Бог дождя

"А что, совсем неплохо! Даже весело". Это я не про книгу, это цитата из госпожи Кучерской. Образчик, так сказать, стиля. Надо признать, пишет Кучерская бойко. Странно было бы ожидать чего-то другого от журналиста, промышляющего в известном издании. Едва заметная пошлость, правда, пробивается сразу. Все эти "в студне вечера" и "в темной, зрелой зелени мелькают желтые прядки" и "сыворотка элитарности" (о как!) царапают и напрягают.
Сюжет незатейлив: девица-второкурсница потеряла вкус к жизни. Депрессия, видать, у барышни (впрочем, кроме нежелания жить никаких видимых симптомов) без всяких причин. В старину сказали бы "с жиру бесится". Но у Кучерской всё "тоньше": смыслу барышне не хватает. Найти его она не пытается, сразу косит глазом на верёвку. Точнее, бегает на балкон и прикидывает, как сигануть побойчее. А дальше начинается жизнь с Богом. Натуральная православная ересь. Мораль книги проста - если вам некуда себя приткнуть, нечем заняться, некого полюбить - шагом марш в церковь. Там всё найдётся, ибо всё уже за вас припасено - и смысл, и образ жизни, и батюшка. Полюбить которого так сладко. Так запретно.
Ну, прям слюни капали. И капали, и капали...

Сей невнятный опус повергает меня в возмущение, а возмущение, как обычно, требует выхода.
Тема веры сама по себе неплоха. Хотя я лично в последнее время пришла к выводу, что о таких вещах негоже трепаться, ибо каждый выбирает для себя и религию, и дорогу, и все это нечто очень личное и интимное. Что-то такое, что теряет значение, если пытаться рассказать об этом словами.
А если слова эти писаны большим пальцем левой ноги, сюжет не несет особенной смысловой нагрузки, а сама книжица пошло пахнет ладаном, то само поднятие темы церкви/веры/религии и их различия вызывает острую неприязнь.
С другой стороны, чем-то она меня все-таки зацепила, раз я об этом думаю уже который день и пишу об этом здесь.
Любой нормальный человек находится в поиске. Сомневается, ищет, что-то даже возможно читает на около-религиозные темы.
Любой нормальный человек в определенный момент испытывает странное опустошение.
И тут некоторое мысли госпожи Кучерской с моими, например, попали в резонанс.
Не важно, во что ты веришь. Если это приносит тебе успокоение, если ты находишь в этом смысл, если это помогает тебе осознать не_бессмысленность своего существования, значит, ты на правильном пути.
Другое дело, что церковь лично я на данном этапе своей жизни не приемлю.
Поэтому, все сопливые восклицания главной героини, ее стремление к внешним проявлениям, вроде молитв целый день, исповедей и тщательного обмусоливания прописных истин, нагоняло на меня скуку.
Хотя, опять же, девочка получилась, может, и плосковатой в прорисовке, но, по крайней мере, относительно противоречивой. Поэтому, ее метания от постов к винопитиям приятно разнообразят повествование.
Отзывы на обложке гласят, что Кучерская круто рассказала о любви невозможной к священнику и нигде не "оступилась".
Да нет, что вы. Нет там такого. Есть только типичные девичьи метания: "Люблю его невозможно. Жалею его до безумия. Видеть хочу каждую секунду". Все. Нет раскрытия "запретной" любви, нет этих мук, когда умом понимаешь, а сердцем все равно отказаться не можешь.
Короче.
Восторженненько прошлась авторша по церкви, потом сама же себе попротиворечила, наметила вялыми штришками безнадегу и уже совсем никак, по сериальному, в лучших канонах мексиканского мыла, закончила.
Мол, вот, приезжает девочка из Канады на Родину, а священник-то подруге ребенка сделал и счастливо женат на ней, нарушив все свои "иноческие" обеты.
Умилительно.
Я ценю литературу за многие аспекты. И за постановку неразрешимых вопросов, и за давание ответов и "поддержку", "советы", и за со-причастность к происходящему. Когда ты читаешь и понимаешь: да вот же, это я! Это мои мысли, мои чувства, я это пережил или переживаю сейчас. А как вывернется из этого герой?
А это так, маленько верхушку муравейника стебелечком пощекотали.

