Любимая игра

Все коэновское творчество, как музыкальное, так и литературное, - это такой колоссальный маятник, качающийся между святостью и блядством. Ну-ка, кто скажет, Chelsea Hotel #2 она про миньеты в грязных отелях с уродливыми телками или про свободу и божественную поэзию в музыке?

В "Любимой игре", в отличие от "Прекрасных неудачников", к счастью больше святости, чем блядства. Стоит убрать девочек из кадра и из Коэна начинают сыпаться духоспасительные истории про дружбу, про Монреаль, про еврейскую общину, про детей. Иногда получается даже с девочками - например начало любви к Шелл, там просто задыхаться на каждой странице начинаешь, от того сколько нежности и красоты он вкладывает в каждый взгляд и каждое слово. От того еще обиднее, когда опять включается Коэн-жиголо, Коэн-необъяснимые-поступки-с-мотивациями-тринадцатилетней-истерички.

Из объективных достоинств - дословно отпечатанное сознание, как будто бы он со всей силы стукнулся головой об бумагу и на ней все-все, что есть внутри, запечатлелось. Я вот сейчас смотрю его фотографии и видео и четко расшифровываю все выражения лица, вспоминаю песни, и кажется, идеально понимаю, какая цепочка мыслей к каждой из них привела.

P.S. До того как начались главы в лагере я думал подарить эту книгу маме на новый год, как объясняющую многие вещи и дающую некоторый ключ к пониманию. После лагерных глав приходится дарить "Кентавра" Апдайка.

В основе "Любимой игры", обёрнутая в бутон литературного вымысла и художественного приукрашивания, лежит биография самого Коэна, что даёт ему возможность достигнуть полного понимания своего персонажа: он понимает его как поэт - поэта, любовник - любовника, канадей - канадца, еврей - еврея. Как человек человека. И так же он, в отличии от героя книги, отлично понимает, что никого нельзя познать да конца, даже самого себя, особенно самого себя, да и ни к чему это.
Поиски своего "Я" влекут Бривмана прочь от общепринятого, заставляют его совершать необъяснимые поступки. Он относится ко всему как ребёнок, разбирающий игрушки, чтобы посмотреть, что у них внутри. Он безуспешно пытается искать себя в других, в женщинах, в которых он влюблён или которые влюблены в него. Но в "комнатах" всегда просто двое любовников, и ни один не может помочь Бривману в его поисках. Не находит он ответа и внутри себя, на какие бы ухищрения он не шёл.
Бривман так поглощён этими поисками, что у него нет времени ни на что другое: на любовь, на дружбу, на то, чтобы изменить себя, повзрослеть. Время идёт вперёд слишком широкими шагами, и он за ним не поспевает, да и не пытается. Он не просто живёт воспоминаниями, они для него реальнее будущего, важнее настоящего. Но всё вокруг изменяется: люди, города, музыка. Неизменными остаются только ворчание его выжившей из ума мамаши, и сам Бривман со своим ворохом выцветших фотографий, продолжающий самозабвенно играть в свою любимую игру, любуясь причудливыми силуэтами, оставленными им в чужих судьбах.

"Полубиографическая" книжка Коэна, в которой жизнь самого Коэна переплетена с его же вымыслом. Очень легкая, ироничная, хорошо написанная, и, вследствие этого, хорошо читающаяся книжка. Сюжетно роман роман построен как воспоминания (биография) канадского (сам Коэн также родом и Монреаля) подростка из богатой еврейской семьи. Вся книжка в рамках обычных воспоминаний: детские годы, школа, первая любовь, вторая, все последующие, женитьба ... И все это с легким цинизмом и изрядной долей самоиронии. Хорошая книжка, забавное чтение.

Любопытно, что книжка достаточно раздергана, фрагментарна, как будто слеплена из обрывков, кусочков, недоделанных дел ... Это, наверное, нормально для биографии, но интересно, что так выглядят, так написаны, так построены, кажется, все книжки современных авторов, которые я помню за последние полгода. Фрагментарность сознания побеждает.

меня поразила в этой книге удивительная точность и отсутствие приукрашивания. ведь можно сказать "любовь вечна и непогрешима", а можно сказать "любовь есть", и рассказать о ней так, что она будет осквернена, дама сердца обманута, счастье неоднократно потеряно, но читатель поймет - любовь есть. наверняка. без сомнений.

Леонард Коэн беспрецедентно честен в этой книге, в этой автобиографичной книге. в ней он пользуется удивительным живым языком, не терпящим штампов, изгоняющим штампы из каждого предложения. читая книгу, испытываешь и счастье - как в детстве во время познания мира, и боль - как когда умирает человек, которого ты с самого начала считал отличным от всех других, сумасшедшим гением.

Любимая игра - раскручивать людей по кругу и отпускать руки в последний момент, чтобы они разлетались и падали с размаху в снег, образуя отпечатками своих тел узоры из клякс и цветов. Разве не это жизнь: бросать и наслаждаться красотой? Улетать из чьих-то рук и отпечатываться цветами? Разве жизнь - это не счастье и боль?

Замечательная книга.

5/5