крайней мере что касается крупных форм. Однако тут важно, что есть развитие, есть движение вперёд.

Скажу честно сразу - модные книги читать не люблю. И не стала бы читать Гришковца, не стала бы его покупать специально в книжном магазине, если бы меня не избавили от этой необходимости. Книгу принес почитать знакомый. Как мне стало понятно из рецензий, "Асфальт" обычно читают после пьес и сравнивают этот роман с другими произведениями Гришковца. Так вышло, что сравнивать мне было не с чем.

Книга мне понравилась. Понравилась несмотря на то, что я бы не назвала это великой литературой. Читалось легко, язык "народный", на таком разговариваем мы с вами. Прочитанное не требовало прерываться на время, чтобы обдумать и осмыслить прежде чем продвигаться дальше. Отрывки я не перечитывала, страниц не загибала (хотя последнее - скорее фигуральное выражение, никогда и так этим не увлекаюсь). Сюжет прост, но как раз своей простотой и жизненностью он меня и зацепил. Именно та коллизия, что произошла в самом начале произведения, и вокруг которой все завертелось, оказалась мне интересной. Я хотела узнать, что случится дальше и чем все закончится. Строила предположения, ожидала того или иного конца, но все оказалось по-другому. Не угадала. И не в том дело, что у Гришковца концовка удивительная и непредсказуемая, как раз наоборот - она простая, ее - такую - не ожидаешь. Кто-то может оказаться разочарован, посчитать, что, мол, заварил кашу, как это часто бывает в современной литературе, а как достойно и интересно завершить то, что придумал, автор не придумал. У меня же было другое ощущение - Гришковец оказался близок к жизни, такой, какая она есть, не стал выдумывать чего-то сверхоригинального, что здорово.

Но что задевает, так это описание отношений между мужчинами и женщинами. У Гришковца они прописаны так буднично и даже несколько рутинно (хотя и не без романтики временами) - это отношения взрослых, усталых людей, видевших в жизни многое, уже не один раз любивших, не один раз предававших, не один раз оказывавшихся в шкуре того, кого предали. Да, я вполне отдаю себе отчет в том, что я еще молодая, наивная и романтичная женщина, верящая в любовь, которая одна и которая важнее всего в жизни. Я верю в нее несмотря на то, что и в моей Liebe Geschichte уже были и боль, и предательтво. А может, не "несмотря", а "благодаря", ведь пережили же, поняли, стали ценить. Вместе. И все же я читаю, например, тот же "Асфальт", и думаю - ну как, мол, ну как же, он же вот счастливый, женатый, дети, ну что, что ему не хватает? Неужели это только так и бывает в жизни, неужели надеюсь я напрастно на то, что можно построить мир "на двоих" с перспективой появления новых единиц (по меньше мере еще одной) в этом целом, построить на любви и уважении, без измен и предательств?

Напоследок про название книги. Почему, спрашивается, именно "Асфальт"? У меня есть две мысли по этому поводу.

Первая. В начале книги главный герой признается, что живет по принципу - настоящая жизнь, замечательная, в удовольствие, с любимой женой и детьми, с друзьями, работой и ощущением гармонии с окружающим миром и самим собой, начнется не сейчас, а лет через n-цать, надо только ее подождать, а пока - работать, пить по вечерам пятниц, выполнять утренний ритуал по чтению газеты за кофе, проживать день за днем в ожидании этого "завтра". Так вот, на мой взгляд, не стоит так жить. Жизнь - она не завтра и не через год. Она сейчас. И стоит ею наслаждаться, вбирая в себя по максимуму из нее - и хорошего, и плохого - каждый день, час и минуту. И ценить друг друга. У нас сумашедшая жизнь, сплошной напрежеметр. Но надо умудриться при всем этом уделять внимание друг другу. Смотреть в глаза дорогого человека, в не в пол, не под ноги, не на асфальт.

"Миша шагнул к ней и обнял. Пакет неприятно зашелестел, но не помешал. Он крепко прижал ее к себе, поцеловал в щеку, а потом отыскал губы и поцеловал в губы сильно, но коротко. Она обняла его. Так они стояли, обнявшись.
- Прости меня, милая! - сказал он тихо.
- Как редко ты меня целуешь, обнимаешь и даже просто трогаешь. А я всегда жду, - сказала она тихо-тихо. - Я тебя всегда жду и всегда волнуюсь.
[...]
Она опустила руки, глаза ее блестели и ресницы намокли. Но слезы не скатились по лицу. Аня едва заметно улыбалась".

