Хрупкие вещи

Истории — тоже хрупкие вещи, как люди и бабочки, как птичьи яйца, сердца и сны, они складываются из трёх десятков тщедушных букв и горстки знаков препинания. Или сплетаются из слов — из звуков и идей, абстрактных, незримых, что исчезают, едва прозвучав, — что может быть хрупче? Но есть истории — короткие незамысловатые рассказы о том, как кто-то отправился на поиски приключений или творил чудеса, о волшебстве и чудовищах, — которые пережили всех рассказчиков, а некоторые пережили и земли, где родились.

Вот и добралась я до тебя, Нил Гейман. Такие бы слова да в аннотацию к сборнику. Впрочем, и в предисловии они смотрятся весьма удачно. В этом сборнике не только рассказы, но и стихотворения, которые я не слишком люблю. Но и некоторые из них оказываются вовсе не стихотворениями, а, скорее, зарифмованными рассказами-миниатюрами, например, про то, как нужно вести себя в сказке или про то, как человек живёт в мире "жёлтой прессы", где на каждом шагу аномалии, инопланетяне, скандалы, интриги, расследования. И огромное спасибо автору за подробное предисловие и объяснение к каждому даже самому крошечному рассказу, это очень удобно.

Этюд в изумрудных тонах. = немного Шерлока Холмса + таинственно улыбающийся Лавкрафт. Не знаю, кто ещё может смешать Лавкрафта и Конан-Дойля и не будет ли это пошлым, но Гейману удалось вызвать этим улыбку. Отдельно порадовали вставки рекламных объявлений от известных мистических персонажей.

Октябрь в председательском кресле. Гейман утверждает, что Брэдбери написал бы этот рассказ лучше него... Не знаю. Немного странноватый, с откушенным финалом, но всё равно создаётся ощущение, что всё нужное сказано. Двенадцать месяцев, каждый со своим характером, собрались чтобы подсобить девочке с подснежниками порассказывать друг другу истории. В конце концов, полноценной историей будет только одна...

Запретные невесты безликих богов в потайном доме ночи пугающей страсти. Как утверждает Гейман, он даже несколько сократил название. Прекрасный стёб над готическим жанром (а заодно и над снобами в литературе), хоть идея и витает в воздухе, но воплощена просто отлично.

После закрытия. Действительно жутковатый для меня рассказ, от которого неуловимо веет поздним Брэдбери. Атмосфера мальчишеской компании с бравадой и руганью, недоговоренность и мрачный финал.

Горькие зёрна. Вот этот рассказ очень странного мистического толка: здесь и тайные культы с обращением в зомби, и призраки, и необъяснимые происшествия, и воровство чужой личности... Как мне показалось: слишком много для одной истории, словно она склеена из обрывков нескольких миниатюр.

Другие люди. Рассказ, написанный в самолёте... действительно сделанный на скорую руку, в нём главное не сюжет или детали, а какая-то общая цикличная идея (впрочем, тоже довольно предсказуемая). В предисловии даётся ещё один бонусный рассказ в дополнение к этому.

Сувениры и сокровища. Мутновато. Племя с самыми красивыми мужчинами на свете время от времени продаёт одного из своих прекрасных мужчин в сексуальное рабство богатеньким буратинам, чтобы обеспечить себе безбедное существование. А бабёнки у них, само собой, по закону гармонии жуткие крокодилицы.

Симпатичные ребята в фаворе. Ничем не примечательный рассказик... Прочитать следует, разве что, ради пары финальных фраз (которые не то чтобы шедевральные, но очень жизненные). А так: мальчик, школа, контрабас.

Факты по делу об исчезновении миссис Финч. Излюбленный потусторонний образ цирка, который в этот раз и вовсе превращается во что-то гротескное. А ещё внутри некоторых паинек сидят такие стервочки, что ого-го, потому что излишняя педантичность, аккуратность и ханжество — это что-то ненормальное.

Странные девочки. Крохотные зарисовки о женщинах и их характерах. Как будто листаешь фотоальбом с фотографиями незнакомых дам.

