Скотный двор

Твари Англии и твари
Всех земель, какие есть,
О земном грядущем рае
Принимайте, твари, весть!
Твари, будете счастливы,
Будет свергнут человек,
Будут все луга и нивы
Тварям отданы навек…

Гениальная метафора. Очень едкая, хлесткая, тонкая и, увы, очень жизненная сатира.

Торжество животных над человеком и, как результат, идеальное общество, в котором все равны. Общество, в котором вожди-свиньи обещают быть честными перед остальными обитателями фермы. Общество, в котором вожди-свиньи и остальной скот будут равны. Общество, которое живет по семи заповедям. Общество, которое можно назвать идеальным. Этакое воплощение мечты революционера.

Но Оруэлл с восхитительным едким сарказмом превращает животных в людей. Те, кто начинал революцию за здравие, кончили ее за упокой. Власть, сосредоточенная в одних руках - развращает, а "движущая сила" переворота остается обычной скотиной, неспособной взять бразды правления в свои копыта. Те, кто привел свиней к власти, вынуждены упорно пахать на строительстве, сражаться против людей и заканчивать свою трудовую жизнь на скотобойне. А те, кто вел на баррикады, на проверку оказываются не идейными борцами, а такими же прощелыгами-политиками, которые улыбаются нам с экранов. Господскому двору суждено стать сначала Скотским, а потом вновь Господским. Ведь история циклична...

- Я стала совсем плохо видеть, - сказала наконец Кашка. – А я не могла разобрать, что здесь написано, и когда была помоложе. Только, сдается мне, стена стала другая. Вениамин, ну а семь заповедей, они-то те же, что прежде?
И тут Вениамин впервые изменил своим правилам и прочел Кашке, что написано на стене. Там осталась всего одна-единственная заповедь. Она гласила:
Все животные равны.
Но некоторые животные более равны, чем другие.

Обязательно к прочтению любителям порассуждать о необходимости появления новых лиц в политике. Вы до сих пор думаете, что они нам нужны? А не боитесь, что свиньи-революционеры с легкостью превратятся в тех самых людей-угнетателей, против которых в свое время и развязали войну? Не боитесь? А разве бывает иначе?..

Книжный вызов 2011

Совсем вот не дело, товарищ Оруэлл, если каждая можно сказать свинья начнет, понимаешь ли, чувствовать себя фермером. Сидите Вы, скажем, утречком за завтраком, а всякий поджаренный бекон с Вашей тарелки начинает визжать - дескать долой людей-поработителей, поросенкоедов и прочее хрю. Запомните - домашний скот для того и существует, чтобы его пожирали. Читайте Конституцию, там для непонятливых и глупых написано - все держится на справедливости самого Гаранта этой конституции, слуг божих, касты брахманов, олигархов и прочих Наполеонов. К чему я все это собственно? Все мы свиньи. Вот.

Кто о чем, а Оруэлл — о «1984».
Впрочем, учитывая время написания обоих произведений, уместно говорить об обратном заимствовании: роман «1984» целиком и полностью наследует и развивает идеи «Скотного двора», и это будет очевидно даже тому, кому не сообщили, что у этих книг один и тот же автор и написаны они друг за другом.
И «1984» не был бы настолько гениальным, провидческим и страшным, если бы настолько плодородной и богатой пессимизмом не была почва, из которой он произрастает.

По всем понятиям, «Скотный двор» нужно читать до «1984».
Во-первых, повесть более схематична и обобщена — главные идеи только проступают в сюжете смутными фантомами, обретая более-менее вразумительную форму только ближе к концу книги. Это нечто вроде скетча, грубоватого наброска, который художник превратит в законченную картину значительно позже — дорисует детали, заострит формы, наложит тени и блики и заставит, наконец, эту адскую машину заблистать во всем ее смертоносном великолепии.

Во-вторых, «1984» рассказывает нам о жизни этого общества (вернее, о том, что можно ею именовать) в статике — это как вспышка молнии, осветившая застывший в неподвижности мерзостный мир тоталитарного подчинения и подавления, тогда как «Скотный двор» — это своеобразный патогенез явления, история о том, как общество пришло к тому, о чем говорится в романе.
В «1984» все уже устаканилось — все уже привыкли к тому, что свобода окончательно превратилась в рабство, война — в мир, а незнание в силу. Никто уже не в силах с этим спорить, потому что капкан держит слишком сильно.
«Скотный двор» — это история возникновения этого явления, развитие процесса в динамике, хронология расползания тоталитарных метастазов. Все начинается с прекрасного видения, выписанного без малейшей горчинки и язвинки: свободное и равное общество, воплощенное в фантазии автора настолько честно, что ни на секунду не сомневаешься, что он сам в это верит.