И вторая мысль по поводу названия. Асфальт - это жизнь, та, о которой, собственно, вся книга Гришковца. Дорога, по которой все мы идем. В разных ботинках, в разном темпе, разной походкой,... но - по одной дороге. И оставляем на ней следы. Непохожие друг на друга. Нет на ней одинаковых, проверь!

"Ничего, ничего, - сказал Миша шепотом. - [...] Ничего! Мы еще нарисуем наши полоски на асфальте".

С Гришковцом была знакома только по пятиминутным занудствам на канале стс перед «зачарованными» (или «тайнами смолвиля», сейчас уже не упомню), когда хотелось чтобы он скорее договорил и вообще перестал портить рекламу перед сериалом. Книгу взяла по настоятельному совету, и мучала месяц, сделав несколько стостраничных рывков. Хуже только «Продавец грез», которого я год читаю оО

Не люблю читать про наших авторства наших. Все выходят какими-то дебилами, будто нормальных людей нет. Не люблю прозу просто ради прозы. Мир главного героя мне кажется какой-то пародией на настоящую жизнь, настолько это все далеко. После книги должно (я это утверждаю!) оставаться хоть что-то, мысль, искра, идея, мораль. После «Асфальта» не осталось ничего — пустота, которую нечем заполнить. Ну, почитала я про жизнь этого Миши, про его постоянные сопли-метания-измены-друзей-петрозаводск, и что? Да ничего. Это как выслушать друга, только в этом случае хотя бы интересно, а в случае Гришковца — это какой-то нескончаемый пятисотстраничный эпик пражизнь "обычного парня". Незнакомого, противного, неинтересного.

Раздражает:

1. Все герои похожи и говорят словами Гришковца в тч мудрая Юля, жена Аня, друзья Степа и Сережа, и еще Валентина. Сплошняком. Отделить героев друг от друга и от Гришковца было практически невозможно. Отличился только мужик, который запугивал героя ближе к концу.

2. Все маниакально называют Мишу Мишенькой. Он такой сладенький? ._.

3.Темы про «если бы не мой друг, я бы никогда не попал в этот клуб». А еще «у меня есть друг, который зарабатывает в десять раз больше, ничего не делает, катается по курортам и ловит цыпочек, НО Я ЕМУ СОВЕРШЕННО НЕ ЗАВИДУЮ, вообще я бы так не смог». Первое — это такая илитная тухлятина, типа без связей в хорошее место не попадешь, второе — мантра, елы-палы.

4. Главный герой — постоянно рефлексирующий ноющий мальчик средних лет. В середине книги есть такой момент: он заснул днем, и проснулся в 9 вечера, ночью напала бессонница. Он дошел до мысли «жизнь бессмысленна», и это все из-за нарушения биоритмов. Такие сопли на протяжении всей книги... Он бы еще пост накатал в жежешечке, чтобы подружки его поддержали, а то, ей-богу, никто ему не советовал, видимо, клетчатый плед и бокал вина и сигаретку в ломкие художественные пальцы. Но только времени у него нет – он вкалывает как лошадь, успевая оттягиваться с друзьями вечерами и заводя знакомства с половиной населения Москвы, в тч западая на разных неглупых теточек. А на семью как-то времени и не остается.
Тонкая натура, урод натуральный, который влюбляется в тетку и ради нее врет своей жене и детям, отсылает их в другой город, чтобы крутить шашни с этой новой пассией. Такое чмо. Лучше бы он кого-нибудь убил, чесслово.
Он с самого начала книги пытается понять, почему его подруга закончила жизнь самоубийством — и спустя 450 страниц напивается и внезапно решает, что устал от нее, от мыслей о ней, и вообще сидеть и бухать круче, и совсем ему неважно, почему она это сделала, потому что на него внезапно навалилась проблема личного характера.

Спасибо только за конец. Умеет же Гришковец, когда надо. Только стоило ли мурыжить читателя нытьем, воспоминаниями, побочными сюжетными линиями, жизнеописаниями всех второстепенных персонажей, чтобы в конце сказать, что дома все-таки лучше?

– Прости меня, милая! – сказал он тихо.
– Как редко ты меня целуешь, обнимаешь и даже просто трогаешь. А я всегда жду, – сказала она тихо-тихо. – Я тебя всегда жду и всегда волнуюсь.