Арлекинка. Танцы от печки в виде традиционного трикстера Арлекина. О женщины, действительно коварство вам имя...

Проблема Сьюзен. Рассказ, который меня не то чтобы потряс... Но удивил своим неожиданным восприятием. Я тоже очень огорчалась по тому поводу, что Сьюзен в "Хрониках Нарнии" было отказано в счастливом финале и появлении в настоящем раю. Как-то это несправедливо... Но обида Геймана, кажется, куда сильнее моей, поэтому он и показывает нам выросшую Сьюзен, которая безумно страдает из-за своих погибших в поезде родственников, в то время как Аслан со своей избирательной справедливостью вовсе не такой, каким его рисует нам Льюис.

Как ты думаешь, что я чувствую? Страдающий от любви человек творит свою личную магию вуду, отныне запечатывая свой фиброзно-мышечный орган от вмешательства любовных чар. И это действует... Печально.

Пятнадцать раскрашенных карт из колоды вампира. Миниатюрные зарисовки на вампирскую тематику, каждая из которых за уши притянута к классическому толкованию Таро. Не понравилось: не все миниатюры ещё дописаны, и искусственность, наигранность и избитость темы плюс совсем уж лоскутная обрывочность не дают воспринять этот "рассказ" нормально.

Кто-то кормит, кто-то ест. Страшилка, выползшая из ночных кошмаров Геймана. Зависимость и необъяснимость... Всегда боялась старушек, да, кто знает, чего от них можно ожидать.

Недуготворческий кризис. Очередная полупародия то ли на научную, то ли на газетную статью... Из такого рода рассказов, по которым видно, что фантазия у автора гораздо лучше слога. Не понравилось.

Голиаф. Вот! Вот такого добротного фантастического рассказа я ждала весь сборник. Он тесно связан с "Матрицей", но всё же автономен, хотя идея и общая. Прекрасно обрисованный в паре штрихов мир и история целой жизни одного человека и одного человечества.

Страницы из дневника... Бла-бла-бла. Есть приятные нотки особенного настроения, но, как я понимаю, рассказ тесно связан с "Американскими богами", которые я ещё не читала. Поэтому воспринять было трудно.

Как общаться с девушками на вечеринках. Ещё один добротный рассказ — и тоже в конце. Что бывает, если вдруг перепутать место проведения вечеринки и попасть... Скажем так, к совсем необычным девушкам.

Жар-птица. Третий полностью выписанный рассказ сборника. И тоже отличный. Тут и вечный дяденька, и мифические существа, и странный клуб любителей пожрать диковинки, и отличный финал (ах, любит же Гейман замкнутые круги и спирали).

И ещё есть большой рассказ "Король горной долины", но он про Тень из "Американских богов" (через два года после событий в романе), поэтому я пока его отложу и читать не буду. "Американские боги" давно стоят на полочке и ждут своего часа, может и король богов подождать.

В целом, хороший сборник. Не могу составить о нём полноценное впечатление о Геймане, но воображалка у него будь здоров. Кстати, была удивлена тем, что он англичанин. Моему наивному воображению рисовалось, что если у него боги американские, то и сам он местного пошива.

Вообще мне не нравится Нил Гейман и я искренне недоумеваю, каким образом "Хрупкие вещи" оказались у меня в книжном шкафу. Невзлюбила я Нила после "Никогде", когда данная книга показалась мне чересчур слабенькой. Поначалу к "Хрупким вещам" я тоже относилась плохо и негативно, не воспринимала их всерьез и была настроена очень цинично, так как часто приходилось натыкаться на конкретную ересь и сущий бред. Но позже до меня дошло, что Нил просто решил собрать все свои "почеркушки" в одном переплетенном месте - то бишь книге, которая получила название "Хрупкие вещи". Само собой разумеется, что некоторые рассказы не так интересны и привлекательны, раз двадцать лет пролежали в забытых на чердаке ящиках, но сокровища имеют место.

