Приглашение на казнь

Игра с топором

"Приглашение" мучило меня долго, две недели - не трамвайное чтение. Сложно было читать, отвыкнув за пару лет от набоковских штучек, не только из-за того самого кружева, за которое его многие, как выяснилось, ценят. Нет, самое тяжелое - "грезоподобность" после засевших в памяти околобытовых историй Ганина, Франца и Пнина, полностью погружающая читателя в себя, как протухшее болото, как кошмар, когда осознаешь, что спишь, но проснуться не можешь. Та скудная, но мерзкая панорама напару с явными логическими несоответствиями создают в голове такой кавардак, что местами не обошлось без помощи аудиокниги, и безнадега давит на все пять чувств, как мсье Пьер на Цинцинната. Сбежать бы от всех рыл - да в проеме пробитой стены темницы стоят все те же. Бабочки-паучки героя и условной толпы - это еще и кошки-мышки со мной, Набоков иногда игриво обманывает похлеще Эммочки. Отсюда и кривое зеркало - множество толкований текста, из которых, наверное, ни одно не истинно.

Рядом с такой книгой хочется быть хорошим читателем, поэтому и двух недель не жалко.

в мире нет ни одного человека, говорящего на моем языке; или короче: ни одного человека, говорящего; или еще короче: ни одного человека

Ускользающе невозможная и изысканно музыкальная история человека, ожидающего смертной казни. Сообразно с законом, Цинциннату Ц. объявили смертный приговор шёпотом. Не чёрный и не белый, ужасно равнодушный, этот роман скорее просто напоен оттенками цветов, полунамёками.
Цинциннат, угодившее в паутинку чуждого мира насекомое, способен лишь на брезгливость. Весь этот мир с крепостью и садами напоминает сильно искажённое отражение в зрачке Цинцинатта, да вот только отражение ли это, или картинка рождена в голове Ц?

Для меня эта книга образец "магического реализма" Набокова. Странный главный герой, ничем вроде бы невыдающийся, кроме одного - он непонятен окружающим.
Текст, словно калейдоскоп, когда одни и те же фрагменты при движении складываются в новый узор. Тюрьма, в которую посажен Цинцинат, и ее персонажи, похожи на гравюры Эшера, где пространство превращено в логическую головомку, в набор иллюзий.
Директор тюрьмы приходит в камеру к Цинцинату, смотрит, чем его кормят, садится есть, и в конце разговора Цинцината уже выводят из кабинета директора и возвращают в камеру.
Впрочем, не только пространство, но и сами тюремные обитатели, за исключением Цинцината и Пьера, его палача, находятся в постоянной взаимной метаморфозе. Да и Пьер играет различные роли. (Ох уж этот Пьер, воплощение обывательских пошлых идеалов!)

А это постоянное ожидание объявления даты казни... Замечательная мысль, что обычно казнь искупает себя тем, что ты точно знаешь, когда умрешь. На воле же ты в неизвестности, но ведь на воле... А когда и в тюрьме, и в неизвестности... Это пытка.

И тема всеобъемлющего контроля, равняющая это проихзведение с Замятинским "Мы", где дома были прозрачны, с Оруэлловским "1984"и другими антиутопиями, повествующими о тоталиризме. В тюрьме, где находится Цинцинат, хотели бы контролировать даже сны узников.

Читая "Приглашение на казнь", я смаковала Нобоковскую выразительность:

"благоухающий, как лилии в гробу"
"выбранное без любви лицо"

Мне долгое время грезился фильм, возможно, анимационный, по этой книге.

Волшебный, переливчатый, просто потрясающий язык проникал в душу, обволакивая каждый её закуток, и заставлял щуриться от удовольствия. Сам роман сумасшедший, скользящий и извивающийся под взглядом, тонкий и неуловимый, как утренняя туманная дымка, бегущая от солнца.

У меня лучшая часть слов в бегах и не откликается на трубу, а другие — калеки.

Но я попробую.

Я брела по книге, как по зеркальному лабиринту, отражаясь в каждом стёклышке и узнавая свои лица, с разных уголочков, под причудливыми световыми потоками внутренних миров.

Вероятно, я все-таки принимаю тебя за кого-то другого, — думая, что ты поймешь меня, — как сумасшедший принимает зашедших родственников за звезды, за логарифмы, за вислозадых гиен, — но еще есть безумцы — те неуязвимы! — которые принимают сами себя за безумцев, — и тут замыкается круг.

Тяжёлый, свинцовый, душный сон наяву. Я его узнала. Настоящая жизнь во сне. И в моём тоже.

Он есть, мой сонный мир, его не может не быть, ибо должен же существовать образец, если существует корявая копия.

