Тарас Бульба

Пожалуй, одна из лучших у Гоголя.

Начиная с известных "Я тебя породил, я тебя и убью!" и "Терпи, козак, - атаман будешь!" и заканчивая извечной дискуссией на предмет того, чья же правда ближе: Остапа или Андрия.

Произведение потрясающее. Тем, что поступку каждого можно найти как похвалу, так и осуждение. Гоголь ярко и неоднозначно изобразил действия главных героев и мотивы, побудившие их на эти действия. Он контрастно описал двух братьев, вырисовывая характеры еще с первой встречи Остапа и Андрия с матерью и отцом: первый пошел биться на кулаках с батькой, второй же, удивляясь поведению брата, поспешил к матери.

В конце Тарас Бульба предстает перед нами человеком, который потерял всех: сыновей, жену. Но он не потерял веру в Родину и в идею.
Эту книгу можно перечитывать и перечитывать.

"Я тебя породил - я тебя и убью" (с)
Наверное самая известная фраза из этого произведения.
Повесть о сильных духом людях, о страстях, о борьбе характеров, об очень интересном обществе - казаков, о двух народах, существующих рядом друг с другом.
Возможно, как это происходит со многими произведениями школьной программы, в подростковые годы вся глубина его остается непонятой до конца. Поэтому стоит перечитать во взрослые годы.

Два сына, две правды. Для одного отчизна - это родина, для другого - то, где хочется быть, к чему клонится сердце, даже если это вражеская сторона. Кто прав? И как это понять и принять отцу, патриоту родины.
Потрясающее произведение. Патриотическое, героическое, жизненное.
Очень сильна боль отца, вынужденного застрелить родного сына ("я тебя породил, я тебя и убью"), предавшего родину, и видящего казнь второго сына-героя и ничего не могущего сделать в этой ситуации. Остается только мстить. Тарас Бульба - человек, потерявший все, но не сломившийся под ударами судьбы. "Есть еще порох в пороховницах".

Читала с интересом в школьные годы, но по-настоящему рыдала и бесконечно подчеркивала любимые места уже будучи взрослой.

Сравнение книги и фильма. Работа в Универ.

Начнем с того, что актеры не умеют играть. Как не печально, но это сильно портит любую экранизацию. Тарас Бульба был страшным, сумасбродным уродом общества – да. Но не шутом, коий выгляди как протрезвевший после долгого запоя. Остап же с Андрием в первых сценах намалеваны как два тюфяка – ни чувств, ни эмоций, ни мимики. И глаза пустые-пустые. Разве что мать действительно играла.

И, что не говори, режиссер не будет спать спокойно ни в постели ни в могиле, ежили снимет экранизацию без отсебятины вовсе. Так что быть Тарасу Бульбе повитухой – ничего не поделаешь…

Фильм делает Андрия лучше, чем он есть – по фильму, он изначально был так сказать «тонкой души». Нам это показывают ужа в сценке чисто режиссерского производства – разговоре после казни казака-вора. Гоголь ничего не писал о его тонкой душе и «пересмотре» казацких обычаев. Наоборот – «Остап и Андрий кинулись со всею пылкостью юношей в это разгульное море и забыли вмиг и отцовский дом, и бурсу, и все, что волновало прежде душу, и предались новой жизни». А в учебные лета Андрий отличался только тем, что был хитрее и что (диво-то какое!) обращал внимание на прекрасный пол…

Я так много позитивных откликов слышала об этом фильме, что сидим мы сейчас тут с чаем перед экраном и балдеем – что ни сцена – одна другой краше. Но тут тебе и вильгельмотели на Сечи цветочками покажется, когда режиссер – сатана! – взял да и сгубил деревню Тарасову и жену его – одну пока игравшую в фильме актрису. И чем она ему так помешала?..