Потом случается революция, результатом которой становится отстранение от власти людей и воцарение режима свиней — тут уж можно усмотреть явственный намек хоть на Россию 1917 года, хоть на Советский союз 1991-го — у кого какие политические убеждения.
И вот, капля за каплей, день за днем из сознания честных и трудолюбивых граждан свободной республики начинают постепенно вытесняться вредные и опасные идеи о равенстве, свободе и честном труде. Из снежинок вырастает целый ком — Оруэлл мастерски наслаивает мелочь на мелочь, переводя градиент из белого в черный так плавно, что ни в какой конкретный момент времени нельзя заметить какого-то опасного скачка. Никаких серьезных переломов (не считая революции, но ее, скорее, можно считать отправной точкой), просто цепь случайных вздрагиваний, каждое из которых мягко, подспудно ускоряет экспоненциальное развитие свиного господства.

В-третьих, эта книга проще. Она написана более легким языком, автор в ней ненавязчиво задает вектор дальнейшему размышлению читателя, не отягощая его неприятными подробностями и вполне материальными кошмарами (вспомним, например, «сапог, топчущий человеческое лицо — вечно» или клетку с крысой и прорезью для лица — в этом произведении нет такой тошнотворной конкретики).
Не тыкая нас носом в отдельные идеи, автор полунамеками и многозначительными недомолвками просто задает нам пищу для ума. И ее премного, а уж как ею воспользоваться — дело разумения каждого конкретного читателя.
Но рука мастера чувствуется даже в схематичном наброске: буквально три-четыре простые линии, проведенные уверенной рукой, обретают неуловимое сходство с реальностью. Какими бы метафорами ни высказывался писатель, как бы он ни старался показать свою абстрагированность от реальности, вы то и дело натыкаетесь на разбросанные им в повествовании «крючки», которые намертво сцепляют художественно-отвлеченный характер притчи с самым что ни на есть настоящим, существующим между нами и вами, реальным миром.
Крючки эти бывают то пронзительно-явственными (например, культ личности хряка Наполеона или обращение животных друг к другу «товарищ»), то более завуалированными, но так или иначе, они проводят весьма недвусмысленные параллели от художественного мира к нехудожественному.

«Скотный двор», в конце концов, короче — и уж если не его включать в школьную программу по литературе, то я не знаю, что тогда включать!
В случае с «1984» еще можно как-то отбрехаться, мол, книга тяжелая, длинная, да и скудному умишке среднестатистического школьника никак не подвластная, но со «Скотным двором» такие отмазки не работают. Это очень простая книга. Очень удобочитаемая. Очень увлекательная. И предельно понятная.
Впрочем, учитывая ее идейность, мне как раз-таки очень даже понятно, почему она до сих пор не в школьной программе.

Единственное, что слегка меня смутило — это зачатки магического, извините за выражение, реализма, о которых, как мне кажется, всегда нужно предупреждать заранее.
Нет, я, разумеется, знал, что это книга о том, как домашний скот решил построить гражданское общество и был готов к тому, что здравый смысл время от времени будет выходить погулять. Но я не догадывался, что его загулы примут такой угрожающий характер: свиньи здесь не только умеют читать (это ладно), но также и общаются с людьми на одном языке, а также берутся строить мельницу. Да-да, именно так: месят раствор, колят камни, закладывают фундамент...
Признаться честно, я был несколько обескуражен тем, как далеко автору пришлось отойти от понятия «правдоподобие», но чего не сделаешь для художественной выразительности.
Поэтому для тех, кого, как и меня, смущают подобные вещи без предупреждения, делаю такой вот дисклеймер:

Варнинг!
Уровень фантастических допущений в данной книге несколько больше, чем можно было бы ожидать!