Майе Кучерской уже, говорят, давали Букера за патерики о православных деятелях. Не зря, в общем, давали; пишет она талантливо и уверенно, напевает что-то там себе под нос, сбиваясь иногда с псалмов на исповедь. Если бы я не знала, что первая книга её тоже для церкви была, веселая, юморная, что Лев Данилкин похвалил её способности пиарщика, я бы думала, что девушка решила поделиться сокровенным; провести нас через все грани религиозного опыта, научить истинной любви.
Сюжет в пересказе выглядит как-то глупо даже: юная девушка Аня не смогла преодолеть трудности переходного возраста своими силами, любимый преподаватель умер, жизнь бессмысленна, ну вы сами все знаете; через это она вдруг приходит к Богу, от противного, так сказать. На дворе перестройка, друг тайком ведет её креститься к знакомому священнику. Первую половину книги занимает описание её религиозных метаний, вторую - любовных, запретной любви к священнику, конечно же. Параллельно автор устраивает нам ликбез по православной церкви: священники тоже люди, идолопоклонничество - зло, религия для сильных, а не для слабых, церковь - необходимое зло, этакая одежка на вырост, в рамках которой ты растешь духовно. Сам, дорогой, сам никто тебе не помощник. Бог есть любовь, чтобы жить во Христе, не обязательно поститься и челом бить; этакая духовная система для современного человека, вряд ли наше православное руководство одобрило бы её.
Кучерская предлагает нам новую систему координат, привлекательно легкую, заманивает в лоно церкви. Она описывает простые, в общем, знакомые каждому ситуации, предлагая из них принципиально иной выход.
Жизнь пуста и бессмысленна? Нет, не надо бежать к друзьям, иди к Богу, он твой лучший друг!
Тянет магнитом к мальчику, который явно переспит и бросит? Оставь его, это грех!
Очень непривычный выход, но абсолютно мотивированный. Хотя фактически то, что описывает автор, та благодать, которая снисходит на Аню - всего лишь состояние влюбленности, нежности, беспрестанное, когда просто плывешь по течению в сети, не замечая, что небо стало голубее, а сидения в трамвае мягче. Но, даже осознавая это все, делаешь усилие, чтобы не поверить ей, случайно не пустить в душу, потому что неправда все, неправда, не пра...
Но в своем стремлении создать сюжет автор оказывается в довольно-таки двусмысленной ситуации. Аня у неё - чистая девушка абсолютно, нецелованная даже до 19 лет, почти что Дева. Орлеанская. Мария. Это уж как кому угодно; главное, что мирское в ней по-другому проявляется, в живости, интересе собственно к жизни, наукам, людям, природе. Она хорошая, умная девочка, которая случайно забрела в тупик, это с умными девочками бывает особенно часто почему-то. Спасение из этого тупика, естественно, в любви, чаще всего в любви к мужчине. Кучерская предлагает взамен Бога, но кто же будет читать такое, где красная тряпка для читателя, карамелька чтобы усадить его на пару часов за книжку?
И Бог внезапно оказывается третьим лишним.
Она любит мужчину, собственного духовного наставника, не понимая того, она в него верит, а не в Бога! Она собирает в копилочку каждую минутку для него - вот и вся исповедь. Ловит каждое его слово, старательно записывая в тетрадочку - вот и все духовное наставничество. Обычный, в общем, самообман. И священник тоже, в общем-то, совершенно обыкновенный: вечно сомневающийся пьяница, который никого, кроме себя, не любит, к тому же. И снимая второй пласт, мы вместо религиозного романа воспитания получаем очередной щелчок по носу о подмене понятий. Мол, вот вам девочки и мальчики! Ничего-то вы не понимаете, все вам надо на примере объяснять, даже любовь через друг друга познаете, может, так и Господа любить научитесь, ладно, кушайте свою шоколадку по постным дням, он-то вас, все равно, любит. Любых. А вы, как дети малые.
И все это, без шуток, хорошим русским языком, певучим, нежным, всегда ложащимся под ситуацию. Кучерская не делает из языка культа, как любят некоторые современные авторы, но им хорошо вместе, автору и его перу. Здесь все на своих местах, добротная такая классическая проза. Читателю в ней тоже будет хорошо, это я вам обещаю, Кучерская талантливая, правда, заставляет вспомнить классиков литературы. Может, и хорошо, что она не бросается очертя голову придумывать свои понятий, а пользуется традиционным "любовь", "церковь", "грех", "искупление", "благодать". Как раз этого нам и не хватает сейчас.
На месте Русской Православной церкви я бы гордилась этой книгой. Только будь осторожен, случайный читатель! Ты можешь - вдруг! - обнаружить себя в церкви, после прочтения этой книги, или, по крайней мере, рассеяно листающим Евангелие.
Может, это и к лучшему.

