Берджесс Э., «Заводной апельсин»: Аминь. И всякий прочий kal
«...когда человек плохой, это просто свойство его натуры, его личности — моей, твоей, его, каждого в своем odinotshestve, — а натуру эту сотворил Бог, или Gog, или кто угодно в великом акте радостного творения. Неличность не может смириться с тем, что у кого‑то эта самая личность плохая, в том смысле, что правительство, судьи и школы не могут позволить нам быть плохими, потому что они не могут позволить нам быть личностями. Да и не вся ли наша современная история, бллин, это история борьбы маленьких храбрых личностей против огромной машины? Я это серьезно, бллин, совершенно серьезно. Но то, что я делаю, я делаю потому, что мне нравится это делать.»
«Заводной апельсин» - история преступных похождений юного Алекса, рассказанная автором в антураже будущего, где герой со своей шайкой в барах пьет молоко (не без добавок, естественно), выражается чуднЫм сленгом (с изрядным количеством русских словечек), а вечерами его забавляет krasting, dratsing и «добрый старый sunn-vynn». Обрисованное общество хоть и замаскировано под будущее, тем не менее по сути - все то же настоящее, разве что раздутое в своих пороках, но без лжи и выдумки.
Вопрос, который мучил меня во время просмотра экранизации Кубрика – почему? - был раскрыт в книге: все это эфемерное насилие, совершенно не обоснованное, а потому особенно страшное, происходит лишь потому, что герой ...молод. Ему всего 15, он видит мир грязным и мерзким, в то время как хочет видеть его иным – такая вот утонченная натура: на украденные деньги Алекс классические пластинки покупает.
«Да и не вся ли наша современная история, бллин, это история борьбы маленьких храбрых личностей против огромной машины?»
Насилие – всего лишь форма протеста. Стремление к идеалу, обусловленное максималистским нежеланием принять такой мир и недостатком опыта. Впрочем Берджесс уготовил своему герою массу приключений: радостное насилие сменяется тюремным заключением, номинальным излечением, после которого любое насилие вызывает у героя тошноту и панику, и попаданием в эпицентр политического противостояния. Алекс узнал, что такое борьба за власть, предательство, беззаконие и несправедливость, на себе познал беззащитность жертвы и доброту. В общем все то, что составило для героя бесценный жизненный опыт, который так важен, пока ты «надцатый» (читай: тинэйджер). Автор даже поморализировал немного на тему того, является ли насильственное добро собственно добром и каково это – жить без возможности выбора между добром и злом.
В итоге, лечение от насилия было писателем забраковано и само в свою очередь излечено. И было бы все совсем плохо и антиутопично, ибо заново, если бы не... концовка застала меня врасплох – все произошло самым простым и естественным путем, к которому и не вело ничего, о котором я даже и думать не думала, что разумеется заставило меня улыбнуться и мысленно поаплодировать.
Как итог, книга – чудесна. Она оригинальна и интересна. Она отлично написала и несет в себе простую, но важную идею.
«Юность не вечна, о да. И потом, в юности ты всего лишь вроде как животное, что ли. Нет, даже не животное, а скорее какая‑нибудь игрушка, что продаются на каждом углу, — вроде как жестяной человечек с пружиной внутри, которого ключиком снаружи заведешь — др‑др‑др, и он пошел вроде как сам по себе, бллин. Но ходит он только по прямой и на всякие vestshi натыкается — бац, бац, к тому же если уж он пошел, то остановиться ни за что не может. В юности каждый из нас похож на такую malennkuju заводную shtutshku.»
Она – одна из тех книг, которые обязательно нужно прочесть. «Аминь. И всякий прочий kal.»
10/10
***
Примечание. Аудиокнига так же просто шикарна: выразительный Чекмазов готов кричать и, кажется, даже улюлюкать, там, где это необходимо, а музыкальное сопровождение в виде микса психоделической местами электронщины и, собственно, столь любимой героем классики, более чем в тему.
читать | скачать почитать | скачать послушать
см. жж зёбры
Пока читала эту книгу, одолевало жгучее желание пойти принять душ и смыть с себя всю грязь, которая просто окатывает тебя с ног до головы со страниц романа.
А закрыла последнюю страницу - и признала: шедевр!
Одно из самых сильных литературных потрясений за последние лет десять.
Эта книга на меня большого впечатления не произвела. Возможно, я прочитала ее слишком рано и не уловила всей сути романа. Да, мне безусловно понравилось, но я не помню, чтобы я переживала такие эмоции, какие описывают некоторые читатели в своих рецензиях на эту книгу.
...или я бездушный сухарь???...
Сердце книги в классической моральной дилемме – хорошо ли стоять перед выбором: быть плохим или вынуждать себя быть хорошим.
«Ну, что же теперь, а?» - вопрос, который по моим подсчетам, встречается раза три в тексте. Вопрос, который подразумевает, что Алекс, действительно, способен к выбору. Это прослеживается в начале книги, в его заточении в тюрьме, и в конце, когда он сидит в баре «Korova» со своей новой бандой. Эти события как бы приглашают Алекса к оценке действительности как чего-то нечто большего, чем временное явление. Только когда решение принято, он начинает изменяться – его изменение можно наблюдать в его мимолетном интересе к Богу в тюрьме, затем будучи подвергнутым промывкой мозгов.
Маловероятно, что читатели будут сравнивать себя с Алексом. Несмотря на погружение главного героя в отстой жизни (наркотики, убийства, насилие, преступные группировки и т.д.), мы начинаем оценивать его человечность как манифест к свободе выбора моральных устоев. И возможно тогда выплывает на поверхность устойчивая ценность «Заводного апельсина» - подтверждение выбора моральных устоев как сложный компонент человечности во всех нас.
Быть лишенным этого выбора означает быть лишенным того, чтобы называться Человеком, даже если мы остаемся физически живыми.
это интересная книга. она не оставляет читателя равнодушным. в ней на причудливом жаргоне "надцатых" от первого лица рассказывается история садиста и преступника, который волею судьбы сам становится жертвой насилия. возможно ли пресечь зло, лишив человека возможности совершать поступки, лишив возможности выбора? - этот вопрос автор задаёт читателю.
я несколько раз смотрела замечательную экранизацию Кубрика, но до книги, к моему стыду, руки не доходили. вчера вечером книга была, наконец, прочитана. будучи дилетантом в литературоведении, я всё же скромно осмелюсь рекомендовать её к прочтению.
П.С: странно, что "Заводной апельсин" стоял в книжном магазине на одной полке с таким kal´ом, как Мураками, Хёг, Коэльо, Леви и прочими отрыжками от искусства.
Безусловно, книга, которая меня поменяла. Это заметили все, кто меня знают.
Нет, я не стала избивать бомжей и насиловать женщин. Я стала ценить то, что нам дана свобода выбора. Я в этом уверена.