Меня радует и одновременно раздражает в Ниле то, как он открыто делится с читателями и прочими людьми (какое у меня двоякое разделение мира) проблемами, которые у него возникают при написании книг. Как он тужится, чтобы закончить что-то, как открыто признает, что не мог ни о чем думать и сосредоточиться. Однако все равно "весь мир" умудряется плясать вокруг него и его книги расходятся хорошим тиражом, когда как на деле они довольно посредственны. Эта самая настоящая несправедливость сильно меня коробила, пока я не смогла наконец полностью сосредоточиться на чтении, оказавшись наедине с книгой в тишине и сравнительном покое. Тогда до меня дошло, какой Нил в действительности фантазер. Слога ему, по моему мнению, не хватает - техника хромая на обе ноги, определенно точно. Но какая сила заложена в его способности фантазировать! Зачастую его рассказы заставляют чесать затылок и думать, неужели в этой несуразице что-то есть, хоть какой-то смысл? Но местами натыкаешься на что-то, отчего мурашки начинают бегать по коже. Нил потрясающий собеседник, например, в придорожном мотеле, где он начинает рассказывать, еще не прожевав кусок изрядно подгоревшей яичницы. В нем нет никакой литературной серьезности. Он обычный человек, который, как он заметил, предпочитает рассказывать в письменном виде. Слог автора посредственен, а вот содержание его рассказов - нет. Сумейте найти десять отличий и увидеть разницу.

Некоторые рассказы поистине жуткие. У Геймана все окутано мистикой и, если честно, фантастикой я бы его рассказы не назвала. Иногда они напоминают мне сказки - злые, темные сказки, явно не для детей. Местами он пересказывает сновидения. Кстати, такой его рассказ "Кто-то кормит, кто-то есть" очень мне понравился, хотя сам Нил о нем не лучшего мнения. Но рассказ этот безумно жуткий. Думаю, к этой книге хорошо подошло бы название "Байки из склепа", но оно довольно заезжено по сравнению с "Хрупкими вещами". Та-да!, "Байки из склепа", серия "Мурашки". Идеально. Из самых "мрачных" рассказов мне еще понравился особливо "Октябрь в председательском кресле" и, но уже немного меньше, "После закрытия". Отдельно выделю "Симпатичные ребята в фаворе" - история о маленьком мальчике-контрабасисте, которая задела меня. Очень отложилась в памяти история "Как ты думаешь, что я чувствую?", где горгулья защищала сердце... хрупкую вещь. Далее последовала пара рассказов в жанре паропанк, которые являют собой уже научную фантастику - "Голиаф" и ближе к фэнтази "Как общаться с девушками на вечеринках". "Голиаф" весьма примечателен сам по себе и безусловно привлечет внимание тех, кто за технический прогресс и кого интересует освоение космоса. Даже я отметила рассказ, потому что написан он совсем нестандартно. У Нила все нестандартно. "Жар-птица" по повествованию очень напоминает "Никогде" - прямо чувствуется, что что-то подобное есть от никогдашних героев и тамошнего мира. Ну и завершающая новелла "Король горной долины" - нечто отдельное и шотландское - не могу выразиться иначе. Безупречная параллель между Беовульфом и Гренделем. Настоящая легенда и таинственность... Долина заштрихована дождем и атакована порывистом ветром, повсюду туман и низко нависшие тучи. Куда ни глянь - кругом лес и бесконечные холмы, но взгляд упорно упирается в старинное поместье-замок, стоящее в самой глуши на очередном мохнатом гребне.

Я прочувствовала атмосферу Геймана. В основном это мрачность, отсутствие каких-либо форм, таинственность, подкрадывающееся ощущение комка в горле... или когда начинает мерно сосать под ложечкой. Страх. Представьте, что на обед вам подадут не чай или кофе, даже не минеральную воду, но какой-нибудь дымящийся пунш, очень сильно напоминающий нехорошее зелье. Кладбища, мотели, дороги, двери, лес... Потусторонний мир определенно существует: Нил видит только его. Вот она - геймановская волшебность и прелесть.