Унылое говно. Никакого "пути к вере" я тут не нашла, просто запоздалые подростковые метания, когда сам не знаешь, чего хочешь: то ли уйти в монастырь, то ли выйти замуж.

Книга про пустоту, попытки ее заполнить, про то, что не следует отождествлять людей с тем делом, которым они занимаются, и, конечно, про духовность. В ней есть болезненность, но не надрывная, скорее светлая.
И то, чем она пропитана - человечность. Чего нет - фальши.

"Falsch. Хорошее немецкое слово".
Однажды весной героиня обнаруживает, что ее жизнь смысла лишена. Чья-то, может быть и наполнена им, но конкретно ее - лишена. Звучит немножко по-детски, как-то трогательно.
Вот так трогательно она "едет на дачу умирать".
Книга очень живая. Кто-то пишет: бестолковая. Понимаете, это человек описывается, как он есть.
Да, вот так стоит на балконе, и курит, разглядывает асфальт, и думает, как бы сигануть от невыносимой тоски, и еще хочет "человеческого свидетельства, не апостолов, а такого же человека, как я или ты. Чтобы все, все мне говорили снова и снова, что это – правда. Чтобы убеждали меня."

По-моему, это не только про поиски Бога, но и про поиски человеком внутреннего стержня, опоры, если хотите.
И про человека, который окунается в свою страсть с головой.

Язык очень вкусный и стройный: все, что надо - на месте. И одновременно - очень просто.

От книги как-то веет свежим запахом дождя в темный майский вечер, но не заунывной осенью, и еще - упоминающимися в ней почти кельтскими мотивами The battle of evermore, и, наверное, все это только потому, что книга вошла со мной в резонанс. Или я с ней, неизвестно почему, в церкви я, прости господи, не была года четыре уже.

Только, знаете, читаешь и жить очень хочется, внутри все переворачивается, а жить заставляет хотеть страстно. А к концу добираешься, и как врезаешься в стену. Так резко, потом ходишь и обдумываешь, потому что текст кончился, а куда-то дальше надо.

Была удивлена, увидев столько негативных рецензий, в которых пишут чуть ли не о пропаганде церкви. Очень понравились слова самой Кучерской из ее интервью:

– Когда я вижу вывеску «православный юрист» или «православный врач», мне хочется развернуться и пойти к хорошему врачу и хорошему юристу. Если он при этом православный человек, тем лучше. С писателями то же самое. Всякий раз, когда говорят «православный писатель», отчего-то кажется, что имеют в виду литератора, очевидные недостатки которого извиняются его принадлежностью к православию.

"Бог дождя"-экое название, с претензией. Понятно, что писательница похвалена критикой, отмечена премиями, но название-то какое-то неверное, диссонансное.
И вроде во все веришь, и ритм у книги жизненный - хорошовкусновкусноещеполстраницы, а потом раз-и волшебство кончилось, простая жизнь, люди если не знакомые, то вполне узнаваемые, да и ситуации, ситуации больно разные. И если где-то хочется чуть ли не качать на руках героиню и нашептывать ей: "Нюша, и это срастется", то иногда накатывает желание встряхнуть, крикнуть ей в лицо, что слизняк он, твой возлюбленный, даром что в рясе.
Все неоднозначно. Иногда-так и вовсе в противофазе с любым настроением книга, злит, раздражает, скулы сводит.
Сюжет пересказывать смысла нет, он не нов, языковое решение тоже не оригинальное, бывает и получше, и посочнее, и композиционно стройнее видишь тексты, да и вообще-есть он, этот уровень выше.
И автор знает об этом уровне. Да и писательского мастерства вроде хватает, но то ли лень, то ли боль, то ли тема необжитая, неудобная, никак о ней и не скажешь, кроме как с этими резкими разрывами, перебоями.
Но книга несомненно привлекает одним - это читатель для книги, а не наоборот. В уютном рыночном мире Кучерская не идет на компромисс и не говорит о желаемом, таком привычном и знакомом. Она свою задачу выполнила - текст напечатан и продается. Остальное-за читателем.