Хочу поделиться с вами некоторыми своими умозаключениями. Я окружен какими-то убогими призраками, а не людьми. Меня они терзают, как могут терзать только бессмысленные видения, дурные сны, отбросы бреда, шваль кошмаров — и все то, что сходит у нас за жизнь. В теории — хотелось бы проснуться. Но проснуться я не могу без посторонней помощи, а этой помощи безумно боюсь, да и душа моя обленилась, привыкла к своим тесным пеленам.

Еле видная через заляпанную призму действительности суть вещей. Настоящая реальность под вуалью выдумки.

Тяжел и сложен для понимания язык Набокова, в трамвае-метро его не почитаешь, запоем его трудно проглотить, а книги его "для отдыха" и легкого чтения брать вообще не стоит.
С самого начала ясно, что у главного и единственного героя не все в порядке с психикой. Но знаете, такого конца я все же не ожидала. Автор - мастер в своем деле. Уж насколько меня поразила его Лолита, а тут еще и Цинциннат. Очень хотелось бы увидеть экранизацию, но, увы, по имеющейся у меня информации, на это произведение ее нету.
Четверку я поставила лишь от смешанных чувств, оставленных книгой, но глядя объективно, она меня зацепила, вызвала живейший интерес, в том числе профессиональный, и весьма понравилась, несмотря на то, что читала я её очень долго, да еще в период сессии.)

З.Ы. Справедливости ради хочу отметить, что читала я в этом издании, но книгу пора возвращать...

Насколько же великолепно погрузиться в ирреальность и абсурд!!!... Иногда, конечно же)
На мой взгляд,"Приглашение на казнь" заставляет по-другому взглянуть на реальность, задуматься о своей роли в этой вселенской "игре". Примерно как в фильме "Общество мертвых поэтов" вставали на стол и "меняли" угол обзора, так сказать.
По большей части, книга "окутана" чем-то экзистенциалистским, вселенской печалью человека перед своей единственной "судьбой" - умереть. Набоков, однако, водит читателя по глубинам самопознания, и, из все этих "самокопаний" все-таки делает вывод,что человек имеет полное право взять свою судьбу в свои руки, что нельзя отдаваться на волю случая и плыть по течению. И правда, главный герой спасается только тогда, когда решается просто взять и сделать по-другому, не так как требует сценарий. "Меня у меня не отнимет никто" - вот весь смысл жизни, вот ради чего стоит Жить.
Вердикт: 9 из 10(Спасибо за "включенный свет")

Критики книг Набокова всегда искали в его произведениях тысячи отголосков реальной жизни, террабайты скрытых смыслов и мириады полунамёков и аллегорий. И, конечно, находили и выпускали статью за статьёй, общий объём которых запросто переплюнет "Войну и мир". Апогей этого словоблудия пришёлся как раз на "Приглашение на казнь".

Здесь автор решил поиграть с абсурдом. Получилось нечто среднее между творениями Кафки и Кэролла. Трактуй-неперетрактуй.

Писатель поступил очень интересным образом: передал проблематику своего романа (о коей поговорим ниже), нарочито добавляя в неё сюжетные несостоковки, нелепости, в некоторых эпизодах - слишком слабую концетрацию здравого смысла на страницу печатного текста, чем создал неповторимую фантасмагоричную атмосферу абстрактной тюрьмы, в которую попал его главный герой, Цинцинат Ц.

Кто он, этот таинственный человек, единственное разумное существо в сумасшедшем доме набоковской книги? Одно можно сказать точно - бунтарь против тупой, сытой толпы, чужой в бессмысленном, неподающийся логике мире. Его осудили на смертный приговор за "гнесеологическую гнусность", т. е. непонятность для обывательского ума. Он был другим, а они не могли его познать и поэтому безумно боялись его. Единственное, что оставалось сделать - задушить этот непонятно откуда взявшийся блуждающий призрак. Тюрьма и казнь.

О, как мастерски передал Набоков атмосферу сумбурной и одновременно страшной темницы! Какая-то глубокая печаль и тревожность накатывается после его первых строк. Так и слышатся гулкие удары резиного мяча об стену и торопливые шаги стражей, которые так же легко снимают бороду, как обыкновенную рубашку...

Не стоит слишком узко смотреть на эту книгу. Капиталисты видели в ней пародию на тоталитаризм, коммунисты усматривали же сатиру на западный мир, теологи - иносказание на мучения Иисуса Христа, другие сравнивали роман с детскими сказками и находили множественные их переосмысления. Но, как удачно однажды было замечено, каждое подобное толкование лишь дополняет предыдущее. И в этом вся прелесть.

10/10.

Флэшмоб 2012, 6/25