Единственное, что было явным бельмом - это стихотворения. Как выразился Гейман, это бесплатный "бонус", который читать не обязательно. Хм. Возможно, тут проблема в переводе, но то, что переведено, от-вра-ти-тель-но. Кажется, иногда Нил забывается, тычет пальцем в небо и как маленький мальчик гордо выпячивает грудь, видя вместо обычного облака пасхального зайца. Вот только...

Зайца нет, облака тоже.

«Мне кажется… я скорее вспомню жизнь, растраченную неразумно на хрупкие вещи, чем жизнь, потраченную с умом на то, чтобы уклоняться от морального долга»

Эти хрупкие вещи, приснившиеся автору во сне, и составляют предмет изображения. Сборник рассказов получился интересный, но неровный.

Это стилизации. В общем-то неплохие. Гейман замечательно умеет увлечь, правда, потом чаще всего обманывает. А так, в общем-то интересно. И "Этюд в изумрудных тонах", в котором мы заново знакомимся с Ватсоном и Шерлоком Холмсом, а также с иными мирами заодно (смесь Конан Дойля и Лавкрафта), "Октябрь в председательском кресле", из которого по идее Геймана должен улыбаться Брэдбери, и особенно, конечно, "Запретные невесты безликих богов в потайном доме ночи пугающей страсти" - пародия на готический роман. Вот этот рассказ очень смешон, он переворачивает представление об ужасном, и оказывается, что в запутанном, фэнтезийном мире живём мы со своими обычными бытовыми заботами. Этот рассказ, я думаю, достоин был открывать или завершать сборник. Остаётся вопрос: почему автор этого не сделал?

Стихи почему-то не понравились, кроме, пожалуй вот этих строчек: "Чтоб ощутить, что во рту, как язык незнакомый, Зреет молчанье" . Может быть, перевод не тот.

Когда читаешь Геймана, возникает такое ощущение... Примерно так, как вот идешь по улице и понимаешь, что если из-за угла выйдет что-нибудь не совсем живое, не совсем человек, не совсем реальное, то ничуть не удивишься. Как будто так и надо. То есть, конечно, с тобой ничего такого не происходит, но подумаешь, с тобой вообще много чего из обычных вещей не происходит. Главное, что оно может произойти. Это не значит, что начинаешь во все это верить. Ощущение это возникает глубже уровня сознания, на котором возможна вера или знание. А это скорее чутье.

Странные стилизации, которые не оставили приятных впечатлений. За исключением рассказа о запретных невестах. К чему там были авторские стихи тоже совершенно не поняла. Скорее всего, моё знакомство с творчеством Геймана так и закончится на этом неудобоваримом сборнике.

Итак, прочёл первый для себя сборник Геймана. Очень неплохо. Отныне и впредь буду давать краткие комментарии на каждый рассказ. Стихи не оцениваю по двум причинам: их всегда надо читать в оригинале, да и не силён я в поэзии.

Этюд в изумрудных тонах. Нормально. Увлекательная смесь мира Ктулху и Шерлока Холмса.

Октябрь в председательском кресле. Интересный. Такой чисто "геймановский". Не знаю, написал бы Брэдбери лучше.

Запретные невесты безликих богов в потайном доме ночи пугающей страсти. Если это крутой стёб над готическим романом, то я в нём не разбираюсь. Кстати, а что это за зверь, этот готический роман?

После закрытия. О! Вот он, нашёл... Очень крутая вещь. Понюхал. Пахнет поздним Брэдбери и Кингом в промежутке между
разрывом с наркотой и аварией.

Горькие зёрна. Знаете, есть такой термин "роман в рассказе". Это когда в маленький по объёму текст очень много идей и всего остального. А я не очень люблю "кашу", но понравился.

Другие люди. Интересная и продуманная вещь. Меня волнует вопрос: а что дальше с "бесом" происходит.

Сувениры и сокровища. Очень "грязная" вещь, хотя до Поланика в этом плане Гейману очень далеко. И слава Богу! Необходимо прочесть перед "Повелителем горной долины".