Эта книга надрывная, болезненная, плачущая, как мартовский дождливый день, когда все вокруг тает, снег грязный, а душа уже нестерпимо хочет теплой и солнечной весны.
В ней есть вопросы и нет ответов, в ней одновременно предельная искренность, как будто читаешь чужой дневник, и недосказанность - кое-что нужно додумывать самостоятельно. Но есть в этой тоске что-то притягательное, а некоторые моменты выписаны так точно, что кажется, будто смотришь кино.
А еще, на мой взгляд, это книга не столько о любви, сколько о растлении. Главная героиня далеко не Лолита, никакой физической близости даже на уровне прикосновений нет и в помине, но в то же время растление - тонкое, духовное растление - описано в романе очень точно. Она не просто влюбляется в священника, она попадает под влияние его внутреннего кризиса, его неверия, она подходит к нему слишком близко и заражается его хандрой, безысходностью, слишком рано заглядывает "во мрак". Поскольку роман автобиографичен, думаю, именно это "растление" автор позже изживает в "Современном патерике". Впрочем, все это пошло на пользу - иначе ей бы просто не хватило смелости и внутренней свободы так писать о Церкви, ее служителях и православном быте.
"...так что снова начала она писать свои небылицы про пастырей.
"Жить я без них не могу, - говорит. - Вот и все".
И вот дети в садике, а она целые дни пишет, перечитывает свои истории вслух, бьет себя по бокам, хохочет, подскакивает, а временами горько плачет"
И корни этого, конечно, идут из "Бога дождя". Особенно "горько плачет".

"Бог дождя" - книга необычная во всех смыслах. Я наткнулась на цитату из нее на каком-то православном сайте и была удивлена - отрывок без знаков препинания. Точнее там были пара точек и все. Слова сплошным потоком.
А я не люблю такого обращения с языком. Однако потом, через год или два, увидев эту книгу, я ее купила.
И знаете что? Я не заметила этого отсутствия запятых, потому что Майя Кучерская виртуозна. Она знала, где их убрать. Читаешь как дышишь. Но это что касается стиля.
А что касается сюжета...каждый увидел своё, также как каждый видит своё в Боге и в вере вообще.
В общем для меня эта книга оказалась такой, про которую очень сложно написать. Она полна какой-то неисчерпаемой грусти. Если спросите меня, читать ли, я отвечу, что да. Но не ждите, что получите ответы. Возможно, их станет только больше.

Волшебная книга!
Девушка Аня, студентка-филолог, приходит к православию, а затем влюбляется в священника, своего духовника отца Антония. Запретная любовь (лишенная, разумеется, чего-то земного и плотского) охватывает её. Конечно, Аня идеализирует отца Антония, видеть в нем просто человека странно для девушки, а порою он именно так и открывается перед ней.
Роман - яркий образец светской православной литературы. И мироощущение героини сугубо христианское. Но это не означает, что невоцерквленным людям будет тяжело читать книгу: роман написан необычайно легким красивым слогом, да и тема запретной любви - вечная.

Эта книга увлекает с первых строк. Сначала тем, что начинает напоминать тебя, затем простотой слога и понятностью ощущений героини. Пока только ощущений. Пока это еще только отголоски тебя, зацепочки, черточки. А потом книга манит совсем другим. И открываешь ее для себя заново. Автор вдруг становится взрослее – это уже не та эмоциональная, впечатлительная девочка-студентка, а человек со своим мировоззрением и глубоким внутренним миром, состоящим из сплошных чувств и тонких переживаний, которые постоянно прокручиваются в ее голове, осознаются, раскладываются на отдельные эмоции, истолковываются. Каждому малейшему потрясению, прикосновению к ее душе она присваивает «имя», вешает «ярлык». «Это потому, что…» Хитросплетения мыслей, бессонных ночей самокопания, самоуничижения, борьбы с собой и самовозвеличивания. И через все повествование тонкой серебряной нитью петляет духовность. «Петляет» потому, что сама героиня в ней завязла, запуталась и толком не разобралась – что это такое и с чем его едят. Она проходит длинный путь понимания и вчувствования в эту духовность и, кажется, осознает, что для того, чтобы не быть оставленной Богом, не обязательно соблюдать бесконечные обряды, посты, причащения – достаточно просто верить, «носить Бога в себе».
А еще книга захватывает какой-то потаенной запретностью, чем-то таким сладким, но в то же время опасным. Словно какой-то ядовитый дурман…и еще временами она пугает. Откровенностью, какой-то вывернутостью наружу, оголенностью души автора. Запретная любовь…эти бесконечные душевные излияния тетради, мысленные разговоры с собеседником…страдания, боль, разлука, радость, свет…
Я долго искала – почему такое название? И только где-то ближе к концу нашла разгадку…настолько сложную и простую одновременно. Но все карты раскрывать не буду, иначе вам будет неинтересно читать.
Одним словом – сильное смысловое произведение. Давненько подобных не читала.
И, знаете, назвать его «романом» как-то рука не поднимается. Много в нем высоких чувств и в то же время – много жизни, реальности, быта, того, что нас окружает, а мы не замечаем. Или не хотим замечать?
Рекомендую почитать всем.