Монологи Гришковца лично для меня особенно примечательны "попаданием" в некую неведомую до этого момента точку зрения на себя... когда замечаешь что это о тебе,и это о тебе.. и даже это (хотя на первый взгляд это рассказ моряка, который съел собаку).. так вот в книге все это и намного больше и чаще встречается, наверное потому что в книге есть мысли. чувства и размышления... интересно видеть себя в черточках разных героев, узнавать и задумываться над этими проявлениями себя - как в зеркале...

я разочарована...Еле дочитала до конца.Нет захватывающего сюжета,нет красочного языка,вязко и скучно...Как-то по-графомански нелепо.История о взрослом человеке,которому нечем заняться,и он придумывает себе проблемы...Причём здесь асфальт и самоубийство?Не жизненно,не актуально,не интересно...

До сих пор не могу определиться - прочла я книгу или осилила... Нет ни развития сюжета, ни личностей героев, ни динамики. Все персонажи "разговаривают" трогательно-картавым разговорно-нелитературным языком автора и все как один на него похожи. Нет ни завязки, ни концовки, книга как будто представляет собой выхваченный кусок из большого произведения. Или даже нет, не произведения, а просто - длинного, обыденного, серого, жизненного, а посему, мягко говоря, не очень интересного разговора. Разговора-монолога, причем скажем резко и честно - скучного... И это - Гришковец, который для меня всегда был кумиром в монологах... На протяжении шести сотен страниц я искренне ждала, когда же собственно закончится вступление и начнется книга... Так и не дождалась. Право слово - не пойму, какой же это роман? Это - прелюдия к роману, а прелюдия - без развития и апофеоза, извините, - ни уму, ни сердцу...

Герой ест, пьет, курит, грустит, спит или "бессонничает", разговаривает по телефону, перемещается по городу, прислушивается и анализирует собственные ощущения... И все! Да простит меня автор, но мне показалось, что такую книгу может написать ЛЮБОЙ гражданин нашей страны, если будет в течение месяца вести подробный дневник, записывать все детали своей обыденной жизни, а потом отдаст сей опус в руки редактора...

Все-таки Гришковец для меня - это полюбившиеся трогательные и житейски мудрые моноспектакли, а вот Гришковец на бумаге - точно не мое...

На самом деле дата прочтения стоит более чем примерная, хотя, возможно, я ее и угадала.

Вот это именно та современная литература, которую читать не хочется. Книга простая до фамильярности. С очень большой претензией на ненавязчивый рассказ о самом главном. Но читать противно, все время ждешь, что хотя бы в конце все встанет на свои места, что смысл в книге будет. И пусть прозаичный. Но нет. Все заканчивается как-то отвратительно, будто бы не восхваляя вечные ценности, а унижая их.

И еще, мне (наверно, потому что я привыкла читать классическую литературу?) так неприятно читать диалоги, где все обращаются друг к другу исключительно на "ты" и используют неполные имена. А тем более когда эту же манеру использует автор.

Может, современная литература не для меня?

Чтобы читать Гришковца, надо безмерно любить жизнь, Москву, жизнь в Москве со всеми ее дикими загонами на работе, пробками, ресторанами и общим милым бардаком. Любить Европу с ее шкатулочными городами... В остальных случаях его не понять.
С другой же стороны, Гришковец - замечательный расказчик. И проза у него получается такая же: много-много моноспектаклей, склеенных между собой абы как. Когда удачно, а когда - какой-то ужасной клейкой массой.

Очень в стиле автора. Читается легко.
Не очень интересный герой книги, Михаил, без высшего образования, руководит фирмой по установке дорожных знаков и собирается расширить свою деятельность в область дорожной разметки, его вскользь упоминаемая жена, про которую мы, на протяжении книги, практически, ничего не узнаем. Так же у главного героя есть друзья - яркие личности: Сергей - бизнесмен, активно занимающийся спортом и экстремальными видами отдыха и Степан, ветеринар, в свободное время увлекающийся женщинами.
В самом начале книги совершает самоубийство хорошая знакомая Михаила, о ней он страдает более половины произведения, но, после появляются новые проблемы одна за одной и смерть, и поиски смысла в совершенном суициде - отходят на второй план.
Заканчивается все, конечно же, хорошо и обретается семейный покой.
Образ мужчины-ребенка изживает себя. В первой, прочитанной у этого автора, книге ("Рубашка"), он был нов и интересен, а использование, подобного в следующих произведениях навевает скуку.