Крупицы воспоминаний.Басовый ключ. Рассказы-этюды, как у Бунина, где сюжет очень второстепенен. Очень хорошие. Но мне такие вещи не нравятся.

Факты по делу об исчезновении миссис Финч. Скучно. У Брэдбери есть рассказ "Вельд". Они чем-то неуловимо похожи, хоть и сюжеты разные. Читайте лучше "Вельд".

Странные девочки. Альбом. Интересная задумка.

Влюблённый Арлекин. Очень грустная вещь на мой взгляд.

Проблема Сьюзен. Не очень люблю "Нарнию", но рассказ зацепил. Сильная вещь.

Как ты думаешь, что я чувствую? Хорошая вещь. Не понимаю, почему самому Гейману не нравится.

Пятнадцать раскрашенных карт из колоды вампира. Похоже на "Странных девочек", но хуже.

Кто-то кормит, кто-то ест. Ужастик, не впечатлил.

Недуготворческий кризис. Фу.

Голиаф. Рассказ связан с фильмом "Матрица". Отличие в том, что герой принял синюю таблетку. Понравилось.

Страницы из дневника... Рассказ-настроение. Не очень понимаю, как он связан с "Американскими Богами".

Как общаться с девушками на вечеринках. Классная параноидальная вещь. Отлчный юмор. Блеск.

Жар-птица. Отличная вещь. Вообще, идеей сборника можно считать понятие "цикличность", а это рассказ-апогеем данной темы.

"Король горной долины". О.Супер. Всё, что связано с Тенью-это уже априори хорошо. На мой взгляд, лучшая вещь сборника.
Вот так вот. Посмотрел, что написал и подумал, что надо Рея сходить почитать. Да и с Гейманом дружить продолжу, однозначно.

Сборник стилизаций

Сказки Геймана художественно бедны и вторичны, но практически каждая из них содержит в себе маленькую штучку (мыслишку, приёмчик, забавный трюк), извиняющую само существование рассказика. Смешные месяцы рассказывают переработанного Бредбери, Нарния превращается в роман ужасов, короче, настоящая постмодернистская вечеринка с фейерверками и попкорном.
Да, а "Запретные невесты безликих рабов в потайном доме ночи пугающей страсти" - это пять! Это финальный аккорд версальской вечеринки перелицовок и масок. Жаль, что рассказ не закрывает сборник. Ну, Гейман не Борхес, он не знает всех правил игры и веселится по-делитантски. А делитанство в веселье - дело не такое уж зазорное.

Гейман у меня на соседней полочке с Кингом, не один и тот же мир, но близкие; и эти, чуть сдвинутые относительно "привычного" миры мне кажутся самым что ни на есть реализмом. True realistic, да.
Хотя у Геймана, как по мне, больше перевертышей в традиционном игровом, мифологическом плане. У Кинга-то все посермяжнее (и мне, в общем-то, ближе).

Это сборник рассказов; некоторые из них я не поняла вовсе, видимо, разные культурные поля сказываются, что-то оставило равнодушной (стехи например), а что-то понравилось до чрезвычайности. Что понравилось, то и выпишу.

"Октябрь в председательском кресле" - двенадцать месяцев, рассказывающие истории.

"- Там не пусто, - сказал Безвременно. - Там никто не живет. Это разные вещи".

"Запретные невесты безликих рабов в потайном доме ночи пугающей страсти" - про мир-перевертыш, где готический юноша в готическом замке готическим пером, поугрызавшись совестью (надо писать настоящую литературу, описывать реальность!), начинает сочинять повесть небывало фантазийную и дерзкую - про семейный разлад офисных клерков. Простенько, но радует.

"Молодой человек зябко пожал плечами. Потом перебрал в уме стандартные темы фэнтези: автомобили, игра на бирже, сезонные транспортные билеты, домохозяйки и полицейские, советы психологов и реклама моющих средств, подоходный налог, дешевые рестораны, глянцевые журналы, кредитные карточки, уличные фонари и компьютеры...