Конечно, следовало добавить ну хоть немного, ну хоть капельку эротики даже в «Тараса Бульбу». А то как же? И прогрессивный режиссер дает прекрасной польской панночке раздеться, покрасоваться перед зеркалом в чем мать родила да в диадеме, а Маугли-Андрию в пару вверяет березу. Однако, бросив березу, он таки проникает в покои девушки и что же? Гоголь пишет (минуя эпизод с березой): «Она убирала его и делала с ним тысячу разных глупостей с развязностию дитяти, которою отличаются ветреные полячки и которая повергла бедного бурсака в еще большее смущение. Он представлял смешную фигуру, раскрывши рот и глядя неподвижно в ее ослепительные очи». Однако, на наших экранах «смешная фигурка» довольно смело и умело распускает лапки на чужой бюст, а потом уже и вовсе детятя-детятей прижимает барышню к себе как в сотый раз, совершенно «невинно» целует и даже делает попытку как нечто само собой разумеющееся задрать, простите, барышне ночную сорочку – но та, почему-то, толкается. Так что «раскрывши рот» остается только зритель…

Открывшего рот зрителя продолжает радовать «изможденное, высохшее лицо», которое, по версии Гоголя явилось ночью к Андрию « и смотрело прямо ему в очи. Длинные и черные, как уголь, волосы, неприбранные, растрепанные, лезли из-под темного, наброшенного на голову покрывала. И странный блеск взгляда, и мертвенная смуглота лица, выступавшего резкими чертами, заставили бы скорее подумать, что это был призрак». «Призрак» на экране радует глаз пухлыми щечками, ровными белыми зубками, уверенным голосом и хладнокровным спокойствием в движениях и голосе. Эта явно не будет впоследствии вынуждать Андрия «останавливаться, чтобы дать ей отдохнуть». Она просит хлеба для матери панночки, ради матери самого казака.
Андрий сообщает татарке, что в связи с некоторыми изменениями сюжета, его мать убили поляки. Татарка несколько теряется, но Андрий уже надевает куртку и спешит к своей даме.
Теле-версия татарки – в разведке не служить – с полузаданного вопроса выдает с потрохами все про подземный ход, причем таким тоном, будто только слабоумный о нем не знает.

Повели Андрия с его тремя буханками хлеба – а что греха таить – через комнату, полную народу. И правильно. А вот и Молодой Человек, который второй раз уже на него косо смотрит крупным планом. Ох, чувствую, быть им страшными врагами.

Страшные картины голода, описанные Гоголем, режиссер воплотил в бабенке, изящно почившей на дороге в аккуратном черном платье, благопристойно кем-то выровненным и поправленным после ее кончины. Почила бабенка тоже по всем правилам – лежит ровно, ночки точно что протянула, одна к одной, ручки вдоль тела, пальцы разжаты и мирно покоятся на чистой (ни пылинки!) черной ткани. Личико, и на том спасибо, несколько загримировали – но все же выражение умиротворенное, глаза закрыты, ротик чуть приоткрыт… Ясно видно – несчастная умирала, корчась от голода, срези сора и грязи под открытым небом и лежит тут уже не первый день…

Но вернемся к Андрию. Ему приходится туго. Нужно читать пылкий текст, и он старается как может – воплощая собой пример школьника, честно выучившего длинное, полное страсти стихотворение, которое было задано, и теперь смиренно бубнящего его «пред лицем» учительницы и одноклассников, честно стараясь читать «с выражением». Его возлюбленная продвинулась несколько дальше в актерском мастерстве, но с ее стороны подкачали стилисты. Гоголь писал, что с тех пор, как видел ее Андрий, «все до одной изменились черты ее. Напрасно силился он в них отыскать хотя одну из тех, которые носились в его памяти, - ни одной!». Наша героиня не изменилась ни на йоту, даже и прически не сменила. Кстати, о прическе. В отличие от героине гоголевской, наша теле-панночка – модница хоть куда. Все де заплетено, уложено и правильно. И верно – а чем еще в голод заниматься, как не прической?..

И вот Андрий дочитал «страстный текст», выхватил нож – и «ринулся в бой» с застежками и завязками на платье этой изнуренной голодом девушки. Причем целуются они так лихо, что трудно поверить в обоюдную целомудренную предысторию…

Тем временем, пока Янкель поведывал старику Тарасу печальные вести, а тот почти совсем хорошо сыграл в этой сцене, Андрий с панночкой… Да, я была неправа, когда говорила про «немного эротики». Все в порядке с эротикой. Причем учитывая, что «начинали» эти товарищи вчера (ибо потом нужно было поговорить с Янкилем) и все еще, простите, кувыркаются – можно сделать вывод, что не так была изнурена голодом «прекрасная Маркиза»…

* * *
«Страшная резня» показана так «живо», что не вызывает вовсе никаких чувств. После такой «бойни» не задумаешься о вечном. Судя по всему, Андрий думает так же – ибо, пока все сражаются в смерть на бранном поле, он трогательно прощается со своей возлюбленной, сжимая ее былые рученьки в духи столь ненавидимых русскими писателями францызских романов…

Загробили даже сцену «Иван Грозный убивает своего сына». Мать, ну хто ж так играет…

Последующая часть боя наигранная до ужаса страшного. Голливуд отдыхает. А еще она создает совсем иное впечатление. Нежили гоголевский текст. Ибо после фильма казаки вроде как и героями кажутся. Вроде и славные войны, вроде и храбрые, патриотичные и мужественные… А Гоголь писал о отвратительных разбойниках без души и совести, ни одного из которых не было жаль ни один абзац, к которым разгорались только ненависть и отвращение.