Еще один пинок — но уже не Оруэллу — это обложки предлагаемых в России изданий и некоторые из переводов.
Людей, размещающих на обложке книги это или это, нужно заставить печатать в варежках. Людям, переводящим «Скотный двор» как «Скотское хозяйство», хочется и вовсе пожелать повторить судьбу коня Боксера.
А еще больше меня злит то, что я не могу внятно обосновать, чем же, по моему мнению, настолько омерзительны эти обложки и этот вариант названия.
Тут дело в чисто субъективном эстетическом восприятии художественного и литературного решения, но я готов уверенно и громко заявить: увидев такие невыразимо тошнотворные обложки и переводы, я хочу помыть глаза с мылом, а увидев, какое волшебство было подарено западным читателям (раз, два, три) — хочу засвидетельствовать свой самый безрадостный facepalm российскому издателю, начисто лишенному художественного вкуса.
Какое счастье что я, читая ее в электронном виде, был лишен сомнительного удовольствия то и дело натыкаться на такое, с позволения сказать, дизайнерское решение.

Но пожалуйста, пусть мое пространное брюзжание не отпугнет вас! «Скотный двор» — это великолепная, умная, увлекательная и, к сожалению, очень правдивая книга.
Пожалуйста, прочитайте ее, это не займет у вас много времени.

9, потрясающе.

И еще одно лирическое отступление в поскриптуме, если позволите.
Ночью, после того, как я прочитал эту повесть, мне приснился сон, будто я еду на трамвае по смутно знакомой улице, находящейся в государстве Океания (почему это была именно Океания, я не знаю, но во сне у нас часто бывает необоснованная уверенность в чем-либо). Я слушал по радио сводку новостей, которая от фразы к фразе все явственнее превращалась в повесть «Скотный двор» — собственно, новостной репортаж постепенно превратился в зачитывание книги. А я с грустью подумал, что это, в сущности, не важно — все равно уже нет никакой разницы...
Толковать подобное можно как угодно, но замечу, что это — первый случай, когда мне приснилась прочитанная книга. А снов я вижу превеликое множество.

В разное время в разных странах разными группами ученых проводился один и тот же опыт с разными, опять-таки, испытуемыми. Положим это были крысы. Крысам предлагалось переплыть в воде с "одного берега", где их было порядка десяти, на "другой берег", где лежали вкусные им лакомства и где, однако, нельзя было ими насладиться, ибо не было устойчивой поверхности. Приходилось возвращаться с добычей в зубах. Крысы НЕНАВИДЯТ воду! Переплыть для них пол метра - смерти равносильно. И знаете что? Некоторые крысы плавали за этими лакомствами, а по возвращении "крысы-лидеры" все отнимали. И так раз за разом. Но тут властная рука ученых убрала пару-тройку сильных крыс, которые все время отнимали лакомства. И что? Среди слабых крыс нашлись сильные и все повторялось в точности. Этот же опыт показывал те же самые результаты и с людьми (с детьми, в частности). Об этом как-то не очень задумываешься, пока тебя самого не тыкнут носом. По всей видимости, это заложено в нас, в животных, во всем живом самой природой и до какого-то момента мы не пытаемся что-то менять, пока не оказываемся на месте "слабых крыс". А изменив ситуацию, меняемся сами... сами того не замечая.
Так вот задачу "тыкнуть носом" с успехом выполнил Оруэлл. Нет, не только с СССР он списал эту книгу, и не только с каких-либо других режимов. Книга "списана" с нашего общества. С нас самих. И неважно в двадцатом мы веке живем или в двадцать первом - сюжет универсален и подходит к любому времени, к любому обществу, в котором есть хоть намек на иерархию. Да, в каждом обществе все же найдется верный себе и своим принципам дальновидный осел, добрая, нравственная лошадь и трудолюбивый доблестный конь, но основную массу нашего общества все равно будут составлять, в лучшем случае, овцы, а в худшем - свиньи.

прочитано по рекомендации nevajnoli , флэшмоб-2010

наконец-то я ликвидировала такой существенный пробел в образовании и прочитала "Скотный двор".
замечательная сатира на тоталитаризм, и советский режим в частности. жаль только, что прошло больше полувека, а сказка остается злободневной. мы не меняемся.

омерзение внушали овцы, и сочувствие - Вениамин.