- Да, это чистой воды эскапизм, - сказал он вслух. - Но не в этом ли главное стремление человека: порыв к свободе, тяга избегнуть обыденности?"

"После закрытия" - очень, очень яркие образы. Детство, запретное, оскалившийся красный демон на дверной колотушке домика для недетских игр.

"Другие люди"
Ад - это другие? Да нет, ад - это ты сам, твои настоящие мотивации, очищенные от маскировки.

"Влюбленный Арлекин" - кто он был, дьявол, демон? Ну да, видимо. Темный бес, недобрый бес. Любующийся собой бес, а потому втройне опасный. Но - дающий силу.

"Ее лицо - сплошь в нарывах гнойных прыщей, и она твердо убеждена, что это имеет значение, и поэтому ни с кем не общается".

"Я не могу измениться, не могу исчезнуть, пока она смотрит, я застыл в этом обличье, раздраженный и злой" - вот это вообще про любые перемены, про лю-бы-е. Пока смотрят - не получается. Ростку нового нужна тишина и отсутствие любопытствующих взглядов.

Финал блестящий, с этой капелькой кетчупа; вообще очень кинематографичный текст, визуальный.

"Проблема Сьюзен" - всегда не доверяла Нарнии! Эротическая сцена между Белой Колдуньей и львом отличнейшая, опять же - очень визуальна.

"В конце" - обратный отсчет, "А потом в райском саду наступила великая тишь, и только изредка в ней раздавался невнятный звук - то человек отнимал имена у тварей земных".

"Голиаф" - лучший для меня. Сюжеты типа Матрицы всегда пробивают невероятным ощущением правды. "Мы просто детали, подключенные к единой цепи, элементы процессора или дешевых схем памяти в некоем гигантском компьютере размером с мир, и наша жизнь - это коллективная галлюцинация, которую нам показывают, как кино, чтобы мы были счастливы и довольны, и мы как будто живем и общаемся друг с другом, о чем-то мечтаем, к чему-то стремимся и при этом используем ту малую часть мозга, которую еще не задействовали они - кто бы ни были эти они - для обработки цифровых данных и хранения информации".

Это самый лиричный рассказ из всех прочитанных мною за последнее время, и самый грустный, живи сейчас, потом ничего не будет, радуйся каждому дню, счет идет на секунды. И он очень, очень напоминает по ощущению (не по сюжету вовсе) "Цветы для Элжернона" - та же безысходность, то же чувство несправедливости по отношению к тому, кто круче своих собратьев, но от этой крутизны ему не лучше. Это просто эксперимент, и он его не выбирал.

"- У тебя не было ощущения, что последние десять лет пролетели, как одно мгновение?
- Да, наверное, было.
- Мы работаем в ускоренном режиме, пытаясь поддерживать реальность в привычном виде, пока основная нагрузка лежит на сопроцессоре".

Надо проверить, что было раньше, Вачовски или этот текст, тк много характерных деталей, вот даже подключение проводка к спине.

"Страницы из дневника, найденного в коробке из-под обуви, забытой в междугородном автобусе где-то между Талсой, штат Оклахома, и Луисвиллом, штат Кентукки"
Я не поняла этот текст. Зато зацепилась за две фразы:
"Думается, конец света пройдет в черно-белых тонах, наподобие старого кино. Может быть, мир не рухнет, пока у нас остаются цвета".

Гейман очень визуален, говорю еще раз, от него появляется картинка, четкий образ, хотя я обычно не в состоянии представлять по описанию, переводить код слов в код картинки, и потому все эти описания почти всегда пролистываю, тк все равно бесполезно.

"Жар-птица" - таинство жреца, круг, продолжающийся тысячу лет, люди, сменяющие друг друга, но занимающие все те же роли, от отца к сыну, кровное родство ни при чем, важен круг, цепь, кольцо.
Съешь еще этих хрустящих французских жарптичьих крылышек. Перерождение происходит именно так.

"Этот Феникс - лучший из всех, что я готовил. Или правильнее сказать, что сегодня я удачнее всего приготовил этого Феникса?"