…так, гляжу режиссер обогатил Тараса внуками. Экий щедрый пан этот режиссер!

Сцена казни Остапа вообще удалась. К тому же Аля узнала актера. Еще бы убрать эту всеобъемлющую отсебятину…

О, вот и внук. Интересно, доберется ли Тарас до этого режиссерского детища… ТРИ ДНЯ?! Оригинально…
Ой. Невестку то пошто? Эк внучка пронесло…

…Что я вам скажу в целом? Фильм и книга, минуя все придирки по изменению сюжетов (режиссер не режиссер, если не переврал все, что было написано), плохой игры и прочих мелочей, – вещи, повествующие о разном, о совершенно разном. Фильм показывает войско запорожское – славное, смелое, правое. В фильме казак – во истину герой, страдалец, личность. Даже не смотря на плохую игру актеров.

А в книге – с.м. предыдущий пост. Вот это – самая большая разница. А вовсе не эротические сцены и режиссерские «внуки» - без ник же никак…

20.23. «Тарас Бульба» – Н.В.Гоголь
Ужасающее произведение. Не в том смысле, что плохое, оно не плохое, даже вполне себе. Хорошо, отличное произведение. НО! Я вот не знаю, может, это был литературный прием? Ну, когда автор позитивно пишет о негативных персонажах, дабы еще сильнее возмутить против них читателя… «Щиро на те сподіваюся!» (с).

Боже, как мя зол на все казачество! Это же надо! И его просто сожгли, этого ирода! Уж я бы что поизощреннее сообразила, будьте покойны! Сожгли они его!

Мля, какова картина! Толпа бандитов и разбойников (защитники веры, да! Куда до них инквизиции, та хоть сама прилично выглядела!), без морали, прав, законов, понятий и совести. В той толпе встречаются через десяток такие выродки рода человеческого, как Тарас – коим на месте не сидится, коим плевать на все клятвы их же «святой верой», высосанной из пальца бредовой херью, из-за которой полегла половина земного шара! Коим если нельзя грабить и мучить всех кого ни попадя – то и не жизнь, то и дети не люди будут, ежили вырастут не изведя сотни невинных людей страшными муками! Что за казак без «войны». Но какая же это война, это разбой! Война, это, простите, когда ПРАВИТЕЛЬСТВА двух стран направляют армии, объявляют о войне и т.д. Война – страшная, ужасная политическая химера – да! Но в ней тоже есть законы. Даже чести, какой-никакой. И попавшие на войну быстро понимаю, что сражаются за химеру, за чьи то гипотетические миллиарды, которые и напечатать-то не всегда удосужатся, за чьи-то властные амбиции. Но, простите, тут хоть какая-то выгода присутствует. Если есть выгода хоть бы десятка человек (а их больше, куда больше), пусть за жизнь миллиардов невинных – в этом есть хоть какой-то смысл. По крайней мере, можно понять людей, развязывающих войну. И не судить так строго. А когда ты, в разрез с волей всех и вся, развязываешь не войну, но бойню ТОЛЬКО ПОТОМУ, ЧТО ТЕБЕ СКУЧНО БУХАТЬ КРУГЛЫЕ СУТКИ, и потому, что ты и отродье свое хочешь с молодых ногтей вырастить в уродов общества – тут уж простите. При этом мероприятие прикрыто верой, ни на чем не основанной, даже и без попытки найти «указание к действиям» в пародии на священные тексты. И что делают эти «рыцари» без страха и совести? Они грабят, убивают, уничтожают без разбору все на своем пути. Не сражаются с вражескими армиями, но окружают беззащитные города, жгут деревни, топят в реке евреев да рубят на куски (без преувеличений) всех поляков от мала до велика. Просто себе так, так ведь и надо – и не задуматься и не остановиться. И не ради наживы – нет же! А ПРОСТО ТАК! «За просто так, за просто так. За не за деньги, не за флаг… (с).

