Сага о Глассах

Эта книга Сэлинджера... Он просто сожрал меня, и по-моему до сих пор переваривает.
Во-первых меня потряс просто сам факт написания такой вещи, то есть произведения в целом, потому что так вывернуться-выплеснуться человеку, это само по себе не укладывается у меня в голове и восхищает .
Собственно, сама книга пока не сложилась для меня как целое, и я думаю, что это состояние разорванности надолго. Хотя, пожалуй для меня есть слово, которое на данный момент является определяющим для Глассов - органичность: все эти сумбурные отступления, сноски, разрывы, вставки дзен-буддизма и прочее, и все равно, все органично и не смотрится, как третья нога...сие меня приводит в буйный восторг, ведь не всегда все так к месту.
«Выше стропила, плотники» и "Симор: введние" - засосало, просто вгрызаешься во все эти "монологи" и думаешь, думаешь, думаешь. Причем, я не зря соединила эти первые две части в одну, после них у меня сложилось вполне определенное мнение о их семействе, но следующие две части - "Фрэнни" и "Зуи", они просто камня на камне не оставили от меня и моих раздумий, все не оказалось не так, все ещё более запутанно, интересно, и вообще не так.
Ещё одно потрясение - "Толстая Тетя", это что-то просто неописуемое.

Получилось похоже не на рецензию, а на какой-то салат разномастных восторгов. Может через какое-то время все сложится..
Я думаю, что читать обязательно.

Очень, очень здорово; 4 повести, которые все вместе оставляют ощущение некоторого катарсиса и просветления. "Выше стропила, плотники" — просто очень увлекательный рассказ; давно не было такого, что бы меня затягивал сюжет в книге, где кроме него есть много других достоинств. "Симор" забавный своим автометаописанием (интересно, я правильно употребляю этот термин?), хотя из всех повестей, пожалуй, самый занудный; "Фрэнни" сама по себе слишком озадачивает, но вот "Зуи" — "Зуи" после нее доставляет ничё так катарсис! Что, согласитесь, всегда приятно.
Из мелочей: я очень люблю Нью-Йорк в художественных произведениях (хотя в сериалах и кино, пожалуй, больше, чем в книгах, но все же), очень люблю всех этих актеров водевилей, исколесивших в молодости всю Америку, а также всех этих студенток колледжа и будущих актеров.
У меня нет никакого желания вдаваться в размышления об Иисусе, Будде, молитвах и проч., но разоблачение всякого рода эгоизма в конце цикла впечатляет. Интересно, насколько автобиографичен весь цикл? Насколько автобиографичен "Зуи"? Где там на самом деле грань между Бадди и Зуи, Зуи и Симором, Симором и Бадди?

Это не рецензия, это мнение моё. "Сага о Глассах" нравится намного больше его знаменитого "Над пропастью во ржи".

В свое время издательство "The New York Times Book Review" писало: "Сэлинджер любит Глассов больше, чем их любит Бог."

Их невозможно не любить - каждого в отдельности и всех вместе - как невозможно не любить лучшее. Обостряя в тебе вечную тоску по НАСТОЯЩЕМУ, они входят в твой мозг, и, отныне, ты уже не можешь быть прежним. Ты анализируешь, пересматриваешь свою жизнь, ставишь вопросы "Кто я?", "Каково мое предназначение?", в конце концов начинаешь жить более осмысленно.

Книга состоит из 4 повестей:
"Выше стропила, плотники"
"Симор. Введение"
"Френни"
"Зуи"

Симор - старший из братьев и именно ему посвящены первые две повести. Френни и Зуи (девочка и мальчик) - самые младшие представители этого семейства.

"И мне иногда кажется, что з_н_а_н_и_е - во всяком случае,
знание ради знания - это хуже всего. Это самое непростительное, я уверена."
...
- Мне кажется, все это не так уж меня бы расстроило, если бы хоть один
раз - хоть р_а_з_о_к - я от кого-нибудь услышала пусть самый маленький,
вежливый, мимолетный намек на то, что знание д_о_л_ж_н_о вести к
м_у_д_р_о_с_т_и, а и_н_а_ч_е это просто возмутительная трата времени, и все!

"Френни"

1. Выше стропила, плотники и Симор: Введение
2. Фрэнни и Зуи
Представьте себе семью, целиком состоящую из Холденов Колфилдов - это и будет семья Глассов. И если в "Выше стропила, плотники" Джером все еще пытается скрыть этот факт от читателя, то в остальных частях саги он дает себе волю и выдает такие типично холденовские телеги, что Паук покраснел бы от зависти. Особенно хочется отметить "Симор: Введение", которая полностью состоит из адовых телег о старшем брате писателя и "Зуи", в которой Сэлинджер прогоняет дичайшую телегу о Господе Нашем Иисусе Христе. Я не уверен в литературной ценности этих произведений, но телеги там - просто Ад!

книга вечности.

Пожалуй, я буду несправедлива. Но когда я была справедлива к писателям США?
Это первый роман Сэлинджера который я прочитала. Он всегда такой патологический зануда с посредственным языком? Я не смогла почерпнуть из книги ни грамма смысла - слишком утомительно было читать.