Произведения Оруэлла содержат в себе какой-то особый, неповторимый "юмор". В данном случае уже обложка начинает "подшучивать" - сказка, Оруэлл посчитал, что "Скотный двор" - сказка... Ну, что тут сказать: "Лишь бы такие сказки поменьше становились реальностью!" Жестокая, ироничная притча погружает нас в мир, где животные сбросили иго людей ("грязных капиталистических эксплуататоров") и решили построить "государство равных." Мда, знакомая история, как-то на слуху что-то такое было... Параллель между Скотным Двором и Сэсэром прослеживается буквально в каждой строчке. И жалко, очень жалко, что надежды рухнули, что обещания забыты, что против природы не попрешь. Оруэлл изображает весь цинизм идеи равенства. Да нет никакого равенства! Всегда будут слабые, всегда будут сильные. Всегда будут те, кто управляет и те, кем управляют. Неравенство от рождения - суть человеческой природы, и все тут!
О том как конкретно происходил процесс, так сказать, развинчивания идеи равенства и братства, и "очеловечивания" свиней спойлерить не буду. Скажу только, что последние страницы печальны, очень печальны, - животные поняли-таки всю абсурдность их новой жизни... И, наверное, очень скоро на ферме появится еще одна заповедь: "Каждому свое".
Вердикт: 8 из 10 (Развесили уши, разобольщались, понадеялись, доверились - вот и получите! Тоталитаризм на блюде!)

Коммунистов в России все еще любят. Помню один показательный выпуск передачи "К барьеру", в котором товарищ Зюганов набрал голосов в два раза больше, чем его оппонент-либералист. Все обвинения в сторону советских политиков Геннадий Андреевич откланял одной гениальной фразой: "Да что вы говорите? Советский Союз фашизм победил!" И армия ортодоксальных бабушек внимала каждому его слову. Но наврядли тому приходилось читать "Скотный двор" Оруэлла - иначе бы его хватил сердечных приступ от обиды за свое дело, которому он положил всю свою жизнь.

Я столкнулся с очень хорошей политической сатирой. Я бы мог охарактеризовать все произведение одной фразой: "коммунизм в масштабе одной деревни". Фабула проста - животные устроил переворот, перехватив власть у старого фермера (Великая Октябрьская революция), и во главе новоиспеченной нации встали двое боровов - Наполеон (Сталин) и Снежок (Троцкий). Что произойдет дальше, вы сами наверняка уже догадались.

Оруэлл - тонкий психолог, и великолепно обыгрывает пороки власти, полную покорность и смирение со своей судьбой народных масс, запутанной и странной внешней и внутренней политикой СССР. Он проследил все стадии, которые прошла наша страна - от идеалов революции и веры в Светлое Будущее до полного угнетение народа и тиранизма в пропорции с самодурством 1:1. Это действительно впечатляет - завернут горькую правду в сюжетную обертки, не забыв и о качестве самой конфентки.

Люди могут быть зверьми, а некоторые животные бывают человечнее их. Автор намеренно выбрал зверей в качестве действующих лиц книги. Рабочие лошадки как простые труженники, глупые овцы, заглушающие своим блеянием правду, свиньи-правители, преступающие те правила, что сами придумали. Все это не нелепая выдумка, а наша с вами правда, лишь только век назад.

Книга хороша для русского человека, потому что заставляет задуматься о судьбе государства, народа, о его будущем. И великолепно справляется с задачей.

8/10.

"Антисталинская сатира" - эти слова в одной из аннотаций к этой книге зацепили меня, и заставили обратить на неё пристальное внимание.
"Скотный двор" начинается как рассказ о победе животных над родом человеческим. Но в дальнейшем оказывается, что люди никуда так и не делись. Свиньи начинают властвовать и в конце концов превращаются в тех, который так рьяно раньше ненавидели и так ожесточенно свергли. Самое худшее – это то, что остальные животные ничего не делают с неприкрытым тоталитаризмом и страдают от угнетения.
На поверхности лежит изображение в книге некоторых исторических событий, Оруэлл прекрасно использовал басню как завуалированный показ самых горьких, мерзких и трудных частей нашей жизни, от которых нет спасения.
Всё-таки Джордж Оруэлл удивительный автор, сумевший поднять и обрисовать злободневные и сейчас вопросы и проблемы, а возможное повторение нарисованной ситуации зависит только от нас.
9/10

Флэшмоб-2011, спасибо Obright .

Очень грустно было читать книгу, написанную в 1945 году, и понимать, что она как будто написана сегодня...
Хорошо подмечены характерные черты характера животных, вообще черты тоталитарного строя, изменения в истории, жизнь в страже и поклонение вождю.
и да, я до самого конца надеялась на хорошее окончание, но, увы, не получилось.