Йошкин дом

Есть такое выражение "йошкин кот" - кот Бабы-Яги. Но это всё отношения к книге Виктории Райхер "Йошкин дом" если и имеет, то отдалённое.
С первого же рассказа, который так и называется "йошкин дом", понимаешь, что само выражение означает сумасшедший дом всего-навсего. Автор книги по образованию психодраматист (это метод работы с группой психически не совсем здоровых людей, подразумевающий под собой постановку драмы, где группа представляет собой живой, меняющийся организм, подробнее - в википедии). Казалось бы, понятно, как это влияет на прозу, однако давайте задумаемся: о чём таком может поведать психиатр? По фильмам мы привыкли думать, что врачи, работающие с таким тонким органом, как душа, и его равновесием, мало чем отличаются от шарлатанов, однако г-же Райхер очень чётко, ярко и тонко удаётся передать детскую даже не психологию, а понимание мира; или в первом же рассказе - как смотрят на мир люди с "больной головой". Мы не начинаем понимать их, нет, просто ненадолго смотрим на жизнь из другого тела, другими глазами и мыслим их мыслями. Удивительный аквариум представляет собой книга Виктории Райхер, причём она предлагает незабываемое зрелище: полное погружение в мир "рыб" - своих героев.
Белые стихи и "стихи-в-строчку" - это вообще нечто бесподобное, о чём надо громко молчать, даже орать молча, а по ночам тихо шептать в подушку, заливая её солёными слезами миропонимания.

Не сердись, мон шер. Я не буду такой всегда. Я сейчас поругаюсь чуть и опять воскресну. Просто белым сферы в долине зацвёл миндаль. Это значит: снова лето. И хоть ты тресни. Хоть ты трескай суп, хоть ты пачками жуй салат, будь ли скуп, ли туп, будь ты сидеть или ты студень. На горе Арарат вырос крупный - глянь - виноград. Мы вино из него добудем, коль живы будем.

Её стихи хочется заучивать наизусть и громко повторять на каждом углу:

Я хочу, чтоб меня звали Джон и Мэри
И струилась жизнь моя в английском доме,
Где кудрявы резеда и земляника
И камин в библиотеке после чая.
Я хочу, чтобы меня звали Джон и Мэри, -
Я б тогда пришёл домой с охоты рано
И спросил: "Скажи мне, Мэри, что случилось?
Почему ты вся в расстройстве, дорогая?"

И ответила бы я: "Послушай, милый.
Я сегодня повстречала незнакомца.
Он ходил у нас по лесу, как лесничий,
И смотрел на все деревья, как разбойник.
Я ходила собирать коренья маме,
Ты ведь знаешь, мама нынче приболела,
Я ходила, чтоб набрать грудного сбора,
Но внезапно повстречала незнакомца".

Рассказы в "Йошкином доме" на любой придирчивый вкус - страшные, смешные, непонятные, мозголомательные в прямом смысле слова (как в этой "поэме" под названием "Извращений не бывает. Андрогин"), где личности персонажей закольцованы, и уже непонятно, кто где, и кто есть сам читатель. Есть детские рассказы, есть взрослые, настроенческие и для путешественников, простые и сложные, забавные, весёлые и грустные. Рассказы, которые пожирают читателя, пока он их читает, и рассказы, сами ложащиеся на блюдо, приманивая своими ароматами. Есть опасные рассказы и рассказы-выдумки. У Виктории Райхер полны карманы всевозможных, а главное - совершенно невозможных рассказов, и это есть великое благо. В общем, автор действительно сказал всё.

добрая половина современных рассказов основана на безумии тем или иным образом, завуалированном или не очень.
в Йошкином доме бредовость персонажей и декораций ничуть не скрывается, скорее наоборот, пляшет в шутовском колпаке и вопит "а я сошла с ума, какая досада".
но страница за страницей, и начинает казаться, что это ты, читатель не в себе, а по ту сторону книги все устроено именно так, как надо.

Удивительно интересная книга, состоящая из множества разных по форме и содержанию рассказов. Здесь обычные рассказы, стихи, притчи даже книга жалоб и обожаний повествуют о разных сторонах человеческой жизни, очень точно подмечая все оттенки чувств и эмоций.
Книгу можно читать от корки до корки, а можно открыть на произвольной странице и погрузиться с головой в чью-то, такую странную и такую настоящую, жизнь. Это книга, в сущности, о каждом из нас.

Притча, иносказание, парадокс, вывернутый наизнанку мир, в котором мертвые рядом с живыми, больные рядом со здоровыми, а грани сдвинуты и уже трудно сказать, где норма, а где отклонение от оной – все ведь зависит, с какой стороны смотреть. Новеллы в книге очень-очень разные. Но все они вызывают сильнейшие эмоции. Были страницы, когда хотелось бросить и не читать дальше – потому что написанное тревожит, пугает и печалит. Были моменты, которые хотелось зачитать вслух домашним, чтобы посмеяться вместе. Книга, в которой отразились в равной степени опыт практикующего психолога и парадоксальность восприятия мира. Госпитальные палаты оказываются отделением для душевнобольных, а еще через минуту ты поймешь, что это все о потустороннем, о тех, кто уже ушел из мира живых. Поход в зоопарк окажется посещением престарелых родителей. В этой книге множество смыслов и иносказаний. Читать ее нелегко, потому что она сильно задевает. Но читать, несомненно, надо.

Непривычно-спокойный стиль повествования. Книга не насыщена эмоциями. Просто течение жизни многих людей... Весьма любопытно. Заставляет остановиться и подумать: "А куда же я иду?.." И кажется, что вся жизнь есть один сплошной сумасшедший дом...

Не книга - сплошная истерика.

Давно знаком с Викой. И очень долго читаю прозу у неё в Живом Журнале. С нетерпением ждал книги. Но..., если не все знают! Она хорошо пишет не только прозу..., а ещё стихи и песни...