И когда же описывается страшное, всеобъемлющее «горе»? Тогда, когда «эти сволочи» взяли да и повязали бедолагу Остапа. Вот негодные! Подумаешь, сморили город голодом, подумаешь, кого не поймаем – режим на части, подумаешь, нашим плевать на возраст пол и положение, подумаешь… Ну не пить же в самом деле денно и нощно? Нужно же и дитяток в бой повести! Это же святое дело! А они-то, они, негодные! За такие дела, коих иной бы и не заметил, взяли да и повязали! Родимого сына! Другой сын – свинья поганая, он, видите ли, влюбился и ушел из нашей банды, он, сволочь, помогает осажденным. Гнида-то какая! Лучше б его и не было вовсе! А второго-то сыночка, родного-родимого!..

Читатель просто удавился соплями, читая о страшном горе бедолаги Тараса, героического и великого.

А дальше-то беда какая! Сам запорол всю операцию по спасению, чуть не погубил всех, кто ему помогает (дважды), и – о горе! Таки казнили невинного не в чем Отапушку! Конечно, сие повод, ибо же «переполнилось терпение народа, - поднялась отмстить за посмеянье прав своих, за позорное унижение своих нравов, за оскорбление веры предков и святого обычая, за посрамление церквей, за бесчинства чужеземных панов, за угнетенье, за унию, за позорное владычество жидовства на христианской земле - за все, что копило и сугубило с давних времен суровую ненависть Козаков. … А Тарас гулял по всей Польше с своим полком, выжег восемнадцать местечек, близ сорока костелов и уже доходил до Кракова. Много избил он всякой шляхты, разграбил богатейшие земли и лучшие замки; распечатали и поразливали по земле козаки вековые меды и вина, сохранно сберегавшиеся в панских погребах; изрубили и пережгли дорогие сукна, одежды и утвари, находимые в кладовых. "Ничего не жалейте!" - повторял только
Тарас. Не уважали козаки чернобровых панянок, белогрудых, светлоликих девиц;
у самых алтарей не могли спастись они: зажигал их Тарас вместе с алтарями.
Не одни белоснежные руки подымались из огнистого пламени к небесам,
сопровождаемые жалкими криками, от которых подвигнулась бы самая сырая земля
и степовая трава поникла бы от жалости долу. Но не внимали ничему жестокие
козаки и, поднимая копьями с улиц младенцев их, кидали к ним же в пламя.
"Это вам, вражьи ляхи, поминки по Остапе!" - приговаривал только Тарас. И
такие поминки по Остапе отправлял он в каждом селении…» (с)

Пиздец, господа-товарищи! Вива! Таких сильных чувств ненависти к самой идеи казачества у меня еще ни одно произведение не вызывало. Боюсь фильм смотреть! Лицо Украины. Вот это, как Гоголь же и говорил, воистину – «не лицо, а харя»!!!

p.s. Единственный симпатичный мне персонаж произведения – Янкель. Приходиться признать, что из более-менее описываемых личностей, он один был там человеком. Ибо и Андрей ведь не пожалел голодающих, не понял ошибок воспитания своего – нет, просто у него вместо мальчиков кровавых в глазах заплясала голая девочка.

* * *
И еще что сказать хочу, попытавшись присмирить гнев. Это же у нас «реальная картина казачества», м-да? Тогда прошу обратить внимание, что сие «малороссияне», коих родина Украина (кстати, ударение на первую «а»), называют себя как? Казаками? Да. А еще как они себя называют? Украинцами? Ни полслова. Людьми русскими. И все их качества что? Правильно, достоинства русского человека: «…и завелось казачество – широкая, разгульная замашка русской природы…»; «…в прибавку к тому, гулять напропалую, пить и бражничать, как только может один русский…»; «Словом, русский характер получил здесь могучий, широкий размах, дюжую наружность.»; «Как! Чтобы попустить такие мучения на Русской земле от проклятых недоверков!» – на РУССКОЙ земле.