"Когда годы сгорают, возвращается похороненная в них память".

"Повелитель горной долины" (Новелла из цикла "Американские боги" - которые, как оказалось, я не читала еще, к слову).
Это интересно, но чуждо. И вроде бы не отмажешься пресловутым "другая культура, другой бэкграунд": с тем же Кингом у нас точно так же бэкграунд несхож.
Не могу поймать сопротивление - но оно, несомненно, есть. Но я попробую "Ам.богов", да.

"В семь зашелся визгом телефон у кровати. Терри принял душ, побрился, оделся и уложил свой мир в рюкзак".

"Недуготворческий кризис" - добротная такая сорокинщина, я тега могол ебал, вот практически дословно (это не из разряда понравившихся, но запомнившихся - определенно).

"Как общаться с девушками на вечеринках" - еее. Брэдбери, конечно, такой Брэдбери, где у него это было, про пещеры кинематографа, золотовласые землянки (в смысле жительницы Земли, а не норы), солдаты, высадившиеся десантом и плененные ими, и только один спасся, но и того поглотила колесница (автомобиль).

А тут наоборот, пришелицы девушки, поэзия, воплотившаяся в форме. (Тут же и про искусство VS природа, когда есть поэзия, кому надо размножаться, так и вымирали миры).
Бесконечная таинственная загадочная женственность, непостижимая для прыщавых бесхитростных юнцов. Девственницы-самоубийцы в новом антураже (да, я везде ищу параллели, что ж теперь).

Какая-то лажа.
На этом рецензию можно закончить - тому, кто прочитал (вне зависимости от того, согласится он/а со мной или нет), всё будет ясно. Но для тех, кто не читал, добавлю еще пару слов.
Перевод стихов душераздирающе, мозгоразрывно плох.
В большой части рассказов автор показывает черный ящик, в котором, по его словам, такое... ну такое... ну офигительное ваще... - и не показывает, что. Бесит.
А про часть можно сказать "тупо ни о чём".
Если бы я советовала сборник, то рекомендовала бы только "Этюд в изумрудных тонах" и "Сувениры и сокровища".
ps Последняя новелла, сиквел "Американских богов" тоже ок.

Как интересно однако можно писать рассказы в рассказах, вложенные истории (явно навеяно творчеством Шахерезады, которой и уделялось внимание, и посвящено кое-что из творчества Геймана). Книга - как красивое лоскутное одеяло или скорее коллаж из старых фотографий, открыток и газетных статей. От одной фотографии виден только глаз, от другой - руки, один рассказ без начала, другой без конца... Старинные рецепты, открытки, приветы без адресатов, кусочки обветшалых кружев...

И тем не менее именно коллажи как-то притягивают взгляд, и мысль, и фантазию, увлекают в мир и поселяют там... И не понятно - я в этом мире, или мир во мне... вернее миры - такие разные, такие другие... Так что книга скорее в жанре "литературного коллажа", если можно применить такой термин. Книга настроений, маленьких фантазий и медитаций на темы других миров. Не все понравились, не все запомнились, но тем не менее было интересно. Автор собрал разные незаконченные почеркушки-эпизоды, настроения, маленькие мысли-эмбрионы, еще не родившиеся и не вписавшиеся в рассказ, и вполне вылупившиеся, оформленные монстры - маленькие и большие - и отпустил гулять по свету...

Признаюсь, мне понравилась свобода, с которой он это сделал, свобода, с которой он все это сочинял. Свобода, с которой выпустил на свет своих чудовищ. Почему-то подумалось, что к творчеству Геймана очень бы подошел эпиграф, поставленный Пушкиным к Евгению Онегину (процитирую сразу на русском): «Проникнутый тщеславием, он обладал сверх того ещё особенной гордостью, которая побуждает признаваться с одинаковым равнодушием как в своих добрых, так и дурных поступках, — следствие чувства превосходства, быть может мнимого».

Ну что ж, уважаемый сказочник, пронизанный самолюбованием, но тем не менее остающийся привлекательным даже в этом. Мне нравится.