Да и всю речь Тараса, такую патриотичную – в копилку. «- Хочется мне вам сказать, панове, что такое есть наше товарищество. Вы слышали от отцов и дедов, в какой чести у всех была земля наша: и грекам дала знать себя, и с Царьграда брала червонцы, и города были пышные, и храмы, и князья, князья русского рода, свои князья, а не католические недоверки. Все взяли бусурманы, все пропало. Только остались мы, сирые, да, как вдовица после крепкого мужа, сирая, так же как и мы, земля наша! Вот в какое время подали мы, товарищи, руку на братство! Вот на чем стоит наше товарищество! Нет уз святее товарищества! Отец любит свое дитя, мать любит свое дитя, дитя любит отца и мать. Но это не то, братцы: любит и зверь свое дитя. Но породниться родством по душе, а не по крови, может один только человек. Бывали и в других землях товарищи, но таких, как в Русской земле, не было таких товарищей. Вам случалось не одному помногу пропадать на чужбине; видишь - и там люди! также божий человек, и разговоришься с ним, как с своим; а как дойдет до того, чтобы поведать сердечное слово, - видишь: нет, умные люди, да не те; такие же люди, да не те! Нет, братцы, так любить, как русская душа, - любить не то чтобы умом или чем другим, а всем, чем дал бог, что ни есть в тебе, а... - сказал Тарас, и махнул рукой, и потряс седою головою, и усом моргнул, и сказал: - Нет, так любить никто не может! Знаю, подло завелось теперь на земле нашей; думают только, чтобы при них были хлебные стоги, скирды да конные табуны их, да были бы целы в погребах запечатанные меды их. Перенимают черт знает какие бусурманские обычаи; гнушаются языком своим; свой с своим не хочет говорить; свой своего продает, как продают бездушную тварь на торговом рынке. Милость чужого короля, да и не короля, а паскудная милость польского магната, который желтым чеботом своим бьет их в морду, дороже для них всякого братства. Но у последнего подлюки, каков он ни есть, хоть весь извалялся он в саже и в поклонничестве, есть и у того, братцы, крупица русского чувства. И проснется оно когда-нибудь, и ударится он, горемычный, об полы руками, схватит себя за голову, проклявши громко подлую жизнь свою, готовый муками искупить позорное дело. Пусть же знают они все, что такое значит в Русской земле товарищество! Уж если на то пошло, чтобы умирать, - так никому ж из них не доведется так умирать!.. Никому, никому!.. Не хватит у них на то мышиной натуры их!»

Это я все к чему? Да к тому, что украинцы как нация – выдумка недавнего прошлого. Не было никогда никаких украинцев. Была Украина и ее народ – малоРОССИЯНЕ. И все они были людьми русскими. И ими же, к тому же, и остались…

Ну что тут скажешь? Великолепно:)

И все равно из всего этого сборника я люблю повесть "Вий". Она простая, но с изюминкой;)

Ну классика. Ну патриотизм, да. Сильно, красиво выписаны герои, их поступки, Запорожье, в конце концов.
Хорошая книга. Но носиться-то с ней так зачем?
Самое смешное, то некоторым взрослым людям только после экранизации приспичило её прочитать. И это стало для них ну таким откровением...
Вставай, Россия- матушка. И про Украину давайте ещё поговорим.

Нет уж. Книга книгой, а история с политикой - это уж отдельно как-нибудь.

Є разюча відмінність між першою і другою редакціями твору.
"Украйна" в оригінальній версії 1835 року таємничим чином перетворюється на "первобытную Россию" у 1842. Звичайно, фразочки на кшталт "святая православная русская земля" у першій редакції відсутні.
Неймовірна повість. Велич і сила духу, любов до Батьківщини, питання зради, взаємини батьків і дітей - кліше, що встигли декому нав’язнути в зубах ще в школі. Однак, я гадаю, це проблема подачі твору. Ну і взагалі освітньої системи, але то таке.
Та особливо потішили теги "русское", "русская классика" тощо. :)

В рамках акции "исправь пробелы в своем образовании и перечитай/прочитай трехтомник Гоголя".
Я очень нежно отношусь к Гоголю, "Вечера..." при перечитывания вызвали у меня совершенно невообразимое эстетическое наслаждение, а вот ТБ как не нравился с шестого класса, так и не нравится. И не знаю, в чем тут дело: в моей нелюбви к ура-патриотизму, в моей нелюбви вообще к национально окрашенной русской прозе 19 века (вот уж на что люблю Толстого, а "Казаков" совсем не воспринимаю!) или в моей подверженности общественному мнению. А может, Гоголю и правда эта повесть не удалась? :)

начала читать - закончила читать. совершенно не пошло, гоголь не мой, может как-нибудь в другой раз.
кстати, в школе не читала (полностью), а сочинение о тарасе бульбе написала на 5\5+.